Тони и Трикстер

О, это было очень занимательно. Каждый мурлыкающий комментарий и флирт шепотом заставляли Роджерса краснеть от гнева, в то время как Энтони смеялся и наклонялся ближе, подыгрывая и не обращая внимания на злость со стороны других, которую провоцировал Локи. Полковник Роудс начал находить это столь же забавным, что и Бэннер, который, казалось, получал от этого почти дикое удовольствие, встречаясь глазами с Разбойниками и вынуждая их прерваться, в присутствии его. Смущенные гримасы отвращения Тора каждый раз, когда он видел, как Локи флиртует, тоже были забавны. Он всегда бежал куда подальше, когда обнаруживал, что да, его младший брат тоже проявлял внимание к людям. Теперь Тор знал, что чувствовал Локи каждый раз, когда оказывался рядом с ним и Джейн. Хотя их ссоры компенсировали чувство отвращения. У Джейн был ужасно острый язык, и Тор рухнул под ее гневом. — О, но я думаю, что когда-нибудь мне может понадобиться демонстрация всех этих слухов о твоем умелом язычке, — глаза Энтони сверкали от их словесных игр. Тор подавился напитком, а улыбка Локи расползлась еще шире. — О, я был бы рад показать свои навыки, Энтони. Ты увидишь, что они ничуть не преувеличены. — Действительно ли обеденный стол подходит для этого? — натянуто спросил Роджерс. — Помолчи, это забавно. И это ты настоял на командных обедах. Смирись с этим, — проговорил полковник Роудс. — Как я пришел к этому? Почему меня никто не предупредил? — со стороны Питера донесся стон боли. — Вот это то, что я хотел бы знать. Думаю, мне нужно вернуться в Теннесси, — пробормотал Харли, скривившись от отвращения. Подопечные Энтони были в ужасе, узнав, как много он флиртует с Локи, хотя им также нравилась реакция Разбойников, они были похожи на подростков, увидевших свидание своего отца. Энтони усмехнулся и подмигнул им обоим, хотя это видел только Харли. Подросток драматично выдал второй стон, полковник Роудс в свою очередь насмешливо потрепал его по голове. — Я не думаю, что это уместно… — начал Роджерс. — Да всем плевать! — Полковник Роудс, Брюс и оба подростка закричали, заставив его замолчать. Локи подавил смешок, а Тони полностью проигнорировал Роджерса. — После этого мне придется украсть тебя на время, — сказал Локи гению, когда все снова успокоились. Тони приподнял бровь, и Локи ухмыльнулся. — Ты просил о демонстрации, дорогой. — Уже на стадии имени питомца, милый? — О, мы давно прошли мимо этого. Локи подавил торжествующую улыбку, когда Тони изобразил обморок, а Роджерс молча гневался. То, как Тор старался их игнорировать, тоже было забавно. *** — Что тебе нужно от Тони? Локи лениво оторвался от своей книги, чтобы изучить разъяренного суперсолдата перед ним. — Я полагаю, что вы отказались от всякого права проявлять заботу о нем, когда предали его, капитан. — Я его не предавал! — возмутился Роджерс. — Я не знаю подробностей, и я бы не стал подталкивать Энтони к тому, чтобы снова пережить трудный период его жизни только для того, чтобы удовлетворить собственное любопытство, но я могу заверить вас, что могу распознать предателя, когда увижу его. — На себя посмотри. Ты делал тоже самое, — раздался голос из темного угла, там сидела красная ведьма. Локи мягко улыбнулся ей. — Я искупил свои действия. Но я еще не видел, чтобы ты делал что-то, кроме попыток заставить простить, — обратился он снова к Роджерсу. — Держись от Тони подальше, — грубо приказал Роджерс. Неужели он действительно верил, что имеет право голоса по поводу того, что делал Локи тогда? Даже Тор уже давно отказался от этого. Локи позволил себе показать свое веселье, что только разозлило их. — Тони мой! — наконец рявкнул Роджерс, и Локи приподнял бровь от собственнических слов. «Я думал, что в Мидгарде отменили рабство.», – подумал он и внутренне ухмыльнулся, когда Роджерс сделал шаг вперед. — Держись от него подальше, иначе пожалеешь, — прорычал Роджерс. — Ты действительно веришь, что кто-нибудь согласится, что ты будешь с Тони? — спросила Романофф. — Плейбой с Богом Обмана, напавшим на Землю. Они либо скажут, что ты контролировал его разум, либо что Тони предатель. Локи сощурил глаза, а в теле закололо беспокойство. Он знал, что его репутация в Мидгарде была не самой лучшей. Но он не думал о том, как это отразится на репутации Энтони, если они станут ближе. Он еще не решил, хочет ли он продолжить свое такое общение с гением и, поскольку Энтони не обращал внимания на романтические чувства, направленные к нему, он, вероятно, не сделает первый шаг. — Ты действительно пытаешься убедить меня, что он тебе небезразличен? — протянул Локи. — После того, как ты так явно выбрала сторону капитана? После того, как ты помогала этому человеку постоянно загонять Энтони в угол, когда он явно не хотел иметь ничего общего с Роджерсом? — Тони нужно перебороть себя. — Романофф скрестила руки. — Он и Стив были бы отличной парой. Стив сможет обуздать свое эго и отношение, чтобы держать его под контролем. Роджерс посмотрел на Локи. — Я действительно люблю его, — заявил он, словно это был вызов для Локи. — Да, я действительно почувствовал эту любовь, когда ты вонзил вибраниумный щит мне в грудь и раздробил грудную клетку, — раздался знакомый голос из дверного проема. Локи оглянулся и увидел стоящего там Энтони, выглядевшего злее, чем он когда-либо видел его. Глаза Романофф расширились от шока. Она не заметила его. По правде говоря, Локи тоже. Он был слишком сосредоточен на Разбойниках. — Тони… — Голос Роджерса был смесью тревоги и упрека. Вот что заставило Тони сорваться. — Любовь? Любовь?! Что за хрень Роджерс?! — голос Тони становился все громче, и Локи не сомневался, что вскоре тут соберется толпа любопытных зевак. — Если бы ты «любил» меня, ты бы рассказал мне о моих гребаных родителях! Локи нахмурился. Его родители? Энтони был так зол, что его буквально трясло, и его взгляд не покидал капитана. — Ты бы рассказал мне о моих родителях и Барнсе. Ты бы не использовал меня, как почти все в моей жизни. Ты бы не сломал мне грудную клетку. Ты бы не оставил меня мерзнуть в Сибири в мертвом костюме на десять часов! — Что? — спросил Уилсон у него за спиной, но Тони проигнорировал его. — У тебя даже не хватило гребаного приличия позвонить кому-нибудь. Я сказал тебе, что пришел один. Никто, блядь, не знал, что я был там, Роджерс! Единственная причина, по которой я все еще жив, это то, что Пятница нарушила протокол и позвонила Вижену, чтобы тот забрал меня. — Не драматизируй, Тони. Ты был в порядке, — усмехнулся Роджерс, закатывая глаза. — Разбитая грудная клетка. Два инфаркта. Проколотое легкое. Потеря крови. Обморожение, — голос Вижена привлек их внимание, сам же андроид выглядел раздраженным. — Тони не драматизирует. Я тот, кто нашел его. Он был без сознания, захлебываясь собственной кровью. Он трижды лежал на операционном столе, и только использование Экстремиса спасло ему жизнь, хотя из-за ваших действий, Роджерс, ему пришлось вернуть дуговой реактор. Локи никогда раньше не слышал такого ядовитого тона от Вижена, но он не мог сосредоточиться на том, как побледнел Роджерс, или на резком вдохе Уилсона. Локи считал, что мидгардская поговорка означает «видеть красное». Раньше он этого не понимал, а теперь понял. Мужчина едва удерживался на своем месте, пальцы чесались в поисках лезвия. — Я видел медицинские записи, — к разговору присоединился мягкий голос Брюса, также пронизанный ядом и ненавистью. — Ты даже не представляешь, как сильно один наш знакомый хочет тебя достать. Тони был единственным, кто ему нравился в команде. — Как ты мог так предать щитового брата? — голос Тора был болезненным, молодой король чувствовал предательство своего капитана, как будто это было предательство его самого. — Мне пришлось! — выпалил Роджерс. — Я должен был защитить Баки! Тони убил бы его! — К черту Баки! — закричал Тони. — Ты уверен, что у тебя нет на него стояка?! То, как ты постоянно говоришь о парне, я не удивлюсь, если ты уже трахнул его. — Тони, — Укоризненный и разочарованный тон Роджерса действовал Локи на последние нервы. Он почувствовал, как рука Тора приземлилась на его плечо, его брат был единственным, кто заметил нарастающий смертельно спокойный гнев. — Да пошел ты! — Рявкнул Старк на Роджерса. — Я заслужил узнать о своих родителях. Я заслуживал это узнать, не находясь в одной комнате с оружием, убившим их. Ты должен был сказать мне, что Зимний Солдат убил моих родителей, когда узнал об этом! Он убил мою мать! Локи на мгновение замер, пока он обдумывал это. А потом он почувствовал, как Тор убрал руку с плеча Локи, и начался ад. Зеленый сейд Бога Обмана метнулся к Черной вдове, которая пыталась отойти от Роджерса. Он обернулся вокруг красной ведьмы, которая восторженно кричала о том, что Энтони получил заслуженное. Он сжимал ее сейд в ловушку внутри ее тела. Зеленая магия угрожающе висела в воздухе перед Уилсоном и Бартоном, но они, казалось, были в достаточном ужасе от того, что им открылось. Роджерс принял на себя основную тяжесть атаки, врезавшись в стену и удерживаясь там, пока Локи шел вперед. — Ты скрыл от него убийство его матери?! Слова исходили не от Локи, хотя он определенно думал о них. Он почувствовал знакомый треск молнии Тора в воздухе и услышал звук Мьельнира, приземлившегося на его руку. — Это был не Баки! — возразил Роджерс, борясь с окружающей его силой. — Но ты все равно скрыл тот факт, что она была убита, — обвинил Локи, сердито шипя. В его руках появились кинжалы. — Какого хрена, Стив? — Уилсон задыхался от возмущения. — Любой бы плохо отреагировал, если бы узнал что-то подобное. Это называется человечность. — И Тони пришлось наблюдать за убийством на кассете, которую нашел Земо, — раздался в комнате голос полковника Роудса. — В то время как Барнс стоял прямо там. И Роджерсу было все равно. Уилсон издал бессвязный звук отчаяния. — Это пиздец, — голос Бартона излучал отвращение. — У тебя нет чести! — прогремел Тор, подбегая к Роджерсу. — Я когда-то думал, что ты хороший человек. Хороший лидер. Но теперь я знаю правду. Вы не что иное, как эгоистичное существо, которое использует окружающих, чтобы облегчить себе жизнь. — Тор- — И этот ублюдок только что утверждал, что любит меня, — произнес Энтони с отвращением. Раздалось несколько похожих возгласов отвращения и гнева, и Локи оглянулся на изобретателя. Сейд Локи тоже обернулся вокруг мужчины, но с намерением защитить. К счастью, это, похоже, не беспокоило гения, и Локи не мог отрицать, что был в восторге от этого факта, ведь Энтони, хорошо известный своей неприязнью к сейду, без колебаний приветствовал это. — Я знаю, — голос Роджерса звучал так серьезно, что Локи стало дурно. Усмешка сорвалась с губ Энтони. — Я всегда любил тебя, Тони, но было не подходящее время для развития этого. Я собирался пригласить тебя на свидание, но тут случилась ситуация с Альтроном. А потом ты почти не посещал Комплекс. — Потому что Максимофф с большим удовольствием залезла ко мне в голову! — А потом случился бардак с Соглашением, и мне пришлось защищать Баки! — Повторяю, к черту Баки! Ты говоришь о нем так много, что большая часть Подворья думает, что ты уже без ума от него! — Тони, мы просто друзья, — умиротворяюще заверил Роджерс, а Энтони усмехнулся. — Да как хочешь уже. Ты пытаешься сказать мне, что был влюблен в меня, активно скрывая тот факт, что мои родители не погибли в результате несчастного случая, что они были на самом деле убиты. А потом ты выбил из меня все дерьмо, когда я разозлился из-за этого. — Он недоверчиво покачал головой. — Я должен быть благодарен за то, что у тебя никогда «не было времени», чтобы пошевелиться из-за твоей великой любви. Позволь теперь мне увидеть, какой ты по-настоящему эгоистичный человек. Кроме того, даже если бы я был заинтересован в том, чтобы встречаться с человеком, который чуть не убил меня и солгал мне, чтобы он мог использовать мои деньги и ресурсы, чтобы найти убийцу моих родителей, ты немного опоздал. Меня интересует кое-кто другой. — Кто это? — Роджерс звучал убитым горем. — Тони, я знаю, что ты злишься, но ты не должен говорить что-то только для того, чтобы причинить мне боль. Выражение лица Энтони стало жестче, а голос полковника Роудса звучал почти радостно, когда он говорил. — О, это было давно. Энтони двинулся вперед, сейд Локи двигался вместе с ним, защищая его. — Тони? — Роджерс казался сбитым с толку, когда Энтони остановился рядом с Локи, который повернулся к нему лицом, слегка нахмурившись. На этот раз Энтони проигнорировал капитана и сунул руку под рубашку Локи, прежде чем дернуть его вниз. Глаза Локи на секунду расширились от удивления, когда Энтони поцеловал его, из рук выпали кинжалы и он обнял смертного руками. Ну, посмотрите на это. Энтони снова удивил этого трикстера. В конце концов, он сделал первый шаг. Он смутно слышал возгласы аплодисментов и крики протеста Роджерса, но на мгновение проигнорировал их, когда они с Энтони отстранились, чтобы на мгновение перевести дух. — Я хотел сделать это уже как несколько недель, — признался Энтони. Локи ухмыльнулся. — К счастью для тебя, я хотел того же. Улыбка, появившаяся на лице Энтони, была искренней, говорящей только о радости, и она смягчила ухмылку Локи, превратив ее в маленькую, но тоже счастливую улыбку. Затем, к радости Локи, эта улыбка превратилась в злую ухмылку. — Еще одна вещь, которую я хотел сделать слишком долго, — это затащить Бога Озорства в свою постель. Хочешь помочь мне с этим? Локи тоже ухмыльнулся, когда Роджерс издал отчаянный стон. — Конечно же, я могу помочь с этим, — пробормотал он, притягивая Энтони ближе и обвивая их обоих своим сейдом. В мгновение ока они вышли из комнаты. Локи, встав, позаботился о том, чтобы поднять свою книгу с ковра. Это был неожиданный поворот событий, но Локи полностью наслаждался результатами. Возможно, Мидгард был не так уж и плох.