Слоник

- Папа, возьми слоника! - А он не тяжёлый? А то ракета не полетит, — я подхватил дочь на руки и прижал к себе. - Папа, он же игрушечный! — с взрослой укоризной ответила она. - А я-то думал! — я рассмеялся и покрепче прижал семью к себе. - Смотри не потеряй, — ласковый шёпот жены слился с летним ветром. Даша спрыгнула с рук и протянула мне маленького плюшевого слоника, я встал перед ней на колено и с огромным почтением принял бесценный дар. Не успел я спрятать игрушку, как дочь вцепилась в меня и расплакалась. - Ну что ты... — гладил я её огромной ладонью по маленькой спине, — Я скоро вернусь. Ты на смотри почаще в небо. - Врёшь! — так отчаянно заревела Даша, что я поверил, что не вернусь. Жена села на корточки рядом с нами, отняла от меня Дашу и прижала к себе. Её короткий поцелуй был яснее тысячи слов, сказанных за прошедшие три дня: всё будет, и будет хорошо. Я схватил сумку и скрылся в толпе, побыстрее свернув в коридоры космодрома, чтобы не видеть их. Каждый раз безумно тяжело расставаться, потому что каждый раз ты не уверен, что вернёшься. Слава Богу, что есть взведённая суета подготовки астронавта в предстоящему полёту, которая прекрасно глушит все дурные мысли. И вот уже я лежу в катапульте, видя перед собой лишь огромный пульт управления и слыша лишь голос Центра. Дашин слоник греет грудь, крепко прижатый ремнём и, наверное, тоже побаивающийся отрываться от земли. Раздаётся оглушительный грохот, меня раздавливает толща огромного неба, и ракета начинает свой неумолимый полет. Цифры на барабане высотометра медленно, но верно прокручиваются и несут меня вверх, к звёздам. Неожиданно раздался хлопок слева, я не успел повернуть голову, как меня вместе с креслом вырвало наружу. Вместо мирного грохота двигателей в ушах раздаётся пронзительный свист, и неподвижная панель управления сменяется хаотичной круговертью неба и земли. Но я не успеваю привыкнуть к ней, потому что раскрылся парашют и остановил мир вокруг меня. Огромное и бескрайнее чёрное небо обняло желто-зеленую твердь. Я мирно парю, понимая, что лишь чудо спасло меня от героической гибели. Но у чуда были другие планы и после нового хлопка, огромный кусок обшивки просвистел рядом со мной, оторвав меня от катапульты и передав во власть свободного падения. «Когда летишь с моста, понимаешь, что все твои проблемы решаемы, кроме одной — ты уже летишь с моста,» — пошлая фраза, но именно она приходит в голову, когда смотришь на постепенно удаляющуюся жемчужины парашюта и всей спиной чувствуешь приближающуюся твердь. «Простите меня, девчонки...» Я закрыл глаза, чтобы не видеть огромного неба, которое будто вырвалось из плена и захватило меня в свои объятья.