Only we

Гарри стоял на берегу Чёрного озера, глядя вдаль. После битвы осталось слишком много трупов, и он уже не мог выдерживать этот запах смерти. Всё, во что он верил, разбилось вдребезги, когда он просмотрел воспоминания Снейпа. Дамблдор никогда не думал, что Гарри будет жить. Он каждый год закрывал глаза на происшествия в школе, готовя парня к смерти. Так же он закрывал глаза на Регулуса, которого мать заставила принять метку; так же он смотрел на Снейпа, которого травили в школе Мародёры; так же он смотрел на мальчика из приюта, который искал себя. И Гарри не мог перестать винить Альбуса Дамблдора в стольких смертях. К нему подползла змея и посмотрела на Героя алыми глазами. То, что тело Волдеморта распалось на миллион кусочков, видели все, но то, что он показал Тёмному Лорду в момент Авады, не видел никто. Крестраж внутри мальчика умер, но и Гарри не был дураком. Собрав Дары Смерти, он попросил у Госпожи второго шанса для Тома Реддла. Они были много лет связаны, и он выбрал его. Ни отца, ни мать, ни крёстного, ни Фреда или Ремуса, нет! Тома Реддла! Палочка Волдеморта дала жизнь, обратившись в змея, огромного и устрашающего. Когда Рон спросил, что это за змея возле Гарри, изумруды на минуту вспыхнули, но парень ответил, что это его фамильяр, который Смерть подарила ему в обмен на Дары Смерти. Да, Гарри Поттер отдал их создательнице, надеясь, что они больше не попадут не в те руки. Гарри закрылся ото всех в мэноре. Ему предложили работу в Аврорате, но Поттер послал их всех к Дамблдору на тот свет. С него предостаточно самопожертвования. Он хочет жить в покое. Глядя на змея, которым теперь являлся Реддл, Гарри считал себя обманутым Смертью, ведь он просил новую жизнь для слизеринца. Но чем это не новая жизнь? И Том не возражал. Смерть заберёт их через много лет вместе, поэтому можно наслаждаться жизнью даже в змеином обличие. — Когда-то он был красивым мужчиной, — произнесла одной поздней ночью нарисованная Вальбурга Блэк, заставляя Гарри притормозить. — Знаю, я встречался с его шестнадцатилетней версией. — Его можно сделать человеком, — хмыкнула ведьма. — Насколько я поняла, то тело змея, — это его собственная палочка. — Да, — Гарри всерьёз заинтересовался словами мадам Блэк. — Это не так сложно сделать, но ужасно мерзко! — хмыкнула ведьма. — Что он для тебя значит, Гарри? Помни, если согласишься на этот ритуал, то станешь подобным Блэкам и Мраксам. Гарри задумался, а змей наблюдал за реакцией своего господина. Поттер принял наследие Блэков, но если полностью отречётся от Поттеров, то станет Блэком, имея небывалую мощь. Ложась спать, Гарри обдумывал слова Вальбурги. Если в ритуале будет задействована его душа, то плевал он на Тома, но если на кону не стояла его жизнь, то почему бы нет? Он дважды отдавал свою жизнь, чтобы маги жили спокойно. Неужели он не имеет права тоже так жить? Змей заполз на кровать и уставился своими алыми омутами на Гарри, а после виновато прошептал: — Не пересиливай себя, Гарри. Мы оба знаем, что ты не сможешь убить. Даже меня ты не убивал. Заклинание отскочило. — Ты никогда не врал мне. Был рядом. Обучал, — Поттер погладил голову змея. — Я помню нашу встречу в Тайной комнате, — перешёл на другую тему змей. — Ты меня хотел! Гарри расплылся в улыбке, а затем лизнул морду Тома, который лизнул губы гриффиндорца в ответ. Да, у Гарри были свои планы на Реддла. — Мстить будешь? Пытать? — А ты этого хочешь? — хмыкнул Избранный. — Я завишу от тебя. И выполню любой каприз, Гарольд Блэк. Том знал, что Гарри уже принял решение: он хочет вернуть настоящего Тома Реддла. Конечно, змей не желал пыток, но просить что-то у мальчика-которого-лишил-семьи не смел. Положив голову на грудь льва, слышал только размеренное дыхание. Мальчик больше не боится. Мальчик умер, породив на свет тёмного мага. Волдеморт готов понести все телесные, ментальные, магические и маггловские наказания.

***

Вальбурга была рада, что мальчик решил всё на руку роду Блэк. Для начала Гарри отрёкся от Поттеров, поглощая магию предков. Благороднейший и древнейший Род снова воскрес. Затем мадам Блэк рассказала, где хранится книга первых Блэков. Когда Гарри нашёл её под алтарным камнем, то удивился. Но алтарь был для жатв. Ему придётся принести жертву. Открыв книгу, начал изучать её вместе с Томом, который постоянно лежал на волшебнике, запоминая последние моменты его доброжелательности к пресмыкающемуся. — Итак, ритуал тянется почти год, Том. Ты готов к этому? — Да. Я желаю своё тело, даже если оно будет в твоём подчинении, — лорд Блэк хмыкнул, а после соблазнительно закусил губу. Оба знали, чего хочет Гарри. То, какие сны ему являлись, не оставляли сомнений в ориентации гриффиндорца и желании иметь именно Тома Реддла. — Это тёмный ритуал того, как змей насилует и осеменяет чистокровную волшебницу. Твоё дитя умрёт на алтаре, когда родится. Оно подарит тебе тело, оставляя за тобой анимагическую форму змея. Теперь понятно, как появились Блэки. Они изначально были змеями. Невероятно. — Вот откуда у тебя тёмные волосы и парселтанг. Я только пробудил в тебе дар говорить со змеями. Блэки со временем разучились понимать змей. Почему? — Перестали приносить кровавые дары Смерти, — ответил Гарри. — А что делать после ритуала с той ведьмой? — Тоже убить, — хмыкнул Гарри, выбирая жертву. — Думаю, Джинни заслужила смерти. Она достала своими письмами, — рыкнул Гарри. — Ничего себе! — вскрикнул он, переворачивая страницу. — Здесь ритуал того, как переместить душу в другое тело. Том заинтересовано посмотрел, а после тяжело выдохнул. Ему не светит этот ритуал, ведь он не Блэк. — Ты от меня никуда не денешься, Реддл! Ты мой, а не Смерти! Что же, Джинни оставим в живых. Женюсь на ней. Она родит мне дочь, а ты эту дочь возьмёшь себе в жёны через годы, она родит тебе дитя, и это будет твоё новое тело. Ты станешь Блэком, — хмыкнул Гарри. — А я заполучу тело одного из своих внуков. — Гарри, — змей восторженно смотрел на мага, который столько раз умирал или был на грани жизни и смерти, что больше не хочет встречаться с Госпожой. — Итак, нам нужна чистокровная курица! Пэнси Паркинсон хотела отдать меня тебе на растерзание. Что же, бумеранг дело святое! Том не спорил. Если вчера он был уверен, что нужен Гарри для игр, то теперь так не считал. Может, двенадцатилетний мальчик, который увлёкся шестнадцатилетним Томом Реддлом ещё существовал внутри? Гарри хочет разделить вечность на двоих, разве это не говорит о чём-то большем, нежели месть? В тот же вечер Гарри пригласил Джинни на свидание, пообещав после школы жениться на ней. Девушка сразу заявила, что хочет троих детей, и Блэк не был против. Пэнси Паркинсон пропала в ту же ночь. У Гарри было железное алиби, а на старого Кикимера никто бы и не подумал. Эльф с удовольствием выполнил просьбу хозяина Гарольда. И он был рад всем тем ритуалам, которым будет подвергнут Род. Он будет единственным существом, знающим правду. Прямо на алтаре змей насиловал ведьму. Гарри за этим наблюдал с огромным удовольствием, признаваясь самому себе, что у него появились садистские наклонности. Паркинсон родила девочку ровно через девять месяцев на том же алтаре. Сначала была принесена в жертву Пэнси, а после ритуальным кинжалом убит младенец, чья кровь окропила голову змея. Алтарь принял и тела, и кровь, и души, даровав Тому Реддлу тело двадцатилетнего юноши. Обнажённый брюнет с алыми глазами стоял перед Гарри. И эту красоту помнил юный Блэк. Этой красотой восхищался, а после плакал ночами, когда убил его. Плакал, убегая с кладбища. Плакал после Отдела Тайн. Плакал, убивая. — Том, — прошептал Гарри, впервые не на парселтанге. — Волдеморт, — произнёс он, глядя в алые омуты. Ухмылка на прекрасном бледном аристократическом лице была победной. Реддл был прав: Гарри был влюблён в этого жестокого и властного мага. Ухватив гриффиндорца за подбородок, очертив пальцами пересохшие губы, которые сразу вобрали палец в рот, не отрывая изумрудного взгляда от слизеринца. — Внутри тебя всё ещё живёт Гарри Поттер, — хмыкнул Реддл, — желающий стоять передо мной на коленях. Только гордость не позволяла этого сделать, как и наставники. А Гарольда Блэка уже ничего не останавливает. Он не имеет принципов, как и лорд Волдеморт, да, львёнок? — Да, мой лорд, — интимно шептал юнец. — Чего изволит мой Лорд? Я сделаю всё! Хоть всю Британию на колени поставлю! — И снова управлять идиотами? Уволь! Я хочу управлять будущим Министром Британии, который безоговорочно слушает своего Повелителя. Верно, Гарри? — Да, Повелитель, — Гарри млел от того, как Том зарылся рукой в его волосы, а другой расстёгивал белую рубашку на гриффиндорце. — Я сделаю всё, что прикажете… Том оскалился. Власть, которую он так жаждал, всегда была в руках Гарри, а поскольку мальчик теперь в его плену, значит, он господствует над миром. — На колени, — приказал Том. Гарри, не отводя ошалелого взгляда от Реддла, опустился на колени, лизнув языком пупок брюнета, а после член. Он желал почувствовать на вкус Реддла, желал узнать, каково это, когда тебя трахает до бессознательного состояния сам лорд Волдеморт. Мужчина был красив, излучал тёмную ауру и желал Национального героя, а его член не желал обманывать Гарри, поэтому стоило гриффиндорцу опуститься на колени, пенис встал. Блэк благодарно посмотрел на Тома, а после его губы сомкнулись на чувствительной головке. Реддл оскалился, погладив брюнета по голове, поощряя его действия. Ему хотелось узнать, насколько сильно мальчик-который-выжил на самом деле желал убийцу своей семьи. Язык Гарри играл с головкой, легонько толкаясь в уретру, а после насаживаясь глубоко на член. Том рыкнул и опёрся рукой о каменную стену. Они всё ещё находились в подвале возле жертвенного алтаря, но никого это не смущало. И пусть запах крови после битвы вызывал у Гарри рвотный рефлекс, сейчас он чувствовал, как эта самая кровь приносила жизнь Тому, чей пенис он так остервенело вылизывал. Опускаясь языком по уздечке, вобрал в рот яички мага, а тот зашипел не хуже змеи. Блэк вернулся к головке члена, которая сочилась смазкой в предвкушении оргазма. Ухватив гриффиндорца за волосы, Том насадил его голову до основания, заставляя глотать сперму слизеринца. Но Гарри был не против, он покорно глотал, пусть немного спермы и побежало по подбородку. В изумрудных глазах Реддл видел любовь. Не одержимость, не желание обладать или подчиняться, а любовь. Наверное, из-за неё Гарри Поттер ненавидел Тёмного Лорда больше всего. Он полюбил врага, после искал ему замену, но так и не нашёл. От увиденных в глазах эмоций, Том пошатнулся назад. Отворачиваясь от Гарри, направился к выходу. Говорить не хотелось. Но дверь не поддалась, ведь мэнор слушался только своего хозяина. Гарри подошёл со спины к Реддлу и обнял его, целуя между лопаток. — Это не больно. — Неужели? Твоя любовь причиняла тебе боль шесть лет, Гарри, — прохрипел Том, накрывая замóк из рук на своей груди ладонями. — Я знаю, что ты не способен на любовь, но прошу тебя принять мою. Больше ничего. Я буду безумно счастлив, если ты не отвернёшься от меня, Том. Том Марволо Реддл, лорд Волдеморт, мой Повелитель, просто прими мою любовь. Реддл молчал, но Гарри не торопил. Он знал, что сирота внутри Тома всегда будет желать любви, но никогда этого не признает. — Нам нужно поспать, львёнок, — Том развернулся к счастливому Гарри и вытер пальцем сперму на подбородке парня. — Я поведаю тебе, как быстро возвыситься, чтобы сразу после Кингсли Шеклболта занять место Министра Магии. Гарри согласно кивнул, щелчком пальцев открывая дверь. Но теперь Том не торопился. — Учти, когда твоя рыжая нищая курица-наседка родит тебе наследников, я убью её самым изощрённым способом, ведь каждая ваша ночь для зачатия ребёнка будет меня убивать. — Я твой, Том. Не сомневайся в моей любви. Реддл накрыл губы парня жадным поцелуем, прижимая одной рукой к себе тело, а второй зарываясь в волосы. Хотелось выпустить эмоции наружу. Хотелось, чтобы Гарри увидел их, принял и лелеял. В следующее мгновение оба оказались в спальне Гарри. Том столько раз засыпал здесь в облике змея, что теперь желал стать хозяином в этой обители разврата. Блэк едва успел снять с себя рубашку, как был нагло перевёрнут на спину, а властные поцелуи слизеринца опустились на самое эрогенное место на теле: шею. Гарри и сам не знал, что настолько приятны поцелуи-укусы на шее. Или дело в Реддле, чьи губы сомкнулись на возбуждённых сосках? Гарри выгнулся дугой, когда один из сосков был прокушен до крови. Крик боли, он же крик удовольствия, пронзил тело, заставляя член изнывать от предвкушения наслаждения. Сильные руки прошлись по телу парня, и эти же руки расстегнули джинсы, стащив вместе с бельём, освобождая эрегированный член. Том восхищённо смотрел на тёмную головку, мокрую от смазки и желания почувствовать Волдеморта. Том желал поощрить Гарри, поэтому его губы сомкнулись на головке, а после этими влажными губами подарил поцелуй Герою. — Я подготовился, надеясь, что ты меня оттрахаешь, — признался мальчишка. — Отлично, — оскалился змей. Заклинание смазки легло на анус парня, а Реддл вошёл в него одним болезненным рывком. Да, Гарри был растянут, но это был его первый раз, и не только с мужчиной, а вообще. Он желал почувствовать эту блаженную боль. За восемнадцать лет жизни он понял одно: боль от Волдеморта — это самая приятная нега. Том не жалел его, вбиваясь жёстко до основания. Толчки были размеренными и глубокими, заставляя гриффиндорца морщиться от боли, а после от страсти. Простата оказалась настолько чувствительной точкой, что Блэк кричал от наслаждения, кончая на живот, пачкая и Тома. Тёмный волшебник наслаждался таким Гарри: открытым, умеющим получать, а не только отдавать, и влюблённым в него — Тома Реддла. Он украл самое желанное и сильное сердце магического мира. Поэтому толкаясь в тесноту его дырочки, Реддл шипел от наслаждения, а после извержения. Опускаясь на грудь мальчишки, провёл языком по его искусанным от удовольствия губам, а после искренне улыбнулся впервые за семьдесят два года своей жизни. У Тома Реддла появился дом, появилась семья, и он крепко за них ухватился, ведь ему нравилось быть возле львёнка.

***

Гарри проснулся один, но был довольный. Приняв душ, натянув на себя спортивные штаны, не желая прятать искусанное тело, спустился на кухню. Кикимер сразу подал хозяину чашку с кофе, почтительно улыбаясь. — Мастер в кабинете, господин. — Хорошо. Кикимер, приготовь мне одежду для похода в Министерство. — Да, господин. Гарри вошёл в кабинет и застыл на пороге от восторга. За столом сидел Том в чёрном костюме, первые три пуговицы на рубашке были расстёгнуты, вызывая безумное желание облизать ключицы. Том держал чашку с зелёным чаем, как истинный аристократ, и только алые омуты говорили, что перед ним не просто змей, а сам Волдеморт. Том улыбнулся Гарри и протянул руку, после чего парень направился к любимому. Поставив чашку с кофе на стол, уселся на колени Реддла и страстно его поцеловал. — Гарри, если ты будешь ходить в таком виде, то я не смогу сосредоточиться на работе. — Это плохо? — Конечно, — ухмыльнулся Том. — Ты победил Тёмного лорда, а правят те, кто считает себя лучшими. Нечестно. Шеклболт является Министром до 2006 года. Выбрать должны следующим Министром тебя. — Не выберут, слишком юный и неопытный. — У тебя есть я, львёнок. Я буду твоим опытом. Для начала потребуй должность главы Аврората. Пока ты спал, я аппарировал к лачуге Мраксов. — Ты владеешь беспалочковой магией? Том хмыкнул и вынул из кармана свою палочку. Тело и древко отделились, чему обрадовался Гарри. Ритуал прошёл как нельзя лучше. — Нашёл её здесь, — ответил Том, открывая папку на столе. — Здесь одиннадцать нераскрытых дел начиная с 1987-года по 1990-й. Самые громкие и страшные. А вот эта папка — все остальные нераскрытые дела, начиная с 1965-го года и заканчивая 1995-м — годом моего воскрешения. Ты за восемь лет сможешь подняться настолько сильно в глазах магов, что они будут верить только тебе, и знать, что безопасность и мир может принести только лорд Гарольд Блэк, — ухмыльнулся Том. — А я всегда буду рядом, как фамильяр. — Гений, — прошептал Гарри. — Не разрывай больше душу, чтобы оставаться таким гением. Ты понимаешь, что эти сто лет придётся провести в тени меня, в стенах Блэк-хауса? — Да, Гарри, я это понимаю, а ещё я прекрасно владею Империусом, которому сопротивлятся умеет только один маг, — Гарри победно хмыкнул. — Джинни помнит тебя, держи её крепко под Империусом. А дети будут расти и знать кто ты. Обязательно дадут Непреложный обет, обещаю. Реддл не сомневался в преданности Гарри. Белла и Барти были безумными фанатиками, а вот Блэк любил его, и эта преданность была выше остальных. Дамблдор ценил её, а Лили доказала на что любовь способна, и не верить гриффиндорцу было бы глупо, учитывая, что змей получил от Гарри и преданность, и любовь. — Через пять недель первая годовщина победы надо мной, — засмеялся Реддл. — В Хогвартсе. 2 мая выпадает на воскресенье, а ты почётный гость. Приглашение пришло утром, — теперь Гарри заметил приглашение на столе. — Не забудь фамильное кольцо Блэков, сделаешь предложение Уизли при всех. — Я должен буду натянуть улыбку влюблённого? — Да. Не переживай, я тебе оттрахаю так, что ты будешь думать только о моём члене, и улыбка будет самой настоящей, — рычал Том, кусая за шею парня, а руку запуская в штаны гриффиндорца. — Ох, верю, — шептал Гарри, толкаясь в кулак. — Том, мне ещё в Министерство идти! — Знаю, хочу поднять тебе настроение перед тем, как ты нацепишь маску лицемерия. Гарри был не против. Кофе был забыт, а сам Герой лежал на столешнице, раздвинув ноги, получая удовольствие от того, как член бывшего врага трахает его дырку в заднице.

***************************************************************************

— Лорд Блэк! Лорд Блэк, как Вы прокомментируете то, что Ваш отец вместе с его фамильяром убили жену Вашего лучшего друга Скорпиуса Малфоя, а также своих детей Джеймса и Лили Блэков? — Послушайте сюда, мой отец пережил две Авады, Василиска и Маледиктуса, рано или поздно разум бы помутился, — рыкнул зеленоглазый тридцатилетний мужчина. — Но давайте не забывать, что муж моей сестры Лили Хьюго Уизли погиб при исполнении обязанностей, как и жена моего брата, по совместительству сестра Хьюго, Роза. Они были аврорами, у каждого остался сын. Я к чему веду: если увижу в газетах, что и эти смерти журналисты приплетут к моему покойному отцу, то я вас всех на куски покромсаю! — Лорд Блэк, Вы не боитесь, что Вас тоже посчитают сумасшедшим? Вы стали Министром всего год назад. — Я Регулус Северус Блэк — Министр Магии и самый опасный Артефактор мира, не угрожайте мне! — рыкнул мужчина. — А что будет с Вашими семилетними племянниками? — Я воспитаю обоих. Брюнет покинул Атриум, перемещаясь сразу к себе в Блэк-хаус. Скорпиус держал на руках годовалую Кассиопею, свою дочку, которую ему родила Диана Финниган. На полу играли два пятилетних блондина. Близнецы были копией Скорпиуса и Драко, а звали их Арманд и Абраксас. Регулус улыбнулся любимому и поцеловал в губы. — Где они? — Ещё не очнулись после ритуала, — ответил Скорпиус. — Ты слишком счастливый, как для вдовца, — засмеялся Блэк. — Знаешь, Рон и Гермиона Уизли-Грейнджер вовремя подсуетились, — он бросил перед Скорпиусом выпуск «Пророка», где на фото Рон пронзал клинком грудь Гарри, а его фамильяр вцепился в шею рыжего, а после в шею Гермионы, которая хотела помочь мужу. — До сих пор не пойму, где они достали клинок Беллатрикс, — рассуждал Регулус. — Я отдал приказ в Отделе Тайн, чтобы клинок поместили под надзор и в хороший сейф, — обрадовал любимого Скорпиус. — Я отвык быть ребёнком, — рыкнул первый семилетний мальчик, вошедший в комнату. — А я и не помню, как это быть ребёнком. В приюте били постоянно, — за первым вошел сероглазый мальчик. И оба мальчики были похожи цветом тёмных блэковских волос и такой же бледностью, но глаза были разными. Старшим был Кадм Гарольд Блэк, сын Лили и Хьюго, который родился первого октября. На самом деле, отцом Кадма был Том Реддл, но Хьюго жил под Империусом и не знал этого. Зелёные глаза Кадма часто напоминали Гарри самого себя, но характер желал оставлять лучшего. Регулуса мужчины полюбили, ведь тот был так похож на них, ещё и учился на Слизерине, влюбился в Скорпиуса, которому помогли подыграть, чтобы род продлить. Регулус был любимым сыном не только Гарри. Том и сам души в нём на чаял. Когда пришло время, маги рассказали сыну о ритуале, и тот был в ужасе сначала, но его племянники росли такими вредными, что Блэк заявил о том, что сам поможет их души отправить на тот свет. Младшим на два месяца родился Серпен Марволо Блэк, сын Розы и Джеймса. Первого декабря мальчик появился на свет, и Том часто шутил, что его отпрыск знал, что нужно рождаться в декабре. Гарри как-то спрашивал, не больно ли будет убивать сына, на что Реддл ответил, что любит только Гарри. Регулус смотрел на тела племянников, но видел отнюдь не их. Абраксас и Арманд переглянулись между собой, ничего не понимая, а юные Блэки взялись за руки и направились на кухню. После ритуала жутко хотелось есть, а Кикимер не мог не угодить любимым тёмным хозяевам. Регулус пошёл в кабинет, а вернулся оттуда с книгой. Скорпиус испугано уставился на любимого. — Это жестокий ритуал, и они его знают наизусть. Но им лучше больше никому и никогда не пользоваться, — Блэк бросил книгу в огонь, зная, что его поймут. Почувствовав на себе взгляды, Регулус обернулся, заметив ухмыляющихся Серпена и Кадма. Да, нужно привыкать называть этих тёмных магов именно так. Юные Блэки ещё перевернут мир вверх-дном, но пока этого не произошло, Регулус хочет насладиться тёплыми объятиями Скорпиуса Малфоя, помогая ему воспитывать детей. Перевоспитывать Волдеморта с Героем смысла не имело. Они сами ещё перевоспитают мир под себя.