Нефритовый лотос

Аукцион

Вэй Ин — правая рука Чзян Чэна (Главы компании Юньмэн Цзян) и обязан здесь присутствовать. Обязан находится в обществе лжецов и лицемеров, которые посещают такие места ради новых знакомств, поисков партнёров и спонсоров. Вэй Ин здесь, для того, чтобы после аукциона встретиться вместе с Чэном с главой не менее крупной компании и обсудить партнёрство в бизнесе. Аукцион его совсем не интересовал. Его мысли были далеко от сюда. Ведь буквально несколько дней назад он стал дядей. Когда он впервые увидел маленький, шевелящийся комочек на руках у своей горячо любимой сестры, то чуть не лишился чувств. Ведь Янли выглядела так мило с ребёнком на руках! Он мог любоваться этим вечно, но ведь дела никто не отменял. Он далеко не последний человек в компании и его длительное отсутствие может принести проблем. Поэтому, он был вынужден вернуться на работу. Аукцион, на который его сегодня притащил Ваньинь, был поистине шикарным. Огромное помещение с богато украшенной сценой, словно сияло, купаясь в солнечных лучах, проникающих через огромные окна. По бокам стояли два длинных стола, на которых не могла уместиться вся еда, принесенная официантами. Единственное, что огорчило Усяня, это то, что на них не было даже намёка на алкоголь. Естественно, ведь аукцион спонсировался семьёй Лань, а они, если верить слухам, не переносят даже самое маленькое количество алкоголя. Люди стали потихоньку рассаживаться по своим местам. Ин хотел сесть на самый дальний ряд, но его грубо потянули ближе к сцене, ведь там, как он узнал позже, стояла табличка с его именем. На сцене показалась мужская фигура, облаченная в белый смокинг. В глаза сразу бросилась козлиная бородка, из-за которой складывалось впечатление, что перед ним старик. Свет стал медленно потухать, и в зале воцарила тишина. Прожектора осветили фигуру с микрофоном в руках. — Дамы и господа! Мы рады видеть вас на сегодняшнем благотворительном аукционе! Все полученные средства будут переведены на счета детских домов. А также… Вэй Усянь скривился. О, да! Ему знакомо это чувство. Чувство, когда ты сидишь в поношеной пижаме, перед маленьким старым телевизором и слушаешь, как незнакомый дяденька обещает новые игрушки и мебель. Глубоко в сердце зарождается надежда, и сразу же потухает. Когда подскакиваешь и бежишь по прогнившему полу, спускаешься по скрипучей лестнице, видишь стоящих в ряд грязных, голодных, в порванной одежде, детей. Когда получаешь порку за опоздание, а после борешься за свой завтрак со стаей крыс или собак. Волна аплодисментов заставила его вздрогнуть, и вынырнуть из воспоминаний. На сцене маячила девушка в золотистом платье, и примеряла, видимо, купленные только что, серьги. Следом на торг выставили красивейшую нефритовую брошь ручной работы. Она была такой нежной и изящной, напоминая милую шидзе. «— Ей обязательно понравится это украшение!», — подумал Усянь. — Итак, наш аукцион продолжается. — объявил ведущий. — Далее лот, под номером 7! Нефритовая брошь «Шань Яо». Начальная стоимость пять тысяч юаней. Зал загудел. Со всех сторон начали раздаваться голоса, сообщая о повышении стоимости. — Пять тысяч пятьсот! — крикнул старичок из третьего ряда. — Шесть тысяч! — пискнула миловидная девушка. — Семь тысяч! — гордо сказала неприятной наружности женщина. Усянь очень захотел подарить эту брошь сестре, поэтому, взяв себя в руки, выкрикнул: — Пятнадцать тысяч юаней! Со всех сторон стали раздаваться восторженные голоса. Все внимание было направлено на шикарного парня в черном костюме и темно-красном галстуке. Ведущий замер, пытаясь переварить услышанное. Пятнадцать тысяч… Кто-то предложил пятнадцать тысяч за такую безделушку! — Пятнадцать тысяч раз! Пятнадцать тысяч два! Пятнадцать тыс… — Двадцать тысяч юаней! — удивлённо повернув голову, Ин столкнулся с темным взглядом Чэна, в котором читался вызов. Кивнул, принимая правила игры, и не теряя и секунды, Вэй выкрикнул: — Сорок тысяч юаней! Зал затих. Все наблюдали за соперничеством двух братьев. — Пятьдесят тысяч. — с ухмылкой произнес Ваньинь. — Шестьдесят. — с улыбкой от уха до уха бросил Усянь. Ведь он знал, что его братец брал лишь пятьдесят тысяч юаней, а это значит, что он выиграл. — Шестьдесят тысяч раз! Шестьдесят тысяч два! Шестьдесят тысяч три! Продано! Лот под номером 7 продан посетителю с номером 13 за шестьдесят тысяч. С улыбкой во все 32 зуба, Вэй Ин поднялся на сцену, и рассчитавшись, аккуратно, будто боясь сломать, он наконец таки взял тончайшее изделие из белого нефрита. — Молодой господин, не желаете сказать пару слов? — мужичок, с козлиной бородкой, протянул ему микрофон. Поправив волосы, собранные в высокий хвост алой лентой, пытаясь взять себя в руки и оттянуть хотя бы немного времени, он вышел в цент сцены. — Добрый вечер. Меня зовут Вэй Усянь… Обычно я не посещаю такого рода мероприятия, но сегодня, видимо, исключение. — сердце билось в горле, не давая произнести и слово. Он не знал, стоит ли продолжать, но когда случайно наткнулся на прожигающий, взгляд янтарных глаз, направленных на него, то сразу понял, стоит! — Моих родителей не стало, когда мне было, примерно, пять. До восьми лет я жил в детском доме, пока однажды, меня не забрала к себе хорошая, любящая семья, которой я очень благодарен. С тех пор у меня появились любимый брат, и очаровательная сестра, для которой, я приобрёл эту брошь. Я бы хотел пожертвовать сумму в трое больше, если это хоть чем-то поможет детям, которые остались совсем одни в этом мире. — последовала короткая пауза, пока он думал, что бы ещё добавить, а после выкрикнул: — Я люблю тебя, шидзе! Зал зааплодировал. Отдав микрофон, Вэй спрыгнул со сцены и плюхнуться на своё место. — Выпендрёжник! — послышалось откуда-то сбоку. Не обратив на колкость брата внимания, Ин пожирал взглядом парня, с глазами, цвета растопленного янтаря.