Retribution

      Джин и Намджун были наверху, в своей комнате. Джун сидел за столом и что-то записывал, а тот стоял, глядя в окно.       — Я просто не понимаю, — говорит Намджун, поворачиваясь лицом к Джину, — Почему этот случайный парень пришел и начал убивать всех подряд?       — Хм, я не знаю, — отвечает он, поворачиваясь к Намджуну, — Может быть, потому, что убийцы обычно бывают случайными?       — Ладно, умник. Ты знаешь, что я имею в виду. Для меня просто не имеет смысла, что случайный убийца будет охотиться за нами... не может быть совпадением, что Чимин пригласил нас всех сюда после того, что случилось в старшей школе.       — Ну и что же тогда, по-твоему, это такое? — спрашивает Джин, уделяя Намджуну все свое внимание.       — Я думаю, что это один из нас, — прямо говорит Намджун. Джин слегка посмеивается, отворачиваясь от парня.       Выражение лица Намджуна становится затравленным, когда он думает, что Джин, его лучший друг, может быть убийцей.       — Я не знаю, почему кто-то из нас хотел бы убить другого? Почему... потому что чувства Чимина были задеты? — говорит Джин с отсутствующим выражением лица.       — Что? — спрашивает он, замечая, что Намджун смотрит на него по-другому.       Намджун сглатывает и отводит от него взгляд. Возвращаясь к тому, что он писал.       — Ничего. Мне не следовало даже поднимать этот вопрос.       Джин подходит к нему и кладет руку на плечо Намджуна, заставляя его подпрыгнуть.       — Намджун? Что не так? Я твой лучший друг, ты можешь рассказать все что угодно.       Парень смотрит на Джина, в то время как тот глазеет на него сверху вниз блестящими глазами. На лице Джина появилась легкая улыбка, показывающая, что он был рядом с ним.       Джуну было стыдно за то, что подозревал Джина, но из-за всего происходящего он не мог быть уверен.       — Я не хочу лгать тебе, но как я могу увериться, что ты не убийца? — спрашивает он Джина, надеясь, что тот не рассердится.       — Что? — говорит он, убирая руку с Намджуна, а его улыбка превращается в застывшее выражение лица.       — Я просто хочу быть уверенным. Я имею в виду, откуда ты вообще знаешь, что я не убийца? — говорит Намджун.       — Потому что мы лучшие друзья. Я никогда не смог бы убить тебя! И кроме того... почему я должен хотеть остальным смерти? Потому что Чимин был моим другом? Я так же виноват, как и любой из вас…       Намджун смотрит в пол, чувствуя себя неловко из-за того, что он подумал, но затем понимает, что над Чимином издевались. Чимин был тем, кто пригласил их туда, а тот все еще жив.       — О боже мой, — говорит он, глядя на Джина.       — Что?       — Это Чимин, — предполагает Намджун, вставая со своего места.       — Чимин? Почему ты так говоришь? — спрашивает тот в замешательстве.       — Потому что! В этом есть смысл! Он пригласил всех нас. Никто другой! Также Чонгук предположил, что это был он, а потом он умер той ночью!       — Да, и он все еще жив, — утверждает Джин и убеждает себя в этом.       — Вот именно! — отвечает Намджун, поднимая руку вверх, соглашаясь с Джином.       — Так что же нам делать? — спрашивает Джин.       Они слышат громкий хлопок и оба смотрят на дверь.       — Он с Юнги, — произносит Джин, затем они быстро выходят за дверь и спускаются.       Когда они добираются до фойе, Юнги и Чимин выбегают из кабинета. Их волосы были в беспорядке, а рубашка Чимина была расстегнута. Джин глядит на них в замешательстве и поднимает бровь, смотря на Юнги, а тот сердито смотрит в ответ на них.       — Вы тоже это слышали?       — Да, это звучало так, как будто доносилось с кухни, — говорит Чимин, подходя к нему.       Они все заходят внутрь, и одно из окон на задней двери было разбито дверной ручкой, и широко открыто. Стул, которым они забаррикадировались, отброшен на пол.       Снаружи шел мокрый снег и сверкала молния.       — Черт! Убийцы внутри! — кричит Чимин, цепляясь за Юнги.       — Не паникуй. Помни, нас четверо, и только…       Электричество отключается тем самым и перерывает Джина, заставляя Чимина кричать. Они все оглядываются в темноте, пытаясь нащупать друг друга. Юнги и Чимин нашлись, пока Джин и Намджун лишь пытались это сделать.       Намджун оборачивается и чувствует кого-то. Он прижимает руки к их груди, а затем перемещает их на плечи. Они не казались такими широкими, как у Джина.       — Джин? — произносит Намджун.       — Да? Где ты? — спрашивает он, все еще нащупывая Намджуна.       — Подожди, я не прикасаюсь к тебе? — Намджун в замешательстве.       — Нет, — отвечает Джин, нахмурив брови.       Вспышка молнии на мгновение освещает кухню, заставляя Намджуна понять, что это был убийца. Намджун застыл на месте, когда он вонзил ему нож в живот. Снова вспыхивает молния, и остальные видят это. Юнги и Чимин с криком выбегают за дверь, а Джин просто стоит там с широко раскрытыми глазами, наблюдая, как его лучшего друга зарезали.       Он не мог пошевелиться. Не мог моргнуть. Все, что он мог делать, это стоять там и смотреть.       — Джин, давай же! — крича говорит Чимин, хватая его за руку. Для Джина все происходило как в замедленной съемке. Пока, наконец, Юнги не хватает его сзади за рубашку и не тащит за собой.       Они выбегают через парадную дверь, направляясь к лесу. Джин бежал так быстро, как только мог, до тех пор пока совсем не выбился из сил. В такой панике Джин оказался разлучен с Юнги и Чимином. Он спрятался за огромным деревом, пытаясь отдышаться.       Джин стоял, обхватив себя руками, и дрожал. Он был мокрый с головы до ног, без пальто. Все, что на нем было — мешковатая рубашка с длинным рукавом, брюки и ботинки. Он оглядел дерево, пытаясь разглядеть что-нибудь в темноте. Хотя его глаза начали привыкать.       Затем он оборачивается и видит, как к его лицу приближается нож. Он падает, и убийца в конце концов вонзает нож в дерево. Джин падает на землю и быстро пытается встать, оглядываясь на убийцу, пытающегося вытащить нож.       Он убегает и в конце концов подходит к этому заброшенному сараю. Заходит внутрь, и, к счастью, там был замок. Он с облегчением прижимается головой к двери, но потом вспоминает, что его лучший друг мертв.       Печаль и ярость кипят в нем, а из глаз текут слезы, но он знал, что сейчас неподходящее время для эмоций. Поэтому он выпрямился. Джин должен был быть сильным ради Намджуна. Он должен был выжить ради Намджуна, и это именно то, что он сделает.