БЕДНАЯ НАСТЯ. Первая гроза.

Лето 1839 года. Двугорский уезд. Поместье барона Корфа. Сегодня выдался хороший жаркий день, с самого утра ярко светило солнце, хотя всю последнюю неделю было пасмурно и часто шёл дождь. Я проснулся довольно рано и обрадовался погожему деньку - порядком надоело серое хмурое небо и сырость, захотелось погреться на горячем летнем солнце… Даже настроение мгновенно улучшилось, как только увидел за окном, поднявшись с кровати, лазурное чистое небо и весёлые солнечные лучики… Это яркое солнышко сразу напомнило мне о другом светлом лучике - Анне, которая живёт в моем доме сколько я себя помню. До недавнего времени эта молодая красивая девушка была настоящим личным солнышком и радовала своим звонким голосом и смехом домочадцев… Поместье вместе с домом досталось мне после смерти родителей: Ивана Ивановича и Веры Николаевны Корф. Отец скоропостижно скончался около года назад, оставив мне, как его единственному, законному наследнику поместье с этим домом и шикарный особняк в Петербурге. Мама умерла давно, тогда я был девятилетним ребёнком… Не люблю вспоминать тот год, когда не стало мамы… Её смерть навсегда разделила мою жизнь на до и после… Именно уход самого дорогого мне человека кардинально повлиял на становление моей личности: я стал серьёзным, строгим, властным, честолюбивым, не терпящим инакомыслия и чем старше я становился, тем ярче в моем характере выражались эти черты… Со временем моё настроение редко менялось, в основном оно оставалось таким же хмурым и однообразным, как тяжёлое осеннее небо перед долгими дождями… До смерти отца изменить моё самочувствие в лучшую сторону могли лишь алкоголь и женские ласки в постели. К этим методам я часто прибегал в столице, когда жил там, будучи в отпуске от службы в действующей армии Его Императорского Высочества, которая уже вела не один год войну на Кавказе. После кончины родителя я был вынужден окончательно поселиться в поместье и лишь изредка выезжаю в столицу, поскольку дом требует постоянного хозяйского надзора. Поначалу, когда я стал проживать в деревне, оставив столичное веселье, чувствовал себя крайне паршиво и обречённо, не мог найти для себя достойного занятия, считал здешнюю жизнь и людей скучными, неинтересными. В тот период я чаще обращался к помощи алкоголя, обычно вечерами употреблял коньяк, чтобы быстрее погрузиться в сон, но порой не упускал и внимание женщин: одной из них была статная привлекательная крепостная - Полина, трудящаяся в доме горничной. Спустя несколько месяцев я вполне адаптировался к здешним устоям и порой наслаждался тишиной и спокойствием, которые царили вокруг. В тот период времени я значительно меньше употреблял спиртное и новых представительниц прекрасного пола в моем "списке" не появлялось. Сколько бы я не противился и не сопротивлялся, виновницей моего перерождения была прекрасная девушка - та самая Анна, что светлым лучиком радует окружающих… Этим живым огоньком Аня была раньше, до смерти моего отца, когда я вёл разгульный образ жизни. В тот период она познакомилась с моим лучшим другом, сослуживцем - князем Михаилом Репниным. Всё происходило на моих глазах, они просто упивались друг другом и своей любовью, светились от счастья… А я страдал в сторонке… Именно тогда я остро ощутил, что единственной любовью всей моей жизни была именно она, но открыто признаться в своих чувствах никак не мог, поскольку видел, что девушка совершенно равнодушна ко мне и к тому же встречается с моим лучшим другом… Конечно, я целиком и полностью сам виноват в сложившемся отношении красавицы к моей персоне: слишком часто обижал её, был высокомерен и насмешлив. Раньше я честно полагал, что эта девушка не заслуживает иного отношения - она отобрала любовь моего отца; я считал, что он любит её больше, чем меня - родного сына, чувство ревности к нему заставляло меня обижать ни в чем не повинную девушку. Со временем, осознав свои истинные чувства, я глубоко сожалел о том, как относился к Анне, но исправить что-либо уже не мог, как не мог признаться в своих чувствах ей самой… Ежедневно наблюдал, как моя любимая девушка тает от взгляда лучшего друга, все больше отдаляется от меня и сильнее влюбляется в счастливого князя. Я, как мог пытался образумить и друга, и свою тайную возлюбленную, призывал к их благоразумию, но все было тщетно! Дело в том, что этой паре не суждено было стать настоящими мужем и женой: виной всему истинное положение девушки - она с рождения является крепостной в моем поместье. По воле отца Анна воспитывалась в доме, как благородная барышня, носила модные платья, дорогие украшения, музицировала на рояле и отлично пела… Мотивы такого поступка родителя мне неведомы до сих пор, но отец взял слово со всех домочадцев под страхом наказания хранить эту тайну девушки и, я тоже не мог его ослушаться… Только после смерти старого барона и понимая, что моё молчание может привести к необратимым последствиям, видя, как Анна с головой погружается в чувства к Репнину и отказывается верить в то, что князь никогда не приведёт её под венец, она останется в статусе любовницы, решился раскрыть секрет красавицы ради её спасения… Последним толчком в пользу моего окончательного решения был страстный поцелуй Анны и Михаила в гостиной, невольным свидетелем которого я стал однажды вечером. Помню, как в тот момент во мне взрывалась горячая смесь из боли, ревности, отчаяния, злости, чувства безнадежности… Именно в тот вечер я сжёг вольную для Анны, которую намеревался ей вручить, но увиденное в гостиной, разрушило мои планы… Тогда я окончательно решил открыть тайну девушки князю, при этом выбрал довольно унизительный способ: потребовал от Анны танцевать перед гостями Танец Семи вуалей наряду с другими крепостными. Конечно, в тот момент мною двигало чувство ревности, неконтролируемой злости, хотел, чтобы Репнин увидел возлюбленную во всей "красе", чтобы ему было также больно, как мне. Сразу на следующий день я пожалел о своём поступке и предоставил девушке выбор: она лично должна сказать князю, что не любит его, в противном случае, он узнает правду во время её танца. Помню, как тогда Анна с вызовом мне бросила: она не сможет сказать Михаилу прямо в глаза, что не любит его! Как же тогда было больно слышать эти слова! В очередной раз я терял последнюю надежду на взаимность с любимой девушкой. Наконец, наступил роковой вечер, Анна сдержала слово и вышла с постыдным танцем в нашу гостиную. На тот момент к счастью или к сожалению Репнина не было в поместье. Никогда не забуду, как юная красавица кружилась под звуки восточной музыки в откровенном наряде, как я терял голову и самообладание при виде её соблазнительного тела! В тот вечер девушка практически станцевала до конца и, я готов был выдохнуть с облегчением, что моя нелепая затея до конца не удалась, что князь не увидит позора своей прелестницы, но тут на пороге гостиной появился сам Репнин… Естественно, князь был поражён увиденным и, услышав от меня правду, удалился из поместья. После этого какие-либо отношения между князем и Анной прекратились, он уехал в столицу… Сейчас я с большим сожалением вспоминаю тот вечер… Но хуже всего - это, как я повел себя после ухода князя, как пал на колени перед своей же крепостной и целовал её руки, обнажённый плоский живот, готов был вымаливать её прощение, признаться в любви, но холодная красавица оттолкнула меня небрежно брошенным "Хозяин" и, я не стерпел, грубо прогнал красавицу… Эта картина и сейчас стоит перед моими глазами, стоит только прикрыть веки… В тот момент слова Анны словно отрезвили меня, облили ледяной водой, я отчётливо осознал, что не смогу добиться взаимности от неё, слишком часто я вёл себя непозволительно, поступал с ней так, как не заслуживает ни одна честная девушка, а тем более, Анна. Она настоящий цветок, ангел, который нуждается в бережном отношении, её должны носить на руках… И я готов был всю жизнь носить своё сокровище на руках, но понимал, что красавица никогда не простит меня, особенно за тот унизительный танец, что я заставил её исполнить перед Репиным… С момента расставания с князем Анна совершенно замкнулась в себе. Если раньше дом часто наполнялся её весёлым смехом, она часто садилась за рояль, проникновенно пела, то сейчас по дому ходит лишь подобие той лёгкой, живой девушки… Она редко смеётся, ещё реже музицирует, а прекрасное пение в её исполнении я не слышал уже несколько месяцев. Я, как мог пытался сломить её хмурое настроение, часто дарил цветы, заказывал для неё редкие книги, брал с собой в столицу… Несмотря на все мои старания, мало что менялось в наших отношениях: Аня продолжала общаться со мной в вежливо-тактичной форме, но больше снисходительно, сохраняя холодную сдержанность… Даже оформленная мною вскоре после того злополучного танца вольная на её имя мало чем помогла сдвинуть наши отношения в нужное русло… В тот период я видел, как красавица буквально тает на глазах: она практически не выходила из своей комнаты, стала болезненно бледной, ничем не интересовалась, много плакала… Вольную из моих рук девушка приняла очень сдержанно, но сказала, что не ожидала от меня подобного поступка, а перед моим уходом тихо произнесла: "Спасибо." После расставания с Анны с Мишелем прошло полгода. За это время мои чувства к девушке не только не исчезли, они стали намного сильнее, я уже совершенно не представлял, как буду жить без неё, я заживо сгорал от желания её целовать, обнимать, ласкать всё её тело, сделать своей, чувствуя, как она податливо подчиняется моим рукам и сильному телу… Несколько раз я пытался признаться ей в своих чувствах, но в самый последний момент меня что-то останавливало, словно между нами была невидимая стена, которую я никак не мог разбить. При этом я не терял надежды получить от любимой взаимность, возможно, я слишком самоуверен и настойчив, но в этом весь я и другим не стану… Каждый раз надежда в моей душе возрождалась, распускала крылья и её возрождению способствовал мимолетный огонек в глазах любимой девушки, который появлялся при моих невинных касаниях её нежных рук, или в те редкие моменты, когда мне удавалось вызвать красавицу на разговор по душам. Однако этот едва уловимый огонек быстро таял в её взгляде, словно Аня усилием своей воли прогоняла его, не позволяя себе быть счастливой, начать новые отношения, она мгновенно закрывалась от меня, становилась холодной, сдержанной и торопливо заканчивала беседу, стараясь поскорее уйти… Сегодня, увидев яркое солнце, я решил в очередной раз попытать счастье и пригласить Анну на конную прогулку по поместью, чтобы хоть немного порадовать девушку, скрасить её черно-белые будни… Приведя себя в порядок, умывшись и надев свежую одежду: белую рубашку, чёрные брюки и серый сюртук с высоким воротом, подобных в моем гардеробе было несколько и, я любил их особенно, спустился в малую столовую к завтраку, твёрдо решив, что в этот раз обязательно позову Анну на совместную прогулку… К моему приходу стол уже был полностью накрыт и сервирован на две персоны, как обычно. В столовой витали приятные, соблазнительные запахи свежезаваренного кофе и домашней выпечки, которую с любовью готовит наша кухарка Варвара. Я был первым, кто явился в это утро завтракать. Анна ещё не спустилась вниз. Рядом со столом сейчас стояла только горничная Полина. Увидев меня, она нацепила на свое прелестное личико обворожительную улыбку и нарочито провела рукой вдоль длинной русой косы, которая покоилась на плече девушки, акцентируя моё внимание на полной высокой груди, что красовалась в глубоком декольте довольно простого, старомодного платья. По жестам и взглядам девицы было определённо точно ясно, что она абсолютно в любой момент готова повторить наши когда-то проведённые вместе минуты, но я давно отошёл от привычки ложиться в кровать с красотками, стоит лишь поманить меня пальцем. Этому изменению в моем поведении, несомненно, способствовали чувства к Анне… Последний раз близость между мной и Полиной была сразу после того злополучного танца, который я заставил исполнить Аню. Будучи отвергнутым любимой, я был в отчаянии, полагал, что моя жизнь навсегда потеряна и в этот момент подвернулась Полька… Не скрою, что в ту ночь я воспользовался девушкой, полагая, что ласки другой женщины смогут хотя бы на время заглушить во мне ту боль, которая разрывала сердце при осознании, что моя настоящая любовь никогда не расправит свои крылья… О произошедшем с Полиной я пожалел буквально сразу: несмотря на физическое облегчение, которое мне принесла интимная близость с красивой, опытной в этой сфере женщиной, психологически я чувствовал себя хуже, чем оно было до прихода роковой горничной. После этого проступка меня ещё долго мучила совесть, меня не покидало ощущение того, что я предал свою любовь, предал любимую девушку… -Позови Анну к завтраку. - слегка небрежно попросил я прислугу, усаживаясь во главе стола. - Я позвала, барин… Анна скоро спустится. Что вам положить, Владимир Иванович? - девица нарочито наклонилась ко мне, чтобы я мог увидеть соблазнительную ложбинку между полных грудей. Но как бы привлекательна не была сейчас их обладательница, в последнее время у меня долгосрочный иммунитет к поведению подобного рода среди женщин. - Ничего не нужно… Ступай. Я позову, если понадобишься. Не дожидаясь ухода горничной, я приступил к трапезе. Варвара расстаралась, как всегда, на славу: горячее, каши, закуски, свежий капустный пирог… Однако добрая Варечка прекрасно знает, что я завтракаю легко: мне достаточно чашки кофе и свежей булочки или круассана, а она все равно готовит больше, чем нужно, желает накормить меня и Анну как следует, особенно Анну, считая её излишне худощавой. А меня лично фигурка любимой девушки вполне устраивает, она такая хрупкая, миниатюрная, так и хочется её защитить от злого мира, укрыть в своих объятьях и никуда не отпускать. -Доброе утро, Владимир Иванович… - ангельский голос Анны вывел меня из приятных размышлений. Я поднял глаза на девушку и, как обычно, был сражен её красотой. Девушка была неотразимой, воздушной в своём лёгком летнем платье и простой причёской с блестящими длинными локонами, спадающими по плечам на красивую грудь, плечи и спину, касаясь практически поясницы. Только часть белокурых волос была собрана в пучок на затылке. Анна по старой привычке называла меня по имени и отчеству, поскольку до недавнего времени была крепостной в этом доме, а все крестьяне должны с почтением обращаться к своему хозяину. - Доброе утро, Анна… - я едва оторвал свой восхищенный взгляд от вошедшей девушки и, поднявшись со стула, помог ей занять место за столом по мою правую руку. Аня смущённо опустила глаза, уловив на себе мой взгляд. Я вернулся на свой стул, как только убедился, что красавица удобно устроилась. - Вы прекрасно выглядите… - произнёс я и стал с удовольствием наблюдать, как милое личико любимой покрывает краска смущения. Сегодня у меня было особенно хорошее настроение и, я хотел передать его Анне, хотел сделать ей что-то приятное, порадовать, чтобы, наконец, увидеть её искреннюю улыбку и звонкий, заливистый смех… - Спасибо… - поблагодарила Аня и слегка улыбнулась уголками пухлых кукольных губ. Я практически закончил к этому времени завтрак и допивал вкусный, ароматный кофе со сливками, собираясь после направиться в библиотеку, чтобы успеть привести в порядок расходные ведомости за прошлый месяц. -Анна, сегодня прекрасная погода. Предлагаю вам немного прогуляться по поместью верхом. - я добродушно улыбался девушке, изучая её реакцию на предложение по малейшим изменениям мимики: сначала личико красавицы отразило удивление и, собеседница вскинула на меня большие синие глаза в обрамлении длинных густых ресниц, но, встретившись со мной взглядом, поспешила их спрятать, после чего её губы тронула лёгкая улыбка и она вновь покраснела. - Спасибо за предложение, Владимир Иванович… В какое время вы планируете совершить прогулку? - До обеда мне нужно немного поработать… Думаю, что в четыре часа по полудни мы сможем прогуляться. - допив кофе, я сложил пальцы домиком - это мой привычный жест, обычно я использую его, когда размышляю о чем-то или принимаю какие-то решение. - Хорошо. - Велю Григорию подготовить для прогулки Грома и Майю. - окончательно заключил я, поднявшись из-за стола и коротко кивнув девушке, направился в сторону библиотеки.