Ненавижу. Хочу. Люблю.

В первую ночь Северус не мог спать, прислушивался к каждому шороху. Но Сириус Блэк так и не явился в свое новое жилище. Под утро, догоняя жалкие обрывки сна, Северус подскочил на кровати. Часы показывали 7:30. Он проспал. А еще целая бригада грузчиков сейчас явно таскают вещи, заносят их в соседнюю комнату. Снейп тяжело вздохнул и пошел в ванную. Прохладный душ отлично приводит в чувство, особенно если кофе выпить не удастся. Его он и на работе сможет выпить, а лишний раз пересекаться с новым соседом желания нет никакого. — Классная жопка, Нюнчик. Сначала шок. Затем злость. Ещё через секунду яростный крик: — Пошел вон! Это моя ванная! Северус прикрывался руками, потому что в его душевой кабине не было шторки, лишь стеклянная стенка. А Блэку было как об стенку горох, стоял и пялился на него, злого, голого и мокрого, с каким-то странным, непонятным интересом. Ухмыльнулся, когда вновь вернул взгляд к разгневанному лицу Северуса, продолжающего орать: «Ты не только конченый, но и глухой? Свали отсюда, придурок! Я же не пялюсь на тебя голого!» — А ты хочешь? Северус на секунду опешил. — Что? — Как водичка? — Он в наглую сунул руку за ограждение, подставил под струю и хмыкнул, когда Северус попятился к стене. — Холодная. — Вали отсюда. — Уже шипел Снейп. — Быстро! — Что, не поделишься? Тут хватит места на двоих. — Я считаю до трёх. Один… Три. Мощная струя ледяной воды окатила Блэка с головы до ног. На удивление, он не выскочил из ванной, как надеялся Северус, а начал прорываться к нему, чтобы перехватить лейку душа и при этом заливисто ржал. Северус целил ему в лицо, но вот руки Блэка, слишком сильные и ловкие, быстро добрались до выключателя. Шум воды стих, осталось только собственное колотящееся сердце и шумное дыхание мокрого Блэка у самого лица. Блэк улыбался, бегал взглядом по ошарашенному лицу, от одного черного широко распахнутого глаза к другому. Пауза затянулась, но никто ничего больше не делал и не говорил. Из коридора донесся грубый голос, в котором Снейп узнал домового сантехника мистера Филча: — Да, и правда забилась серьезно. Нужно слив чистить. К вечеру сможете в душ сходить, тут работы на несколько часов. Я только за нужными инструментами схожу. Северус выдохнул, сложив дважды два. — Твоя блондинистая шаболда забила душ своими патлами. — Пояснил Блэк насмешливо. — Он не… Какого хера ты приперся, не мог подождать, когда я выйду? — Северус оттолкнул его кулаком в грудь. — Я хотел просто спросить. — Ну так спросил бы сначала, дебил. Снейп протянул руку за него, чтобы схватить полотенце, висящее на стене. На миг ему показалось, что он коснулся щеки Блэка своей, но сразу отбросил эту мысль, спешно оборачивая мягкую ткань вокруг бедер. — Ты не давал спросить, ты начал орать. А потом окатил меня. — Я предупредил, что сделаю это. — Ага, только у тебя проблемы со счетом. Северус раздраженно закатил глаза. Осознание, что он до сих пор стоит в душевой кабине с Сириусом Блэком огорошило. — Так что? Тебе нужен мой душ? — Он начал протискиваться вдоль стены, избегая прикосновений со школьным врагом. — Теперь уже не надо. — Насмешливо бросил Сириус, стягивая насквозь промокшую футболку. Он отступил назад и покинул чужую ванную. «Ахрененное утречко. И кофе никакого не нужно» — подумал Северус, вбегая в здание универа и прикладывая свой пропуск к турникету. В раздевалке он сменил джинсы и кофту на специальный защитный костюм, переобулся в удобные ярко-зеленые кроксы, стянул волосы на затылке в небрежный хвост и натянул шапочку. Маска, перчатки, защитные очки — и он уже готов колдовать над зельями. Сегодня нужно провести ряд опытов, формулу которых он выводил всю прошлую неделю. И ему уже очень не терпелось начать. Однако у Люциуса Малфоя были другие планы. — Зайди ко мне, Северус. Тон Малфоя явно не предвещал ничего хорошего. Но ведь уволить он его не мог? Значит капризная принцесса просто опять чем-то недоволен или обижен в очередной раз будучи отруганным своим папашей. Так и было. — Он требует результат. Я знаю, что ты работаешь над чем-то, что может удовлетворить его интерес. — Это просто мои сырые разработки, Люциус. Пока ничего стоящего. — Стушевался Снейп под обрушившимся напором. — Ты недооцениваешь себя, Северус. Давай-ка, займись этим. У тебя месяц! И про основную работу не забывай. — Но это требует времени, опыты не проведешь за пару дней. Когда я должен этим заниматься? Но Малфой в ответ на его негодование лишь нервно пожал плечом. — Можешь оставаться после работы. Ничего страшного, если задержишься, это же ради открытия. Сам подумай. Ну иди, иди, не трать мое время. Северус закусил щеки изнутри и поплелся в лабораторию. Ему казалось, что существующих матерных слов, чтобы описать его жизненную ситуацию недостаточно, поэтому он забавлялся, придумывая новые. День пролетел быстро. Не покладая рук и не отрывая головы, Северус чуть не пропустил обед, в последний момент успев выбежать в буфет за огромным бутером. Потом он старался как можно скорее завершить текучку, чтобы уже добраться до самого интересного. Но от Малфоя все прилетали и прилетали новые поручения. Причем одно глупее другого. Как будто он один во всем штате работает. В итоге, когда все пошли домой, в край заебанный Северус приступил к лакомому кусочку. Странно, то ли кофе подействовал, то ли Северус так горел желанием и страстью, но первые опыты прошли как надо. Снейп фиксировал всё на видео, записывал, скрупулёзно и тщательно подмечая все детали. Через три часа, когда на улице уже стемнело, он сохранил результат в отдельной папке на ноутбуке, сгрузил его в рюкзак, переоделся и вышел в вечернюю прохладу. Сейчас уже не казалось, что всё так уж плохо, как утром. Он неспешно прогуливался по дороге к любимой квартирке, размышляя что бы такого приготовить на ужин и какой фильмец посмотреть перед сном. Только вот уже подходя к дому, сердце защемило от неприятного предчувствия. Музыка, громкие крики, смех, визги. Нет. Нет. Нет. Поднимаясь на пятый, Северус с горечью убеждался, что первое предположение становилось неоспоримым фактом. На лестничных пролетах курили, блевали, сосались, почти трахались. Блэк устроил вечеринку-новоселье. Из квартирки на четвертом вышла мадам Стебль, из соседней мистер Слизнорт. Они начали наперебой умолять его принять меры и разобраться с новым соседом, иначе они вынуждены будут пойти на крайние меры. Снейп виновато улыбался, кивая, и побежал вверх. Северус был страшно зол, пробираясь через пьяную, танцующую толпу к своему соседу. Он оттянул его за ворот футболки в угол и пытался доораться на ухо Блэку, который понял его неправильно, прижимая к себе теснее. Северус оттолкнул. Между басами и громкими бум-бум-бум он успел прокричать: — Пусть валят, соседи вызовут полицию. — Расслабься, Нюнчик, выпей немного. — Сириус! Новоселье и месяц до боя за титул. Отличный повод, дружище, спасибо, что позвал. О, здарова, Нюнчик. — Поттер. Знакомые все лица. Блэк, разгоняй толпу, я серьезно. — Нюнчик совсем не умеет веселиться, верно? — Сириус, тут пришли! — Проорал кто-то от входа. Музыка сразу стала тише, Северус направился в прихожую, Блэк за ним следом. Мадам Макгонагалл была не так вежлива и скромна в своих просьбах сделать потише. Эту женщину боялся и уважал весь дом. Хоть Блэк и успокоил соседей, даже обаял и очаровал, обещая в скором времени отправить всех по домам, Северус ему не верил. Когда за ними закрылась дверь с лестничной площадки донеслась отчетливая фраза мадам Стебль: «Ах, какой красивый юноша. Но всё же Северус был так счастлив с Люциусом, бедняжка, жаль, что они расстались». И ответ Маккгонагалл: «Ну что ты, Северус не встречался с Люциусом, они были просто друзьями, а у этого Блэка, какой бы он ни был симпатичный и обаятельный, все равно нет шансов». Слизнорт отвечал: «Ты права, Минерва, наш дорогой Северус может найти себе кого-то более воспитанного и достойного». Снейп усмехнулся, а когда увидел реакцию Блэка впал в ступор. Он был серьезен, полон какой-то странной, одержимой решимости, даже обиды что ли, если судить по взгляду, нахмуренному лбу и плотно сжатой челюсти. «Неужели его задели их слова? Ну конечно, он же о себе такого неземного, почти космического мнения». — Так, народ, расходимся! Питер, выключай. Выключай, я сказал. Эй, Марлин, слазь с подоконника, дурочка, свалиться хочешь? Доркас, стащи ее оттуда. Вызывайте такси и по домам. И мусор с собой прихватите, не будьте свинотами. Северус с недоумением следил за тем, как Блэк выгонял всех, прощался, впихивал уходящим мешки с мусором и пустыми бутылками. Северуса удивляло то, что никто на него вовсе не обижался и не ныл, Блэк был безусловным авторитетом в этой огромной толпе. Однако срач в квартире всё ещё был лютый. — Убирай всё это дерьмо. — Завтра вызову клиннинг, если ты так переживаешь, Нюнчик. — Да, переживаю. Мне совсем не в кайф приходить домой после тяжелого рабочего дня, и разгребать завалы мусора за твоими пьяными дружками. И вообще нужно предупреждать, что устраиваешь тусовку. Мы оба здесь живем вообще-то! Имей совесть, тупица. Я устал, хочу есть, в конце концов сегодня понедельник, сложно дождаться пятницы? Что ты делаешь? Блэк достал со шкафа термосумку, а из неё огромную коробку пиццы. Ароматную, горячую, с растекающимся сыром, с тонким хрустящим тестом. От ее вида и запаха рот Северуса вмиг наполнился слюной. — Припрятал для тебя, Нюнчик. Клининг и пицца. Что скажешь, нормальная компенсация? Гребаный дьявол Сириус Блэк. Смотрел сейчас с видом победителя и ведь таковым и являлся. Потому что Северус нерешительно потянулся к самому большому на вид треугольному куску. Глаза сами собой закатились от удовольствия, быстро слопав один, он облизал длинные пальцы и потянулся к другому кусочку. Шлёпнул протянутую лапу обнаглевшего Блэка и взял кусок, который тот присмотрел. Сириус усмехнулся и сел поудобнее, наблюдая за уплетающим за обе щеки пиццу Северусом. — Я прощен? — Клининг еще. И уладишь с соседями. — Без вопросов. — А это еще что? У Северуса даже пицца из рук выпала и плюхнулась обратно в коробку. Он испуганно расширил глаза и стремительно подошел к комоду у стены. Сам комод был красивый, винтажный, Северус нашел его на барахолке и выторговал по огромной скидке, урвал почти даром. Он отлично вписывался сюда, радовал глаз и заслужил, чтобы на нем стояли самые редкие и дорогие комнатные растения, или капризульки, требующие тщательного подхода к уходу и комфортному росту. И Северус очень гордился ими. И теперь все они пострадали. — Блять! Мой Филодендрон пинк принцесс сломан в трех местах. А на монстеру деликатесную вариегата альбу вообще наблевали! — Северус почти рыдал, разглядывая пострадавших. — Из всего, что ты сказал, я понял только «наблевали». — Пиздец. О боже, Алоказия полли, бедненькая, я сейчас... Северус подхватил горшок и побежал в свою комнату. Блэк в полнейшем недоумении наблюдал, как он возится с цветами, таскает их в свою комнату, раскладывает на полу большую клеенку и высыпает землю, а потом досыпает в горшки другую, примешивая туда какие-то камешки и порошки. Протирает смоченной в каком-то растворе тряпочкой листья, потом снова таскает их на место. Подвязывает сломанные стебельки. И при этом кроет Блэка и его друзей отборным матом. — Да это всего лишь цветочки. Подумаешь какие-то кустики. У тебя тут их на каждом шагу… — Это не какие-то кустики! Ты понятия не имеешь, что они значат для меня! Вот этот, с розовыми крапинками стоит дохуиллион. Я купил его с первой премии, он был крошечный, с мой мизинец. А сейчас вырос такой красивый и яркий, а твои конченные дружки-товарищи просто сломали его, блять. А эту монстеру с белыми листьями мне мама подарила на двадцатилетие. Этих «кустиков» просто так не купить и не достать. Я в них вкладывал столько сил, времени и… — Ну хочешь я куплю тебе еще три таких монстра? — Монстеры, придурок. И не нужны мне твои, блять. Мне нужна была эта, но целая, а не обблеванная и порванная. Ты — всегда только вредишь. Ты мне в школе жизнь портил, хорошо хоть в универе тебя не было. А теперь, когда я научился жить спокойно и комфортно, удобно и размеренно — появляешься ты и снова все рушишь. Может еще на голову мне насрешь? — Знаешь что, ты просто больная истеричка, помешанная на своих цветочках. Тебе нужен был сосед, чтобы сохранить эту квартиру, и ты сам сказал моему брату, что тебе плевать кто, лишь бы при бабках. Так что вот он я — наслаждайся моим обществом, Нюнчик. — Ненавижу тебя! — И это взаимно! Блэк хлопнул дверью так громко и сильно, что провибрировали стены. Северус снова не мог уснуть, хотя и устал слишком сильно. Эмоции его переполняли. И оттого утром снова проснулся от шума, клининг пришел с утра пораньше. Полностью собравшись и снова игнорируя завтрак, Северус приложил ухо к двери комнаты и прислушался. Голос Блэка, через чур бодрый для восьми утра, вещал: «да-да, спасибо. Ту комнату лучше не трогайте, только остальные. И аккуратнее с растениями, пожалуйста. Вернусь через пару часов, после пробежки, и рассчитаюсь с вами. Спасибо». За ним щелкнула входная дверь и Северус вышел из комнаты, поздоровался с женщинами, что сейчас чистили диван в гостиной, и поплелся в лабораторию. «Все равно он мудак и я его ненавижу». Точка на другой стороне реки в парке однозначно была бегущим Блэком. Вокруг водоема километров десять, не меньше. Неужели он каждый день пробегает столько? Перед глазами снова возникло красивое тело с видео, а член дернулся в джогерах. Северус мысленно дал себе пощёчину и стал думать о своих опытах. Хватит с него Сириуса Блэка. Только вот после работы, вернувшись даже позже, чем вчера, он наткнулся на это самое тело, разгуливающее в одном полотенце по всей квартире. Северус готовил ужин, а Блэк брякал чашкой с чаем. Северус сел за стол, а Блэк открыл холодильник и стал пить молоко прямо из картонного пакета. Северус проводил взглядом тонкую белую струйку, медленно текущую от подбородка по кадыку, потом по груди, между кубиками пресса в пупок и ниже, теряясь в махровой ткани, низко повязанной на бедрах, почти не прикрывающей гладковыбритый лобок. Северус подавился ужином. Сириус постучал по его спине. Молча, даже не встречаясь взглядами, разошлись по комнатам. На следующий день была похожая картина, только Блэк отжимался в гостиной и это было невыносимо. Северус снова прятался в своей комнате, точнее в ванной. Старательно пытаясь дрочить на кого-угодно, только не на него. Не вышло. В четверг он позвал домой Лили. Точнее они случайно встретились, ей было по пути с работы в этот раз, а Северус воспользовался случаем. Помощь подруги пригодилась, уже не так тяжко было выносить тяжелое взаимное молчание и его сексуальные движения. Потому что Северусу уже казалось сексуальным все, что делает Блэк. Как он готовит в шейкере протеиновый коктейль, как он подтягивается от перекладины на двери в свою комнату, как он ходит, как дышит и даже как сидит на диване. Реально, сидит так, будто приглашает сесть сверху. И уже очень хотелось сесть. Но Северус заставлял себя думать о том, что ненавидит его. Фраза «Блэк — придурок и я его ненавижу» уже бегущей строкой мельтешила в мозгах. Лили обещала прийти завтра, в пятницу, чтобы посмотреть фильм вместе. Только вот Люциус так насел на Снейпа, что он и позабыл об их договоренности. Оттого удивился услышав из квартиры звонкий смех Эванс. «Неужели Блэк тебя так развлекает?» — Думал Северус, закатывая глаза и открывая дверной замок. Оказалось, развлекает Поттер. Нормально так развлекает, Эванс уже вся красная, глаза зеленые блестят и губы постоянно облизывает. «А очкастый и рад. Мерзость». Да, Блэк снова позвал своих друзей. И да, в этот раз их в разы меньше, зато все они бесили со школы. И когда Лили пришла, то Джеймс Поттер сразу стал волочиться за ней и заигрывать. Еще здесь были Люпин со своей девушкой Тонкс, Петтигрю, Доркас Медоуз и Марлин Маккиннон. От кого-то из этих двух пахло настолько приторно и удушающе, что находиться рядом было невозможно. Поэтому, когда Лили все же уговорила его остаться всем вместе и посмотреть фильм в гостиной, и он переступил через себя и согласился, то сел подальше от них. Видимо Блэк тоже страдал от этого запаха, потому что сел рядом. От его плеча было жарко. И от бедра тоже. Они касались друг друга, потому что в противном случае Снейп просто упал бы с края дивана. И он почти упал, но Блэк поймал за плечо с другой стороны и усадил на место, как бы говоря своими движениями: «сиди не выебуйся, слишком драматизируешь». И руку убирал как-то долго и нехотя, или Северусу показалось. Наверное, показалось. В середине фильма Северус заметил, что Поттер поглаживает коленку Лили. Северус напрягся. Тогда Блэк, будто специально его отвлекая, полез в его миску с чипсами. Блэк не ел чипсы, потому что у него строгая диета, Северус это точно знал. Поэтому отсунул миску подальше. И еще потому что это были его чипсы, а не наглой сволочи Сириуса Блэка. К концу фильма Эванс и Поттер держались за руки, переплетая пальцы. Северус был зол. А Блэк предпринял попытку атаковать миску с чипсами с другой стороны. Безуспешно. Но оказывается у него был хитрый план, в тот момент, когда Северус отставлял ее одной рукой, из пальцев другой чипсы были дерзко украдены. Он просто съел их с его рук. Своим ртом. И облизал его пальцы перепачканные специями. Своим языком мокрым и горячим и губами пухлыми и невероятно нежными. Северус забыл как дышать, а член непроизвольно начал крепнуть. Поэтому Северус спешно поставил миску на свой пах и уже не возражал, чтобы Сириус их подворовывал. Сам он уже не мог их есть. И теперь точно будет возбуждаться каждый раз, когда увидит зеленую пачку этих чипсов со сметаной и луком. Еще один повод в копилку ненависти к Сириусу Блэку. В выходные напряжение спало, но они все еще не разговаривали. Через неделю они по-прежнему не разговаривали, но каждый от и до знал расписание друг друга, предпочтения в еде, времяпровождении, книгах, фильмах и разных бытовых вопросах. Еще через неделю они уже научились взаимодействовать, будто жили так все время. И даже было что-то вроде некой заботы, но Северус в упор отказывался это так называть. Мелочи вроде чайника на две чашки чая, а не на одну, чтобы воды хватило другому. Или включенный канал дискавери Сириусом и спортивный Северусом, прежде чем выключить телевизор. Чтобы, когда кто-то из них его включит, то сразу будет идти то, что нужно. Сириус ставил ботинки так, как привык Снейп, и в обеденные часы отодвигал его цветы от прямых и палящих солнечных лучей. А Северус доставал размораживаться его мороженое мясо, прежде чем уйти на работу в те дни, когда вставал раньше. И перегружал вещи в сушильную машину из стиралки, потому что Блэк просто-напросто мог забыть о них на пару дней. И таких мелочей было дохрена и больше. У Северуса теперь было три проблемы — завал на работе и истеричка-Малфой, топающий ногами и требующий результатов. Лили, которая явно завела тайный роман с Поттером, но который был тайным только для неё. И все еще вечно полуголый Сириус Блэк. К его телу взгляд привыкнуть не мог, все цеплялся и цеплялся за эти невозможные тазовые косточки, за эту задницу и мускулистые бедра, икры. За эти ямочки внизу спины и широченные плечи. И губа уже в кровь искушена, и никакое видео не нужно искать. Вот он объект его дрочки, расхаживает в низко сидящих пижамных штанах по кухне. И опять приходится ставить ногу на стул и подгибать коленку, кладя на нее подбородок, типа так удобнее, а не хочется скрыть стояк. Мучительно. К молчанию он привык гораздо быстрее, да так оно и было лучше. Иначе поубивали бы друг друга в очередном скандале. Но только вот Северусу никогда так сильно не хотелось секса, как сейчас. Причем не просто секса, а именно с ним. И от мысли, что это просто невозможно и что жить ему с Сириусом Блэком еще месяц, а то и дольше, было действительно очень-очень мучительно. А Лили бесила тем, что использовала его квартиру как перевалочный пункт между работой, домом и свиданками с Поттером. Вечно оставляла у него свои вещи, какой-то реквизит для съемок и ежедневники с диктофонами. А потом забирала то ни свет, ни заря, то поздно ночью. Сначала Северус терпел, лишь раздраженно цыкая и закатывая глаза, но потом всё ей высказал. — Ну Северус, пойми, пожалуйста. Нам с Джеймсом не повезло, мы живем в разных концах города, у него соседи и у меня Петуния, ночуем друг у друга как попало. — Ну так съедетесь. - Рычал Снейп в ответ на жалостливый голосок. — Ага, мы вообще-то всего месяц встречаемся. Это вам повезло, вы живете вместе, только тупите оба из-за упертости… — Пробубнила она под нос. — Что ты там лопочешь? Скажи еще раз, я ничего не понял. — Забей, Северус. — Со снисходительной улыбкой ответила подруга. — Не могу же я сама предложить съехаться, за кого ты меня принимаешь? За какую-то шлюшку, что дает на первом свидании и влюбляется как последняя дурочка? — Ну видимо так всё и было, да? — Мгм. Мне и стыдно и нет. — Влюбленно улыбнулась Лили. — Не стыдись. И предложи ему съехаться. Я уже задолбался с твоими пакетами в моей комнате. — Ну вечно ты суешь туда свой длинный любопытный нос. Сразу говорю, то, что в этих пакетах — тебе совсем не понравится. Это не по твоей части. — Дерзко подмигнула Лили и потрепала его по волосам. — Я побежала, не скучай. Завтра заберу, хорошо? — Заскучаешь тут. Я один дома среди бела дня. Да я не помню, когда такое в последний раз было. Это ж чистый кайф. Всё, вали, мне не терпится начать творить хуйню. Эванс рассмеялась, обняла друга на прощание и убежала прочь. А Северус всё же засунул свой длинный любопытный нос в тот самый пакет с розовым логотипом. «Мм… черные капроновые чулочки. Как банально. И пояс для них, это уже ничего. И юбочка из черного шелка и тафты? Развратная рыжая шлюшка Лили Эванс. Вот просто интересно, налезет ли она на меня? Просто научный интерес. Исключительно». Блэка не будет до самого вечера, Снейп слышал его разговор с тренером по телефону. Поэтому можно даже в комнате не прятаться, а пойти в гостиную и послушать музыку из афигенных Блэковских колонок. Он ведь даже не узнает. Юбочка налезла, как и чулки. А еще пригодились туфли на шпильке 46 размера, которые Северус купил «чисто по приколу» в секонде и прятал под кроватью. Черные, лаковые. Он надевал их всего пару раз, в такие же случаи полнейшего одиночества в этой квартире. Но оба раза поражался как его тощие палки-ноги-шпалы превращались из несуразных, нескладных и долговязых в две запредельно длинные стройные ножки супер-модели с узенькими щиколотками и аккуратными коленками. Даже кое-какие мышцы, которых он никак не мог обнаружить в обычной жизни вдруг появлялись на бедрах и икрах, красиво напрягаясь. И походка такая сразу а-ля «Я не задрот Северус Снейп, я — шальная императрица». Первый бокал красного вина расслабил, второй заставил тело медленно покачиваться в такт и думать, что музыка в колонках слишком тихая, поэтому Северус сделал погромче. И теперь сладкий хрипловатый голос солиста, медленный бит и деликатные тарелочки наполнили пространство и почти текли по венам. Северус стоял у большого зеркала в пол, стараясь танцевать так, как велит его тело. Медленно, плавно. Плевать, если не слишком грациозно. Он отставил бокал с вином на полку и запустил пальцы в волосы. Бёдра сами собой покачивались в стороны в такт музыке. В одну, потом в другую сторону. Движения становились смелее и сексуальнее. Края юбочки щекотали обнажённую кожу, прикрывая ягодицы лишь немного, так, чтобы складки оставались видны. Глупая, пошлая мысль влетела в разморенную вином голову и заставила дерзко улыбнуться. И Северус не удержался, пошёл на поводу: медленно нагнулся вниз. Теперь его задница полностью оголилась. Он выгнул поясницу как кошка и медленно поднялся вверх, скользя пальцами по капроновому чулку от носка туфли до застёжек пояса на ажурных резинках. Прикрыв глаза, он тряхнул головой, отбрасывая упавшие на лицо волосы, и потянулся к бокалу на полке. Не глядя, с наслаждением сделал глоток, смакуя на языке терпкий вкус вина и собственной дерзкой выходки. А когда открыл глаза и вновь повернулся к зеркалу, то чуть не выронил бокал. Удержал каким-то непостижимым чудом. На него через зеркало смотрел Сириус. Он стоял в дверях с раскрытым ртом и обезумевшим взглядом. Сумка с формой выпала из безвольных ослабших пальцев. Северусу стало дурно, он побледнел. Сердце сначала замерло, потом заколотилось бешеным барабаном по грудной клетке. Так страшно ещё не было никогда в жизни. И, наверное, уже не будет, потому что, если Блэк его не убьет сейчас, то он сам умрет от стыда. Но Блэк не шевелился. Он был в таком ахуе, в таком шоке, что и не понял, как Северус торопливо, дрожащими пальцами щелкнул кнопку на маленьком пульте, и повисла гробовая тишина. А через еще секунду такого же полнейшего ахуя слышались только «цок. цок. цок.» по деревянному паркету и закрытая на щелчок дверь. Северус сполз спиной по двери, залпом осушил бокал и скинул туфли, стараясь сразу запихать их ногами под кровать, да подальше. Сердце все еще тарабанило и грозилось выскочить через высохшее горло. Губы занемели, пальцы не слушались. Но когда из соседней комнаты послышались удары по груше со всей дури, на которое только способно мощное тело машины-убийцы Сириуса Блэка, стало еще страшнее. Северус грыз ногти в полной уверенности, что Блэк дубасит своего «Германа», представляя, как сносит голову пидора-Нюнчика. Или отбивает его пидорские почки, пидорскую селезенку и вообще всего пидора-Нюнчика превращает в кровавое мясо. Потому бутылка вина, оставленная открытой в комнате, была быстро допита прямо из горлышка. Все равно было мало, но теперь можно начать пытаться успокоиться. Что ж ему еще остается? Ах, да. Для начала снять блядские шмотки. А позже, если конечно он выживет, то сжечь. А Лили потом компенсирует. Тоже если выживет. Мозг рисовал миллиард самых жутких сценариев. От нереальных, где Блэк, сидя на драконе верхом, запускает в него огненное копье с криком «Смерть бесстыжему Нюнчику!». До вполне реальных, где он его шантажирует, Люциус увольняет, никто его на работу больше не берет, и он пьет из лужи и умирает в нищете. Голос Люциуса отчетливо выползает из недавних воспоминаний, где он до трясучки обосранный умоляет его сделать так, чтобы никто и никогда об ориентации Северуса не узнал. Северус тогда страшно обиделся, но все же пообещал никому и ничего не говорить. Уже сидя на кровати в обычных трениках, носках и огромной зеленой футболке с вышитой на нагрудном карманчике змейкой, Северус слышал, как Блэк пошел в душ. Как он долго там стоял, явно неподвижно, потому что обычно вода звучала по-другому. И потом он пошел на кухню. Северус выдохнул и вышел из комнаты. Нужно было решить всё сейчас. Он ожидал агрессии, гнева, скандала в стиле Люциуса, или, из самого очевидного, — подъебок и издевательств. Но не привычного чайника на двоих и необычайно серьезного Сириуса Блэка. Полуголого, как обычно. — Нам надо поговорить. Сириус кивнул и Снейп опустился на стул напротив него. — Я никому не скажу, но ты будешь мне должен. — Блять, так и знал. Денег у меня нет если что. — Мне они не нужны, Северус. — Ах, ну да, конечно. — Снейп даже не заметил, что Блэк назвал его по имени впервые в жизни. — Быть твоим личным рабом? Пробежать голым по центру города? Не знаю, что еще может прийти в твою голову, так что лучше сразу убей меня, Блэк. — О, смерть — это будет даже лучше, поверь. — Прыснул Сириус, откидываясь на спинку стула. — Ты должен притвориться моим парнем. В следующие выходные. На семейном обеде в доме Блэк на Гриммо.