24. Быть "друзьми" плохая идея
22 мая 2023 г., 21:30
— Даня? Дань...
На часах девять утра. Дома подозрительно тихо, хотя отец никуда не собирался. Нужно в школу, а может и в центр. Нана так ничего и не поняла, она даже забыла какой день недели. Помнила лишь об одном. Если папа дома, нужно Макеева аккуратно вывести.
— Пять минут. — мотнул головой парень и укрылся одеялом по самую макушку.
— Макеев, если ты не проснёшься...
Девушка натянула пижамные штаны и бросила подушку в сонное тело, что распласталось по всей кровати.
— Ты меня не поцелуешь? — буквально пропел Даня. — А если проснусь?
— Иди ты в пень. — пришлось непривычно шептать. Главное чтобы папа не заметил ничего подозрительного, хотя обычно утром из комнаты дочери всегда громко играет музыка.
— А вчера ты была не против.
— Тебе показалось.
Этот разговор должен был случится. Если передержать реактивы в сосуде, то может пойти обратная реакция. Так происходит и с любовью. Ещё сегодня ты жить не можешь без человека, а завтра даже упоминание имени вызывает рвотный рефлекс.
— Нана? — Макеев глядел в потолок, чуть осветлённой ночником комнаты.
— Я тебя слушаю. — блондинка продолжила листать ленту Instagram, думая, что сейчас "друг" вновь скажет какую-нибудь глупость и нет смысла отвлекаться от дел.
— Я тебя люблю.
— Да, я тоже.
Повисло странное, неловкое молчание, будто где-то вдалеке застрекотали сверчки.
— Нет, ты не поняла. В плане...ну, я не хочу быть друзьями.
— В смысле?
Даня скинул волосы с лица и повернулся к девушке. Голубые глаза сверкнули в полумраке, впервые было так страшно говорить. Да не в первой ему говорить с девушками, только именно с этой страшно будто она его за каждую букву живьём съест. Макеев ничего не ответил, вытащил телефон из девичьих пальцев и выкинул на одеяло. Микросекунда и тёплые, сухие губы уже прикасаются к таким же, только холодным и с вишнёвым вкусом. И вроде всё хорошо, но Герман от неожиданности так остолбенела, что даже забыла дышать. Поэтому поспешила отпрянуть.
— Дань?
— Что мне ещё сделать, чтобы ты с этим Месси не обжималась? Или ты действительно думаешь, что я хочу быть с тобой "друзьями"?
— Ты не хочешь?
— Нана, не тупи.
— Но ты сам согласился. — девушка прикрыла глаза и выдохнула. Мужское тело значительно давило сверху.
— Я согласился лишь потому что не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Понимаешь? Заметь, несмотря на всё дерьмо, я всё равно здесь с тобой.
"Он хотел чтобы мне было комфортно? Мне не послышалось? Да быть этого не может".
— Хорошо.
— Что? — Даниил удивлённо раскрыл рот.
— Я согласна, быть "друзьми" плохая идея, да и не особо получается.
Теперь инициатором поцелуя стала сама Нана, и сама не ожидала от себя такой смелости. Длинные пальцы запутались в чуть кудрявых волосах и увеличили хватку. Чтобы не отставать Макеев расположился удобнее между девичьими бёдрами и медленно прошёлся руками по ним.
— Только есть одно условие. — на миллиметр оторвалась Герман.
— Внимательно слушаю.
— Я видела что происходит у Фила с Леной, это цирк. Если ты действительно хочешь быть со мной, то ты только со мной. А иначе я не вижу смысла делить своё личное пространство с тобой. Только ты и я.
— Да.
— Что "да"?
— Я согласен на эти условия...
План был следующий: спуститься на кухню, каким-то образом отвлечь папу и в тихую вывести Даню из дома. Нана медленно спустилась оглядываясь, чтобы понять чем занимается отец. Утренние новости. Он наверное единственный кто смотрит их каждое утро.
— Доброе утро.
— Ага. Что делаешь?
— Думаю как сделать так, чтобы ничего не делать, а деньги всё равно были в кармане. — Денис потянулся на диване и громко зевнул.
— Нужно в отпуск?
— Типо того. Я там завтрак приготовил, на плите стоит.
— Папа, да ты удивляешь. К чему такой подарок, снег наверное пойдёт. — девушка поторопилась увидеть отцовский кулинарный шедевр.
Вау, оладьи. Папа либо что-то натворил, либо что-то хочет сделать и откупается. Откусив один оладушек Нана неожиданно подавилась услышав следующую фразу:
— Ты хоть парня накорми, не жадничай.
— Чего?
— Нан, если ты думаешь, что твой папка великий глухой и слепой, то ошибаешься. У тебя ночью телик громко играл, я зашёл выключить. Если хотите прятаться то пожалуйста, но думаю для нас всех будет лучше, хотя бы познакомиться.
***
Пока команда "Богов" бегали по полю, девочки собрались "женским клубом" обсудить новые сплетни, да и на самом деле покурить просто напросто хотели. — Нан... — Даже не начинай, Лен. Всё хорошо. — Это в смысле вы теперь типо мутите или вы типо теперь не мутите и вообще ничего. — сегодня Яна была гением мысли. — Типо мутим, типо он теперь знаком с моим отцом. — Чего?! — Ничего. Даня ночевал у меня, а папа приехал раньше чем нужно было. Вариантов других нет. Но вроде ничего страшного не случилось. — Мои поздравления. В центре непривычно тихо. Ковалёв сидел в актовом зале и выкуривал найденный за бочком косяк. Порой взрослым людям намного сложнее понять что такое любовь. Сначала ты хочешь лишь лёгкой интрижки, потом влюбляешься по настоящему. Влюблённость перерастает в любовь, а она не хочет. Опять всё просрал. Хочется уже стабильности, семьи может какой мало мальской, но всё снова через жопу. — Антон Вадимович, могу поговорить? — Ты чего здесь делаешь? — учитель даже не стал скрывать своей "пакости", эта не сдаст. — Спасибо сказать хотела. — Герман перешагнула через ряд и села по правую руку от физрука. — Чего это? Последний раз когда мы разговаривали ты назвала меня предателем. — Простите. Я помирилась с отцом. Просто, тут мама объявилась, я вспомнила ваши слова. Вы оказались правы. Если бы он меня не любил, то давно бы бросил как и мать. Она мне пишет уже неделю, а я даже смотреть сообщения боюсь. — Вы вообще не общались? — Не-а. А вы знаете кто ваши родители? — Герман. Герман — для меня самый близкий человек, ближе нет никого. Если твоя мама действительно не думала о тебе всё это время, то и не стоит начинать вновь общаться, это как минимум странно. — Наверное вы вновь правы. А да...— блондинка вытащила из рюкзака коробку виски. — Это тебе, Антон Вадимович. Отец такой пьёт, должен быть хорошим. — За какие заслуги? — Ковалёв искренне удивился и потушил косяк, рассматривая коробку. — Карму чищу. Может дышать легче станет. — Думаешь помогает? — Я уже если честно не о чём уже не думаю.***
Когда всё становиться хорошо, должно всплыть какой-нибудь говно. Вот Нана заварила кашу. Сначала сама начала "подкатывать" к футболисту, а теперь уже неделю отвязаться не может. Прилип как банный лист, а главное сказать никому нельзя. Если скажет только хуже сделает. Поэтому лучше дождаться матча, Месси отыграет и улетит, а сейчас и потерпеть можно. Главное чтобы Макеев не заметил. — Нан, если я завтра три гола забью, то пойдёшь со мной на свидание? — Рома не скрывая флиртовал. Нет, он буквально лез в личное пространство, противно его заполняя. — А если не забьёшь? — Ты во мне никогда не сомневайся, я всегда получаю что хочу. — Прям таки всё? — Ага, знаешь иногда деньги решают намного больше чем всё остальное. Что ты будешь здесь делать? — В смысле? — Ты особенная. Стало как-то тошно, вспомнились и одноклассники, вечно издевающиеся, и Артур, клуб этот чёртов, мужики толстосумы. Теперь и Рома говорит так же как и все эти люди. Может быть именно так она и выглядит со стороны? Легкомысленная, глупая блондинка? — Мне идти нужно, пока. — Герман спрыгнула с перекладины и поспешила к забору где уже виднелась чуть рыдеватая макушка. — Погуляем? — Ага. — улыбка обножила почти все тридцать два зуба. — Что он хотел? — Спросил куда можно пригласить девушку на ужин. — Нана обернулась, чтобы убедиться, он смотрит. Подняла средний палец вверх и отвернулась. — Пойдём мороженого поедим?
