Дождись весны

Арсений не любит фанфики. Ему абсолютно не нравится, что друзья продолжают кидать ему ссылки на подобные творения. Им кажется это забавным, а Арсений только натянуто улыбается в ответ. Он честно пытался разобраться в этом, читал и перечитывал, но все равно не видел в этом никакого смысла. Герои не имели ничего общего с настоящими людьми. Часто их поведение и ситуации, в которых они оказывались, раздражали Арсения до такой степени, что он наверняка бы поговорил об этом с кем-то на повышенных тонах, если бы не боялся быть осмеянным. «Арс, зацени, что нашел». Сообщение сопровождалось ссылкой и идиотскими смайликами. Арсений закатил глаза и отвернулся к окну. До следующего города из их гастрольного списка ехать ещё не меньше четырех часов. И ни одной минуты из них Арсений не хотел бы тратить на чтение очередного фанфика. Почему он продолжает этим заниматься? Может ему просто нравится раздражаться? Кто вообще придумал, что удовольствие могут приносить только позитивные эмоции? Вот уж нет. В частности раздражение прекрасно бодрит. Арсений переходит по ссылке и начинает читать. Почему-то все работы, что ему попадались, всегда начинались с Антона. Сам Арсений появлялся позже и изображался более необычным, но как будто дополнительным персонажем. Арс поднял голову и посмотрел на затылок Шастуна через весь микроавтобус. Антон сидел в наушниках, прислонившись к стеклу, и совсем не горел желанием с кем-либо общаться. Арсений откинулся поудобнее на спинку сидения и снова погрузился в чтение.

***

Коридор наполнен людьми, но сконцентрировать внимание на движущихся на периферии туманных силуэтах выходит не сразу. Звуки постепенно становятся чётче и превращаются в гомон множества голосов. Арсений хмурится, оглядываясь по сторонам. Он упустил момент, когда что-то вокруг изменилось и теперь все никак не мог заметить перемену. Резкая трель звонка окончательно сбила его с мысли, все вокруг ускорилось и хаотично задвигалось. Кто-то врезался в него лоб в лоб, будто он был невидимкой и Арсений наконец-то пришел в себя. Парень недовольно поправил на плече готовый свалиться рюкзак и удивлённо уставился на него, на лице его при этом почему-то отразилось что-то вроде ужаса. — Это что за чертовщина? — невольно выдохнул Арсений сквозь зубы. Перед ним стоял Антон. Какой-то неуловимо другой, непривычный. Хотя нет, вполне уловимо другой. Этот Антон был младше оригинала лет на пятнадцать, наверное, и выглядел каким-то болезненно серым. — Вы что здесь делаете? Вы же весной должны были приехать… — так же тихо и растерянно пробормотал подросток, продолжая смотреть на Арсения круглыми от удивления глазами. Смотреть на Антона сверху вниз было не привычно, но Арсений не успел подробнее обдумать эту мысль, потому что пауза затягивалась и нужно было что-то предпринимать. Решение оказалось неожиданным для него самого, но он же актер, верно? — Я вернулся раньше, Антон, а ты почему не на уроке? Звонок только что прозвенел, — как можно более уверенно начал Арсений, скрещивая руки на груди, — И почему от тебя пахнет сигаретами? Курение на территории школы запрещено. Антон поморщился, будто от приступа зубной боли и опустил голову так, чтобы Арсений не мог видеть его лица. — Какой у тебя сейчас урок? — не обращая внимания на реакцию продолжил Арс, старательно изображая учителя. — Прекрати, это звучит смешно, — вдруг устало перебил его Антон. Арсений опешил от такого поворота и запинаясь пробормотал: — Ты как с учителем разговариваешь? Антон сделал шаг вперёд и легонько толкнул его в грудь. В глазах у Арсения снова все помутилось и в следующую секунду он открыл глаза уже стоя на улице. Вокруг было сыро и холодно. Антон стоял рядом и с безразличным видом выпускал в небо колечки дыма. — Как мы… здесь оказались? Где мы вообще? — растерянно проговорил Арсений, немного путаясь в словах. Антон молча посмотрел в ответ, не спеша отвечать на его вопросы. Хорошенько оглядевшись по сторонам Арсений и сам понял, что они где-то на заднем дворе школы, вот только он не помнил, как выходил из здания, да и по ощущениям прошло не больше секунды с тех пор, как они говорили в коридоре. — Что за чертовщина… — снова пробормотал он себе под нос. — Не используйте это слово, если не хотите, чтобы коллеги опять смеялись над вашим возрастом, — меланхолично заметил Антон, краем глаза наблюдая за Арсением. — Какое слово? «Чертовщина»? Антон кивнул. «Ты то как раз и смеёшься громче всех» — про себя отметил Арс, недоверчиво разглядывая подростка. Этот Антон был бледным и ещё более худым, чем оригинал, он неуютно сутулился и нервно разминал в пальцах сигарету. Он был одет явно не по погоде, ему наверняка было холодно в толстовке. Арс осмотрел себя и с удивлением заметил, что на нём самом теперь была зимняя куртка и даже шарф. По всем правилам фанфиков, если Арсений действительно попал именно туда, теперь он должен был побеспокоиться о здоровье своего ученика и укутать его в свою куртку, но ведь это как раз то, что так раздражало Арсения во всех прочитанных историях. Пока он размышлял об этом, Антон внимательно разглядывал его лицо, наконец заметив это Арсений вздрогнул и вопросительно поднял брови. — Я его ещё никогда не видел, — тихо объяснил Антон, — Арсений Сергеевич должен перевестись к нам весной. И я вот думаю, будет ли он похож на вас… — Что ты имеешь в виду? — Вы же сюда случайно попали. Вы не имеете ко мне и к нему никакого отношения. — Ты значит ждёшь его появления, чтобы история началась по-настоящему? — начал понимать Арсений. — Вовсе я его не жду, — насупился Антон, отворачиваясь. Он потушил сигарету о подошву и потёр друг об дружку озябшие ладони. — Да-да, конечно не ждёшь, — с сарказмом заметил Арсений, в нем начало просыпаться знакомое раздражение. Антон кинул на него тяжёлый взгляд и отвернулся. — Что с тобой? — продолжил Арсений небрежно, — Тебя дома бьют? Или ты анорексик? Может ты руки режешь? Покажи… Он даже успел сделать вперёд несколько шагов, намереваясь взглянуть на запястья подростка, но тот вовремя увернулся. — Не прикасайтесь! — выкрикнул он, отскочив подальше. — О чем я и говорил. Психологические травмы налицо, — хмыкнул Арсений. — Мои травмы — не ваша забота! — Верно, не моя. Это забота Арсения Сергеевича. Он приедет и спасет тебя! Можешь и дальше маяться ерундой, пуская свою жизнь под откос. Он все равно будет рядом, разгребая твои проблемы… Арсений замолчал, вдруг почувствовав, что делает что-то не то. Антон прижал ладонь к губам, будто сдерживая внутри слова. — Я обещал, что не позволю ему меня изменить, — уже абсолютно спокойно проговорил он через несколько секунд, — Иначе все, что я чувствую потеряет всякий смысл. Так что, если вас не устраивает роль спасателя, просто проваливайте. Антон расправил плечи и с прищуром покосился на Арсения. — Мне не нужна ваша помощь… — Лжешь. — Идите к черту! — снова разозлился Антон. — Ты хотя бы для себя понимаешь почему так происходит? Арсению не нравился этот разговор, но теперь он уже чувствовал себя виноватым за истерику подростка и не мог просто уйти. Скорей бы все это закончилось. — Что именно вы имеете в виду? — с подозрением переспросил Антон. — Почему тебя приходится спасать. Опять слишком грубо, Антон морщится. — Потому что я не в состоянии выражать свои эмоции и желания. Я ничего не хочу, но слишком много должен. Вам этого не понять. Вы то реализовываете себя и занимаетесь любимым делом… Арсений на секунду представил что было бы, не будь в его жизни съёмок. — Почему ты не найдешь себе занятие по душе? Арсений заставлял себя задавать эти вопросы, хотя чувствовал, что они ни капли Антону не помогут. Так и есть, он поднимает на Арсения такой взгляд, что становится понятно — они говорят на разных языках. — У меня нет ни капли нужных чувств, чтобы что-то захотеть, Арсений, — проговорил он тем же безнадежным тоном, каким Арс задавал свои вопросы. Повисло молчание. Арсению на секунду стало страшно от того, каким холодом повеяло от Антона, будто из раскрытого склепа. Он мог бы задать ещё десяток вопросов, пытаясь выяснить что стало причиной такого состояния, но это ведь не его война. Он может просто уйти… — Он поможет тебе? — тихо спросил Арс, нарушая тишину, — Тот, другой Арсений сможет тебе помочь? Антон неопределенно пожал плечами. Он ежился от холода и неосознанно поглаживал левое запястье кончиками пальцев, но Арсений старался этого не замечать. — Знаешь, а ведь в этом действительно есть что-то притягательное. Раньше я этого не замечал, — задумчиво проговорил он. — Я разлагаюсь заживо. Что в этом может быть привлекательного? — глухо пробубнил в ответ Антон. — Ты нуждаешься во мне. Ну то есть в нем. Это выглядит трогательно. — Это выглядит жалко, — возразил Антон, снова доставая из кармана сигареты. Горький дым окутал его усталое лицо с едва заметными мокрыми дорожками на щеках, и он запрокинул голову к небу, криво улыбаясь. Будто этой улыбкой желая отгородиться от всех слабостей, которые позволил себе с Арсением за последние четверть часа. Это выглядело хуже чем слезы и походило на болезненную судорогу. Арсений хотел сказать что-то ещё, но какой-то странный нарастающий шум прервал ход его мыслей. — Что это? — Это просто шумят машины, — спокойно отозвался Антон, — Вам пора просыпаться… В глазах у Арсения снова помутилось, он на секунду увидел салон микроавтобуса, но потом все же вернулся к расплывающемуся образу Антона. — Постой, Антон… Тот обернулся на него вопросительно, небрежно зажав в губах сигарету. — Обещай, что дождешься весны.

***

Арсений проснулся, с трудом выныривая из сна обратно в реальность. Он проспал всю дорогу и теперь вокруг царило лёгкое оживление, автобус парковался и все готовились выгружаться. Арсению не переставал мерещиться запах сигарет и от этого наваждения слегка кружилась голова. Снаружи было сыро и холодно. Арсений как обычно выбрался на улицу первым и теперь с рассеянным видом наблюдал, как остальные с наслаждением потягиваются, разминая затёкшие мышцы. Шаст выбрался из автобуса минуту назад и уже успел промочить кроссовки. — Ну и холодина, — фыркнул он, неторопливо закуривая, — Когда уже весна?