Любовь быстрее пули

      – Подъем, черт побери! – закричал офицер, зайдя в казарму вместе со старым генералом.              И мирно спящие солдаты подорвались с коек, быстро надевая форму. Им едва хватило пяти минут, чтобы одеться и построиться в шеренгу в проходе между кроватей.              – Слушаем сюда, сосунки, генерал пришёл на вас взглянуть, а вы собирались слишком медленно, как бабы! Ну ничего, через неделю вы все будете как шёлковые, и перестанете быть тряпками!              – Доброе утро, бойцы, меня зовут Лань Цижэнь, и я являюсь командиром данной части. Находясь здесь, вы научитесь служить своей Родине и станете первоклассными бойцами, главное, выполнять все указания офицера Ван, всё понятно?              – Так точно! – хором крикнули солдаты, слегка неумело отдав честь генералу.              Лань Цижэнь даже загордился от того, что новоприбывшие солдаты в первый же день службы отдали честь без указаний офицера. Он вместе с Ван Ибо прошёлся вдоль шеренги, осматривая каждого из них, и вдруг они увидели, что один солдат всё ещё спит. У генерала это вызвало сильное недовольство, и он строго посмотрел на офицера.              – Эй солдат, подъем! – крикнул Ибо и пнул ножку кровати, но парень лишь перевернулся на другой бок, даже не думая просыпаться. – Ты что, боец, совсем берега попутал?!              Сяо Чжань слышал крики сквозь сон и зарылся головой под подушку.              – Мааам, ну дай ещё 5 минуточек! – сказал он, продолжая сладко спать.              Зрачки Лань Цижэня расширились от такого безобразного поведения. Солдаты захохотали над этой ситуацией, но стоило генералу повернуться к ним со злым выражением лица, как они тут же замолкли и попытались выглядеть серьезно. Ван Ибо же не хотел церемониться с наглецом и схватил того за ногу, пытаясь стащить с кровати, но Сяо Чжань крепко вцепился в поручень.              – Чёрт возьми, ты хоть в курсе, где находишься, паршивец?! – Ибо всё тянул солдата за ногу, но Чжань лишь крепче схватился за кровать.              Солдаты вовсю пытались не ржать, а Цзян Чэн закатил глаза, глядя на своего друга. Лицо генерала покраснело, и казалось, будто из его ушей сейчас повалит пар. Благодаря Сяо Чжаню все явно надолго запомнят этот момент. В первый же день творит такую дичь! Ну а что ещё можно ожидать от человека, родившегося с золотой ложкой во рту? Естественно, он никогда не вставал настолько рано.              Сяо Чжань цеплялся за поручень кровати, всё больше нервируя Лань Цижэня, но вдруг кто-то вылил на него ведро ледяной воды. Чжань от такого подскочил, как ошпаренный, и чуть не свалился, но его вовремя подхватили солдаты. Он промок с ног до головы и дрожал.              – Кто, блять, такой бессмертный?! Сука, жить надоело? – зарычал от злости Сяо Чжань и посмотрел на присутствующих, только сейчас осознавая, что он в армии. – Ебать! – воскликнул он, увидев знакомое лицо человека, которому он вчера попал кожурой банана в лицо. Именно этот человек и вылил на него воду.              – Так, солдат, имя и фамилия?! – спросил Лань Цижэнь, хмуря брови.              – Сяо Чжань! – быстро ответил Чжань и сделал важное лицо.              – Быстро приводи себя в порядок. Сегодня ты наказан и остаёшься без еды, – генерал перевёл взгляд на стоящего рядом с собой офицера. – Офицер Ван, а вы лично за ним проследите и найдите ему занятие пополезней, чтобы он навсегда запомнил это наказание. Также вы должны обучить новоприбывших солдат, они полностью в вашем подчинении. Надеюсь, всё ясно? – старый генерал всё ещё был зол, но сохранял достойное лицо.              – Так точно, генерал! Я вас понял! – Ван Ибо отдал честь и генерал не говоря больше ни слова покинул казарму.              Ван Ибо обвёл солдат серьёзным взглядом и все сразу же выпрямились под его пристальным взором, только Сяо Чжань же пытался выжать форменную зелёную майку от воды. Они недовольно посмотрели друг на друга, и между ними от ненависти будто сверкнула молния. Это началось ещё вчера, когда Чжань по своей снайперской меткости завёл себе врага. Напряжение росло с каждой секундой, и Ван Ибо с силой сжал кулаки и перевёл взгляд на солдат.              – Благодаря вашему спящему товарищу, вам придётся пробежать не двадцать кругов, а тридцать.       Солдаты недовольно завыли и злостно смотрели на виновника, который сделал вид, будто ничего не заметил, и продолжал выжимать майку. Офицер же усмехнулся и продолжил:              – С сегодняшнего дня я лично вами руковожу, пощады от меня не ждите. Как вы видите, мамочки здесь нет, сопли никто подтирать вам не будет. Ваше нытье от того, как вам больно, никто слушать не собирается. Вам всё понятно?!              – Так точно! – хором крикнули солдаты.              – Направо! – громко крикнул офицер и солдаты синхронно развернулись. – На пробежку, бегом!              Сяо Чжань присоединился к своим товарищам, но его резко остановил громкий крик офицера:              – Стоять!              Солдат остановился, не шевелясь.              – Кругом!              Сяо Чжань послушно развернулся к нему лицом.              – А ты куда попёр, идиот?! – офицер очень строго смотрел на Чжаня. – Твоё наказание только начинается, – и он достал из кармана штанов ватную палочку и протянул её Чжаню.              Сяо Чжань посмотрел на ватную палочку и недоумённо уставился на офицера.              – Эм, зачем мне это?              – Унитазы очень грязные, а тебе же надо чем-то их чистить, ну вот! – Ван Ибо усмехнулся. – Бери, бери, к моему возвращению унитазы должны сверкать так, чтобы из них спокойно можно было есть.       – Бля, она же пиздецки маленькая, как такой можно обосранный унитаз почистить?! – Чжань брезгливо поморщился и сунул ватную палочку обратно в карман офицера. – Нет, я такой хренью заниматься не собираюсь. Тебе надо, ты и чисти!              Офицер снова достал эту же ватную палочку из кармана.              – Ну нет, тебе придётся чистить, пока я добр с тобой, мартышка!              – Мартышка?! – Чжань начал бесится и испепелял взглядом Ибо, – Я не буду чистить ваши сраные унитазы! Вот так-то!              – Мартышка, ты, кажется, забыл, где находишься? – офицер начал угрожающе идти вперёд, и Чжань чуть не упал. – Ты проспал в первый день службы, показал себя с отвратительной стороны, и поэтому ты наказан.              Сяо Чжань уткнулся спиной в стену, и офицер подошёл к нему вплотную, смотря очень яростно. Солдат не знал, как дышать, сердце учащённо билось от волнения. Ван Ибо был мощный и мог вырубить Чжаня с одного удара. Нарываться было слишком рискованно, но Чжань совсем не боялся.              – Под моим присмотром ты научишься себя правильно вести, и я сделаю из тебя дисциплинированного бойца. – продолжил офицер, – А сейчас мигом, блять, пошёл работать! – закричал он.              – Ухх, а дяденька офицер уже злится, скоро пар из ушей пойдет, – закатил глаза солдат и этим только сильнее разозлил Ибо. – Ну всё, всё, не хватало вам ещё взорваться. Где там моя палочка? – Чжань начал активно искать ватную палочку. – Ах, вот она, – солдат взял её и, обойдя Ван Ибо, быстро убежал в туалет, ощущая прожигающий насквозь взгляд.              Сяо Чжань посмотрел на пять грязнющих унитазов, затем перевёл взгляд на ватную палочку.              – М-да, и как, блять, чистить этим?! – Чжань тяжело вздохнул. – Сучёныш, обозвал ещё меня мартышкой! Вот отслужу, выберусь из этого дерьма, и засужу тебя нахрен! Как ты себе это представляешь, идиотина?! Как этим чистить, сука?! Окуну тебя, паршивец, в этот унитаз! Для начала пописаю, а потом окуну!              Что ему остаётся? Приказы надо выполнять. Не думал он, что когда-либо попадёт в такое место, где его заставят милипиздрической ватной палочкой чистить сраные туалеты. Сяо Чжань начал чистить первый унитаз, но уже через пару минут вата отпала с палочки, и Чжань просто забил на всё. Проболтавшись в туалете около полутора часов, он просто вышел оттуда, совсем не ожидая увидеть перед собой офицера. «Ну пиздец, какого хрена ты тут стоишь?!» – мысленно возопил он. Чжань хотел обойти Ибо и выйти на улицу, но тот преградил ему путь.              – Закончил?!              – Да, закончил! – как ни в чем не бывало ответил Чжань и снова попытался его обойти, но офицер опять преградил ему путь. – Что вам ещё надо, я же закончил?!              – Я тебе не верю, но это не столь важно. Это ведь лишь начало твоего наказания, сейчас мы пойдем с тобой на пробежку, тебе нужно сорок кругов пробежать. Твои товарищи как раз закончили.              – Сорок? – Чжань выпучил глаза от удивления. – Было же тридцать!              – Для них тридцать, а лично для тебя сорок! Что непонятно, мартышка?!              Сяо Чжань сильно прикусил губу, пытаясь сдержать гнев внутри себя, и подумал, что офицер всё же ему мстит за тот вчерашний банан, вот и решил на нём так оторваться.              – У тебя только сегодня плохое настроение, или ты по жизни обиженный и злой? – сказал солдат, пристально глядя в глаза офицеру.              – Знаешь, я вот только сейчас осознал. Вот смотрю на тебя и понимаю, ведь правы люди – человек произошел от обезьяны... Ты тому живое доказательство, мартышка, – засмеялся офицер, развернулся и пошёл на выход. – А теперь, умник, пошли на пробежку.              – Да ты заебал называть меня мартышкой, у меня имя есть, – Сяо Чжань закипел от злости и пошёл следом за офицером. «Мда, выбора у меня нет, эта горилла может ещё какую-нибудь хуйню для меня придумать», – подумал он.              – Вот когда начнешь вести себя по-человечески, может как-нибудь и начну называть тебя по имени, а сейчас ты пока просто мартышка!              Едва они вошли на тренировочное поле, как Сяо Чжань был отправлен Ван Ибо на первый круг. Он бежал очень медленно, ведь его ноги были совсем не приучены к физическим нагрузкам. Чжань выдохся уже на втором круге, он встал и попытался отдышаться. Сердце быстро билось в груди, лёгкие были готовы взорваться. Чжань подумал, что это всё от того, что он много курил. «Всё, блять, бросаю!» – пообещал он самому себе и продолжил бежать дальше. Еще через пару кругов Чжань немного привык к такой нагрузке и начал немного ускоряться. Ван Ибо же всё это время внимательно наблюдал за ним, следя, чтобы солдат пробежал все сорок кругов. Он научит этого избалованного мальчишку отвечать за свои поступки.              Время будто замедлилось. Сяо Чжань насквозь промок от пота. Он бежал уже тридцатый круг, осталось всего десять, но ему казалось, что он свалится без сил уже сейчас, истощённый и вымотанный. Ему безумно хотелось пить, в горле было как в жаркой пустыне. Офицер сидел на скамейке и смотрел на часы на запястье. Чжань бежал уже два часа. «Слишком медленно…» – подумал Ибо. Он посмотрел на бегущего солдата, и вдруг заметил острые, блестящие от пота ключицы. Это выглядело бесподобно! Чжань бежал как в замедленной съёмке, такой красивый, изящный, высокий, с длинными и стройными ногами. Ибо не мог оторвать взгляд от него и думал, как этот наглый мальчишка может быть настолько красивым?! Офицер посмотрел на соски солдата, выпирающие через зелёную майку, и сглотнул. «Блять, что за хуйня?! О чём я только думаю?! Пялюсь на парня, как девка какая-то! Кошмар!» – внезапно осознал Ибо.              Сяо Чжань всё ещё бежал, но на тридцать девятом круге он свалился без сил на землю. Офицер медленно встал со скамейки и подошёл к нему. Солдат от усталости часто дышал, солнце сильно припекало голову, и ему казалось, что мозги вскипят. Чжань не чувствовал ног, не мог пошевелиться, и всё, чего он хотел, это отдых. А вода казалась дороже денег. Впервые он ощутил такую усталость, беспомощность и ненависть к одному человеку. Чжань был готов даже убить! Офицер стоял на ним, задевая плечо ботинком, а Чжань в это время мысленно проклинал его: «Я заставлю тебя сожрать этот ботинок, гнида!»              – Быстро встал, тебе остался ещё один круг!              – Слушай, ноги затекли. – заныл Сяо Чжань, – Я безумно устал. Может, да ну его этот последний круг? Дяденька офицер, я больше не могу, пожалейте бедного солдата. Я всё осознал, больше так не буду.              – Нет! – твердо ответил Ибо. – Имей силу воли, не будь тряпкой! Живо встал!              – Чёрт с тобой, пробегу я твой сраный круг.              Он из последних сил встал лицом к лицу к своему врагу, отряхнул прилипшую землю и посмотрел на Ибо полным негодования взглядом. Чжань кое-как начал бежать последний круг, а офицер на это лишь хмыкнул.