Алая нить - 2

В этот день Атон чувствовал лёгкую нервозность. С того момента, как Мхэй покинул его для прохождения обучения в Храме Осириса, прошло несколько недель. И настал день его восшествия. Он долго ждал этого мгновения, когда вся сила и власть окажутся в его руках и он сможет выйти за пределы уже ненавистного ему храма. — Мой фараон. — Все ещё работающий Ур Хеку нервно поклонился ему, войдя в покои. — Мы вас ожидаем. Атон кивнул и взглянул на свое отражение в глади воды. Он был прекрасен: праздничные одеяния, которые были сшиты специально для восшествия подчеркивали его красоту и силу. Сын Ра поправил свой головной убор и направился следом за Ур Хеку, который провел его в жертвенный зал. Там уже собрались все положенные рангу жрецы и приглашенные советники. В центре зала, где стоял алтарь, находились привязанные юноши возраста Атона. Сын Ра едва нахмурился, подумав о том, что среди них сегодня был бы и Мхэй. — Встречайте! Наш свет! Сын Ра Атон! — Ур Хеку вывел его к алтарю и все зрители поклонились будущему фараону. Приглашенный советник вышел вперёд и улыбнулся Атону. — Рад начать данный обряд. Силой, что наделил меня ваш покойный отец, я начинаю ваше восшествие. Он протянул руки к алтарю. — Сила, что дремлет в нашем Фараоне, свет, что дан Ра, да позволь нам отдать вам души, которые позволят стать сильнее нашему свету! Атон повернул голову к жертвам. Рабам. Нет, к людям. Эти испуганные парни и девушки. Некоторые смирились с тем, что их ожидало впереди, некоторые плакали, некоторые шептали слова помощи. Атон представил, как среди них находился бы Мхэй, как он смотрел бы не него. Юноша понял, что он не смог бы пережить смерть своего любимого. И чем тогда эти люди отличаются от Мхэя? Ведь у них тоже есть любимые, есть те, кто их ждёт. У этих людей есть мечты, желания и души. — Да начнется первая жертва! — Советник указал на первую девушку и к ней пошел жрец с ножом. — Нет. Атон встал перед девушкой и посмотрел на жреца твердым взглядом. — Опусти нож. Сегодня не прольётся кровь. — Что вы говорите, мой фараон? — Советник шагнул к нему и развел руками в разные стороны. — Этот обряд — обязательное условие для того, чтобы ваша сила пробудилась! — Моя сила? — Атон повернул голову к советнику и приподнял бровь. Его глаза засветились серебристым светом и мгновенно советник упал на колени, смотря на юношу с восторгом. — Моя сила присутствует и без глупых жертв. Послушайте все! Атон обратился к зрителям. — Я — ваш фараон. Тот, чей дар — от богини Хатхор. Я люблю людей. Люблю вас. Люблю и их. Мы все — сыны и дочери Ра. Так чем же они отличаются от вас? Тем, что родились в семье рабов? А кто их родителей, предков создал рабами? Они выбирали ли? Мы одинаковые. Мы — сыны и дочери Ра. И ничья кровь не должна проливаться ради обычаев. Будущий фараон шагнул к зрителям ближе и его глаза стали ярче светиться чистым сиянием. — Я даю клятву. Клянусь любить свой народ, защищать его и не давать тьме пройти в наши сердца. Ур Хеку приоткрыл рот и повернулся к зрителям, которые смотрели на Атона с восхищением. А потом один из них кивнул. — Никакой крови! — Пусть живут. — согласился следующий человек. И так послышались громкие звуки поддержки. Атон усмехнулся и повернулся к советнику. — К концу восшествия, пожалуйста. Тот самый человек, который стоял на коленях и видел в Корне всю жизнь, быстро поднялся, словно очнувшись после долгого и сладкого сна. Он поднялся, надул губы, а потом тяжело вздохнул и улыбнулся. — Будь по вашему. Именем вашего отца и матери я передаю их корону вам. — В Зал внесли корону Верхнего Египта. Она была прекрасна: белая в виде кегля, украшенная драгоценностями. С головы Атона сняли его юношескую корону будущего фараона. Сын Ра склонил голову и советник надел ему на голову корону Верхнего Египта. Атон выпрямился. Он почувствовал тяжесть ноши, что легла на его плечи. — И скипетр, который держал ваш отец. — Внесли треххвостую плеть и скипетр. Считалось, что их передал Осирису Анцти — первый пастырь людей. Они являлись обязательными атрибутами обряда коронации. Когда их передали Атону в руки, то тот едва сдержал улыбку. Ему показалось, что за руку его взял отец, который погиб, когда фараон был ещё совсем маленьким. — И пусть земля будет вашим домом. — К нему подошли Жрецы и надели ему на подбородок накладную бородку: обязательный атрибут фараона. Атон улыбнулся и едва склонил голову. — Словом, что дали мне покойный фараон и великая царица назначаю вас фараоном Египта! Атон Птолемей I. Атон выпрямился и все находящиеся в зале упали на колени перед ним. Рабы не могли поверить тому, что их не будут убивать. Они счастливо улыбались, а некоторые даже сделали попытку обнять друг друга через веревки. — Я клянусь нести с честью свое имя. И запомнят его в истории. — Атон поднял к потолку скипетр. — И первым моим приказом будет: освобождение рабов. Более не будет рабства в моих людях. — Но фараон. — Советник сделал попытку что-то сказать, но Атон быстро его прервал. — Все мы — сыны Ра. Они имеют права жить свободно. — Мой фараон. — Ур Хеку подошёл к нему и поклонился. — Карету принесли к храму. Народ желает вас увидеть. Атон кивнул и взглянул на советника. — Жду вас завтра на рассвете у себя. Будем объявлять приказ. Этих рабов освободить. Фараон направился следом за Ур Хеку. Наконец двери храма будут открыты перед ним и он почувствует свободу. Двери медленно открылись и яркое солнце осветило лицо Атона. Послышались громкие восторженные крики стоящих по бокам дороги людей. Атон поднял руку, приветствуя их. Его народ. Его люди. И теперь он тот, кто поведёт их в свет. — Мой фараон. В вашем дворце вас ожидает ваша будущая жена. — Ур Хеку поклонился. — Уже завтра вечером состоится ваша свадьба. — Понятно. — Атон едва усмехнулся и спустился вниз по лестнице. Свежий воздух. Восторженные крики людей. Фараон отказался ехать на карете, которую несли люди. Он ведь не собирался использовать рабскую силу. Вместо этого он шел своими ногами к дворцу, обращая внимание на каждого, кто кричал его имя. Первый фараон, который отказался от жертвы во время обряда и первый фараон, спустившийся к людям.