Круговорот

—любовь — это жизнь! — чуть выкрикнула белобрысая девчонка шестнадцати лет, счастливыми и такими горящими от восхищения ночной Москвой глазами изучая вид с крыши дома этажей тридцати. —почему ты так решила? Клавусь, ты влюбилась? — интересуется Маша, лучшая подруга и сверстница блондинки, выпуская ядовитый дым сигареты в тёплый майский воздух. —ну почему влюбилась? — хмурится та. —понимаешь, для тебя любовь — твои однодневные парни, которые не видят в тебе ничего, кроме внешности! А я думаю, что любовь во всем, что нас окружает. В фонарях домов, моей любимой чёрной кофте, наших посиделках, музыке, — объясняет Высокова, пока взгляд её серых омутов направлен куда-то вдаль. Между подругами наступает десятисекундная тишина, но вполне комфортная, без какой-либо неловкости. Девушки хотели бы отдать все, лишь бы этот момент никогда не закончился. Они были готовы провести жизнь вместе, только вдвоём. —ты очень любвеобильная, тебе бы пару. — бормочет Маева, после роняя слабый смешок. —Маш, клянусь, даже если однажды найду свою любовь, то с тобой дружить не перестану. Ты мне уже, как сестра, — искренне улыбается и Клава, делает последнюю затяжку сигареты, бросает окурок с края, ощущая, как лёгкий ветерок развивает её короткие волосы. Их гулянки всегда веяли свободой и счастьем, весельем и теплом, умиротворением и ощущением, что находишься точно дома. Откуда-то сзади доносятся звуки чьих-то шагов, что разрушают спокойствие, но в следующую секунду слышится знакомый, можно сказать, родной смех друзей девчонок: Егор, Ян и Зема. —эй, чё вы на звонки не отвечаете?! — повышает голос высокий беленький парень, Булаткин, но его взгляд излучает, лишь добро. —ой, разрядился, — мнется Клава, медленно подходя к своей компании. Подростки дружно верили в то, что их ничего не способно разлучить. Вера в «навсегда» была так наивна, но тверда. —малолетка гребаная! — заливается заразным смехом Мурзаев, что был старше только на месяц, перебрасывая блондинку через плечо, а затем кинув взгляд на Маеву, которая, честно сказать, обходила Яна стороной. Она не любила такие игры. Буквально пять минут, как друзья уже неслись по лестнице на перегонки до выхода из подъезда, пока Высокова визжала от страха, все ещё находясь в хватке парня, что не бежал, а всего-то быстро шёл. Их всех переполнял оптимизм вперепешку с безумием. Экзамены позади, впереди ещё вся жизнь, вся молодость, множество планов, эмоций, целей и мечт. Казалось, ничего не способно заставить ребят погаснуть. Компания хотела, чтобы их цвета никогда не запачкала серость, чтобы они никогда не потонули в бытовухе, никогда не стали теми самыми несчастными стариками, которые элементарно вынуждены страдать. По мнению подростков, никто не рождён быть рабом обстоятельств, но все сами выбирают свою судьбу, с помощью собственных мыслей, собственного настроя, взгляда на вещи. Будто бы проблем и неприятностей вовсе не существует. Действительно, в каком-то смысле, люди сами загоняют себя в рамки, только вот, абсолютный пофигизм не во всех случаях способен лечь на руку. Около двух часов подростки кричали, снимали видео, шутили, врубали музыку разных стилей, соответственно после убегая на крики жителей квартир, а теперь сидели у чьего-то подъезда, передавая друг другу электронную сигарету. Никто их них не верил в существование последствий. —Клав, а ты чё, девушку себе нашла? — выгибает бровь Земфира, зеленоволосая девчонка, взглянув на свою подругу. —да в твой подъезд третий день ходит девка симпатичная одна, у подъезда тусуется. Я думала, твоя. Ну, переехала, наверно. Она, кстати по утрам на тренировки ходит. Это так, тебе на заметочку, — рассказывает самая младшая из девочек компании, но блондинка, лишь закатывает на все это глаза. Ей казалось, что влюбляться — не про неё, ведь ни разу и не испытывала подобных чувств. Клава видела любовь совершенно во всем, кроме, конечно отношений, ибо особо и не разбиралась в этом. У девочки на глазах не было ни одной серьёзной пары, лишь глупые попытки её друзей что-то построить с малоизвестными, несимпатичными для них же самих людьми.В голове девушки мысли и мнения о жизни путались, создавали между собой что-то, что можно сравнить с клоком волос, правда, она сама никогда не волновалась о чем-либо. Именно из-за этого, может быть, у неё и не было проблем. Высокова выбирала просто видеть в обыденных вещах чудо, смех, не вливаясь в действительность. Уже не настолько активно, насколько до этого, но, все же гуляли друзья ещё до самого утра, обсуждая все на свете, и только рассвет заставил их разойтись по домам. Коротковолосая девушка знала, насколько родители не одобряют всю эту тему, вроде гулянок, потому торопилась, хоть и жила по принципу «будет, что вспомнить». Розоватый рассвет не привлекал особого внимания блондинки, ибо мозг этой девчушки запомнил уже безумно много восходов. Белое каре трепал ветерок, а ткань краёв расстегнутой кофты находилась в крепкой хватке бледных тонких ладоней. Глупая привычка, не более. Железная дверь подъезда распахивается, Высокова влетает внутрь, и в эту же секунду врезается в незнакомку. —ты че, широкая?! — возмущается молоденькая девчонка, того же возраста, с густыми каштановыми волосами, что были собраны в неаккуратную гульку. На теле шатенки красовался современный спортивный костюм, а на одном плече был надет портфель. —ой, это ты переехала недавно? — тут же вспоминает про разговор с подружкой блондинка. —ну. Да, а что? — чуть расстерянно, значительно тише произносит соседка. —да нет. Ничего, — слетает с пухлых губ Высоковой, а в следующий миг уже знакомая ей девушка срывается с места, вылетает на улицу. Клава с непонятной, даже ей самой целью придерживает дверь, дабы проводить сверстницу взглядом, после чего, вовсе решает покурить на лавочке. Шатенка шустро двигается за дом, как-то нервно дыша. Ей, наверняка бы хотелось познакомиться с блонди, ибо, на самом деле, видит девчонку не в первый раз, и давно собирается сдружиться. Только вот, проблема существовала в том, что неловкость побеждала, перерастая в агрессию. Резко опомнившись, девушка перестаёт бежать, а по выражению ее лица замечается стыд. —твою мать, Люсь, ты идиотка. — сама себе шепчет Чеботина, ибо, лишь на нервах пошагала куда-то. Такси самостоятельно сейчас подъедет к дому. Около минуты девушка мнется, но далее мчится обратно, решив, что соседку точно там не встретит. Насколько же она ошибалась… Как только крепкие ноги добегают до железной двери, так шатенка замечает знакомую, и её сердце замирает, когда взгляды пересекаются. По всей поверхности спины пробегают мурашки, и желание, вновь сорваться с места поглащает организм, только вот Чеботина решает сделать вид, будто бы ничего не произошло. —за мной вернулась? — тепло улыбаясь спрашивает блондинистая особа, держа между пальцами сигарету. Такой её настрой даже заставляет соседку немного успокоиться. За это Клаву все и любили. Она — буквально человек, способный при любых обстоятельствах понизить уровень тревожности. —я забыла, что такси приедет. — так смущённо усмехается каштановолосая девушка, поправляя рюкзак, а затем неуверенно присев к блонди. Пальчики Высоковой достают ещё одну никотиновую палочку, далее предлагая знакомой, та, лишь отнекивается словами о спорте, только вот, спустя пару секунд, все же забирает, поджигает, и затягивается ментолом. Для Люси всегда казалось космически сложным устоять перед сигаретами. Это была её зависимость. И звучит глупо, но Чеботина искренне верила в то, что сможет бросить. —может, познакомимся? Я вот Клава, — чуть наклоняя голову вбок и хлопая ресницами предлагает блондинка, что вызывает улыбку на лице шатенки. —Люся, — поддерживает диалог та. —что за спорт в такую рань? Тебе действительно не лень? — все также по-доброму интересуется обладательница серых глаз, которые так внимательно изучали каждый сантиметр тела соседки по подъезду. —да баскетболом занимаюсь. Я уже привыкла рано выходить. А ты то чего не спишь? Бегаешь? — уже более уверенно задаёт вопрос новенькая в этом доме, ощутив такую спокойную энергию, что исходила от белобрысой девчонки, сидящей рядом. —ничего себе… А я гуляла. Не в том смысле, что бухала, нет. Мы просто с друзьями веселились, — слабо поджимает пухлые Высокова, докуривая, а затем и кидая тлеющую сигарету на землю. Клаве всегда нравилось знакомиться с новыми людьми, нравилось слушать об их жизни, нравилось замечать нотки смущения в лице, нравилось смотреть, прямо в глаза. Она считала это забавным, может быть, милым, если так можно назвать. —я бы хотела ночью гулять, но. Я только переехала в Москву, у меня тут нет друзей, — горько усмехнувшись, Чеботина быстро меняется в лице, и груснеет. Она немного не договорила, ведь точно не была обладательницей большого количества друзей и в своём родном городе. Все из-за спорта. Никому не хотелось ждать девочку с бесконечных тренировок, после которых ещё и часто ухудшалось настроение и у самой Люси. —ой, не парься. Могу познакомить тебя с моей компанией. Думаю, ты им понравишься. Они вообще добрые, — предлагает блондинка, в попытках развеселить соседку, от чего у её знакомой в груди разливается горячее пятно, что распространяется вскоре по всему телу. Чеботина в Клаве души не чаяла. Лишь жёлтая тачка, подъехавшая к ним заставляет девушек опомниться и закончить разговор, что поднял настроение обеим. Кажется, даже солнце стало греть куда сильнее после столь комфортного диалога. —ладно, я поеду, — бормочет девочка с карими глазками, нехотя поднимается со скамьи, напоследок взглянув на блондинку. —ещё встретимся, — улыбаясь произнесла соседка. —ну конечно, встретимся, — спустя десять незаметных секунд кивает шатенка, затем скрываясь из виду в машине такси.