мышки и рыбки

— Из морозилки вытащи фарш, — Ястреб зевает в кулак и стягивает с рук перчатки. — О… Или не. Там мышки должны быть. Кинь в раковину размораживаться. Мышки? Даби замирает напротив раскрытой морозильной камеры. — Они где-то слева от тебя, — поясняет герой, поудобнее устраиваясь на диване. Так и тянет пошутить про «гнездование», потому что со стороны все эти странные движения и попытки поудобнее уложить подушки под грудь и живот выглядят действительно, как нечто птичье. — Мышки? — для верности, чтобы точно понять, что ему не послышалось, скептически уточняет правая рука Лидера Лиги злодеев. — Ну да, зоомагазинные, — у Даби ощущение, что он пропустил какой-то логический пласт в этом разговоре. — Я их замораживаю, на крайний случай. Ястреб наконец удобно ложится животом на диван, обнимает руками подушку, что так уютно подсунул под голову и вытягивает затекшие крылья. Даби не спорит, пожимает плечами и для себя решает, что у Птицы специфическое чувство юмора. Мышки. Надо же… Где там фарш был? Слева, в углу морозилки, почти у самой стенки действительно лежит прозрачный целлофановый пакет с… Белыми мышами. Аккурат рядом с фаршем. Злодей вертит находку в руках и рассматривает маленькие замороженные тельца. — Что-то мне подсказывает, что ответ на мой вопрос «зачем?» будет более интригующим, чем я хочу услышать. Пакет с мышами отправляется размораживаться в раковину, а со стороны дивана, где преспокойно вытянулся герой, слышен довольный клекот, чем-то напоминающий смех. — Тянет иногда на них. Фарш тоже ничего, — поворачивая голову на бок, сонно тянет Ястреб. Светлые пряди падают ему на лицо, а он лениво словно нехотя сдувает их. Не особо успешно. По итогу просто зачесывает назад пером. — Сырой? — ради справки решается уточнить Даби, извлекая из холодильника вишневый йогурт. Ястреб прячет зевок в подушке и мычит что-то отдаленно напоминающее согласие. Пристроиться рядом с ним, оказывается делом пары секунд, Даби уютно садится на теплый пол (богато жить не запретишь, здесь и стены, наверное, с подогревом, проверить нужно). Герой тянет губы в усталой улыбке и цепляет отросшими когтями края белой футболки, оставляя на ней зацепки. Когти хоть и до сих пор чуть подпиленные, хотя бы больше не выглядят варварски обрезанными. Даби устраивает баночку с йогуртом на коленях и переплетает пальцы руки с небольшой ладонью Ястреба. Тот довольно курлычет и жмурится. — Мне стоит ждать еще каких-то гастрономических сюрпризов или на сыром мясе и мышах все заканчивается? — Сырая рыба, — Даби морщится, скобы неприятно натягивают кожу. — Она вкусная. Это как с мышами… вкус детства. Знаешь, как приятно выловить из моря свежую рыбёху? Нет, не знает. И знать не хочет. Но воображение услужливо дорисовывает кружащего над бескрайними синими водами мальчишку c алыми крыльями, что высматривает мелкую рыбу. Потом словно чайка или какая хищная птица пикирует над морской гладью и хватает добычу. Охотился ли он еще за кем-нибудь так? Крыски? Голуби? Какая-то еще мелкая дичь? Насколько надо быть голодным, чтобы на такое пойти? Даби задумчиво, не разрывая контакта, прижимается здоровой частью щеки к чужой руке. Руки у Птички привычно холодные, не удивительно, что он с перчатками так редко расстается. — Единственная рыба которую я готов есть — это таяки. Желательно с Нутеллой. Ястреб сверкает золотистыми глазами и негромко смеется в ответ. — А ты по аккуратнее с хвостатыми. Подхватишь токсоплазмоз и суициднешься с ближайшей крыши, — целуя черные когти ехидно подначивает Даби. — Токсо-чего? — Токсоплазма. Единственный паразит, убивающий своего хозяина, — и прикусывая коготки, продолжает обладатель причуды синего пламени. — Мышь им заражается и дает съесть себя кошке, кошка как промежуточный хозяин не сильно страдает, а человек убирая за любимицей лоток не моет руки и заражается токсоплазмой. Та влияет на его поведение, оно становится более рисковым и по итогу глупый человек разбивается на машине, прыгает с крыши или чего похуже. Мозги красиво бьются обо асфальт, кошка их слизывает и… все по новой. Еще есть сыпной тиф, он среди рыжих полевок распространен. Взгляд Ястреба перестает быть расслабленно-сонным, это даже смешно. Смотрит так изумленно и шокировано. — Но такая гадость в основном распространена среди диких грызунов так что… Когти слегка царапают губу, не то чтобы Даби почувствовал это, скорее он ощущает соленый привкус крови во рту. Недовольный клекот служит злодею ответом. — Точно только среди диких? — алое перо на пару секунд исчезает где-то в районе раковины и возвращается таща за хвост замороженную мышь. — Как человек, год пропахавший на подпольного доктора и перечитавший у него всю медицинскую литературу — ответственно клянусь, — Даби наблюдает, как перышко аккуратно макает белую мышь в его вишневый йогурт. — И после вот этого мой кофе с апельсиновым соком — извращение? Ястреб довольно открывает рот и ловит губами принесенный «перекус». — Это тебе за токсо-дичь и сыпной тиф, — длинный хвост пропадает между губ героя, он довольно хрустит едой. — Надо было подольше подождать чтоб она разморозилась… Даби молча пододвигает недоеденный йогурт к наглой Птице. — Доедай. — Брезгуешь? — игриво уточняет Ястреб, щуря красивые глаза. Ага. Конечно, размечтался… Даби резко хватает героя за ворот безрукавки и на пару секунд прижимается губами к чужим губам. Поцелуй на вкус, как вишневый йогурт и что-то сырое, мясное. Если не думать, можно и забыть, что это была мышь. Не рыба и на том спасибо. — Вкусненький, — разрывая поцелуй и поднимаясь с пола, комментирует злодей. — Доедай йогурт, Хищная птичка, чтоб не пропал.