Так не должно было быть

Выходной день начинался тихо и спокойно. Могиляк с голубыми глазами и легкой грустью в лице, сидел на диване и листал новостную ленту на телефоне. Его друг, Фрэнк, высокий, мускулистый мужчина с фиолетовыми волосами и уверенной осанкой, как обычно был неподалеку, занимаясь своими делами. Дом наполняли звуки мирного утра: легкий шум кофемашины, шелест страниц и приятный аромат свежезаваренного кофе. Внезапно, спокойствие Мортиса нарушилось, когда он наткнулся на статью, которая моментально вернула его в прошлое. В ней сообщалось, что Сту, высокий смуглый парень с устрашающей внешностью и отсутствием одного глаза, снова оказался в тюрьме за незаконное распространение тяжелой наркоты. Этот человек когда-то был его мучителем, и воспоминания о той физической и эмоциональной боли, которую Сту ему причинил, все еще оставались болезненными. Мортис почувствовал, как в груди вновь закололо старое чувство страха, но вместе с ним пришло и облегчение. Он понимал, что теперь, по крайней мере на какое-то время, ему не нужно бояться столкнуться с Сту на улице… Фрэнк заметил, как лицо Мортиса изменилось, и сразу же оказался рядом, обняв его крепкими руками. — Что случилось, Мортис? — спросил он мягким, но уверенным голосом. Мортис, все еще переваривая новость, коротко рассказал о том, что прочитал. Он посмотрел в глаза Фрэнка, полные понимания и заботы, и почувствовал, как его тревога начинает рассеиваться. Фрэнк аккуратно погладил его по плечу, давая понять, что рядом с ним он в безопасности. — Ты больше не должен бояться, — сказал Фрэнк, слегка улыбаясь. — Я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя, если это потребуется. Но ты уже достаточно силен, чтобы справиться с любыми страхами. Они молча сидели вместе несколько минут, пока напряжение окончательно не спало. Фрэнк затем предложил: — Почему бы нам не пойти на кухню? Я как раз сварил свежий кофе, и мы можем поговорить за чашечкой. Мортис кивнул, и они переместились на кухню, где уже стоял горячий кофе в их любимых кружках. Сидя за столом, Мортис не сводил глаз с Фрэнка, все больше осознавая, как много этот человек значит для него. Впервые за долгое время он почувствовал себя по-настоящему в безопасности и понял, что больше не хочет держать свои чувства в себе. — Фрэнк, — начал он тихо, но решительно, — знаешь, я много думал об этом. Мы давно знаем друг друга, и мне кажется, что настало время нам попытаться сделать шаг вперед… Как ты смотришь на то, чтобы мы начали встречаться? Фрэнк на мгновение замер, но потом его лицо осветила улыбка. Он протянул руку через стол и мягко сжал ладонь Мортиса. — Я тоже об этом думал, — ответил он с радостью в голосе. — Я буду счастлив, если мы попробуем. Мортис встал со стола и уже сел на колени к своему партнеру и приблизился к Фрэнку. Он нежно вошел в поцелуй, иногда потягивая нижнюю губу партнера и оставляя горячее дыхание у области губ. Им не хотелось чего-то большего, им хотелось лишь наслаждаться друг другом, почувствовать партнера, отдаляя все переживания назад. В этот момент все сомнения и страхи Мортиса окончательно растаяли. Они нашли друг друга в мире, который был не всегда добр к ним, и теперь знали, что вместе смогут справиться с любыми трудностями. Мортис, сидя на кухне с Фрэнком, невольно вспоминал своё мрачное прошлое, связанное со Сту. Когда-то эти воспоминания преследовали его как ночные кошмары, но теперь, рядом с Фрэнком, он чувствовал себя достаточно сильным, чтобы открыть эту страницу своей жизни. Это было несколько лет назад, когда Мортис был ещё совсем юным и наивным. Он только начинал искать своё место в мире и, к сожалению, столкнулся со Сту. Высокий, смуглый парень с хищным взглядом и вскоре повязкой на одном пораненном глазу из-за опасной работы каскадером, Сту сразу выделялся в толпе. Он был тем, кто привлекал внешне, но таил в себе особую опасность, у Мортиса тогда не хватило мудрости распознать эту опасность. Сту занимался продажей наркотиков, но не просто продавал их — он искусно вовлекал в это других. Под его влиянием Мортис впервые попробовал запрещенные вещества, не сразу понимая, в какую трясину его затягивают. Это было время, когда Мортис чувствовал себя потерянным и уязвимым, а Сту, казалось, предлагал ему утешение, хотя на деле лишь разрушал его жизнь. — Эй, Мортис, — говорил Сту в одной из тех ночных встреч на заброшенной окраине города. — Ты ведь не хочешь быть просто обычным, верно? Есть вещи, которые делают жизнь ярче. Ты просто не представляешь, сколько возможностей открывается, когда ты понимаешь, что жизнь не должна быть скучной. — Он подмигнул своим единственным глазом, протягивая Мортису небольшую упаковку с порошком. Мортис, тогда ещё не совсем понимая, что делает, принял её. Сту каждый раз убеждал его, что это временно, что он просто получает удовольствие и ничего страшного в этом нет. Особенно в постели для наилучших ощущений, Сту пичкал Мортиса наркотой. С каждым разом Мортис чувствовал, как все глубже погружается в тьму, из которой, казалось, нет выхода. Однако судьба оказалась к Мортису благосклонной. Он сумел осознать, что Сту использует его, что он всего лишь марионетка в руках этого жестокого человека, который каждый раз издевается над ним физически, имея сумасшедшие сексуальные фетиши над Мортисом. Ему казалось в отношениях, если их таковыми можно было назвать, должно быть партнеру все разрешено, но после Мортис осознал всю страшную проблему и постепенно отдалился, начал избегать встреч со Сту, не беря больше участия в его делах. Он никогда не был глубоко вовлечён в преступные схемы Сту, и когда тот в итоге попался, Мортису удалось остаться в стороне, не привлекая к себе внимания полиции. Мортис проходил реабилитацию, чтобы навсегда отойти от зависимости. Но Сту не забыл его. Каждый раз, когда они случайно пересекались на улице, Сту смотрел на него с хищной усмешкой, будто напоминая, что Мортис был частью его мира, что он был замазан в грязи и всегда мог быть втянут обратно. — Ты ведь знаешь, Мортис, — говорил Сту в одной из таких встреч, когда они случайно пересеклись в темном переулке. Он приблизился, почти касаясь его плечом, и его голос стал низким и бархатным. — Мы с тобой прошли через многое. Ты, конечно, выбрал пойти своим путём, но не думай, что это так легко забывается. Ты всё ещё кое-чем мне обязан… Помнишь, как я учил тебя наслаждаться каждым моментом? — Сту наклонился ближе, его горячее дыхание коснулось шеи Мортиса. — Никто другой не мог подарить тебе тех ощущений, что дарил я. Мы знали друг друга так, как никто другой. И ты это помнишь… Я вижу это в твоих глазах. Эти слова долгое время звучали в голове Мортиса, пробуждая смешанные чувства — страх, вину и то смутное возбуждение, которое он когда-то испытывал под влиянием Сту. Но теперь, сидя с Фрэнком за чашкой кофе, он понимал, что Сту больше не имеет власти над ним. Этот человек оставил свой след в его жизни, но Мортис смог вырваться из этой ловушки и теперь обрел новую жизнь рядом с тем, кто его действительно ценил. Фрэнк, видя, как Мортис погружается в воспоминания, аккуратно спросил: — Ты о чём-то думаешь, Морти? Я вижу, что у тебя что-то на уме. Мортис вздохнул и посмотрел на своего партнера. — Да, просто вспоминаю, как сильно Сту когда-то влиял на меня. Я попал в его сети и едва смог выбраться. Он всегда напоминал мне об этом, как будто я всё ещё принадлежал его тёмному миру. Но теперь… теперь я понимаю, что смог выйти сухим из воды. И всё это позади. Фрэнк тихо сжал его руку, выражая свою поддержку и понимание.— Ты сильнее, чем думаешь, Мортис. Ты сделал правильный выбор, и теперь у тебя есть новая жизнь. И я рад быть частью её.— Фрэнк подошел ближе оставил ласковый поцелуй на лбу. Мортис улыбнулся, чувствуя, как остатки прошлого наконец-то начинают отступать. С Фрэнком рядом он знал, что больше никогда не позволит таким людям, как Сту, управлять его жизнью. Вместо этого он сосредоточился на будущем — будущем, которое теперь казалось ярким и наполненным счастьем. Эти мысли о прошлом преследовали Мортиса даже тогда, когда он, казалось бы, освободился от всего, что связывало его со Сту. Особенно они проявлялись в ночное время, когда, оставшись наедине с собой, он не мог контролировать свои сны. Фрэнк спал рядом, тихо дыша, а Мортис боролся с воспоминаниями, которые возвращались, несмотря на его попытки их забыть. Во снах Сту снова был рядом, его присутствие становилось почти осязаемым. В этих снах Мортис возвращался в те моменты, когда их отношения выходили за рамки дружбы и даже преступного партнёрства. Воспоминания о том, как Сту, с присущей ему грубостью и напором, касался его, проникали в сознание Мортиса, пробуждая в нём противоречивые чувства. Во сне он снова видел себя рядом со Сту, они стояли в полутёмной комнате партнера, в той самой, где часто происходили их встречи. Сту всегда был властным и уверенным, его грубая сила переплеталась с неожиданной страстью. Его прикосновения были тяжёлыми, но в них было что-то такое, что заставляло Мортиса подчиняться. Он чувствовал, как Сту приближается, обнимает его сзади, прижимая к себе. Мортис знал, что не должен был этого хотеть, но его тело вспоминало те моменты и откликалось на каждое прикосновение Сту. Их секс часто был грубым, Мортис на утро мог даже не вспомнить под влиянием наркоты что произошло, лишь жгучая, но привычная боль по всему телу от грубых действий и властных рук. Вот он снова брошенный один, один в этой комнате в которой лишь под утро мелькали лучи света, которые символизировали новую жизнь, будто с чистого листа, но не ту мрачную и угнетенную в грязь. Сту знал, как проникнуть в самые глубины Мортиса, заставляя его подчиняться своим желаниям. Его голос, шептавший на ухо слова, которые Мортис уже давно забыл, пробуждал в нём желания, которые он так старался подавить. Эти сны были наполнены смесью страха и возбуждения, от которых Мортис не мог сбежать даже в своих мыслях. Он вспоминал, как Сту проводил руками по его телу, оставляя за собой горячие следы. Это была своего рода игра, в которой Сту всегда был ведущим, а Мортис — ведомым. Сту приказывал, а Мортис, чувствуя его власть, подчинялся. Эти воспоминания оставляли в его душе глубокий след, и даже спустя годы, когда он был с Фрэнком, они не исчезали полностью. Но эти сны приносили не только болезненные воспоминания. В них была та часть его прошлого, которую Мортис долгое время не мог принять — его собственные чувства. Он осознавал, что когда-то испытывал к Сту нечто большее, чем просто страх или ненависть. Это было смешанное чувство влечения и подчинения, которое тяжело было понять и ещё сложнее было объяснить. Однако, каждое утро, просыпаясь рядом с Фрэнком, Мортис чувствовал, как эти сны теряют свою власть. Реальность, в которой он сейчас жил, была наполнена теплом и заботой, которой никогда не было в отношениях со Сту. Фрэнк был полным противоположностью его прошлого — он был тем, кто уважал его границы, кто поддерживал и любил его таким, какой он есть. Однажды утром, когда Мортис снова проснулся после одного из таких снов, он посмотрел на Фрэнка, всё ещё мирно спящего рядом, и понял, что его прошлое больше не определяет его будущее. Он аккуратно погладил Фрэнка по волосам, решив, что пришло время рассказать ему всё — о своих снах, о своих чувствах и о том, как он наконец готов отпустить прошлое и полностью отдаться тому, что у них есть. Фрэнк, почувствовав его прикосновение, открыл глаза и улыбнулся. Мортис вдохнул глубоко, собираясь с духом, и начал говорить.