Млечный шиноби

      Алый свет Шарингана всегда пугал до дрожи многих людей. Мало кто захочет противостоять Учихе один на один, особенно в открытой схватке. Носитель «проклятого» додзюцу был одним из самых неприятных и каверзных противников для любого шиноби.       Это в полной мере прочувствовали на собственной шкуре уже несколько ниндзя Ивы, сражавшихся до этого с Ацуши. Все они совершили главную ошибку во время сражения с Учихой — они взглянули ему в глаза. Молодой капитан с лёгкостью заманил беспечных шиноби в гендзюцу, а затем убил их, пока они наблюдали перед собой кажущиеся вполне реальными иллюзии.       К сожалению, находились и те, кто был поумнее. Или те, кто прямо во время боя предостерегал остальных от попыток взглянуть в Шаринган. Они опускали свой взгляд, но недалеко — в район подбородка, так, чтобы не попасться в гендзюцу, но также и иметь возможность читать его намерения, видеть эмоции и возможные действия.       С такими Ацуши разбирался по-другому. Ведь помимо мастерства в гендзюцу, он также был весьма хорош в ниндзюцу, обладая родством с Огнём и Молнией. Конечно, как и любой другой Учиха, способный с помощью додзюцу предугадывать дальнейшие движения противника по языку его тела, он мог вполне успешно сражаться и в тайдзюцу. Однако, его общий КПД был куда выше именно тогда, когда он использовал техники.       — Стихия Огня: Огненные Фениксы!       В сторону решившей помериться мастерством в ниндзюцу куноичи Ивы полетело сразу три величественные птицы, объятые золотым пламенем. Держа крылья параллельно земле, они неслись вперёд, грозясь зажарить любого, кто попадётся им на пути.       — Стихия Земли: Величественная Стена!       За секунду перед девушкой из-под земли выросла массивная каменная преграда, укреплённая неизвестной твёрдой породой. Не способная изменить траекторию своего полёта, техника в виде фениксов влетела в стену, безрезультатно опаляя самый край ниндзюцу Земли.       Эта неудача, впрочем, Ацуши ничуть не расстроила. По крайней мере, если судить по его довольной ухмылке. Ожидая подобного исхода и решения от оппонента, Учиха, не тратя зря времени, сложил следующий ряд ручных печатей:       — Стихия Молнии: Разряд!       На смену огненным птицам пришёл электрический заряд, схожий с классическим ударом молнии. Яркая синяя вспышка сорвалась с пальца Учихи и буквально за доли секунды достигла каменной преграды. Сила техники была такова, что она без каких-либо трудностей разрушила стену, пробивая её насквозь. Однако куноичи там уже не оказалось.       И вновь Ацуши сохранил уверенное выражение лица, которое обычно присуще человеку, следующему определенному плану. План у него действительно был. Сейчас же настала пора для финального штриха.       — Стихия Молнии: Шоковый Удар!       Закончив серию печатей, брюнет припал к земле и прислонил к ней объятые маленькими разрядами молнии ладони. На этот раз электрический разряд ушёл под землю, покрывая собой сразу несколько десятков метров в длину, глубину и ширину. Так спрятавшаяся под земляной породой девушка была зажарена живьём, застряв там навсегда.       — Что ж… Пусть это побудет для тебя твоей могилой… — выдохнул Ацуши, поднимаясь на ноги и отряхивая наэлектризованными руками свой жилет от пыли.       На размышления о произошедшем времени не было: выступая в качестве поддержки для Дайцуки и Цунами, он должен был следить за тем, чтобы их не окружали и не зажимали в тиски. А это, судя по всему, сейчас может произойти.       Достав из подсумка несколько кунаев, он бросил их в бок двум шиноби, особо рьяно пытающихся убить его подчинённого. Их не получилось даже задеть: каждый сумел вовремя почувствовать опасность и отклонить летящее оружие своими кунаями. Однако основная цель была достигнута: они на миг отвлеклись.       Этого мгновения Гиро хватило, чтобы заставить противников в полной мере осознать совершенную ошибку. Не дожидаясь, пока они вновь продолжат с ним битву, он моментально «посчитал» одному из них шейные позвонки, а другому сломал руку, выбив в другую сторону локтевой сустав, а затем и вовсе прямым ударом проломил грудную клетку.       Еле стоящего на ногах, харкающего кровью из-за сломанных рёбер шиноби Ивы, который схватился за повреждённую конечность, что раньше была рукой, Ацуши, дабы тот не мучился, добил броском куная в висок. Проведя немигающим взглядом упавшего на бок мертвеца, Дайцуки встрепенулся, обратив, наконец, внимание на Учиху:       — Спасибо, тайчо.       — Не за что, — коротко кивнул брюнет, а потом резко опустил голову, уклоняясь тем самым от просвистевшего метательного оружия. — Воу… это было близко…       Тут же позади вставших друг рядом с другом ребят материализовалась старшая Сенджу, вид которой оставался боевым, хоть и был уже немного утомлённым.       — Раны есть? — быстро уточнила она, поверхностным взглядом осмотрев их тела.       — Я здоров, — ответил Учиха.       — У меня только царапины, не трать на меня время и чакру, — заверил её Гиро, состроив самое убедительное выражение лица, которое только мог.       Сенджу, впрочем, не поверила ему ни на грамм. Закатив глаза, она юркнула ему за спину и принялась лечить длинный и весьма глубокий порез от меча со словами:       — Знаю я твои «царапины»…       В это время от никуда не девшихся противников их защищали Ацуши и подоспевший Чин, вставшие с двух противоположных сторон. Джиромо и Нишия, заметив большое скопление ивовцев вокруг членов их отряда, также поспешили на помощь.       Чем дольше шло сражение, тем больше Ацуши казалось, что их заманивают в ловушку. Причём, «их» — не армию Конохи, а «их» — отряд из шестерых человек. Главной задачей шиноби Листа было добраться сквозь оборону врага до леса, а затем уничтожить всех, кто в нём находился.       Как-то так получилось, что к краю леса подошли лишь он и его подчинённые. И теперь между ними и остальными ниндзя Конохи, продолжающих без особых успехов и подвижек сражаться в поле, образовалось пустое пространство.       Ловушка была захлопнута, когда это «пространство» оказалось заполнено новым вражеским подкреплением во главе с мужчиной с остроконечными светло-коричневыми волосами, зелёными глазами и заметно выступающими скулами. Он был одет в стандартный боевой жилет джонина Ивагакуре и рубашку с единственным рукавом, оставляющей его правую руку полностью открытой. Протектор Камня у него был повязан на предплечье.       — Хм… Вас должно быть семеро, — неприятным скрипучим голосом, какой обычно присущ старикам, задумчиво проговорил он, а затем хмыкнул, с громким хлопком, похожим на маленький взрыв, ударил кулак о ладонь. — Впрочем, неважно. Даже так, избавившись от вас шестерых, мы сможем переломить ход боя в нашу пользу!       Сгруппировавшись и прикрывая спины друг друга, ребята напряжённо смотрели на окруживших их со всех сторон противников. Всего их насчитывалось не меньше тридцати, так что можно было с уверенностью сказать:       Битва будет жаркой.