Златовласка

— С днем рождения, Спайк! «Бронза», несмотря на то, что от нее не веяло домашней атмосферой, была выбрана именинником в качестве места для праздника не просто так: место не самое страшное, все присутствующие находились здесь не первый раз, а после пары напитков с добавлением в них алкоголя появится возможность раскрепоститься. Ну, здесь кому как. — Спасибо за поздравления, — блондин улыбнулся, осматривая пришедших. Он сильно обрадовался их количеству, тут и Уэсли, без которого ему было бы некомфортно, и Баффи, на удивление пришедшая на праздник, и Фейт, что напрашивалась на то, чтобы явиться в этот день к Спайку, в общем, главные люди, которых он хотел бы увидеть здесь. Почти все, которых он хотел бы здесь видеть. Спайк решил отмечать день рождения без торта, все же предпочтительнее питаться чем-то жидким и все находящиеся здесь об этом прекрасно знали. — Дэниэл опоздает, — предупредил всех Уэсли и сложил руки на груди, откинувшись на спинку удобного дивана. — Как у всех дела? Нельзя не упомянуть царящие в заведении красные и черные тона, придававшие особенность атмосфере этого места. Черный стол, за которым они сидели, находился возле стены с золотыми узорами, а на двух темно-красных диванах комфортно расселись именинник и все гости. — Да как обычно, — Фейт откинула темные выпавшие локоны назад, после поправляя несколько прядей за ухо. — Все спокойно, все отлично. После предостережения подруг насчет увлеченности Фейт вампиром Баффи внимательно присматривалась к темноволосой. Нельзя сказать, что они были в близких отношениях, да и способы уничтожения вампиров и стимулы делать это у них совершенно разные: что действительно пугало, так это наслаждение Фейт процессом убийства. — Ни в чем помощь не нужна? — внезапно спрашивает Уэсли. И после своего вопроса поглядывает на Спайка, что показалось Баффи странным. — Пока нет, но спасибо за предложение, — Лехейн смотрит на сидящего перед ней блондина и приподнимает уголки губ в игривой улыбке. — Не хочешь заказать ничего, Спайк? От удивления Баффи приподняла брови и перевела взгляд сначала на девушку, а затем и на Спайка, что рассматривал местное меню настолько внимательно, будто впервые пришел и не знал, что же здесь вообще есть. — Я подумаю и закажу, — спокойно отвечает вампир и обращается к Баффи: — Будешь алкоголь пить? — Если только немного. Уэсли поправляет рукава кожаной куртки, смотрит на всех троих, поджимает губы и произносит. — Как-то вы все друг с другом разговариваете, а я чувствую себя пятым колесом, хотя нас всего четверо. — Не волнуйся, это временно, — Фейт улыбнулась. — Дэниэл будет пятым. Уиндем промолчал, а Баффи нахмурилась и включилась в диалог. — Уэсли, а что тебе из напитков нравится вообще? Необязательно алкоголь, который мы сейчас пить будем. — Мои вкусы довольно обычны, так что вы сможете легко меня понять, — пожал плечами мужчина. — Чай, иногда кофе, но сейчас я предпочту пиво. — Неплохо, — отозвалась Фейт, а Баффи замечает, как ей на телефон приходит какое-то сообщение. Поначалу она не совсем хотела смотреть, кто это, но все же решила врубить экран и прочитала следующее: Анянка: «Баффи, напиши, как только будешь дома. О подробностях тоже не забывай». Девушка пожала плечами, напечатала короткое «ок» и отвлеклась от телефона, вслушиваясь в возникший между всеми ними разговор. — Во время этой сессии валили по-крупному, я могу сказать, — жаловалась Фейт. — По психологии хотели поставить низкие баллы за непосещение некоторых семинаров… — Тебя не валили, за отсутствие на семинарах вправду могут ставить оценку ниже, — констатирует факт Уэсли и краем глаза замечает, как к ним собирается подойти официант. — Но когда я сдавал симулятор вертолета, это был настоящий тихий ужас, я чуть управление не потерял. — Ты управление сдавал уже? — Фейт удивилась. — Я думала, что вы только на следующем курсе будете… я еще почему-то с философией облажалась. Ну сложный билет мне попался, а препод не дал мне и шанса его перетянуть. Я не могу убивать людей, но… — Философия — сложный предмет, соглашусь, но век живи — век учись. Понимание многих вещей приходит только с возрастом. На фоне ведения разговоров людей с авиационного Баффи ловит на себе заинтересованный взгляд Спайка, не понимая, чего это он так сейчас. Предпосылок не было, они всего лишь слушают разговор двоих людей, при этом не участвуя в нем, и в голове Баффи закралась идея об интимности момента, в котором они находятся здесь и сейчас. Под столом Баффи ощущает легкое прикосновение к своему колену, от которого по всему телу прошлись холодные мурашки. В голове возникшее «это Спайк» засвистело, как пожарная тревога, засветилось красной мигающей лампочкой, как только она заметила появившийся огонек во взгляде вампира. Нет, в этих действиях не было той пошлости, которую могут устроить подростки по пьяни, скорее это прикосновение руки, поднимающейся по ноге и к бедру, казалось чем-то недоступным, но давно ожидаемым; интимным, но немного пугающим. Это казалось неизвестным, несмотря на присутствие опыта в подобных ситуациях. — Я отойду пока, подышу, может, заодно встречу Дэниэла, — истребительница мягко снимает руку вампира со своего колена и поднимается из-за стола, шагая в сторону выхода из «Бронзы». — Походу, ей здесь душновато, — предположила Фейт. Спайк поднялся и последовал за ушедшей девушкой. — Либо душно им обоим, либо им не совсем приятна наша компания, либо… — Уиндем поправил коричневую кожанку, сделал задумчивое лицо и внезапно махнул рукой. — Впрочем, плевать. Они все равно ушли. О чем мы говорили? — И почему мы решили убежать, золотая ты моя? Возможно, если бы у Баффи были вредные привычки, она бы прямо сейчас стояла и закуривала сигарету прямо под светом летнего солнца, а Спайк помешал бы ей. Он в любом случае отвлек ее от мыслей, поэтому девушка повернулась к нему и нахмурила брови. — Почему ты решил касаться меня при… них? Совсем совесть со стыдом потерял? Истребительница искренне этого не понимала и злилась, пускай и старалась этого не показывать. — Так они же все равно были отвлечены, какая разница? А совесть и стыд для меня малознакомы, я не человек, не забывай об этом. Он делает несколько шагов вперед, навстречу девушке, которая начала отступать. — Не люблю, когда подобное проявляют на людях, — попробовала продолжить мысль Баффи. — Некомфортно. Девушка спиной упирается в стену, и даже если бы она хотела уйти еще куда-то, у нее бы это не получилось из-за плотно вставшего перед ней вампира. От чрезмерной близости у Баффи появились щекотящие бабочки в животе, и она бы посчитала это за тревожность, если бы не чувствовала притяжение к этому чертовому вампиру. Страсть, возбуждение, предвкушение чего-то важного… эти чувства, до этого знакомые ей, раскрывались под другим углом. — Проявления чувств при людях… только это тебя останавливало? А если их нет, можно делать что угодно? Вампир касается ладонью щеки Баффи, из-за чего ее дыхание останавливается, а в груди возникают смешанные чувства: упрямство, желание коснуться того, кто напротив, попытки включить логику и безустанное стремление посмотреть на губы Спайка, что она и делает. Девушка медленно и судорожно выдыхает, неосознанно облизывает свои и понимает, к чему все идет, так как испытывает подобное не первый раз, но… прошлый опыт как будто уже не имеет никакого значения в сравнении с этими особенными чувствами. Она кладет руку ему на шею и слабо сжимает ее пальцами, заглядывая в глаза. — Без людей, возможно, да. Еще несколько секунд они смотрят друг на друга, совсем не шевелясь, а потом что-то сподвигло их одновременно вырваться вперед и начать страстно целоваться. Спайк хватает истребительницу за руки и кладет их себе на плечи, неосторожно вталкивает в стену, чем вызывает тихие стоны боли, языком касается чужих губ и ускоряет, углубляет поцелуй, бездумно сплетая языки, как будто так и нужно изначально; Баффи переводит одну руку с плеч на волосы и сжимает светлые корни на макушке, всем телом прижимается к вампиру, который уже не кажется таким холодным, касается своей грудью его и вдыхает носом воздух настолько, насколько это возможно. Воздух стал настолько густым, что невозможно дышать. Происходящее вокруг не имело значения в сравнении с тем, что творилось с ними обоими сейчас. Мягкие губы, быстрый язык, сводящий с ума, блуждающие по телам руки — все это до жути еще больше пробуждало страсть в них обоих, разжигало огонь, которому, кажется, даже нельзя давать возможность вспыхнуть, и со страху Баффи резко отталкивает вампира от себя и с возбуждением смотрит ему в глаза. Тот хотел приблизиться и повторить все происходящее, но Баффи в последний момент схватила его за щеки и покачала головой. — Тебя не хватятся, именинник ты хренов. И меня тоже. Они оба продолжали смотреть друг на друга, восстанавливая дыхание. И они прекрасно понимали: это точно не последний раз.