Сайонара, Эйджи

Портленд, Нью-Йорк. 18:15 Холодный ветерок, повеяло свежестью. Было светло, но на улице никого не было, мир будто погрузился в сплошной штиль. По улице неспешным шагом шёл парень, которого издалека с лёгкостью могли спутать с уже взрослым самодостаточным человеком, а вблизи с пятнадцатилетним мальчиком, не зная, что на самом деле ему то и восемнадцать скоро будет. Глядя куда-то вдаль, Эш невольно почувствовал холодок по спине, письмо которое передал ему друг было подписано странным, закругленным, но всё же красивым почерком, будто само сжалось в руках. Почему целое письмо? Мог ведь словами прощание передать, или просто уехать, ну их, все эти прощания.. Тут ведь и так все понятно, зачем так себя этим донимать? Почему он не пришел к другу? Он не мог. Он не мог нарушить его безопасность. Все кто были его врагами уже мертвы, но у него все ещё могут быть недоброжелатели, которым такой исход событий не понравился. Он же — их цель, приведет их прямиком к улетающему домой другу, и мало ли что придёт на ум этим самоубийцам. Эйджи уже был ранен, если это повторится, Эш этого теперь не выдержит. Но зачем тогда.. Смотря на конверт, взгляд стал твёрдым, а ноги остановились. Но раз передал, значит что-то важное. Лёгким движением открыв конверт немного высунув содержимое парень замер в изумлении. Билет в Японию, на сегодняшний рейс, в 22:00 по Американскому времени. И замерев он вытащил записку — два листа с таким же почерком как и на обложке самого конверта, гласили о прощании, но ненадолго. Так и не дочитав переданное им письмо он резко рванулся с места, ему срочно нужно было в Аеропорт! В бегу без остановки тот выбежал с Лонг Стрит, и пробежал мимо библиотеки, он нёсся по набережной, при этом смотря в лист и дочитывая написанное там убеждение, в котором говорилось, что душа Эйджи всегда будет с ним. Он просто не мог не попрощаться теперь, не попросить прощение, за то, что не пришел к нему , и не обнял на прощание. Как же этот японец хорошо его знал! Знал, что Эш не придёт, знал, что он посчитает небезопасным для Эйджи его присутствие, и будет проходить улицу возле библиотеки, стараясь не думать о том, каково сейчас раненому брюнету сидеть, и не иметь возможности пойти самому на поиски дорогого ему друга, и пнуть его за то что сам не пришёл.. И то, как ему сейчас плохо без ведома, что с Эйджи будет дальше, ведь сам он тоже хочет участвовать в его жизни, но чувствует что не может. Поймав такси, и выйдя возле того самого Аеропорта, он спешно объяснил что хочет попрощатся с другом, и, не дожидаясь менеджера, пошёл в зал ожидания. Увидев среди людей знакомые волосы он направился туда чувствуя, что времени совсем не осталось, ведь он почти незаконно сюда прошел. Чёрт, он должен быть где-то тут..       *** Эйджи сидел понурый, опустив голову, он рассматривал свои колени, и чувствуя лёгкую боль в сердце старался не думать ни о чём. Когда он передавал конверт, он знал на что идёт. Он догадывался что Эш даже не придет, и даже не скажет что-то на прощание. С самого начала он был ему помехой, его Ахилесовой пятой, его слабостью, из-за которой в многих своих движениях парень был скован, и не мог сделать все быстро и без потерь. Его били, шантажировали, предавали, от него уходили. Подобие дикого зверя в нем угасало, каждый раз, как тот видел, что рядом его Эйджи. И теперь, если Окомура просто так улетит на родину, они больше никогда не увидятся. Сколько времени он лежал в больнице, сколько думал как, и что сказать на прощание, и с тоской понял, что прощания может и не быть. Собравшись с духом он написал это письмо, наконец придумал что делать, и заказал билет. Но шансы что Эш просто возьмёт, и полетит в Японию были низки. Если не согласиться, то ближайшие несколько лет они точно не увидятся. За это время, он может переехать, его могут убить, он может забыть ждать, и все закончится. Я надеюсь, что ты не будешь все время лезть в драку, или стрелять в кого не попади. В конце концов в промежутках между ужасом мы смогли хорошо провести время вместе. Надеюсь, что тебе Эш, я никогда не скажу "Сайонара". Вздохнув Эйджи вытер слёзы, и, стараясь не показывать голову на глаза прикрыл лицо руками. Слёзы катились слишком быстро, оставалось только сидеть в наклонённой позе. Забудь, ты просто момент в его жизни.        Вздох все же вырвался с груди. Тебе просто нужно заткнуться и поспать Неужели это всё? Просто замри и успокойся. Может это было сном? И он сейчас проснется, и увидит на соседней кровати привычную блондинистую голову? Всё! Это конечная, конец всем кошмарам для него и для меня. Неужели и впрямь хочется, пусть и в постоянной опасности, но оказаться рядом? Тебе нельзя. Увидишь, он тоже тебя забудет и всё будет как раньше. Вздох Кто-то подошёл? Тебе нужно просто забыть, это ведь абсурд! Кто рядом? Япония не его страна, он ведь говорил что считает её даже немного странной. Что за звук? На что ему там надеятся, там ведь даже оружие не разрешается! Что-то стало рядом с ним? Как он таким образом может чувствовать себя в безопасности. Чье-то дыхание рядом. Наконец все стало на свои места, ты больше ему не мешаешь! Прикосновение!? Чёрт, меня что-то коснулось. Кто-то взял за плече Неужели меня нашли? И теперь опять будут шантажировать Эша!? Плече не отпускают. Но все, от кого могли бы прислать людей уже мертвы! Кто же.. Кто ты? –Сэр? С вами все хорошо? Вам плохо? – А? Да, простите, со мной все хорошо. –Первый раз летите на самолёте? –Да нет, все уже хорошо, не волнуйтесь,— Эйджи судорожно вздохнул. –Если вам станет плохо обращайтесь! —Стюардесса весело подмигнула, оставляя Эйджи наедине с мыслями. * * * –Эйджи! Эш остановился в пяти метрах от удивлённо подглядывающий на него людей, он наконец понял, что это не его друг. Метнувшись назад, он нигде не увидел знакомых лиц. Людей оставалось мало, он точно знал что среди сидячих друзей не будет рейс ведь вот вот должен вылететь! Может он зашёл не в ту часть? Нет, точно помнил, что говорили о вылете в А3. Точно, расписание! Самолёт Эйджи должен вылететь примерно в семь вечера, так где же.. взглянув на электронное расписание рядом Эш медленно повернул голову и уставился на панорамное окно. Вылетающий со взлетной полосы самолёт оборвал его сердце. Японская фирма красовалась у него на боку, на часах было 19:07. Я опоздал. Это его самолёт.