Глава 4. Золотой Механизм, другая часограмма и Маар Броннер
6 июля 2025 г., 12:31
Первой моей мыслью было бежать. Бежать без оглядки, как лань, подгоняемая хищником. Я ощутила почти животный ужас оказаться лицом к лицу с тем, кого… предала. Я боялась своего сердца, старого, измученного, боялась, что оно даст слабину, что мне придется бросить свою жестокую игру. Однако разум, как и всегда, оказался сильнее.
Я болезненно поджала губы и медленно выдохнула, продолжая смотреть на фреску с изображением часовщицы и мастера. Константин стоял прямо за моей спиной и, кажется, не дышал. Все это время я просила Алессандро сверять наши с Лазаревым графики, чтобы я не столкнулась с ним в коридорах Ратуши. Из меня вышла бы отличная шпионка. То, что мы встретились сейчас означало чистую случайность. Или конец мужского терпения.
— Чем обязана, господин Лазарев? — я проглотила все, что могла бы чувствовать, все подчистую, оставив лишь глухое напоминание об угрозе Астрагора и безумный взгляд Шакла.
Я развернулась, готовая противостоять чему угодно. Но только… не его осунувшемуся лицу и погасшим глазам. Великое Время, я так и не смогла уберечь его от наказания старостью! Я самолично произвела этот эфер. Боль прокатилась по всему моему телу, но я продолжала храбриться, расправила плечи, ожесточила взгляд. Никто не доберется до моей любви, никто не посмеет танцевать на пепелище моего прекрасного счастья.
— Я хочу, чтобы ты меня выслушала, — тихо, но твердо произнес мастер, а я вздрогнула, встретившись с ним взглядом.
— Меня ждут, — мой голос напоминал перезвон льдин, а душа трещала по швам. Константин посмотрел так, что мне показалось, будто дрогнула земля. Порой я совсем забывала, кого выбрала сама. Мужчину, сильного, уверенного, пережившего войну и горечь утраты.
— Я ждал тебя целую весну, — сурово напомнил он, шагнув ближе. Я не отпрянула, не боялась, не его. — И готов ждать дальше, — его голос смягчился, и я увидела перед собой того самого Константина, которого оставила в Змиулане несколько месяцев назад, нежного и верного. — Но прежде чем… прежде чем ты уйдешь, — он сглотнул, а я подалась вперед с застывшим криком на губах. –Тебе что-то грозит? — в лоб спросил Лазарев, а я выдохнула, осознав, что загнана в угол.
— Не мне, — горько призналась я, отвернувшись. — Поэтому прошу тебя, умоляю, — я вымученно улыбнулась, взяв его за руку. Теплая ладонь напоминала о счастье. — Не нужно больше. Хватит.
— Хватит? — мужчина нахмурился, опустив взгляд на наши руки. — Что происходит?
— То, что тебя не касается, — слишком резко, чем могла бы, ответила я и тут же пожалела об этом. Глаза напротив наполнились невыносимой мукой. Мы так любили, а теперь я вынуждала нас играть чужих. Так Астрагор ли в этой истории по-настоящему жесток? — Ради сына, — шепотом добавила я. — Извини.
Я отстранилась и, оставив его в горьком замешательстве, направилась прочь. Мое сердце изнывало от тоски, но умом я понимала, что все делала правильно. Шакл не тронет тех, кто бесполезен, не тронет тех, через которых на меня нельзя повлиять. Я справлюсь.
Вот только камни на моих плечах все сильнее тянули меня к земле.
***
Так прошло несколько тяжелых дней. Мы с Марком собирались посетить золотой Механизм по личному приглашению Нортона Огнева. Меня уже не так волновали мысли о том, как на все происходящее отреагировала бы настоящая Елена, но что-то мне подсказывало, что она была бы счастлива поехать в ЗолМех под руку с его хозяином. Я ухмыльнулась, разглядывая свое отражение в зеркале. Зеленый брючный костюм с белой вышивкой смотрелся просто чудесно. Хотела бы я, чтобы все печали на свете могли бы уйти с помощью любования красивыми нарядами. Увы и ах. Отойдя от зеркала, я покосилась на стопку писем, зачитанных до дыр. После случайной встречи в Ратуше Лазарев словно воспрял духом — даже набрался наглости заявиться на порог… Черновода. Об этом я узнала от Марка, который зачем-то ошивался там. История становится все более запутанной. Огнев наотрез отказался посвящать меня в тонкости своего диалога с Константином, и я злилась, потому что точно знала, что он касался меня. Глупые мужчины решили поиграть в героев, решили защитить меня! Астариус посоветовал не встревать. Старик вообще поделился мыслями о том, что неплохо бы вообще прекратить какое-либо общение кроме делового. Легко сказать об этой той, кто с начала своей новой жизни только и делала, что сближалась со всеми подряд. Я раздраженно выдохнула и бухнулась в кресло. Я выложила Астариусу все, что узнала в Гильдии. На мое удивление он не стал называть порицателей старыми маразматиками, напротив то, что я должна назвать духу имя его следующего воплощения повергло старого часодея в замешательство. Я и сама догадалась о том, что мною может быть названо любое имя, но когда Астариус сказал об этом жутким шепотом стало не по себе. Я могла бы защитить всех, кто был мне дорог, однако какой ценой?.. Я встрепенулась, когда часолист издал короткий мелодичный звук, возвещая о новом письме. Тонкий, аккуратно сложенный конверт вылетел из книги и застыл прямо перед моим лицом. Я пробежалась по первым строкам и вздохнула. И вспомнить нельзя — господин Астариус напоминал о нашей вечерней страшно секретной встрече. Старика никто не спрашивал, но он все равно настойчиво напомнил о том, что Шакл никогда не бросает дело на половине пути. Глава Астрограда пообещал защитить Лазаревых, но… Всегда было это «но». Я же сама так беззаботно окунулась в эту любовь, в надежду и на светлое будущее, и теперь столкнулась с последствиями, грозясь переломиться пополам. Раздался стук в дверь, а после голос Алессандро сообщил о том, что господин Огнев ожидает меня внизу. Я поджала губы и бодро вскочила на ноги. Быть может, мне придется ослушаться Астариуса, быть может, я многим рискую, но молчать больше нет сил. Пусть Константин увидит во что я могу превратить его жизнь, пусть все узнает. Я предупрежу его и Ника. Они должны знать. Нортон, при всем параде, правда, ждал меня возле запряженной малевалами повозки. Лицо моего дорогого друга, как и всегда, украшала тонкая улыбка. — Прекрасно выглядишь, Елена, — он отвесил мне галантный поклон и подал руку. Я демонстративно скривилась. — Я думала, что мы уже прошли этот этап твоей бестолковой лести, — проворчала я. — Здравствуй, Марк, — я улыбнулась сыну, и мальчик улыбнулся в ответ. — Ты разбиваешь мне сердце, — напомнил Огнев. — Я очень стараюсь. Марк фыркнул. Нортон закатил глаза и захлопнул дверцу. Малевалы всхрапнули и понеслись вперед, взмывая в воздух. Я же, зябко поведя плечами, откинулась на спинку кресла. Мне придется попросить о помощи, и я была готова поспорить, что она не будет в восторге от подобной просьбы. Оставалось лишь надеяться, что Нортон додумался пригласить мать на день рождения ее внуков. Башенки ЗолМеха на фоне бушующей воды выглядели бесконечно маленькими и уязвимыми. Я припала к стеклу, завороженно наблюдая за приближающейся конструкцией. Спустя секунду я увидела острова, на которых располагались фабрики, через другую — столпы летящего в небо дыма. По истине завораживающее зрелище. Островной город, дышащий огнем и часодейством. Огнев, наблюдая за мной, горделиво хмыкал, вставляя какие-то нудные факты о том, когда и кем был основан Золотой Механизм. Услышав имя Родиона Хардиуса, я невольно улыбнулась. Повозка начала стремительно снижаться. На плато было прохладно. Я закуталась в накидку, которую благоразумно взяла с собой, и втянула носом дымный воздух. Здесь пахло железом и раскалённым маслом. Совсем не так, как в мастерской при Ратуше. Нахмурившись, я огляделась и не смогла сдержать удивленного вздоха — на другом конце островного плато стояла еще одна крылатая повозка. На ее боку красовалась эмблема в виде аббревиатуры «ЧК», обрамленной вензелями. — Надо же, — Нортон озадаченным не выглядел. Великое Время, неужели ты сегодня на моей стороне?***
Марк никогда не был в Золотом Механизме, поэтому предвкушал этот день с нетерпением. Со дня, когда он и Нортон Огнев заключили своеобразную сделку, прошло чуть меньше недели, но за это время Ник успел поделиться опасениями с отцом, и Лазарев-старший в этот же день примчался в Черновод. Марк даже озадачился тем, как один простой повод может пробить трещину в многолетней вражде. Разговора ему подслушать не удалось, но зато после этого глава мастеров подозвал мальчишку к себе, и они долго беседовали на внутреннем дворе Черновода. Разговор был простым и совершенно неважным, но золотой ключник еще раз убедился в том, не ошибся в своих ощущениях — рядом с Лазаревым он, правда, чувствовал себя дома. И очень наделся, что госпожа Елена испытывала то же самое. Мастер не просил ничего передавать, но Марк прекрасно видел, как невысказанные слова остались в его глазах. А потом господин Лазарев молча улыбнулся и ушел. Еще никогда Марк не испытывал подобной тоски. И сейчас, шагая рядом с Еленой, он исподтишка разглядывал ее, пытаясь угадать ее эмоции. Ник успел рассказать, что она и отец столкнулись в Ратуше, когда он сам искал отца, чтобы сообщить обо всем услышанном от Захарры. По словам друга ни госпожа Мортинова, ни Лазарев не сумели сказать друг другу о чем-то важном, и Марк этим был очень разочарован. Несколько месяцев тишины и — снова. Госпожа Елена умела скрывать свои чувства, и об этом знала едва ли не вся Эфлара. Впрочем, стоило золотому ключнику увидеть на фоне мрачных стен фабрики ярко-рыжую макушку, так моментально позабыл обо всех своих переживаниях. Подруга разглядывал ЗолМех с присущим ей искренним восторгом, и Марк невольно заулыбался. Впрочем, вся его веселость сошла на нет, когда он увидел рядом с Огневой постороннего мальчишку. — Ученик Черной Королевы — Маар Броннер, — шепотом пояснила Елена, не глядя на сына. — Не будь предвзятым, — тут же предупредила она, верно разгадав его мысли. Марк нахмурился. Все собравшиеся хранили молчание во время прохода через тайм-системы. Василиса не сводила с Ляхтича взгляда, одними глазами уверяя, как сильно соскучилась. — Думаю, дети прекрасно справятся без нас, — буднично заметил Огнев, не мигая глядя на Черную Королеву, когда подъемник замер. Повелительница лютов скрывала свое лицо за плотной вуалью и даже не удостоила Марка взглядом. — Разумеется, — фертида царственно кивнула, кивнув Василисе, и та, радостно махнув Марку, поспешила за своим новым другом. — На забудьте, что на экскурсию у вас не более полутора часов. Вот дела. Почему-то мелькнула мысль, но Фэш от этого Маара Броннера точно не будет в восторге. Хмыкнув этой неожиданной мысли, ключник поспешил следом. — Я так рада тебя видеть, — Василиса обняла Марка только тогда, когда взрослые остались далеко позади. — Как ты? Как в школе? Это Маар, кстати, — девочка улыбнулась ученику Черной Королевы, и тот протянул Ляхтичу руку. — Наслышан, — Марк широко ухмыльнулся, но в его глазах застыла настороженность. — Золотой ключник, — мальчишка тоже улыбнулся, но беззлобно. — Василиса много рассказывала о тебе. Они обменялись рукопожатиями под радостный взгляд Василисы. Ей не терпелось обменяться всеми накопившимися новостями. Марк же думал о том, что присутствие этого Броннера явно будет лишним. Однако он оказался весьма смышленым и бойким — тут же потащил обоих в художественный цех, не уставая рассказывать о том, как здесь все устроено. Наверное, его болтовню можно было счесть интересной. Но только слегка. Марк дождался, когда новый Василисин друг увлекся инерциодом, и склонился к уху Огневой: — Захарра была в школе несколько дней назад. — Что-о? — она шумно выдохнула, покосившись на Маара. — Что случилось? — В Змиулане нарисовался какой-то урод и теперь угрожает госпоже Елене. — Мой отец?.. — В курсе. Василиса заметно расслабилась и молча кивнула. На более времени не осталось — Броннер потащил их дальше. Марк совершенно не представлял, когда можно будет поговорить с Василисой лично. Быть может, она получала письма от Фэша? Хотя это звучит как небылица, если вспомнить, что Драгоций то еще чучело со сроком на обиды в целую вечность. Отдел уникальных часодейств понравился Ляхтичу больше всего, не смотря на то, что большую часть экскурсии он пропустил мимо ушей. Особенно его привлекла коллекция жучком для шпионажа — такие бы в Змиулан запустить и дело с концом. Пока Маар и Василиса решали, какой подарок вручит Норту и Дейле, Ляхтич двинулся в сторону загадочной будки в самом углу. Да быть такого не может. — Часофот, — константировал он, заглянув внутрь. Броннер тут же среагировал, подскочив к нему. — Ага. Занятная штучка, — мальчик присвистнул. — Василиса, помнишь я рассказывал о фотографиях, с помощью которых можно перемещаться из одной точки пространства в другую? Это как раз один из таких редких механизмом. — Ничего себе у вас разговорчики, — пробубнил Марк, а у самого глаза горели любопытным огнем. Ему никогда раньше не доводилось делать часограммы. — Может сделаем по одной фотографии, а? — тут же предложила Василиса, видимо, прочтя его мысли. — Не разрешат, — Маар поник. — Ценный же механизм. Хотя… Он воровато оглянулся, а потом схватил обоих за руки, потянув внутрь. — Никого нет! Идемте быстрее! Все трое уместились на скамейку. Маар повозился с механизмом и отдал команду улыбнуться. Ляхтич в ответ на это ухмыльнулся, но ничего не произошло. Часофот стоял неподвижно, и Броннер уже собрался полезть к нему, как грянул щелчок. Откуда-то повалили тонкие струйки дыма. — Четко сработано! — горе-фотограф восхищенно вздохнул, поймав часограммы прямо на лету. — Эх, хватило всего на три копии… Зато каких! Держите, — он вручил каждому по фотобумаге, и Марк с недоверием оглядел снимок. Он сам получился очень надменным, а вот Василиса немного прикрыла левый глаз, и это выглядело довольно забавно. Маар принялся разъяснять, как работают часограммы, и Ляхтич очень внимательно его слушал, хоть и делал совершенно незаинтересованный вид. Что-то ему подсказывало, что этот навык еще обязательно пригодится. Возможно ли с помощью этого часодейства переместиться в Змиулан?..
