Похищенная помощница для варвара

–Суа. Суа, просыпайся, спящая красавица, а то скоро уборщица придёт. Мне всё равно, какие пойдут слухи, но мало ли, вдруг ты бережёшь репутацию. С трудом открываю глаза. По ощущениям, ещё очень и очень рано. Будильник странный какой-то, с голосом начальника. И… тут я начинаю осознавать. Резко села, огляделась. Я в кабинете начальника, на разложенном и даже заботливо расстеленном диване. Шеф за своим рабочим столом, полностью одетый, свежий и бодрый. Погружен в работу, на меня не глядит. К счастью, я тоже одета, хоть вставай и иди сразу работай. – Я уснула вчера? – Прямо на рабочем месте. – А почему вы меня не разбудили? – Я физически не могу будить мило спящих крепким сном девушек. Кхм. – А… вы с работы вчера уехали? – Нет, смысла уже не было. Слишком позднее время. – Вы вообще что ли не спали? Извлекаю себя из постели. Выгляжу наверняка очень помято. – Ну почему, спал. – А где? – интересуюсь с подозрением. Для меня ситуация вообще дикая. Босс молчит, ничего не отвечает, работает. Вдруг шеф поворачивает в мою сторону экран своего компьютера. – К нам в здание ночью вчера ломились. Узнаёшь дебошира? Подхожу к столу. На экране нечёткое ночное видео с камеры наблюдения. Некто, очень похожий по телосложению на Джина, в кофте с накинутой на голову капюшоном, действительно ломится в парадные двери. Сначала бьется руками, шатается, потом уходит. Чонгук немного перематывает видео вперёд и вот на записи снова тот же человек в капюшоне, но с… топориком. И опять ломится в двери, уже более успешно. Потом дверь открывается сама, выбегает несколько охранников и дебошир убегает. Охрана бросается за ним, но на видео уже не видно, догнали или нет. Стою, не в силах ни пошевелиться, ни вымолвить и слова. Моё лицо заливает краска стыда. Джина я узнаю и по силуэту. – Понятия не имею, кто это, – тут я и Джина прикрываю и себя от этого позора. – Да? Странно. Нарушителя, кстати, ночью скрутили, допросили и позже доставили в ближайший участок. Вот думаю сейчас, писать заявление за испорченную дверь или нет. Склоняюсь к тому, что да. У меня перехватило дыхание. Деньги ладно, это же там и суд может быть? Статья? – Может, не стоит? Ему, наверное, и так досталось и он уже всё осознал. – Если просто так отпустить, то точно ничего не осознает. М-да, печально. – У тебя сегодня выходной, можешь быть свободна, – начальник сделал паузу. – Ну или, так и быть, можешь отработать за своего Джина. – Как? – Мой брат попросил меня сегодня побыть с его дочками, погулять, сводить в парк. Я с детьми не очень, они у него ещё и шустрые девчонки, опасаюсь, что не услежу. Будешь мне помогать. Кормить, сопли подтирать, в туалет женский водить по необходимости. – Да! – обрадовалась. – Я согласна! Только… я бы хотела переодеться во что-то не рабочее… – Можешь отправляться домой, всё равно еще рано. Я заеду за тобой часа через четыре. Будь готова. И… возьми с собой какую-то домашнюю одежду на смену. – А одежду зачем? – Возможно, после прогулки девочки заедут ко мне, если их родители ещё будут заняты. – Ладно. Кое как добралась до дома, тихо прошла в свою комнату, чтобы не разбудить обычно дрыхнущую по выходным до обеда Михи, и упала в кровать. Ну и приключения. Хотела отвлечься от несчастной любви, и вон как всё развернулось. Кажется, Джин навострил лыжи обратно. Оно вроде и радостно, но как ему теперь верить? И смысл этого возвращения? Чтобы всё было как раньше? Но так ведь уже не будет. Беру телефон, звоню своему мечущемуся бывшему, чтобы узнать, как у него дела, но он недоступен. Так всё утро. Скорее всего Джин всё ещё в участке. Полежу пять минут и буду собираться. Не прошло и пары минут, как в комнату стучится Михи. Заглядывает. – Привет, – улыбается довольная сонная подружка. Надо же, рано как проснулась. – Как дела? А я слышу сквозь сон, что дверь хлопнула, думаю, неужели ты вернулась. Тебя теперь дома трудно застать. – Ну так, конечно, если квартира занята для любовных утех. – Ту, ночь, понятно, а прошлую ты где провела, а? Ну-ка сознавайся. – На работе, – ответила мрачно. – И скоро снова по рабочему заданию отправлюсь. Шеф, кстати, часа через два за мной заедет. Может даже сюда зайдет. Глаза Михи широко распахнулись, и её тут же сдуло из моей комнаты. – Что же не позвонила, не предупредила?! Я же не готова!!! Два часа это мало! – кричит Михи из другой комнаты. – В прошлый раз тебе и минуты хватило на подготовку, – широко улыбнувшись, вспоминая, как Михи в прошлый раз предстала перед Чонгуком, отвечаю я. В дверном проёме показалась голова Михи с крайне возмущённым выражением лица. – Ты почему мне тогда не сказала, что я маску не смыла?! – Так разве не так задумано было? – Нет!!! Прячу лицо в подушку, начиная давиться смехом. – Суа! Ты ведь специально не сказала, да? Отшлёпать тебя мало! Спустя два часа, в течение которых Михи заполошно бегала по квартире прихорашиваясь и ругая меня, я тоже неспешно собралась, позавтракала кое-как и морально подготовилась. Когда Чонгук позвонил мне, Михи уже была полностью готова. Выглядит ну просто шикарно. Можно сразу на подиум. Даже квартиру Михик прибрала на волне энтузиазма, и каково было её разочарование, когда начальник сказал мне выходить, и что сам заходить не будет. – Я с тобой пойду, – решила Михи. – Ну зря, что ли, я красилась, он должен увидеть меня без зеленой маски. – Ну а что, в магазин за хлебом пошла. – В вечернем платье и на шпильках? – Почему нет? Прогуляюсь, может, познакомлюсь заодно с кем. – У тебя же парень есть. – Ну, знаешь, один хорошо, а ещё пару кандидатов в мужья держи про запас. – Зачем? – Ну вот как у тебя с Джином было? Он один единственный, судьба, полжизни с ним, и в итоге всё равно разрыв и душу тебе рвёт. Скажешь нет? – Может, сейчас и плохо, но до этого было зато очень хорошо. Запасные аэродромы – это противно. – Ой, ничего ты не понимаешь. Была бы похитрее, и всё у тебя и дальше наверняка было бы хорошо. Что-то не верится. Выходим с Михик вместе из подъезда, она меня ещё и под ручку взяла. Видимо, чтобы наверняка заметили. Мы сейчас как день и ночь. Она в вечернем элегантном наряде и виде, и я, в любимых кроссовках, которые еле отмыла после забега по свежеспаханному полю, те же джинсы, что и на собеседовании были, старенькие, но тоже такие удобные. Футболку только новую надела из тех, что купил шеф, но её не видно, поскольку сверху вообще моя самая любимая заношенная толстовка. Ну а смысл каблуки надевать и всё прочее, если всё равно в парк идём, мелкие наверняка шустрые, побегать может за ними придется. Ну а начальник меня всякую видел, и в одежде, и даже немного без, думаю, не оскорбится. Машину начальника заметила неподалеку от подъезда. Что странно, шеф не вышел из авто, хотя обычно выходит, чтобы открыть дверь. Прощаюсь с Михи и иду к машине, а подружка, гордо выпрямив спину, плывет дальше по дороге, никак не показав, что её расстроило, отсутствие Чонгука. Не идёт, а пишет в сторону булочной, плавно покачивая бедрами. Идущие ей навстречу мужчины оборачиваются, даже я загляделась. Ну правда, красивый выход получился. Сажусь в авто, а там шум, гам, две девчушки на заднем сиденьи заливисто хохочут. Чонгук скорее всего и не заметил нашего с Михей выхода, потому что вовсю играет с девчатами в серого волка, “страшно” рычит и делает вид, что хочет укусить, отчего, собственно, малышки, лет трёх-четырёх на вид, просто в восторге и при каждом нападении визжат. Неожиданно. – О, Суа, пришла? Поехали тогда, а то в машине не могу дотянуться и съесть этих девочек. Вот на место приедем, и уж тогда я за ними погоняюсь. Девчонки опять радостно смеются. – Девчонки, знакомьтесь, это Суа, моя подруга, она будет с нами гулять. Суа, это Наён, а это Сольчжу. – Суа, а ты тоже волк? – тут же спрашивает сидящая позади меня Сольчжу. – Нет, – за меня отвечает Чонгук. – Сегодня она Красная Шапочка. – А мы кто? – задорно интересуется Наён. – А вы вкусные и румяные пирожки. Машина плавно выезжает на дорогу, Чонгук ведёт очень осторожно и неспешно. Видно, что не хочет рисковать, когда в машине дети. Нет, ну это как понимать? Это Чонгук так детей не любит? Всем бы так детей не любить. – А где бабушка тогда? –выясняет Сольчжу. Близняшки, кажется, любят говорить по очереди. – Бабушка сама к вам должна приехать. Завтра. Ехали около двадцати минут в машине и за это время крайне любознательные и общительные девчушки успели завалить меня и Чонгука вопросами из самых разных областей. На все вопросы шеф отвечал очень терпеливо, не отмахивался, много шутил. А когда вышли из машины, девочки не стали никуда убегать, облепили явно любимого “дядю Чона”, на которого глядят с восторгом и обожанием, взяли его за руки с обеих сторон, одну свою руку Сольчжу дала ещё и мне, и вот так мы пошли в парк, оказавшийся не просто каким-то там лесным массивом, а парком аттракционов. Первым делом мы прокатились на колесе обозрения, а потом мнения разделились. Наён хотела в пещеру ужасов, Сольчжу в зоопарк, шеф, посмеиваясь, заявил, что он вообще-то хочет пойти смотреть инсталляции с динозаврами, и поскольку он тут главный… В итоге споры закончились на вольерах, где катают на пони. Девчонки сразу забыли о разногласиях. Начальник оставил меня присматривать за девчатами, а сам ушёл, вернувшись к концу заезда. Принёс девчонкам сахарную вату, а мне мороженое, прямо-таки угадав мою тайную страсть к этому лакомству. В парке мы пробыли больше четырёх часов, обошли, всё, что только можно и нельзя. Было действительно очень весело. Девчонки просто милашки, шкодничали, бывало, убегали, но всё равно покорили меня своим обаянием. Шеф… шеф тоже покорил. Я невольно представила, в эти несколько часов, что у меня могла бы быть такая семья, и мне это очень понравилось. Чонгук в роли отца был бы просто потрясающим. Весёлый, добрый, для девочек большой авторитет, щедрый, очень внимательный. Странно, что Чонгук всё ещё сам до сих пор не обзавелся большой семьей и утверждает, что детей не любит. В парке аттракционов начальник отвел нас в симпатичное и уютное кафе с летней верандой и со своей детской площадкой на территории. Поев, наблюдаю за тем, как девчонки резвятся на площадке и немножко им завидую. Столько энергии! После четырёх часов ноги гудят, клонит в сон, а они как ни в чем не бывало носятся, как заведенные. Чонгук, попивая чай, благодушно наблюдает за племяшками. – Шеф, а как так получилось, что вы говорите, будто детей не любите, а по факту любите? Обманывали меня, да? – Суа, ну я же не со всеми детьми так, это родственники, семья. – Ну а что вам тогда мешает завести своих детей и любить их? – Не все созданы для семьи. – Ой, да ладно. Мне кажется, вы были бы идеальным отцом. Чонгук глянул на меня как-то мрачно и ничего не ответил. К счастью, неловкой паузы не вышло, вернулись девочки, облепили с двух сторон шефа, обняли, умильно прижались к нему щеками. – Дядя Чон, ты самый лучший и классный! А мы в туалет хотим. – Это к тёте Суа. Она вас отведет. Здесь наверняка должен быть при кафе. Су, идите, я пока счёт оплачу и будем выдвигаться в сторону дома. – Хорошо, – говорю я, вставая. Даже в дамской комнате непоседливые девчушки умудряются баловаться, мы с ними умудридись устроить водную битву брызгами из-под крана, а затем надолго зависли у сушки для рук, экспериментируя с ней, но, когда мы уже собираемся выходить, они меня остановили. По спине побежали мурашки. Только что, взгляды девочек были весёлые и дурашливые, и вдруг на мне скрестились два сканирующих взгляда серо-коричневых серьезных глаз. Мне это что-то напомнило. Точнее кого-то. А, ну да, папеньку их. У него, видимо, научились этим пронизывающим взглядом. – Тетя Суа, а вы что, с дядей Чоном жениться будете? – Э-э, с чего вы так решили? – Ну он же с вами приехал. Вы хорошая, добрая. Мы решили, что не против. Гыг. – Спасибо, но замуж за вашего дядю я не собираюсь. – Почему? Я вижу по детским глазам, что они искренне недоумевают. Что им ответить? – Он не предлагал, – шутливо отвечаю я. – Да и вообще мы просто друзья и коллеги по работе. Девочки покивали, кажется, мой ответ их удовлетворил, и снова сестрёнки превратились в обычных веселых лапочек. Фух. В машине лапушки сразу уснули, я, глядя на них, тоже минут через десять отключилась. – М-да, повезло же мне, у меня целая машина спящих красавиц, – будит меня громкий весёлый голос начальник. – Подъём, принцессы, всех троих я до дома не понесу. Как бы там ни было, но двоих ещё сонных принцесс, шеф всё-таки взял на руки, донёс до квартиры и там их вдвоем уложил на одну кровать. Девчата быстро скинули обувь и часть одежды и давай дальше спать. – Хорошо я их укатал сегодня, – хмыкнул довольно Чонгук, выйдя в гостиную. – Да, шеф, это вы хорошо умеете. Вчера на работе я даже за столом умудрилась уснуть, – отмечаю я с усмешкой. – У меня сложилось ощущение, что я вообще на тебя убаюкивающе действую. В кино уснула, в объятиях засыпаешь… сейчас буду еду заказывать. Что хочешь на ужин? – А я вам еще тут нужна? – Ну конечно. – Эм, салат какой-нибудь. Пока начальник отвлекся на заказ, ушла в "свою" комнату, там переоделась в "домашнее" в виде спортивных штанов и футболке, достаю телефон, про который начисто забыла во время прогулки, а там десять пропущенных от Джина. Телефон был на вибро, я и не слышала. Перезваниваю. – Почему так долго не отвечала на вызов? – начал разговор с претензии Джин. Нормально. Я ещё и отчитываться должна? – Быстро я отвечаю только своему молодому человеку. Ты что-то хотел? – Где ты сейчас? На работе? Дома нет, я уже проверил. – А что? – Хочу встретиться. – Топорик на встречу будешь брать? Пару секунд молчания. – Веселишься? То есть ты обо всём в курсе и тебя это забавляет? Тебя не волновало, где я, что со мной? – Ну… мне сказали, что тебя отправили разбираться в участок. Я тебе звонила, телефон был выключен. – Надо же. То есть особо тебя и не волновало, как я. Может и любви никакой у тебя ко мне не было? Выпала осадок. – Ты в своем уме или тебя по голове, может стукнули и ты память потерял? Ты меня бросил, ушёл в “свободное плавание” и теперь какие-то претензии предъявляешь?! Кстати, где ты? – В данный момент дома. – Как же так? Тебя так легко и быстро выпустили? – Заявления на меня не было. Как проснулся, сразу и отпустили. – А деньги взяли за порчу имущества? – Нет. – Ого, а почему не знаешь? Опять несколько секунд тишины. – Ты поспособствовала? Что он за это с тебя затребовал? Ты спала с ним? Мне такая помощь не нужна. Если спала… – Джин, иди-ка ты, – прерываю я бывшего. – В свободное плавание! – Я буду ждать тебя возле дома Михи. Я заберу тебя домой. Сбросила вызов, ещё и телефон выключила. Меня аж трясет. Нормально вообще? Нет, конечно, ещё недавно я мечтала, что Джин это скажет, и мы снова будем вместе, но реальность такова, что сейчас от этих слов мне самой хочется ему врезать. В комнату, кратко стукнув, тут же заходит Чонгук. – Я мимо проходил, услышал, ты кричишь, проблемы какие-то? Я кричала. – Да, нет. Джин звонил, я, немного рассердилась. – Что хотел, если не секрет? – Опять встретиться. Очень кратко пересказала беседу. – Ну а что, ты не хочешь встречаться? Может, правда стоит поговорить? – неожиданно произнес Чонгук. – Прямо сейчас не хотелось бы. Джин на взводе, пусть успокоится. У него, кстати, топорик изъяли? А то он сказал, что будет меня у дома ждать. – Думаю, ему вернули. Но это не проблема. Как девочек сдам, я могу тебя домой отвезти, захвачу свой топор. Большой, мощный, выносливый и… Невольно хмыкнула. – Спасибо, не надо. – А лучше оставайся сегодня тут. Пусть ждёт хоть до посинения и осознает. Как раз успеет остыть. – Благодарю, но нет. Надо уже всё-таки со всем разобраться, поеду. – Как знаешь. Девочки долго не проспали. Минут сорок тишины и спокойствия, и вот по квартире несутся звонкие детские голоса. Сёстры забегают в гостиную, где мы с шефом мирно смотрим кино, причем вполне нормальный фильм, видят на столе шахматную доску и… – О-о! Шахматы! Босс едва успел убрать шахматы, увел прямо из под носа у девчонок. – Дядя Чони! Дай поиграть! – Не этими, – начальник аккуратно, чтобы не съехали фигуры, переносит доску и убирает её на высокую полку. – Я вам другие сейчас дам. Шеф ушел ненадолго, а вернулся с почти идентичными по виду шахматами. Девчонки, забыв про нас с дядей Чоном, тут же расставили фигуры, и как начали с жарким азартом резаться в шахматы. Это вообще нормально в их возрасте? – У них в плане шахмат серьёзное противостояние, – тихо говорит мне на ухо Чонгук. – Уровень примерно одинаковый, никак не могут определить, кто лидер. Им даже можно игрушки никакие не покупать, оно хорошо если с минуту будут с ними как-то взаимодействовать, а потом сразу забывают, теряя интерес. А вот шахматы, это всё. Папино увлечение переняли. – Вы поэтому у меня про шахматы на собеседовании спросили? Надоели они вам? – В чём-то да. Когда девочки закончили играть, окончив партию вничью, они обратили внимание на меня, спросили, у меня умею ли я играть, а то с дядей Чоном не интересно, он их всегда обыгрывает. Призналась, что нет, и сестрёнки загорелись меня научить. Не отстали, пока не согласилась. Сели за шахматы, перебивая друг друга, малышки быстро рассказывают о фигурах так, что я ничего особо не понимаю и начинаю чувствовать себя тупенькой, а они уже начинают мне рассказывать про стратегию игры. Шеф, который поначалу решил остаться в стороне, видимо глядя на моё смущенное, полное страдания лицо, хмыкнул и присоединился к нам, заново начав рассказывать про фигуры и на этот раз действительно понятно и доступно. Уже спустя минут двадцать девочки расставили фигуры и я начала свою первую в жизни партию, причём с шефом в партнерах. – Как можно было никогда не играть в шахматы? – искренне недоумевают девчата, глядя на мои неловкие непродуманные ходы. – Были другие увлечения, – виновато пожимаю плечами. – Шахматы интересными не казались. – Ничего, мы сейчас тетю Суу научим правильным увлечениям, да девочки? – весело произносит Чонгук. – Да!!! – как-то излишне кровожадно блестя глазами, отвечают малышки. С шефом партию не доиграли, позвонили в дверь. – О, скорее всего доставка, пойдём, Суа, поможешь еду разобрать. Девочки, пока между собой поиграйте. Действительно оказалась доставка, причём еды столько заказано, что неясно, влезет ли всё в холодильник. Шеф вечеринку решил организовать? В какой-то момент достаю красивую коробку, пахнущую на удивление знакомо и вкусно. Корица. Приоткрываю, и да, в коробке ну о-очень знакомые булочки, всё как на подбор. Надо бы возмутиться обманом начальника, булочки он сам не готовил к кофе, но не могу, широко улыбаюсь и почему-то жутко смешно. Подхохатывая, убираю коробку. Когда сели ужинать, в дверь вновь позвонили, оказалось, это брат шефа с женой и совсем ещё крохой младшим братиком девочек. Родители, после всех приветствий, хотели было сразу забрать малышек, но девочки воспротивились, сказав, что ещё кушают и упросили ещё немного посидеть у дяди Чона. Шеф тоже зазывал, и тогда только Хосок с женой согласились ненадолго задержаться, прошли на кухню, а там я, до этого тихонько отсиживающаяся, подслушивая. Все сели за стол, мне представили Ёну – жену Чон Хосока. Молоденькая такая, может немного старше меня, красивая, спокойная. Со спящим малышом на руках и вовсе очень милая. На меня Ёна как-то уж очень радостно посмотрела. И всё бы хорошо, только я, наверное, лишняя на этом семейном собрании. Чувствую себя неловко. Встаю и тихонько направляюсь к выходу из кухни, но начальник ловит меня за руку. – Суа, ты куда? – Эм… в дамскую комнату, – сказала первое, что пришло в голову. – Возвращайся потом. Вот как шеф понял, что я решила сбежать? Возвращаться не торопилась, в надежде, что гости Чонгука соберутся скоро и уедут, но нет, сидят. Когда села за стол, заметила, что сестрёнки прямо очень подозрительно шушукаются, на меня поглядывая. Напряглась. И не зря. Девочки поймали момент, когда за столом воцарилась тишина, и Наён громко-громко своим милым детским голосочком поинтересовалась: – Дядя Чон, а почему ты тёте Суе предложение не делаешь? Она согласна, мы тоже. Тишина повисла звенящая. Я чуть не уронила лицо в салат от стыда! Что же мне так не везет-то? У меня краснеет всё, начиная от щёк и ушей до кончиков пяток. Способность говорить я потеряла, да и вообще лучше молчать, чтобы твои слова не были перевернуты с ног на голову. Решено, отныне я стану самой немногословной и серьёзной помощницей на земле! Чонгук отвечать не торопится. Начальник наверное, сердится, взглянула на него украдкой, а он, оперевшись локтями на стол, прикрыл рукой глаза и… беззвучно хохочет. Нет, не рыдает, я уже не спутаю. Плечи сотрясаются, вижу улыбку. Перевожу взгляд на Хосока и Ёну, и они тоже улыбаются. Ну, хорошо хоть им всем весело, мне не очень. – Дядя Чон-и! – тем временем возмущенно восклицает Сольчжу, призывая дядю к ответу. – Почему ты смеешься? – Извините, – кое-как произносит Чонгук, утирая выступившие из глаз слезы. – Просто вопрос был очень неожиданный. А Суа, думаете, точно согласна? А то вдруг я предложение сделаю, а она откажется, я же тогда огорчусь. Недетские сканирующие взгляды сестрёнок скрестились на мне. И без того жутко смущенная, что-то мямлю про то, что девочки меня неправильно поняли, что замуж не хочу, про рабочие и дружеские отношения, но, судя по детским взглядам, неубедительно. Взрослые из семейки Суворовых уже откровенно подхохатывают, а мне хочется провалиться. Все забыли про еду, наблюдают за развитием моей беседы с девочками. Надо было не возвращаться за стол и тянуть до последнего, отсиживаясь в туалете. – Ну и что? Это всё жениться не мешает, – рассудительно произносит Наён на все мои аргументы. Вообще, мне не кажется, что девочки считают своего дядю неотразимым и все женщины по любому должны хотеть за него замуж. – Надо соглашаться, иначе дядя Чон расстроится. Поворачиваюсь к Чонгуку и умоляюще на него смотрю, чтобы выручал. Это же его племяшки. Шефу явно очень весело, и помогать он мне тоже, похоже не собирается, только покивал согласно. – Да-да, Суа, я очень расстроюсь, так что придётся тебе замуж за меня идти, – говорит шеф и хохочет. Не хочет помогать? Ну и ладно. Сам виноват. – Хорошо, я согласна, – кратко и сухо отвечаю я. Возвращаюсь к салату. Пусть начальник потом сам отвечает племяшкам, почему так и не женился, ведь тетя Суа была согласна. – Точно? –подозрительно уточняют сёстры. – Ага. Малышки переводят взгляды-сканеры на своего дядю, с выражением на личиках, что мол всё, дядя Чон-и, мы своё дело сделали, она согласна, твоё слово, и вообще женись уже давай, можно прямо сейчас, чего тянуть. – Чтобы жениться, надо сначала предложение сделать, а у меня кольца нет, – нашел новую отмазку шеф. Девочки помолчали, подумали. – Мы сейчас сделаем кольцо, – в итоге произнесла Сольчжу. – Э, нет, со сделанным не солидно, нужно как минимум золотое, – посмеиваясь, категорично заявляет шеф. Его так просто не возьмешь. – Если уж совсем всё по серьезному организовывать, то надо с драгоценными камнями. Девочки молчат. Всё, победа за дядей Чонгуком. Но тут вдруг случилось то, что вряд ли кто мог предположить. – Видимо, случайности не случайны, – произносит Хосок и, словно какой-то фокусник достает из внутреннего кармана пиджака бордовую бархатную коробочку. – Ты же знаешь, что наша мама давно, ещё перед тем, как ты женился, случайно потеряла фамильное кольцо, которое ты хотел подарить будущей жене. У мамы скоро юбилей, и я решил сделать ей подарок, восстановив фамильное кольцо. Нашёл старое фото родителей, где на маме надето это кольцо. Там было не чётко, но мой хороший знакомый и почти гениальный ювелир, сделал на заказ очень похожее кольцо, но добавил туда пару своих авторских штрихов. Как раз буквально за полчаса до приезда сюда, забрал кольцо. Причём я планировал это сделать гораздо позже, но Сэм попросил забрать сегодня. И сейчас, я думаю, это кольцо должно быть у тебя, а маме мы с Ёной сделаем другой подарок. Бери, оно твоё. Хосок поставил коробочку перед Чонгуком. Над столом повисла тишина. А ведь брат моего шефа тоже тот ещё тролль. Подстава подстав. Девчонки сразу заулыбались. Шах и мат тебе дядя Чон. Нет, я, конечно, могла бы взять огонь на себя и сказать, что передумала, дабы не омрачить в глазах девочек образ решительного и уверенного в себе дяди, если бы Чонгук до этого не повесил всё на меня и не хохотал, так что пусть сам выкручивается, прекращая балаган и разрушая эту сказку для маленьких хитреньких сестрёнок. Ну или пусть женится, в конце концов. Только не на мне. Ха, шеф так убийственно посмотрел на брата, а Ёна мне хитро подмигнула. Несколько секунд молчания, и Чонгук медленно берет коробку, открывает и поворачивается ко мне. Теперь взгляд шефа мрачный и решительный. Серьезно? – Суа… – Неправильно, дядя Чон, надо встать на одно колено, – вредным тоном произнесла Сольчжу. – Ты же рыцарь. – Я вообще-то волк сегодня, но ладно, – отвечает босс и реально отодвигает свой стул и встает передо мной на одно колено. Едва сдержалась, чтобы не покрутить пальцем у виска. Внутри меня всё сжимается и по коже бегут мурашки. – Суа, рабочий контракт у нас с тобой уже есть, согласна ли ты заключить ещё и брачный? – глаза шефа смеются. – Как-то не романтично, – скептично произносит Наён. – Угу, – неожиданно поддакивает Сольчжу. – Чонгук, давай уж, сделай нам красиво, если начал, я видео для Ники снимаю, она такое любит. Сейчас запись заново поставлю. Ты смотри, какие тут все эксперты и сценаристы. Ну и фарс. – Суа, душа моя, согласна ли ты разделять со мной эти серые будни? Примешь ли ты это кольцо? Ы-ы-ы, какие хитрые формулировки у шефа. Серые будни я и так с ним разделяю, так как вместе работаем, а принять кольцо – вообще ничего не значит. Выдержала паузу для эффекта. – Я согласна. Чонгук по хозяйски берёт мою руку и шустро надевает мне на палец красивое колечко. Почти впору, может только чуть-чуть свободно. – Ура!!! – закричали девчонки. – Целуйтесь! – потребовала Сольчжу. – Я при детях не целуюсь, – категорично ответил босс, вставая с колен и в этот же момент малыш на руках Ёны тихонько захныкал. Сестрёнки разбудили криком. Сразу после этого все быстро разошлись из-за стола. Ёна уединилась с малышом в одной из комнат, чтобы его покормить, Чонгук с Хосок ушли в гостиную, где Хосок увидел шахматную доску с незаконченной партией, ту самую, которую Чонгук не отдал девочкам для игры. Братья тут же сели играть, видимо, это и была их недоигранная партия. Малышки уселись рядом с мужчинами и притихли, с живым интересом став наблюдать за игрой, ну а я решила убрать со стола, а потом и вовсе тихонько прокралась в свою комнату и там закрылась. Это мне удалось без труда. После окольцевания ко мне потеряли интерес. Вышла я только спустя полчаса, чтобы попрощаться, когда поняла по звукам, что гости Чонгука собираются уходить. Со мной очень тепло попрощались всё приглашённые семейство. Девчонки висели на шее, целовали в щёки, а свою маму просили купить им на будущую свадьбу самые красивые платья. Что-то шутка затянулась. Оставшись с начальником наедине, тут же сняла с пальца кольцо и протянула украшение Чонгуку. – Вот. Шеф снисходительно посмотрел на кольцо и не взял его. – Я подарки не возвращаю. Носи если хочешь, а нет, можешь хоть выкинуть, хоть продать. – Извините, но я не могу… – Я всё сказал. – Тогда можно я поеду домой? – Уже поздно, пока доедешь, вернёшься по темноте, а там Джин с топориком. Я бы довёз, но сейчас за руль уже не сяду, и всё же предлагаю остаться тебе сегодня здесь. У нас как-никак помолвка, надо отметить. У тебя разве каждый день такое бывает? – Именно такое вообще никогда не случалось. – Ну вот. Ради такого дела достану что-то очень дорогое и коллекционное на дегустацию. Еды полно, вечер тёплый, сядем на веранде, пообщаемся. Всё-таки босс знает толк в соблазне. Не то чтобы я хотела остаться, но как представила будущие разборки с Джином, как внутри все опустилось. Я уже не знаю, что ему как говорить, как дальше быть, что вообще он хочет. А у начальника хорошо, беззаботно, сидим за столом, дегустируем разные вкусности, болтаем. Вечер сегодня и правда хороший, сидеть на свежем воздухе одно удовольствие. И чем темнее становится, тем разговоры душевнее и откровеннее. В какой-то момент за этими разговорами и воспоминаниями я вдруг поняла, что мне очень надо позвонить Джину и всё ему сказать. Достаю телефон, но босс гаджет у меня из рук выхватывает и забирает себе. – Эй! – Запомни, никаких звонков бывшим под действием… воспоминаний. Утром жалеть будешь. – Может не буду. Может, вообще помиримся. – Да надо оно тебе? Свет клином что ли, на этом Джине сошёлся? Всхлипнула. – Я же его люблю. Дошла до того состояния, когда ничего не страшно, тянусь к начальнику и пытаюсь забрать телефон. Босс отводит руку вверх. Опасно близко наклоняюсь к шефу. Ничего, сейчас достану телефон. – Ты прямо много о любви знаешь? – Может даже побольше вашего. Телефон отдайте. – О, смотри как заговорила. Ты целовалась хотя бы с кем-нибудь, кроме Джина? – Зачем мне это надо? Телефо-он! А то… я при случае скажу Наён и Сольчжу, что вы не захотели на мне жениться. – Надо же, ещё и шантаж пошёл? Ладно, сама напросилась. Давай эксперимент. Один поцелуй и я верну тебе телефон. – В чём эксперимент-то? – Скажу после окончания эксперимента. – Не буду целоваться. – А я спорить. С этими словами шеф притянул меня к себе и поцеловал.