Златовласка

— И как быть вообще? Уиллоу смотрит на свои руки, разминает пальцы и старается ощутить в них свою магию, вспоминая, как до этого она колдовала с особым пристрастием. Ее одолевает чувство слабости, от которой сердце неприятно сжимается, а в голове возникает «надо было чаще практиковаться». Но прошлое не вернуть… если только очень сильно постараться. Она вытянула свои руки вперед и направила их в сторону вазы на столе, чтобы поднять ее в воздухе и удержать. Предмет, как она и хотела, оторвался от опоры и взмыл в воздух, но слишком высоко, чуть ли не к потолку: другой рукой она резко остановила полет вазы и приземлила ее обратно на деревянную поверхность. За окном стоит облачная погода, не внушающая доверия: по ощущениям Уиллоу, скоро может начаться сильный дождь. Ведьма встает с постели и подходит к окну, чтобы открыть его и высунуть голову наружу. Она втягивает носом воздух — запах озона, однозначно предвещание скорого ливня. — Давненько я погоду не меняла. Уилл подняла руки к облакам и закрыла глаза, на один миг представляя, как вокруг все преображается: облака постепенно расходятся и уступают место ярко светящему солнцу, песок на пляже вновь нагревается, из-за чего не хочется ходить по нему босиком, вода в море становится менее холодным, люди лежат на солнышке, загорая с широкополыми шляпами и солнечными очками. Постепенно воздух вокруг Уиллоу становится горячее, на своих руках она чувствует тепло лучей солнца, а запах дождя пропадает, на что она открыла глаза. Небо стало почти безоблачным. — Что же, я еще что-то могу. На этих словах она улыбнулась радостно и закрыла окно, совершенно отходя от мыслей о погоде и магией, связанной с ней. — «Ты давно не колдовала, — вспоминает Уилл слова подруг, — это очень опасно, будь осторо-ожна». Я сейчас все вспомню за день, — она фыркнула в ответ своим же воспоминаниям и присела на постель. — Но надо бы еще над чем-то попрактиковаться… Девушка осматривает гостиничную комнату на предмет магических экспериментов. Подошла бы лампа и попытки управлять светом, или тот же шкаф для одежды и поменять его размеры, а возможно, преобразовать жидкость во что-то твердое, например, превратить воду в лед или пар в воду. Но мысль о подобных экспериментах тут же покидает ее, как только в голове возникает непонятное и вырванное из контекста воспоминание. «А ты какого черта здесь делаешь?» Тут же сердце застучало быстрее и ощутимее настолько, что она начала чувствовать каждый удар в своей груди, а возникающая тревога захотела взять девушку под свой контроль, на что она только резко заткнула свои мысли и сделала глубокий вдох, а затем медленный выдох. — Спокойно. В свои страхи надо идти. На этом Уиллоу, взяв под контроль свои эмоции, присела на постель удобно, подперев голову подушкой, и закрыла глаза, чтобы начать погружение в свои воспоминания. Внешний мир перестал существовать для Уиллоу, и ее органы чувств, воспринимающие его, оторвались от реальности и перенеслись в ее внутреннее: здесь царил хаос в темно-зеленых тонах, смешанных с черными оттенками, воспоминания, мелькающие картинками в каждом углу, не были связаны между собой, и перед девушкой стояла задача собрать их воедино и связать. — Вот это задачка, — хмыкнула она и повернулась влево, отслеживая одно из своих воспоминаний. «Мне снова Спайк пишет, — грустно возникла Саммерс. — Как избавиться от этих сложностей, черт возьми?!» — Не то, — Уилл шагнула вперед и стала бродить по своим воспоминаниям, поворачивая вправо. — А это что? «А как создавать порталы? — возник образ маленькой Уиллоу перед глазами. — Я еще не поняла…» «Смотри, — ее заботливая наставница взяла ее за запястья, — вытягиваешь обе руки вперед, затем правой начинаешь создавать портал в том размере, который захочешь» — Мои первые шаги в магии, — ведьма улыбнулась от воспоминаний, в буквальном смысле возникших перед ее глазами, но тут же умерила свой пыл. — Так, мне надо искать зацепку. Она постаралась максимально прислушаться к своим ощущениям и повернула еще раз вправо, опираясь исключительно на свое чувствование. На пути возникало много воспоминаний, связанных с детством, учебой, друзьями, отношениями Спайка и Баффи… но вот самого нужного все нет и нет. — И где же эта зацепка… На ее пути наконец возникает какое-то из воспоминаний, по энергетике похожее на ту роковую ночь, но оно не проигрывалось. На нем стоял энергетический блок. — Прекрасно, то есть этот гипноз на меня подействовал, да? Она резко вытянула руку вперед, чтобы сорвать невидимый замок с него и наконец докопаться до правды, но ее голова начала пульсировать, а в теле возникла слабость, из-за которой колени стали трястись. Еще тверже оперевшись на свои ноги, Уиллоу через слабость выпрямилась и стала постепенно, слой за слоем, снимать тот блок, который ей поставили в голове. С каждым движением сил становилось все меньше, но как только последний слой был уничтожен, перед ее глазами возникло то самое злосчастное воспоминание, и предвкушение перед раскрытием правды придало ей энергии. — А ты какого черта здесь делаешь? Уиллоу улыбнулась нервно, замечая рядом с Дон Спайка, которого вообще не должно было здесь быть, и захотела наброситься на него с претензиями, но вампир поднял руку и сомкнул пальцы в кулаке, останавливая ее. — Не так быстро, Розенберг. Девушка под воздействием гипноза — теперь она поняла, что это был он — не смогла даже пальцем шевельнуть после слов Спайка, который медленно подошел к ней и взглянул ей в глаза. — Я надеюсь, ты понимаешь, что Баффи не должна знать о моем нахождении здесь? Руки Розенберг из той ночи затряслись, а ее всю наполнила бессильная злоба: она все еще не могла шевелиться. — Отойди от нее! Они услышали голос Дон, которая на время была оставлена без внимания, а Спайк обернулся в ее сторону и нежным голосом произнес: — Я ничего плохого вам не сделаю, девочки, только преподам важный урок, — он хмыкнул. — Не стоит лезть туда, куда не просили.