В поисках андрогина.

Трактир с громким названием «Рыцарский приют» почти пуст. За столами сидят лишь местные пьянчужки, постоянно просящие обновить. Рыцарей не видно вовсе: о них напоминает только висящий на стене щит с полустертым львом, да скрещенные ржавые мечи, на которые Антон бросает презрительный взгляд, подходя вслед за Арсением к барной стойке. — Приветствуем, — Попов приветственно улыбается нахмуренному хозяину, а затем быстро смотрит на Шастуна недовольным взглядом, когда тот небрежно опирается локтем на стойку. — Нам бы две комнаты. И ужин. Трактирщик флегматично пожимает плечами и кладет на стойку два ключа, накрывая их ладонью. — Семь золотых. — Цены у вас, конечно, грабительские… — с напускным безразличием начинает Антон, но его строго перебивает хозяин трактира: — Не нравится — ищите другой почтой, милорд. Шастун коротко хохочет от такого обращения к себе, а Попов шикает на него, наступает на ногу, чтобы тот успокоился, и любезно улыбается трактирщику, выкладывая из кармана необходимую сумму. — Нас всё устраивает. Спасибо большое, —Арсений забирает у мужчины ключи от комнат и миролюбиво произносит. — Мы отнесем вещи и спустимся на ужин. — Ваше дело, милорд. — Безразлично кивает ему трактирщик. — Как быстро мы стали милордами, — шепчет ему почти в самое ухо Антон, а потом обгоняет его, чтобы подняться по лестнице первым. Арсений тяжёлым взглядом смотрит ему вслед, мысленно считает до десяти и вновь натягивает миролюбивую улыбку. — С трактирщиками лучше не ссориться, Антон, — нравоучительно отвечает он, кидая Шастуну один из ключей, который тот тут же ловит. — Через пять минут встречаемся внизу. — Бросает он напоследок, отпирая дверь в свою комнату и скрываясь в ней. Антон ещё несколько секунд смотрит на место, где только что стоял Арсений, а потом уходит к себе. Комната не блещет особыми излишествами: одно окно, двухместная деревянная кровать, прикроватная тумба, платяной шкаф, небольшой стол и стул, дверь, ведущая в небольшую ванную. Как обычно, и даже скуднее, чем на юге. За что семь золотых Антон не понимает. Шастун подходит к кровати под скрип половиц, бросает свой походный мешок, около тумбы укладывает свой меч и прикрывает глаза, делая глубокий вдох. Он не знает, сколько они ещё будут так мотаться из города в город, пытаясь найти андрогина, который оставляет свои следы то тут, то там, но в руки не даётся, потому что это слишком умная зараза. Именно эти слова Антон и повторяет Арсению, когда они уже доходят до нужной кондиции за очередной кружкой отменного эля. Или до кондиции дошел только один Шастун? Это мысль теряет свои очертания сразу же, как Антон делает ещё пару глотков. — А я все так и не могу понять, что в них плохого? — Тщательно подбирая слова слегка заплетающимся языком спрашивает Арсений, наклоняясь вперёд. — Потому что они дьявольское отродье, которое меняет свои лица, — со злостью выплевывает Антон, громко хлопая по столу, чем привлекает к себе взгляды. — Тих-тих, — Арсений поднимает ладони в примирительном жесте, — Я понял-понял. — Мы с тобой эту суку уже месяца четыре ищем, — Шастун пьяно шепчет сквозь сжатые зубы, — А я до этого ещё года два ее или его выслеживал, блять. И я эту тварь найду и убью собственными руками. Попов склоняет набок голову и улыбается, как кажется пьяному мозгу Шастуна, даже с какой-то нежностью, а потом тихо произносит: — Но ведь их создал Бог. Потом некоторых разделил на две половинки. — Замолчи, пока это кто-нибудь не услышал, — угрожающе шипит Антон, пристально смотря в голубые глаза напротив. — Ты же знаешь, что могут с тобой сделать за такие слова. — Знаю, — простодушно кивает Арсений, отпивая небольшой глоток, а Антон подвисает, наблюдая за движением поповского кадыка, а после тут же активно машет головой, стараясь прогнать эти греховные мысли. — Слушай, — начинает он, обращаясь к Попову, и пьяным взглядом обводя зал, — тут ведь должны быть какие-то девушки. Давай развлечемся перед поездкой? Арсений тихо смеется, машет головой, а после тихо фыркает. — Иди в комнату, — просит он. — Я пойду договорюсь нам о девицах. Шастун благодарно салютует ему, с кряхтением встаёт на ноги и старается не упасть, пока поднимается по лестнице к своей комнате. Уже завалившись на кровать, он несколько минут размышляет, не заперся ли он по привычке, и даже хочет пойти проверить, но тут кто-то самостоятельно открывает дверь. Антон заинтересованно приподнимается на локтях, разглядывая в проеме высокую, стройную темноволосую женскую фигуру, которая юрко забегает в неосвещенную комнату, плавными шагами подходя к кровати и присаживаясь с краю. — И как звать такую красавицу? — Ухмыляется Шастун, кладя свою большую ладонь на такую мягкую женскую щеку и притягивая девушку к себе. — …ния, — невнятно для пьяного мозга шепчет девушка, но Антону, честно говоря, уже наплевать, как зовут эту нимфу любви. Это перестает иметь значение, когда они сталкиваются в жарком поцелуе. Антон плохо запоминает события этой ночи, помнит лишь какие-то отрывки: как он почти что рвет женский корсет, не имея терпения расшнуровать, за что красавица тихо смеется и просит его не торопиться, как он подминает под себя девушку, шепча какие-то пошлости ей на ушко, пока она так сладко стонет. На утро Шастун будет ругать себя за то, что так напился, что не запомнил об этой девушке ничего, кроме манящих и словно светящихся в темноте голубых глаз. А может и это нарисовало ему нетрезвое воображение? Единственными напоминаниями, что прошедшая ночь была реальной, остаются смятые и грязные простыни, темный длинный женский волос на подушке, а уже собираясь, Антон случайно находит около ножки тумбочки, под кроватью, женскую заколку для волос. Шастун вертит ее в руках пару секунд, а потом на автомате кладет ее к себе в карман, когда к нему стучится Попов, поторапливая, чтобы он поскорее собрался. — Что такой хмурый? — Подначивает его Арсений, когда они на своих верных конях уезжают от трактира. — Али ночка прошла не удачно? Не уж то не встал от алкоголя? — Встал, конечно, — отмахивается от него Антон. — Ночка была слишком удачной. Жаль даже, что с этой красавицей я больше н увижусь. — Да? — Арсений смотрит на него удивлённо, а Антон почему-то неосознанно сравнивает его глаза с таинственной незнакомкой, и ему становится дурно. Шастун старательно гонит от себя эти мысли вплоть до их небольшой остановки в лесу, чтобы и они, и лошади передохнули. Пока Арсений уходит за хворостом, Антон разбивает им мини-лагерь продолжая сравнивать и сопоставлять в голове образ ночной девушки и своего напарника. Да, у обоих невероятно голубые глаза, но это ведь не показатель чего-то странного? Просто Шастун уже с этими бесконечными поисками андрогина стал слишком мнительным. Надо перестать об этом думать, твердо решает для себя Антон, а после открывает походный мешок Арсения, потому что в прошлый раз он себе забирал котелок, и тут же застывает. Под мужской белой рубашкой лежит изысканный надорванный женский корсет, а ниже лазуревая атласная юбка. Шастун громко сглатывает, трясущими пальцами достает ненавистный корсет, оглядывается по сторонам и быстро подходит к своему мечу в ножнах, оставленном на плаще. Антон старается мысленно успокоиться, может произошла какая-то ошибка, а он делает поспешные выводы. Но даже в этом случае не стоит терять бдительность. Как только справа хрустит под мужским сапогом ветка, Шастун сразу же обнажает меч и резко оборачивается к только что подошедшему Попову, который сразу же застывает, стоит ему ощутить принимающуюся к кадыку холодную сталь. — Антон? — Неуверенно спрашивает Арсений, так и продолжая держать в руках хворост. — Не вздумай двигаться. Что это? — Обманчиво спокойно спрашивает Шастун, показывая Попову женский корсет, при виде которого тот стремительно бледнеет. — Хотя, судя по твоей реакции, ты уже можешь ничего не объяснять. — Холодно произносит Антон, сильнее прижимая лезвие к чужой шее, с каким-то садистским удовольствием наблюдая, как на ней появляется пока что небольшой надрез, из которого скатывается одинокая капля крови. — Я все объясню, — одними губами шепчет Арсений. Шастун с недобрым прищуром смотрит в эти испуганные голубые глаза, а в груди неприятно тянет обида и злость. Его столько время водили за нос? Все их знакомство Арсений врал ему? Это можно считать предательством? И самое главное, что ему делать сейчас?