Там ревели горы, мама

— Вов, не смущай — легкий ветерок бьет в лицо Леше, когда он прогуливается по красивой центральной улице, разговаривая со Вовой по фейстайму. — Хочу и буду! — заливается смехом парень, до этого говоря абсолютно неприличные вещи — ты там когда оперный показывать будешь, принцесса? — Мы еще центральный парк не посмотрели, а это между прочим мое любимое место в детстве! — наигранно возмущается Алексей, после чего громко хохочет — там дядька на меня странно смотрит — шепотом произносит парень, смеясь уже тише. — Страшно мне тебя одного пускать гулять в таком наряде — волновался Вова, ведь Губанов уже через два дня уезжает в Санкт-Петербург и все вещи собраны, из-за чего на Леше был надет большой розовый свитер, узкие джинсы и черный плащ временн ссср, любезно предоставленный его мамой. Да и еще парень осветлил волосы и сделал красную прядку, из-за такой раскраски Вова иногда дразнит его «дятел». — У меня в плаще перцовка, не «сцы» — Губанов коверкал слова, когда был в хорошем настроении. — Смотри мне — Вова мотает указательным пальцем прямо в камеру и оба парня смеются. — Я на самом деле тоже слегка очкую. Особенно из-за плаща и свитера, во-первых свитер на три, а то и на четыре размера больше, а плащ так вообще отдельная тема — Лёша мягко, но нервно улыбнулся — я выгляжу, как проститутка, которая ищет жертву — парню было очень сложно выйти из дома в том, в чем он не чувствует себя уверенным на все сто, поэтому Вова решил его успокоить и заодно посмотреть на Новосибирск. — Ты в любом виде красив — Семенюк смотрит на парня в экране, поджав подбородок рукой — слава боже, что ты в наушниках, иначе бы точно тебя в подворотне отпиздили — Вова всегда говорил все, что у него на уме, пускай иногда это было странно, неуместно, но именно это так привлекает в нем. Его искренность, немного детской наивности в некоторых вещах, но при этом он никогда не даст в обиду друзей и близких, если говорит, то делает. Для него поступки намного важнее слов. А с Лешей он превращается все равно немного в дикого, но очень ласкового кота. Он не всегда знает что сказать, как поддержать, для него такая жизнь как у Леши слегка чужда, ведь Вова всю жизнь только выживает, а Губанов может позволить себе жить. — Ты такой добрый, Вов — усмехается Лёша — мне и так страшно. Мне скоро уезжать. Ехать целых два с половиной дня, я там вообще ахерею — парень закатывает глаза и поправляет очки. — Кстати, только сейчас заметил, ты давно очки носишь? — Лёша позвонил Вове, пока тот еще спал, поэтому внимание на деталях сфокусировалось только спустя час. — Ну, я больше линзы люблю, но они сейчас столько стоят, что проще очки, эти же вообще отпад, у меня еще есть в полностью прозрачной оправе с мягким квадратом — На парне красовались круглые очки, сверху с черной оправой, а снизу еле заметна была серебряная часть оправы, которая плотно держала линзы, из-за чего казалось, что снизу линзы ничего не держит. — Тебе очень идет — протягивает Вова, пристально смотря в экран. — У тебя в глазах щас сердечки появятся, мне аж страшно становится — усмехается Лёша, ловя взгляд Семенюка. — Я просто представляю в какой ситуации я смогу с тебя их снять — Вова смотрит прямо в глаза Леше, пошло улыбаясь. — Вова! — Лёша смеется через закрытый рукой рот — знал бы, что у тебя такое либидо, я бы к тебе не подошел. — Тогда я бы скрывался получше, принцесса — чем больше слов произносит Вова, тем больше краснеют щеки у собеседника — нечего было врать, что мы спали! — У тебя был шанс, возможно— громким загадочным шепотом произносит парень, заливаясь краской еще больше, задевая не только щеки, но и уши. — У тибя бил шанц- передразнивает Вова — надо было намекать сильнее. Мне вообще показалось, что ты со мной из-за скуки общаешься. — Вов, ты просто ду-ра-чок — протягивает парень — я вообще-то людей итак боюсь, если бы не мама, мы бы и не познакомились, а потом я решил, что если че то я могу натворить кринжа и больше никогда тебя не увидеть. Это был запасной план, если бы ты послал меня нахер, но мне показалось, что именно это ты и сделал, когда мы уезжали! Да и сказать по правде, с постельными делами у меня не очень. — Ты же знаешь — Вова тяжело выдохнул — я тогда потерял твой кулон и мне стыдно было — Семенюк опускает глаза в пол. — Бля, прости — теперь и Леше стало стыдно — я иногда наезжаю ни за что, к этому придется привыкнуть, но главное меня не игнорить в такие моменты, иначе я со злости такое могу наговорить. Отношения со мной это худшее, что ты мог сделать, правда. Я неуправляемый — Губанов постоянно поправляет волосы, но пальцы вечно застревают на полпути. — Леш, я знаю на что иду — серьезным тоном сказал парень — я люблю тебя любым и я не малолетняя девочка, чтобы не понимать, что я с тобой происходит и я могу в случае чего помочь тебе и не дать тебе нанести мне вред — Лёша предупреждал Вову, что в случае сильной агрессии парень совершенно не контролирует себя и однажды вонзил нож себе в плечо. И вспоминая эту ситуацию Лёша часто думал о том, что было бы если бы Серёжа, который вывел Губанова на такую агрессию был рядом. — Твой сексизм иногда меня пугает — парень любил в неприятной ему теме зацепиться за одно слово или словосочетание, абсолютно не обращая внимания на остальное. — Ну, а как сказать? Ну, блять. Я имел в виду, что я тебя сильнее и ты меня точно не убьешь — Вова чесал недавно выбритый затылок, гуляя взглядом по комнате. — Столько проблем ты на себя взял, Вовчик. Мы же еще хрен знает, когда увидимся, тем более ты уже поступил — Лёша от напряжения выпрямился и покрутил головой — может мне после второго курса уйти на заочку? Смогу переехать к тебе в город. — Давай решать проблемы по мере их поступления, ладно? — Семенюк пытается скрыть хитрую улыбку, но Леша этого не заметил. — Смотри. Вот мы и дошли до оперного, я тебе послезавтра его ночью покажу, он очень красиво светится — Леша поворачивает камеру на основную и показывает большое круглое здание оперного театра — хотя лучше бы деньги отдали людям, на эту подсветку чет прям дохуя потратили. — Прямо как ты — лицо парня уже сводит от количество улыбок за утро. — Ты на что намекаешь? — наиграно возмущенным тоном спрашивает Губанов. — На то что ты на последние бабки заказал цветную лампу в комнату в комнату — Вова не выдерживает и громко смеется над выражением лица Леши. — Ах, ты падлюка — все также произносит парень. — Ну, да, как же я мог забыть, ты же еще прозрачные кастрюли заказал. Сколько они стоили? — Вова не перестает улыбаться, поджимая губы, чтобы не заржать в полный голос. — «Две тыщи» — произнёс парень сквозь полузакрытые губы и сжатые зубы, из-за неловкости. — Сколько, сколько? — еле сдерживая смех, переспрашивает Семенюк. — Две тысячи — шипит Леша, хмуря брови. — Потом не жалуйся, что у тебя денег нет, кулинар, ты ведь даже готовить не умеешь — комичность ситуации заключается в том, что прозрачная посуда не подходит для газовой плиты, которая очень распространена в центре Питера. — Они красивые! — продолжает дуться Губанов — будут как «очень» — выделяет слово парень — глубокая тарелка. — Хорошо, хорошо, молчу — Вова поднимает руки в вверх, показывая, что он сдается. — Так-то нахуй — агрессивно шипит Леша, после чего оба парня громко смеются. — Су — Вова даже не смог договорить слово, сложившись пополам от смеха — сука я — парень пытается успокоиться, его очень смешит, когда Лёша злится или строит из себя аля «гопника» — я так пресс накачаю с тобой. — Куда там еще качать то? Хочешь стать бодибилдером? Я кста рил не ожидал, что у тебя пресс есть, ты же дрищеватый, но когда ты футболку снял я аж слюнями подавился — честно признался Леша, слегка смущаясь, но говоря уверенно. — Это ты у нас дрищеватый, я бы даже сказал просто дрищ, но ты почему-то так не считаешь — Вова очень далек от подобных психических заболеваний и не совсем понимает их, говоря что-то из разряда «почему ты просто не можешь есть?», на что Леша часто отвечает «вокруг столько денег, почему ты не можешь их взять? Вокруг столько воздуха, почему у тебя астма? В мире столько воды, почему кто-то умирает от обезвоживания?», пытаясь объяснить что не все так просто, как кажется. — Ты щеки мои видел? А мне уже 17! Они должны были пройти. Если мы будем вечно поднимать эту тему у меня реально нервный тик начнется — каждый раз при таком разговоре Леша начинает очень много моргать, а иногда сильно моргать начинает только один глаз и непроизвольно. — Да какие щеки, я понять не могу? Тебе башку лечить надо, а не переставать жрать — продолжает гнуть свою линию Вова, пытаясь так поддержать Губанова. — Ага, а если я в ремиссии потолстею килограмм так на 20, то ты будешь меня любить? — Леша прикусывает внутреннюю часть щеки и гордо поднимает голову вверх. Эта привычка осталась еще с отношений с Серёжей, который на такие вопросы всегда говорил «нет», а Леша зачем-то спрашивал сново и сново и данная поза не давала парню заплакать. — Конечно. Хоть на 50 килограммов, мне все равно. Ой — осекается парень — не на тебя все равно, а на твой вес. Ты всегда красивый — Вова поправил себя, чтобы не вызывать лишнюю паранойю у Леши. Парень уже выучил, что любое слово можно вывернуть в абсолютно другой смысл. Семенюк понимает насколько травмирован его парень, Вова тоже не из самых психически здоровых. Они оба делают друг друга лучше. — Блять, ты меня будто бы боишься — Леша злится на себя за вечные истерики и крики на самых близких. — Леш, нет, я просто тебя люблю и не хочу, чтобы ты расстраивался или надумывал себе чего-то — Семенюк берет телефон со стола в руки. — Я даже сейчас истерику устраиваю. Убейте меня — Леша садится на лавочку, кладя телефон на колени и закрывая руками лицо. — Леш — протягивает парень — ты чего? — в панике спрашивает парень, приближая телефон к лицу. — Я не знаю — парень шмыгает носом, но слезы не идут. — Такое ощущение будто у тебя пмс — тихо добавляет Вова, чтобы Леша это не услышал. — Вов, прости, я очень волнуюсь перед поездкой. Вдруг в Питере мне еще хуже станет, вдруг я с тобой не увижусь долго, хотя ты же знаешь, что я могу тебе билеты оплатить. И вообще, блять, я могу тебя в Питер пристроить, но ты вечно отнекиваешься — Леша откидывает голову на спинку скамейки. — Леш, не опережай события, пожалуйста. Да и я же не жалуюсь. Сам на это подписался. С тобой иногда, конечно, тяжело, но по сравнению с тем сколько ты даришь мне улыбок и смеха это просто крупинка песка на пляже — Вова понимал, что Леше важно постоянно знать что чувствует партнер. Ибо Губанова неплохо покатали на качелях, где он успел сделать солнышко, упасть с качели и получить этими же качелями по башке, из-за чего любой холод воспринимается в штыки. А Холодом считается, если Вова заснул и не написал «спокойной ночи 💗» или написал, но без сердечка, если Семенюк не отвечает на звонок, если отвечает с точкой, если отвечает односложно на вопрос и так далее. Конечно, Вове непривычно, но парню очень приятно показывать Леше, что такое нормальные отношения. — Правда? — Леша опускает взгляд на телефон. — Правда. Я тебя люблю — мягкий тон почти мгновенно успокаивает парня. — И я тебя люблю — уголок рта сам ползет наверх, а Леша и не против — пойдём я тебе еще первомайский сквер и набережную покажу, правда до нее ехать придется, но ты же не будешь смущать меня в автобусе? — Губанов даже не знает чего хочет больше, чтобы Вова смущал его так, чтобы хотелось закричать или спокойной поездке на автобусе. В принципе и тот и тот вариант его полностью устраивали, но при условии, что это все будет дистанционно. — Как захочешь — Вова машинально облизнул губы, не прерывая зрительный контакт. — Мне так страшно уезжать — Леша часто перескакивал с темы на тему сам того не замечая, но часто это играло на руку Вове. — Почему? — Семенюк и вправду не до конца разобрался что к чему, потому что единственное, что он знает это следующее сообщение. Дмитрий Карпов 3:06 Блять ну пиздец. Я не знаю че делать реально. Нужно бы уезжать, потому что я в Нск тупо дома сижу, ты там занят со своим поступлением к тебе приехать не могу, ты ко мне тоже, но и ждать я не хочу, проще будет тебя в Питер свозить уж. Я хочу в Питер, но не хочу. Вот правда. Там сережа, да еще и неизвестность какая-то. Новый коллектив, хотя я привык уже к старому, надо будет искать друзей, но этот город такой свободный. Там всем плевать как ты выглядишь, во что одет. Там все заняты собой и своими делами. А в Новосибирске у меня мама, друзья, которые щас учатся или работают. В Новосибирске у меня есть поддержка и опора. Без денег точно не останусь, как и без жилья, тут комната просто прелесть, я же ремонт делал. Привычно все. Да и родной город все-таки. Даже воздух здесь родной. Но этот город ассоциируется у меня с ненавистью. Все-таки люди здесь полный отстой. Я себя запертым чувствую. Но когда еду в Питер такое ощущение будто крылья прорезаются и очень и очень больно. Просто второй раз уезжать больнее. В первый раз то это был побег. От абьюзивной мамы и нарциссического папы. Ах какая пара… короче, тогда было легко. Тупо бросил все и уехал. А сейчас сложно. Сейчас маму то я люблю, очень. Папа, конечно хуйни наговорил в последний раз, но это мелочи, наверное. И как я без тебя буду? Это самое сложное. Хочется взять тебя с собой. Вова с первого раза даже не понял что именно хотел донести фанат Льва Толстого. Куча воды и ничего не понятно, так еще и длинно. Но план был такой: уговорить Лешу уехать в Питер. — Ну, я же тебе писал — слегка разочарованно вздыхает парень — я боюсь неизвестности. Я же не знаю, что меня там ждёт. Да и тебя хочется увидеть поскорее, а мы будем так далеко! А если ты полетишь на самолете, то я буду жутко волноваться и не смогу ни есть ни спать, вообще ничего — Леша активно жестикулирует и чуть не роняет телефон на асфальт — сложно все, короче — Губанов недовольно хмурит брови. — Все будет хорошо, обещаю. Билеты же ты уже купил и скоро приедешь в Питер и я тебе обещаю все наладится. Я приеду как только поступлю и у нас будет время. Просто доверься мне, ладно? — умолял Вова, не понимая как прекратить истерику у парня. — Теперь ты, наверняка, думаешь, что я истеричка — у Лёши наступают слёзы на глаза он пытается их стереть, из-за чего ему приходится снять очки, но всё тщетно, очки вмиг запотевают. — Эй, ну ты чего? Всё будет ахуено ты только не плачь, слышишь? — Вова мало что знает о поддержке, но сейчас сделает все, чтобы парень прекратил плакать. — Я понимаю, но на подсознательном уравне мне так страшно. Нет, ладно, я ничего не понимаю, я запутался. — парень начинает плакать только сильнее, дрожа всем телом. — Ну правда, сейчас же ещё хорошо, не расстраивайся так. Может лучшее пойдешь домой и успокоишся? А я буду рядом — Вове было плохо видно Губанова из-за трясущегося телефона. — Да ты прав, так будет лучше — Лёша немного успокаивается и по крайней мере надев очки, может видеть — Мальчики продолжали разговаривать как-будто ничего не было, пока Лёша идет домой. Вова рассказывает какие-то смешные истории из своего детства чтобы отвлечь Лёшу от его мыслей и у него получается, или ему так только кажется, но по крайней мере он выглядит намного лучше. Уже возле дома парень выглядит спокойно и даже скавано смеётся, прикрывая рот рукой. — Соглашусь это было очень глупо, — Лёша выглядит весёлым, что вызывает улыбку у Вовы. — А то! Я тебе еще столько могу рассказать! — звонко смеется парень, вспоминая минувшие года. Парни продолжают свою не принужденную беседу когда Лёша поднимается на этаж и когда он заваривает чай. — Спасибо Вов, мне правда лучше — Лёша улыбается уже не закрывая рот. — Я очень на это надеюсь. — он тоже улыбается видя парня счастливым. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, принцесса. — Всё кладу трубку. — говорит очень смущенный парень, отводя глаза. До конца дня он остаётся в приподнятом настроении. Но когда уже нужно ложиться спать на него снова накатывают все те чувства которые он заглушил днём, снова появляются те необоснованные страхи и волнения. Он хочет уснуть, хочет забыться, но из-за быстро несущего потока мыслей и чувств сон никак не может прийти, Вове писать страшно, а вдруг он ему надоедает, а вдруг он скажет " да хватит уже себе всё придумывать, ты меня достал» или что-то подобное. Лёша постоянно ворочается будто это может как-то помочь. В какой-то момент его начинает трясти, он почти не может дышать, слёзы льются из глаз непроизвольно, так проходит час или два, а может и больше, но Лёша совершенно не понимает. В какой-то момент он погружается в сон, также постоянно ворочаясь и со слезами на глазах, но всё-таки спит.