Камушками по стеклу

Окончательная разлука между двумя людьми никогда не случается, если не смирились оба.

Тэхён раздраженно откинул телефон и пальцами зарылся в волосы, сидя на кровати. Неужели непонятно по тому, что он не отвечает на звонки, что разговаривать он не хочет. Но нет, Чонгук теперь пишет. Уже четвертое сообщение с просьбой поговорить. А Тэхёну плохо от этого. Сегодня пятый день, как он ушел от Чона, и вот, тот появился. Тэхён на самом деле уже думал, что все так и закончится, но, конечно, внутри от этой мысли было больно. Надеялся ли он, что Чонгук захочет поговорить? Скорее нет, чем да, потому что от этого было бы еще хуже. Казалось, самое оптимальное просто закончить, больше не видеться и попытаться жить дальше, отвыкать, он не хотел возвращаться туда, откуда с таким облегчением сбежал. Плохо было еще и от того, что никто не знал, что у них происходит. Его двое лучших друзей, с которыми он ближе всего общался, тоже не знали. Один из них счастливо женат три года, у них прекрасная дочка двух лет. Второй четыре месяца назад встретил свою любовь, он весь в отношениях, и совершенно не хотелось с ними делиться тем, что у них с Чонгуком так все хреново. Не хотелось слышать «Да не может быть! Вы идеальная пара!», потому что может и точно не идеальная. И не хотелось жалости, взглядов таких, типа «Извини, друг, что у нас все хорошо». Он давно не виделся с друзьями, только звонки и переписка, потому что рассказывать нечего и не хочется. Все общение у него происходило только с коллегами на работе и в чатах игры, куда он так привык убегать от одиночества, когда сидел один в их с Чонгуком квартире. Там ты можешь играть другого себя, быть веселым, шутить, и никто не узнает, что у тебя на душе. Это отвлекало и спасало от реальной жизни. Родители тоже не знали. Когда они к ним приходили, конечно, вели себя нормально, ведь не всегда они были на грани скандала, были и спокойные периоды, только Тэхён знал, что они закончатся. И ушел он сейчас на старую квартиру родителей, потому что тех не было в городе. Оба взяли отпуск и уехали к родителям отца в другой город, их еще не будет две недели. Они тоже еще не знали, что Тэхён ушел от Чонгука, Ким надеялся, что к моменту их возвращения уже сможет мыслить спокойно, определится немного и свыкнется с новой жизнью. И вот он опять пишет. Сообщение за сообщением, Тэхён выключает телефон, идет на кухню, достает из холодильника бутылку вина и наливает половину стакана. Рука немного дрожит, он представляет красивое сосредоточенное лицо Чона, когда тот пишет ему, но не получает ответа. А чего он ожидал? Что Тэхён успокоится и передумает? Нет, не было никакого желания. Здесь он жил спокойно, пусть и умирал от тоски. Но опять же, от тоски по «тому» Чонгуку, по своему «Гук-и», который любил его как никто и никогда, и делал счастливым. А этого Чонгука он знать не хочет и рядом видеть тоже, с дрожью представляя, что вернется снова в ту квартиру, где его так часто оставляли одного, кидали и меняли на других людей. Раз его общество не нужно было Чонгуку, так в чем сейчас проблема? Зачем он звонит и пишет, о чем говорить? Говорить нужно было раньше, когда был смысл, а сейчас Тэхён его не видит. Ему казалось, что он перегорел внутри. Резкая и долгая трель звонка заставляет вздрогнуть и расширившимися глазами посмотреть в сторону коридора. Дыхание участилось, Тэхён медленно облизал губы, собирая вкус вина, и поставил стакан на стол. Не было сомнений в том, кто пришел. Никто не знал, что Тэхён здесь, только Чонгук. А сообщения, которые приходят с интервалом в минуту и сливаются со звонком в дверь, подтверждают, кто именно его гость. Тэхён, давай поговорим. Я все-равно не уйду, открой дверь. Я просижу здесь всю ночь, а завтра ты выйдешь на работу. Тэ, пожалуйста, так нечестно. Один разговор, Тэхён, один. Вот зачем? Зачем он это делает? Что он хочет сказать? Попросить вернуться? Господи, да это смешно! Вернуться куда? К кому? К тому, кому нахрен не нужен. Тэхён начинает раздражаться, потому что не только злость внутри, но и тоска выглядывает. Он ведь не забыл его, да и не сможет. Он злился, он ненавидел его за такое отношение, но не забыл. Ким скрипнул зубами и быстрым шагом пошел к двери. Один разговор? Хорошо, пусть он будет, раз Чонгуку не хватило письма. Тэхён открывает резко дверь и смотрит с раздражением в черные глаза, Чонгук убрал руку со звонка и засунул телефон в карман кожанки, не отводя взгляда. — Что? — кинул Тэхён. Чонгук тихо выдохнул, смотря в красивое злое лицо, рассматривая. Кажется, все слова вылетели из головы, когда он спустя пять дней увидел Тэхёна. — Хочу поговорить, — тихо ответил Чон. — О чем? — А что, не о чем? — Мне — нет. Я все тебе написал и добавить нечего. Чонгук мелко покивал головой, опустив взгляд и рассматривая знакомые домашние тапочки с медвежатами, он их подарил Тэхёну на прошлый новый год. Стало хуже, грудь сдавило, он за эти дни измучил себя мыслями. — А если мне есть, что сказать? — тихо сказал Чонгук, вновь поднимая взгляд. — Мне это уже не интересно. Взгляд равнодушный, как и голос, и Чон не знает, верить ему или нет. Слова в письме о том, что Тэхён его больше не любит, стоят перед глазами. Он это письмо уже сотни раз перечитал, наизусть выучил, загоняя себя в яму, полную чувства вины. — Дай я войду и мы поговорим, Тэхён, — как можно спокойнее сказал Чонгук, засунув руки в карманы и сжав кулаки. — Я же просил один разговор. Чон видит, что Ким раздумывает, поджимает губы и выходит на лестничную площадку, прикрывая за собой дверь. Он не собирается впускать его в квартиру, чтобы потом не нужно было выгонять, зачем лишняя драма? — Говори, — кинул Тэхён, сложив руки на груди и спиной опираясь на стену. Чонгук отвернулся от прожигающего взгляда. Как начать? Это, наверное, самое сложное, начать говорить. Начать признавать свои ошибки, когда ты привык закрывать на них глаза, считая себя правым и не думая, что ошибаешься. Но он здесь для того, чтобы просить дать шанс, поэтому молчать глупо. — Тэ, я не хочу заканчивать наши отношения, — тихо сказал Чонгук и посмотрел вновь на Кима, тот равнодушно глядел в ответ. — Да, я понял, я признаю, что был не прав. Что наши отношения скатились и я тоже в этом виноват… — Тоже? — насмешливо спросил Тэхён, брови удивленно поднялись вверх. — То есть, я тоже виноват, да? — А не твоя ли любимая фраза, Тэхён, что в проблеме виноваты оба? Чонгук чуть прищурил глаза и ждал ответа, Тэхён фыркнул и устало вздохнул. — Да, так же проще. Если не ты один, то уже легче. Чего ты хочешь? — Я хочу быть с тобой, — тихо ответил Чонгук. — Хочу, чтобы ты вернулся, мы все изменим, я изменю, обещаю. Но мне плохо без тебя. Давай мы постараемся… — Мы? — опять фыркнул Тэхён. — То есть твоей вины нет совсем, да? — уже раздраженно спросил Чонгук. Блять, как же он устал, Тэхён прикрывает глаза и опускает голову. Уже не хочется думать, не хочется говорить, ничего не хочется, только чтобы оставили в покое. — И в чем же я виноват? — спросил Тэхён, не поднимая головы. — Ты также не обращал на меня внимания, Тэ, — спокойно ответил Чонгук. — Ты ушел в свои игры, общался вечно хрен пойми с кем даже тогда, когда я рядом сидел на диване, а мы вроде как смотрели фильм. Общался за завтраком и в постели перед сном, не вылезал из компа, отказываясь провести со мной время. Ты выставляешь себя забытым и кинутым, а я что? Мне всего хватало, да? Тэхён поднимает голову и смотрит в глаза Чону. Он же не хотел разговаривать, не хотел это вытаскивать, но дикая злость и глубокая обида, которые копились все это время внутри и не находили выхода, поднимались наружу. Он долго молчал и просто забил на их отношения, потому что все его слова пропускали мимо ушей, но сейчас молчать не хочет. Он должен это выплеснуть и, может, станет легче, но навряд ли. — Мне кажется, что ты так и не понял, почему я ушел, — с усмешкой сказал Тэхён. — Говоришь, я перестал обращать внимание на тебя? Давай вспомним. Когда все это началось и я начал просить тебя оставаться со мной, указывая на то, что мы отдаляемся друг от друга, ты сказал, что я все это придумываю и просто цепляюсь, а еще запрещаю тебе общаться с друзьями. Когда на мои спокойные просьбы ты не реагировал, мы начали ссориться в пух и прах. Я был так зол на тебя, что практически каждый наш разговор заканчивался скандалом. Ты же помнишь, да? Я не мог до тебя достучаться и докричаться, а ты видел еще больше давления и сваливал из дома еще охотнее. Ты в отпуск со мной не полетел, а я так надеялся, что это нам поможет. Я не знаю до сих пор, обманул ли ты меня или нет. Может, просто не захотел быть со мной, но мне уже похуй. И вот потом начались эти два месяца, потому что ты менять ничего не хотел, тебя все устраивало. А я заебался биться головой об стену, — Тэхён выдохнул, переводя дыхание, и отвернулся, Чонгук смотрел на него, не отводя взгляда. — Я сидел один. Один, Чонгук, пока ты там развлекался и веселился с друзьями. Ты меня оставлял, с радостью уходя, ведь там спокойно, да? А тут я мозг выношу, — Тэхён фыркнул от смеха и снова повернул голову, посмотрел на Чона. — И я нашел с кем общаться, чтобы не было так одиноко. Тупо убегал от реальности и от нашей жизни. И какого хрена я должен был сидеть и общаться с тобой, когда ты был дома? Может, мне еще, как собачке, нужно было хвостиком повилять от радости, что хозяин остался дома и не кинул в этот раз… — Тэ, перестань, — сквозь зубы сказал Чонгук, а от прожигающего ненавистью взгляда побежали мурашки по спине. — Почему же? — издевательски фыркнул Тэхён. — Не нравится слушать о наших чудесных отношениях? Я просто не пойму, ты видел это как-то по-другому? Тебе вообще стало похуй на все, Чонгук, а мне такая жизнь не нужна. Я прекрасно знаю тебя и знаю, как ты не любишь признавать свои вину и ошибки, но увы, то, что мы здесь — это следствие твоих поступков. Ты сам меня отдалил. Мне не нужны ты и такие отношения. Я на следующее утро свободно вздохнул, Чонгук, потому что знал, что тебя не увижу. Я знаю, что ты эти дни пытался принять свои поступки, это же так сложно, но уже неважно. Нужно было это делать, когда я просил, а сейчас это уже не нужно. Ты только ответь мне на один вопрос, — Чонгук сглотнул и продолжал молча смотреть в злое лицо, — почему? Почему ты стал ко мне так относиться? Я пытался вспомнить, пытался понять, как всегда в себе искал ошибку, но я так и не понял. Почему? Чонгук не выдержал и отвернулся. Он сам себе задавал этот вопрос, когда начался этот перелом, что послужило причиной? И сам понять не мог, ведь ничего не случилось. Случилась жизнь, вот и все. Обыденная, повседневная, бытовая, скучная, как у всех, как у многих. И вместо того, чтобы менять ее внутри, в их отношениях, он сбегал туда, где веселее, где нет проблем. Ведь какие проблемы могут быть, когда ты с друзьями играешь в боулинг? Или идешь в бар? Или сидишь дома и смотришь комедию, пьешь пиво и смеешься? Правильно, никаких. А дома они всегда есть, в отношениях есть. Мелкие и крупные, важные и неважные, и их решать надо. А так не хочется, проще сбежать. Таким мудаком себя Чонгук еще никогда не чувствовал. — Просто, — Чонгук закусил губу и повернул голову, посмотрел в карие глаза, он ведь так любил их, самые красивые, — просто случилась жизнь. Я должен был поступить по-другому, я сейчас это понимаю, и поэтому прошу тебя, давай начнем… — Только не говори «все с начала», — фыркнул Тэхён, — это пиздец глупо. Начало у нас было шесть лет назад, а сейчас конец. Ты прав и я с тобой полностью согласен, случилась жизнь, бытовуха, вся эта хрень. И я пытался что-то сделать, а ты нет. Больше не хочу так жить… — Так не будет, Тэ… — Я не верю тебе, понимаешь? — чуть ли не крикнул Тэхён и перевел дыхание. — Смотреть на тебя не хочу, ты бесишь меня, потому что я сразу вспоминаю, как мы жили. И ничего я возвращать не собираюсь. Я не вижу смысла и думаю, что если бы начали снова отношения, то туда же и вернулись бы. Ты просто уже не хочешь быть со мной, я тебе неинтересен, ты просто меня не хочешь… — Нет, Тэхён, нет, послушай… Чонгук делает к нему шаг, Ким отталкивает его, открывает дверь квартиры и говорит: — Ты хотел этот разговор, ты его получил. Мы закончили. Дверь закрывается, щелкают замки, и кажется такая тяжесть давит сверху, что Чонгука буквально придавливает к земле. Он не хочет верить в то, что это и правда конец, не может отпустить Тэхёна.