Гранд Каньон

Плотные занавески не давали свету ночных фонарей хоть как-то войти в комнату, поэтому проснувшийся от кошмара Эндрю не мог разглядеть даже собственные дрожащие руки. В комнате царила невыносимая тишина, которую нарушало только рваное дыхание парня и сброшенное в дальний угол кровати одеяло. Он услышал шуршание с нижней койки и постарался приглядеться, но ему будто завязали глаза. — Карамелька? — спокойный голос заставил парня вздрогнуть. В голове метались тысячу воспоминаний с Дрейком, который по-собственнически держал его за шею, блокируя подачу кислорода. Миньярд прижал колени к груди и спрятал лицо ладонями, чтобы его никто не заметил. Звуки стали чуть громче и Эндрю постарался спрятаться у стены, надеясь, что Спир не причинит ему боль. — Карамелька, ты в Лисьей норе, в Южной Каролине. Ты играешь вратарем в университетской команде по экси в Пальметто. Лучший голкипер в мире, Эндрю. Дрейк Спир мёртв, его убил твой брат — Аарон. Я — Нил Абрам Джостен и я всегда готов защитить тебя. Ты в безопасности. Парень убрал руки от лица и вгляделся в темноту. Такие родные голубые глаза, напоминающие бесконечный океан, безоблачное зимнее небо и коктейль из «Райских сумерек». Это точно его Нил. Эндрю сглотнул и медленно прошептал, пытаясь скрыть дрожь в голосе: — Он снова меня трогал. Везде, — Миньярд закрыл свой рот ладонью и закачал головой, отрицая всё то, что делал его покойный приемный брат во сне. Это же все неправда, глупая картинка, не имеющая ничего общего с реальностью. — Мне было больно. Его глаза быстро наполнились слезами и он моргнул, позволив им скатиться по бледным щекам. Во взгляде Нила читалось беспокойство и он наверняка чувствовал все то, что чувствовал Эндрю. Джостен говорил как можно тише, но так, чтобы парень понял его хорошие намерения. — Карамелька, он больше никогда не сделает тебе больно. Я обещаю тебе, — нападающий слабо улыбнулся, но в его глазах можно увидеть всю степень переживания за Миньярда, вздохи которого были судорожными из-за слез. — Как я могу тебе помочь? Эндрю прошептал самую откровенную фразу за эту ночь: — Ляг со мной. Расскажи мне что-нибудь. Открытое окно дало о себе знать, когда ветер на улице стал чуть сильнее, отчего блондин вздрогнул. Нил сказал что-то успокаивающее и аккуратно, стараясь не задеть сидящего на верхней полки парня, залез и сел рядом, поправляя подушку. Он укрыл Миньярда одеялом и уложил его рядом с собой, оставляя расстояние около двух дюймов. Эндрю мысленно благодарил Джостена за то, что он сохранял дистанцию и выбор касаться или нет оставил на голкипера. Нил начал рассказывать о красивых видах в разных городах, где ему удалось бывать в бегах и некоторые моменты ему приходилось выдумывать прямо на ходу, а все кровопролитие и прочий ужас он оставил неозвученным. — Гранд каньон, где птицы поют свои песни день и ночь…