Ordinary evening

Тэхен медленно потягивает красное вино, полусидя на их кровати, отвечает на сообщения друзей, изредка хмурится, временами хмыкает, но всегда возвращается к мягкому поглаживанию плеча Гука или к тому, чтобы перебирать своими пальцами его волосы, пока тот очень занят в своем телефоне. — Ну и что, закончились уже нудные описания того, какой ты прекрасный? — не отрывая взгляда от своего смартфона, интересуется Ким. — Не нудные, а честные, — если бы не был занят чтением, Чонгук, лежащий на кровати на животе и опирающийся на локти, уже бы закатил глаза. — Ты просто не хочешь признавать, что я подобно густому туману заполняю твои легкие, и ты сходишь от меня с ума. Тэхен тихо прыскает и беззвучно смеется. Еще бы, конечно, Чонгуку понравилось читать весь этот романтичный бред. А Чон намеренно зачитывает вслух: — «Он и есть туман. Он есть осенняя листва и весенняя свежесть. Он есть волна морская и хвойный лес. Терпкий такой, свежий… глубокий и таинственный. Кажущийся необъятным и пустым… местом, где можно спрятаться или потеряться. Он и есть мята, прохладная и щиплющая уголок губ каждый раз после чистки зубов, он и есть клубничная сладость. Он… теплый. Чонгук безмерно теплый. Бездонно, безгранично, бескрайне… Гук из тех, кто о любви. Он из тех, кто про улыбки, про нежные прикосновения, он из тех, кто про трепет в сердце…». Ну разве не красиво? — Мне стало скучно на втором абзаце, кто пишет такую скуку? — возвращаясь к мыслям о найденной Гуком истории, хмурится Тэ. — Слишком много описаний, слишком много воды. Где движуха, где самое главное? — недоумевает он, вновь протягивая руку за бокалом, стоящим на тумбе рядом с кроватью. Глоток и новая порция эмоций: — Поэтому эта история и не станет популярной, в ней слишком много ненужного. Чонгук издевательски хмыкает и поднимает на своего парня насмешливый взгляд. — Ненужным ты называешь все, что не секс? Тебе не надоело? — Гук цокает языком и придуривается, а Тэхен серьезно смотрит в ответ, улыбаясь сладко. — Мне никогда не надоест секс с тобой. Иногда Чонгуку кажется, что его глаза могут просто сломаться в один прекрасный момент. Сейчас, например. Что если Чон так сильно их закатит, что невозможным станет вернуть их в первоначальное положение? Слава богу, глаза, прочертив полный круг, возвращаются в отправную точку, так что Чонгук, немного расслабившись по этому поводу позволяет себе хмуро взглянуть на Тэхена и решительно заявить: — Нам однозначно стоит перестать читать истории, где ты супер-альфач. Говоришь прямо как герой фанфика. Примитивного такого, — добавляет парень, немного подумав, — с кучей порева. — Ничего против порева не имею, — Тэхен ведет плечом и запускает пальцы в чонгуковы волосы, чтобы, заставить того удовлетворенно мурлыкнуть и расслабиться. Чонгук правда совсем не мурлычет, но и руки парня не отбрасывает. Просто возвращается к чтению. — Я даже не сомневался. Не мешай. Тэхен раздосадовано оставляет Чонгука в покое, но выдерживает всего несколько минут в полном молчании. — Что там? — Ты милый, пришел волонтером на ярмарку. — Я? — не веря своим ушам, удивляется Ким. — Ты, — с улыбкой отвечает Гук. — Кто бы подумал, ненавистник пингвинов решил сделать добро… — Уверен, я пришел не ради пингвинов, — фыркает Тэ. — И смешную футболку тоже не ради них напялил? — Смешную футболку? — его брови взлетают еще выше. Чонгук слабо хмыкает. — «…Тэхен почему-то пришел, по какой-то причине напялил нелепую футболку с уродской надписью на груди и раздражающим улыбающимся смайлом почти что на весь живот…», — читает парень и тихо смеется. — Не знаю, что представлял автор, когда писал это, но то, что рисуется в моей голове, выглядит очень смешно. Гук хихикает и увлеченно читает дальше, проводя пальцем по экрану смартфона, чтобы сменить страницу милого фанфика, а Тэхена уносит в глубины сложных размышлений, которые в итоге приводят его к одному конкретному выводу. — Она меня ненавидит? — вопросительно выдыхает он, вновь привлекая внимание Чона. — Я понимаю — заставить пойти на эту ярмарку, чтобы подчеркнуть, как ты мне понравился, но безвкусная футболка? Это не слишком? — Разве для парня, который пахнет теплом и который лишь про любовь и нежность, нельзя пойти на такую жертву? Тэхен прищуривается, вынуждая брюнета смеяться. Он, однако, совсем не разделяет веселья Чонгука и не понимает интереса, с которым парень снова и снова возвращается к скучной истории. — Мне кажется, она тебя биасит, — выдвигает свое предположение Ким. — Автор, — поясняет он в ответ на вопросительный взгляд Чонгука. — Ну, знаешь, ты в каждой работе такой неописуемо прекрасный, что я уже сомневаюсь в том, что ты вообще существуешь. — А я думаю, что автор просто романтик, влюбленный в тебя по уши. Ты всюду такой взрослый, умный, решительный… иногда у меня складывается такое впечатление, что на моем месте эта дамочка представляет себя, — бурчит он недовольно и раздраженно прыскает. — Не находишь? Почему в каждой новой ее истории я влюбляюсь в тебя по уши чуть ли не с первого взгляда? — Потому что так и было, наверное? — игриво предполагает Тэхен. — Это было не с первого взгляда, — фыркает Гук. — Ты пытаешься разбить мое сердце? — Хватит паясничать. — Если тебе так нравится автор и ее работы, ты должен был хотя бы комментарии к ним полистать. «Боже, Гуки такой прекрасный», «Тэхен такой жестокий…», — произносит Тэ, будто пародируя чужие голоса. — Какой нормальный фанат будет писать про любимого артиста такие истории, от которых сложится впечатление, что он жестокий придурок? — Здесь ты не придурок. Тебе просто плевать на пингвинов, но это не самое важное. Важно то, что тебе не плевать на меня, — поясняет Гук, пожимая легко плечами. — В тебе есть хоть немного романтики? Или она вся закончилась, когда мы начали вместе жить? Тебе поэтому так трудно понять ее работы? — Я понимаю работы, в которых тебя не называют сотню раз каким-то туманом, — проговаривает устало Тэ, решив опустить ту часть, где его обвинили в том, что он совсем не романтичный. — Поэтому я и говорю, что ты ее биас. Я просто уверен. Она знает тебя так хорошо… она экстрасенс или кто? Как такое возможно? — недоумевает Чон, припоминая все случаи, когда написанное некой vannet совпадало с тем, через что они проходили. Тот спонтанный секс в гримерке после того концерта, нарушение Тэхеном карантинных ограничений, когда Гук заболел дурацким ковидом, только-только прилетев в Америку. Даже некоторые подробности их интимной жизни время от времени проскальзывали в работах малоизвестного на просторах фикбука автора, что не могло не удивлять, а главное — заинтересовывать. Чонгуку было очень интересно читать ее работы, потому что парень никогда не знал, что еще вписано в их тексты из реальности, в которой они с Тэхеном живут. Гуку нравились интересные описания и долгие вступления автора, которые Тэхен находил скучными, ему нравилось, как неизменно в каждой работе они с Тэхеном находили друг друга и осознавали что-то важное — свои чувства. Читать чужие фантазии насчет их отношений всегда было интересно, но иногда просто наскучивали постоянно повторяющиеся сюжеты и скучное «пришел — увидел — победил», которое авторы фанфиков превращали в: «пришел — увидел — трахнул». Все-таки они с Тэхеном пара, а не просто любовники, соответственно и читать Чонгуку было больше интересно про чувства, а не про механическую составляющую секса. Впрочем, не то, чтобы у vannet не было секса в работах. Был и… достаточно много. И это порой наскучивало Гуку тоже, но вот эта работа со странным названием «Не из тех, кто…» привлекла его внимание, не смотря на метку PWP. Чон дал ей шанс зацепить его ровно за одну главу, но автор истории будто знала, что Чонгук сюда заглянет, и красивыми фразами с первых абзацев зацепила его и влюбила в свой текст. Отчего у Чонгука сложилось впечатление, что, возможно, и интимные сцены, описанные в этой работе, могут ему приглянуться… Что ж, Чонгук читает дальше, а Тэхен слишком занят тем, чтобы играть с его волосами. В какой-то момент мысли его улетучиваются и взгляд фокусируется на темных прядях, Тэхен будто бы ныряет в медитацию. — Будто реально про тебя читаю, — восклицает через какое-то время Гук и переводит на парня взгляд прищурившихся глаз: — А может, я о тебе чего-то не знаю? У вас тайные отношения? Или контракт? Как-то же нужно объяснить происходящее. — Как смешно… — цокает языком Тэ. — Видишь, с чувством юмора у тебя тоже не очень, прямо как она пишет, — подмечает Гук и следит за тем, как ладонь Кима вновь тянется за бокалом вина, — а еще она в курсе, что ты алкоголик. — Алкоголик? — прыскает Ким, пригубив дорогое красное. — Я помню одну ее работу про алкоголика, — слегка хмуря брови в попытке сосредоточиться на воспоминаниях, тянет он, — там один Чонгук напился и захотел меня у стены. Ты про эту работу? — интересуется он, переводя взгляд на своего парня, и улыбается ассиметрично: — Она мне понравилась, кстати. Не так как та, где ты обещал быть для меня хорошим мальчиком, но все же… — Не про эту, — перебивает его на полуслове Чонгук. — Про ту, где ты набухался в Париже. Не припоминаешь? Тогда вспомни реальность, она не сильно от написанного отличается. Ой, не стоило Чонгуку вспоминать про тот случай, не стоило… он каждый раз как вспоминает про поездку Тэхена в Париж и все из нее вытекающее, так снова злится, будто бы не прошло уже достаточно времени, чтобы все забыть. По изменившемуся взгляду Чона, Тэхен понимает, что тот напрягается снова, припомнив не так давно совершенный Тэхеном косяк. — Я вижу, ты все еще злишься… — тянет Ким раздосадовано и совсем неуместно, но очень мило дует немного губы: — разве я недостаточно извинился той ночью? Ты был жестоким… От одной только мысли о первой ночи после возвращения в Сеул, по телу Тэхена рассыпается дрожь, а внутри что-то очень приятно тянет. Это было жестоко, но круто… губы почему-то сохнут предательски очень, а Тэ приходится смочить их своим языком. Чонгук поднимает на него взгляд все такой же напряженный. — Читатели той забавно похожей на нашу реальность работы считают, что ты заслужил. Ох, какие у Тэхена добрые и преданные фанаты… — Они знают, что я чуть не задохнулся, пока ты…? — Они знают. И даже знают о том, как тебе понравился в нашей постели лед, — отвечает Чонгук, заставляя брови Тэхена резко подпрыгнуть вверх, а внизу живота разлиться приятному чувству нарастающей потребности. Чонгуку не стоило напоминать про его ледовый сюрприз… боже, кажется, член Тэхена поневоле хозяина дернулся. — Может, у нас здесь установлена скрытая камера? — ради приличия осмотрев спальню, предполагает Гук, ума не прикладывая, откуда кто-то мог узнать, что здесь творится по ночам. А что если за ними и правда следят? Да ну! Что за глупость? А если…? — Нет никакой камеры, просто у нас с этим автором контракт. Я ей инфу, а она для тебя сопливые истории, где зовет тебя туманом, заполнившим мои легкие. Чонгук снова закатывает глаза. Они и правда скоро сломаются, если он продолжит в том же духе. Тэхен тихо смеется, протягивает парню бокал, а тот набирает вином полный рот и медленно проглатывает маленькими порциями. Чувство юмора Тэхена его убивает просто. — Ладно, так что там дальше в этой твоей истории, моя весенняя свежесть…?