Крайности предельного

                              Эмма В ресторане доигрывала последняя песня Arctic Monkeys, под которую я чутка пританцовывая, вытерла последний стол, и немножко увлеклась, не замечая за собой Мейлин. — Ты только сильно не увлекайся, — я быстренько встала по струнке, завидев её укоризненный взгляд, со сложенными на груди руками; но, буквально, через секунду, серьезное выражение светловолосой голубоглазой девушки, с заколотой неряшливой шишкой сверху, и орлиным носом с горбинкой; сменилось смешком. — Ладно, начальника сейчас нет, он уже давно ушел. — «I go crazy 'cause here isn't where I wanna be And satisfaction feels like a distant memory And I can't help myself All I wanna ever say is, "Are you mine?"» — увлечённо подпевала я песне, и в конце концов, успешно поймала себя на этом и вновь невинно глянула на Мэй, изображая из себя саму невинность, отдала тряпку ей в руки, и направилась в сторону служебного. Переодеваться из фартука, и остальной одежды официанта, в свою — нормальную. И вот в зеркале на меня смотрит зеленоглазая-голубоглазая я, в черной футболке с принтом любимой рок-группы, и красной кожаной курткой сверху, с черными джинсами, и такими же черными кедами. Я покрепче сжала лямку своей сумки через плечо, и направилась к выходу. — Рада что уже завтра не надо на работу? С вечером пятницы? — напоследок поинтересовалась Мэй. — Конечно, я безумно как рада! Может, завтра хоть высплюсь, а то ещё до скончания июля работать... — Ты это... Эмма, только будь осторожней... Там уже вон как темно, звякни мне, как придёшь, лады? — Окей, мам. Обязательно. — улыбнулась я, и помахала ей на прощание, пока она снимала перчатки, и с той же улыбкой, удалилась в служебную с той же целью, что и я пару минут назад. Вот только, она держала путь к автобусной остановке, а вот мне — действительно, пришлось шуровать через темные, ночные улицы пешком. Как будто являясь экстрасенсом, Вивьен написала мне как раз тогда, когда я уже пару минут назад отдалилась от ресторана «Серебряная долина» «Уже вышла? Идёшь?» «Да, вышла. Иду» — коротко отвечаю я. «Встречаемся в моем номере. Быстро постучи три раза» И вот так всегда было, за какие-то две с половиной недели нашей неплохой дружбы; ей все казалось, что за нами может быть какой-то хвост, и может вестись какая-то слежка. Её не переубедишь, но зато нас объединяла одна цель — поиск пропавшей Кейт, которая по догадкам Вивьен, пряталась где-то в лесу. Мы пытались вести хоть какую никакую слежку, за ребятами Вивьен; охотники после убийства Дилана вампиром в лесу, до этого им простреленным, порядком озверели, и, кажется, попадись им на глаза Кейт, колебаться с убийством, долго им не придётся. Отчасти, это была и моя вина, я наговорила через чур много глупостей, и засомневалась в ней, в её человечности, испугалась... Или ещё была на нервах... И до сих пор об этом горько жалею, особенно, по ночам. Так с лучшей подругой не поступают, хотя и после того купания в озере, в лесу, можно было бы и поверить что между нами действительно есть нечто большее. Сама бы я этого очень хотела. Долго ходить, бродить в своих запутанных мыслях, мне не пришлось; я заметно насторожилась, пересекая небольшой переход, съеживаясь от холодного порыва ветра, оглядываясь по сторонам; хотя это не было настолько нужным, улица пустовала без людей и машин. Остальную оставшуюся дорогу, я решила завершить бегом, а когда увидела фонари мотеля, до меня снизошло облегчение. Комната под номером шестнадцать — комната Вивьен, и я стучу по двери быстро и три раза. Щелкает замок, и дверь немножко приотворяется; я без раздумий вхожу внутрь, и скидываю куртку. На кровати сидит за ноутбуком Вивьен, с недоеденным бутербродом в руках, и с хмурым видом пялиться в экран. Такой мне ее приходилось заставать, уже не один день. — Как дошла? Все нормально было? — поинтересовалась она. Я голодным и коротким взглядом поглядела на картонную коробочку, внутри которой лежал гамбургер. — Ешь, это я тебе купила. И содовую тоже. — Спасибо. — сказала я, открывая железную крышку, и не спеша с едой, ответила: — Дошла нормально, спасибо что спросила. А то так-то не здрасьте, не до свиданья. — Эмми, они планируют достать более усовершенствованное оружие, для атаки сначала на разбитые стаи оборотней, а затем и отдельно на кланы вампиров. Охотники хотят сделать это гораздо раньше ночи кровавого полнолуния, и ох чёрт, у них есть отслеживающее устройство на вампиров тоже. — Я так поняла, планы у них на эту неделю великие? — подавилась я только начатым гамбургером. — Не то слово! — Вивьен яростно захлопнула крышку ноутбука, и с таким же яростным видом, начала дожёвывать свой бутерброд. — Что мы можем сделать? Если только Кейт сама не объявиться. Мы бы могли уехать отсюда вместе, и... — Постой, постой... — с многозначительным видом прерываю. — И это сейчас говоришь мне ты, Вивьен? Что мы должны просто взять и свалить, из нашего родного дома? Этих существ в нашем лесу просто бесчисленное количество, и... Как ты там говорила? Многие из них древние, да?... Смогут ли они вообще... — Да, смогут. Если у них есть кровь оборотня. Я промолчала, и теперь мы обе уже забыли про еду, шокированно глазели только друг на друга. Аппетит уже заметно начал пропадать. — Чего? — выпалила я. — То. — невозмутимо ответила Вивьен. — Они могут воспользоваться силой оборотня, обратив своих для бо́льшей силы. А потом, если носитель этой крови умрет, охотники сумеют обратиться обратно, снова став людьми. — Я бы от всего сердца сейчас бы так и сказала, что они чёртовы психи помешанные. И я это сказала! И это, чёрт возьми, так! Мои душевные изречения, прервали лихорадочные стуки в дверь, и надломанный крик незнакомого парня за дверью: — Откройте! Умоляю вас! Прошу... Откройте дверь, помогите... Мы с Вивьен испуганно переглянулись между собой; и только тогда, когда на лице Вивьен проступило явное озарение чего-либо, она вскочила с кровати, и открыла дверь. Внутрь вбежал тощий парень, в слишком большой для него униформе работающего мотеля; кажется, походил он на уборщика, а своими дрожащими костлявыми руками, он со всей силы удерживал за ручку двери, запирая её на все замки. — Стул! Подперите дверь, пока... Вивьен оттащила его в сторону, а я отпрянула к кровати, и с ужасающим выживанием, застыла на месте; когда дверь начала дрожать из-за сильных в неё ударов, проглянула трещина, и она была через чур уж хлипкой, для существа находящегося за дверью. — Виьвен... — тихо проронила я. — Это то, что я думаю? Мы все вздрогнули, когда последовал ещё один громкий и сильный удар, а затем и протяжное рычание дикого зверя, которое казалось, мог бы услышать любой в этой тихой ночи. Окна были, к счастью, зашторенными; удары прекратились, снаружи раздалось лишь тихое шарканье и перебирание, будто ходили по холодному полу лапами, а стучали о него когти настоящего монстра. После всего случившегося, Вивьен осторожно подошла к окну, одернула занавеску, взглянув наружу; и точно также быстро задернула ее обратно. — Я уверена, вам есть что рассказать, — совладая с собой, холодно спросила уборщика Вивьен. — Я... Я просто убирал освободившиеся комнаты, и... И коридоры на первом, и втором этаже... А потом... — парень всхлипнул. — Я услышал сзади... Это... Это... Рычание, и меня будто бы парализовало... Это... Оказалось какое-то страшное, мохнатое животное... Зверь из леса... А я было сначала подумал, что м-медведь... Оно было похоже на волка, такого... Голодного... — парень отчаянно захныкал, уткнувшись в ладони. Я похлопала его по спине. — Считаете я... Я — сумасшедший? — Нет, нет. Мы ведь тоже это видели, какой бы человек стал рычать, и с такой силой выламывать дверь? — со знанием дела, сказала Вивьен. — И ч-что нам делать?... Вызвать полицию, или... О-охотников? — Я — охотник, проведем вас к себе, запритесь до рассвета. Мы все осмотрим. — Мы? — изумлённо таращилась на неё я. — Да, мы. — хмыкнула Вивьен. — Вы... Тоже охотник? — поинтересовался у меня уборщик. — Ээ... Ну, что-то типо того... Просто с ней в команде, помогаю. Но это не значит, что я блин, помощница! — Как вас зовут? — поинтересовалась Вивьен. — Диего. — Хорошо, Диего, мы вас проводим. Не переживайте. Только не вызывайте полицию. Диего всхлипывал, дрожал, переживал, и от него вовсю разило потом; мы еле как сами испуганно оглядываясь, повели его на первый этаж, и он заперся в служебной; мы обещали ему, что чуть позже, как сами разберемся, поговорим о происшествии с насальником, а чуть позже — и с полицией. Такой наивный ребенок, как Диего, поверил нам с первого слова. Лишь когда мы вышли, и осторожно поднялись, я спросила: — У тебя хоть "специальное оборудование" с собой имеется? А то я не хочу помирать так быстро. Я ещё очень молода. — Эмма, если так хочешь, можещь тоже запереться в комнате одна. А я хочу разобраться. — Тогда я уж луше пойду с тобой, охотница, — с трепетом пробормотала я. Не прошли мы и пару шагов, как обе застыли, переглядываясь между собой; от двенадцатой комнаты, шел кровавый длинный след, дальше уже шли кровавые следы от лап. Вивьен подошла к приоткрытой двери комнаты, и как она мне сказала, никого и ничего там не обнаружила; кроме множества окровавленных следов, и когти зверя на самой двери комнаты. — Чёрт... — выругалась Вивьен. — Мы можем не успеть. Господи... — Мне кажется, если пойдем туда сами — умрем. Вивьен решительно достала из кармана заряженный пистолет, щелкнув предохранителем. — Не умрем... Сегодня — полнолуние, и даже одних серебрянных пуль может быть не достаточно, чтобы их убить. Только сильно ранить, поэтому на всякий случай, — она порылась в своих карманах, и не отводя взгляд от длинного коридора, протянула мне зажигалку. — Лучше не убирай её. Я коротко кивнула, и мы тяжёлыми шагами, стараясь шагать максимально тихо, не издавая ни единого звука, направились вдоль по страшному коридору, с минимумом количеством света. Из груди тихим свистом, выходил протяжными вздохами воздух, а сердце казалось, то ли вот-вот выпрыгнет из груди, то ли вовсе остановиться; время от времени оно пропускало удар. Жуткий кровавый след, привел нас к дверям другой, самой последней на втором этаже, — к двадцать шестой комнате. Дверь, опять же, была приоткрыта, а Вивьен прошла туда первая, не сдвигая дверь и на миллиметр, протиснулась в проёме, без скрипа. У меня это вышло с небольшим затруднением, поэтому дверь тихо пискнула, самым противным скрипом. Вивьен поражённо оглянулась на меня, и уже без всяких церемоний, подбежала и распахнула во всю дверь ванной комнаты; куда вел кровавый след. Я замерла ненадолго в шоке, а потом отвернулась, прислоняясь к косяку двери, потирая лоб, пытаясь совладать с собой. Вивьен так и глазела на эту ужасную картину, и прошла внутрь, осматриваясь, а потом с отчаянным вздохом, и слезами на глазах, вышла оттуда. В ванне лежала мертвая женщина, лет под сорок; с растерзанной грудной клеткой и шеей; она была полностью раздета, так как принимала ванну; вода в ней окрасилась под цвет её крови. А на полу лежал мужчина, с вывернутой ногой с жутким укусом, возможно, тоже под возраст этой женщины, но мне было не до разглядывания. Чуть позже, по нашему вызову, к мотелю приехало пять машин копов. А нас с Вивьен, забрали в ближайший полицейский участок. Новую "загадочную" трагедию, объявят поутру журналисты и полицейские Нортхилла.