Обычный день

–Может тебе стоит перестать скрываться?– парень с белыми как первый снег волосами лежал на коленях своего парня, смотря в окно, на бескрайнее небо, которое уже залилось алым закатом, – тебе же хуже –Каэдэхара, – второй же парень вздохнул, сколько раз он уже это делал за день? – сколько уже можно тебе объяснять, – Скарамучча обхватил лицо Казухи своими худощавыми пальцами и заставил смотреть ему в глаза, глаза цвета молнии– цвет электро элемента, – со мной ничего не произойдет, этот рыжий дурак слонялся чуть ли не по всем странам, чтобы донести Царице, что я жив и здоров, – фиолетовые глаза отпрянули, и юноша немного поник в душе, на лице же у него не было ни разочарования, ни грусти, – вернее, их драгоценный электро гнозис –Прости –За что ты извиняешься? – парень все также смотрел в сторону, не хотел видеть свет алых глаз, которые каждый день давали ему надежду, эти глаза встречали его по утрам, они же убаюкивали его в глубокий сон, блестели на ярком палящем солнце и выделялись яркой красноватой лентой в полумраке комнаты –Я хочу, чтобы с тобой все было хорошо, думаю Фатуи так просто тебя не оставят, – Каэдэхара говорил это почти каждый день, он правда волновался. Его не волновало то, что рискует сам попасть под удар, а вот если пострадает его близкий человек... Нет, второй раз он себе этого не простит       Скарамучча усмехнулся: –Я не просто так шестой Предвестник. Если за мной лично не придет Пьеро, то с нами все будет хорошо, – парень наконец-то смог взглянуть на чужие глаза: спокойные, как и всегда, похожие на бескрайнее море, в них можно было утонуть, захлебнуться. Скарамучче нравилось находить утешение в вечно спокойных глазах своего парня. –Я надеюсь на это, – рука Казухи очутилась на чужом запястье: руки были холодные, словно покрытые тонким слоем льда, хотелось поскорее отогреть их своим теплом       Скарамучча на мгновение смутился, он не любил тактильность, но позволял прикасаться к себе лишь одному человеку, и этот человек сейчас легкими движениями гладит его холодные, словно кукольные, руки. Думаю, если бы у юноши было сердце, оно бы билось с бешеной скоростью, выдавая его волнение.       Лёгкий, казалось, совсем невесомый поцелуй накрыл губы Каэдэхары, совсем, казалось, детский, наивный. И даже, почудилось, что руки у Скары уже горячее раскалённого металла и вот-вот прожгут кожу второму юноше. Казуха все такой же спокойный, он выглядит умиротворённо и Скарамуччу это успокаивало и , возможно, даже вводило в некую нирвану       В окне уже не было видно столько красного кровавого неба, уже стемнело, в окнах стали зажигаться лампы, а на улице уже совсем не было людей, все лавочки уже давно закрылись, море тихо блестело под светом луны.       Два парня лежали совсем близко к друг другу, один мог услышать ровное дыхание второго. Они уже спали. Сегодня был самый ,казалось, обычный день, завтра будет такой же. Но юноши смогли сделать жизнь друг друга хоть чуть-чуть ярче и каждый день для них особенный, непохожий на другой