Что выбирать

Рыжее солнце светило им в спины. Тени синие. Дул ветер. На краю обрыва только они вдвоем, целовались так жадно. Влажно, на последнем дыхании, и тепло их тел мешалось с теплом заката. Руки сжимали бока, сжимали талии, вжимались сильнее. Над головой кричали демонические птицы, доселе неведомые в мире людей. Теперь все было новым. Сам мир был новым. Открывался бескрайними просторами, бесконечными далями с высоты полета. На краю обрыва только они вдвоем, а далеко внизу — уродливый шрам от слияния двух миров. Это, и одинокая точка, отныне навсегда бездыханная — побежденный непобедимый, единственный в своем роде, исключительный. Мертвый главный герой. Они не победили. Миры слились, их ждали хаос, агония потери, беззаконие и бесправность. Цанцюн пал, четыре великие школы пали. Зато Ло Бинхэ был мертв. Одолеть его казалась невозможным, но, в итоге, оказалось до неприличия просто. Единственные зелья, от которых не спасало па-па-па с главным героем — афродизиаки. Они скормили тонны афродизиака его женам. И в конце концов, его любовные завоевания обратились его погибелью. Полыхающие огнем страсти жены попросту разорвали его на кусочки. Задушили, закусали, задавили и, в общем-то, затрахали. До смерти, да. Умереть посреди самой гигантской оргии на свете — вот это история на века, а. В общем, сейчас он лежал там — фарш вместо тела, в крови, слюнях и прочих жидкостях, слишком далеко, чтоб было видно — и слава богу. Шэнь Цзю наверняка желал бы ему смерти помучительнее. Шэнь Юань был просто рад, что его любимый главный злодей остался в живых. Шэнь Юань был рад, и эта радость была настолько опьяняющей, что голова кружилась. Не думал он, что когда-нибудь станет целовать свою любовь над трупом бешеного психа, желавшего попрать пятой весь мир. Но вот он здесь. Они здесь. Шарили руками по бокам, грудям, целовались взахлеб и хотели быть ближе. Они давно решили что, когда это все закончится, свалят к черту на край света. Все закончилось. И пора было уходить. [Пользователю доступна функция «возвращение в родной город». Желаете вернуться сейчас?] Что, в мир, где ему будет отведено еще лишь каких-то шестьдесят лет, и без Шэнь Цинцю? Увольте. Он давно знал, что выберет. Он нажал на «нет». — Пошли, найдем нам новый дом, — сказал он своему сяо Цзю. И потянул прочь с обрыва.