Ненавижу. Хочу. Люблю.

В школе Сириус Блэк был не только самым популярным учеником. Он преуспевал абсолютно во всех сферах — в учебе, общественной жизни, творчестве, и естественно в спорте. Все, за что бы он не брался, давалось ему легко и без каких-либо усилий. При желании, но чаще всего и без него, он мог очаровать абсолютно каждого. И мог бы добиться прекрасных результатов в любой деятельности, какой только пожелает. Но чего на самом деле желал Сириус Блэк в школьные годы — так это мучить и терроризировать Северуса Снейпа. Он просто обожал делать это, занимался бы этим днями и ночами. Ему быстро наскучивали музыкальные уроки, футбол и компьютерные игры, но вот доводить до приступов бешенства Нюнчика — никогда. Одна мысль о его гневно насупившихся бровях, сжатых кулаках и пылающих красных ушах всегда вызывала предвкушающую улыбку. Если бы не нужно было учиться, делать домашку, заниматься с репетиторами и тренироваться по шесть раз в неделю, то он бы с утра до ночи разрабатывал новые способы вывести Нюнчика из себя. Ведь с каждым годом это становилось все сложнее и сложнее. Лучшие друзья в начальной и средней школе всегда поддерживали его, но в старшей охладели к этой затее. Их уже невозможно было заставить помогать Сириусу. У них видите ли были свои дела, занятия, хобби и интересы, и никакого желания тратить время на унижение Нюнчика не было. Но вот у Сириуса этот интерес никуда не пропадал. А по мере его полового созревания даже усиливался. Почему-то. Вот и тогда Сириус Блэк сидел в своей комнате в редкую свободную от подготовки к вузу и тренировок минуту. И не просто сидел, а мониторил соцсети Снейпа с нескольких разных устройств, левых страниц и одной программы забракованной ЦРУ, но к бета-версии которой Регулус смог достать доступ. И теперь можно было прочитать все переписки жертвы. И жертва собиралась пойти в библиотеку и искала кого-то, кто пойдет с ней среди немногочисленных друзей-товарищей. Серые глаза опасно зажглись. Библиотека большая, это дает большой простор воображению, чтобы придумать кучу способов заставить Нюнчика психовать, размахивать руками и топать ногами. Но мысль о его ногах, только начавшая забредать куда-то не туда, оборвалась стуком в дверь. Пришла Марлин. — Привет, чем занят? — Привет-привет, детка. Пока ничем, но возможно скоро соберусь в библиотеку. Шаги стихли за его спиной, Маккиннон оглядела рабочий стол своего парня и грустно выдохнула. — Опять. Ты делаешь это опять, Сириус. — Что? А это… а что такого? Просто прикалываюсь. Мне скучно. — Посмотри фильм, почитай книгу, поиграй в контру. — Не. Сириус, не глядя на нее, махнул рукой, ведь жертва набирала какое-то длинное сообщение. И даже не обратил внимания на звуки шуршащей одежды за спиной. И даже на деликатное «кхм-кхм» не обернулся. Обернулся только на менее деликатное и почти грубое «кхм-кхм» и округлил глаза. — Ты что творишь? Прикройся, дурочка. Сириус бросил в нее плед со спинки своего кресла и насмешливо прыснул, вновь отворачиваясь. Марлин поджала губы и сощурилась. Еще пару секунд постояла так, в расстегнутом платье на запахе, и своем самом лучшем кружевном комплекте белья нежно-розового цвета. А потом начала завязывать шнурок на боку. — Не такой реакции я ожидала, Сириус, после полугода наших «отношений». И вообще отношениями их сложно назвать. — Ну не начинай опять ныть, ты же знаешь, у меня мало свободного времени, чтобы проводить его вместе… — Я не об том. Я о том, что каждую свою свободную секунду ты посвящаешь не мне, а Снейпу. Все твои мысли постоянно сводятся к нему. Все! И не только я вижу это. Джеймс и Римус тоже так считают. — А Питер? Питера ты не назвала! — Питер. Не цепляйся за эту соломинку, Петтигрю просто безмозглый увалень, который не видит ничего дальше собственного носа. — Не обижай моего друга, Марлин. — А ты не переводи тему! Ты одержим Снейпом. От тебя только и слышно «Нюнчик-Нюнчик. Нюнчик то, Нюнчик это». Даже когда мы целовались на выходных в машине ты резко оторвался от меня и спросил: «как ты думаешь, Нюнчик целуется с Эванс?» — Ну хорошо, я не буду говорить о нем при тебе. — Да не в этом дело, Сириус. В первую очередь ты мой друг и я переживаю за тебя. У тебя же настоящая одержимость! Ты почти бредишь им! И ведь даже не замечаешь сам и отказываешься признавать это. — Да потому что это все фигня и неправда! — Нет. И мне кажется я догадываюсь откуда ноги растут. И докажу это. Она снова начала развязывать пояс своего платья и скинула его с плеч, оставаясь в одном белье и чулочках с ажурным краем. Сириус отвел взгляд и покраснел от неловкости этого момента. Только Марлин было плевать, она подошла к нему ближе и встала напротив, уткнув руку в бок и сверля его сканирующим взглядом сверху-вниз. А потом нагнулась и резко схватила его между ног. — Ни-че-го. Я так и думала. — Ты просто какая-то больная сегодня. Что ты творишь? Я просто устал. У меня была тренировка и… — Закрой глаза и представь Северуса Снейпа. — Иди нахрен, я понял к чему ты клонишь. — Сделай как я прошу или я разденусь полностью. — Тцц. — Недовольно закатил глаза Сириус, прежде чем послушно их прикрыть. — Представь, что Северус Снейп как всегда пошел в раздевалку последним, чтобы не встретить там тебя. Но ты забыл там своё полотенце и застал его там. Ты видишь его, почти полностью голого. На нем только такие же трусики, как на мне сейчас. — Это бред! Я видел его трусы, они обычные! — Заткнись и слушай! Северус стоит возле своего шкафчика в одних только светло-розовых кружевных стрингах и чулках. — Ну каких еще блять чулках в спортивной раздевалке? — Ну-ка цыц! Только я говорю! На чем я остановилась? Ах, да. Северус в стрингах и чулках. Он роняет свое полотенце и медленно нагибается, чтобы его поднять. В этот момент он замечает тебя, он видит, что ты смотришь на него и он поднимается резко, встряхивая волосами, как в рнб-клипах, проводит по ним пальцами. Он прижимается грудью к шкафчику, расставляет ноги шире, выгибая поясницу и, оборачиваясь, смотрит тебе в глаза. И тихо, умоляюще произносит своим низким хриплым голосом: «Трахни меня, Сириус Блэк, трахни! Я так хочу тебя! Так хочу твой член!». — Блять, да… — Блаженно простонал Сириус. — Я ТАК И ЗНАЛА! ВСЁ! Теорема доказана, сука! — Пожалуйста отпусти, мне больно. — Только попробуй кончить, думая о Снейпе, пока я сжимаю твой член. — Тогда убери руку и поскорее. Сириус выбежал в ванную, а когда вернулся через десять минут, «успокоившись» и умывшись ледяной водой, то застал уже одетую Марлин на кровати. Она скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу, размеренно покачивая носком туфли. — Ты же понимаешь, что нам надо расстаться, Сириус? — Прости. — Тебе не за что извиняться. Но можешь сказать «спасибо». — «Спасибо»? За что? Ты только что сделала меня пидором! — Я сделала? — Брови Марлин поползли так высоко вверх, что почти скрылись в волосах, а глаза почти вывалились из орбит. — Да! Я бы никогда! Никогда бы не позволил себе дрочить на него! Нет! Только мучить и прикалываться и всё! Но чтобы представлять его голым, подо мной и… Короче это все ты виновата! — Можешь отрицать это сколько хочешь, винить в этом кого-угодно, но потом, когда все поймешь и осознаешь, то скажешь мне спасибо за то, что я раскрыла тебе глаза, придурок! — Она встала с кровати, взяла свою сумочку и гордо вскинула подбородок. — Я буду ждать твоих извинений. За Марлин громко хлопнула дверь. Сириус рухнул в кресло, уже начиная ненавидеть себя. Ведь слова Марлин возымели эффект — мутная пелена самообмана спала, отстроенная фальшивая оболочка мнимых причин его повышенного интереса к Северусу Снейпу — треснула и разбилась на миллиард маленьких осколочков. И теперь он ощущал все сквозняки, все невзгоды осознания без этой защитной скорлупы. Теперь он обнажил корень проблем перед самим собой и ему было страшно. А еще он отказывался в это верить. Нюнчик уболтал Регулуса пойти с ним в библиотеку. Сириус думал недолго, натянул куртку, взял рюкзак и догнал брата уже на крыльце дома. — Привет, в библиотеку? Я с тобой. — Эмм…слушай, Сириус, не надо, ладно? Я иду со Снейпом, хотя ты ведь наверняка и так это знаешь. — Да? С ним? — Я установил тебе то приложение, Сириус. Не коси под дебила, тебе не идёт. — Ну ладно, я знал. Но мне нужно пойти с тобой. Мне нужно его увидеть. Регулус откинулся назад, упираясь спиной во входную дверь и сложил руки на груди. — И зачем же? Снова мучить его и издеваться? Он мой друг, не хочу портить с ним отношения. И с тобой не хочу. Не заставляй меня становиться в это положение, я горд тем, что пока виртуозно балансирую между вами. — Я не буду ничего делать! Правда. Вот честное блэковское. — Я тоже Блэк и знаю честное блэковское. Оно всегда скрывает свою выгоду. Что ты хочешь? — Да просто рядом посижу и все. — Рядом со мной и Снейпом? — Ну да. — Не получится, не станет он с тобой рядом сидеть. Он просто уйдет и на меня потом обидится. — Ну пожалуйста, Регулус. Я часто тебя о чем-то прошу? — Вообще-то да. — Ну в последний раз. Регулус смотрел на его молитвенно сложенные руки, перевел задумчивый взгляд на умоляющие серые глаза и хмыкнул. — Ладно. Но если он уйдет, то ты не станешь к нему лезть. И никаких выходок. — Обещаю. Но Регулус был прав. Снейп ушел, лишь завидев его физиономию. Гордо, обиженно развернулся и стремительно направился прочь. Взгляд Регулуса безмолвным укором стрельнул его, подразумевая отчетливое: «я же говорил». Но почему-то было больно и грустно совсем не от этого. Марлин любила шоколадные конфеты, и они помогли. Маккиннон простила, а друзья совсем не удивились новости об их расставании. Но сумасшествие Сириуса и его помешательство на Снейпе вышло на новый уровень. Поэтому что-то подобное от товарищей он ожидал. Они устроили ему интервенцию. Самую настоящую, с баннером и зачитыванием речей от каждого, почему именно Сириус — больной придурок. — Да не больной придурок, а влюбленный и озабоченный! — Закатил глаза Поттер и раздраженно поправил очки. — Мы хотим сказать, что ты должен измениться, изменить свое отношение, если хочешь наладить с ним контакт. — И что я должен сделать? Просто подойти к нему и сказать, что я его хочу? Хочу, чтобы он был моим парнем? Хочу обнимать его, хватать за жопку и кусать его за ухо? — Можно без таких подробностей, блин? Я же ем! — Петтигрю брезгливо отложил пачку жареных свиных ушек и открыл чипсы. — Просто извинись перед ним для начала и перестань называть Нюнчиком. — Объяснил Римус. — Но его все так называют! — Из-за тебя! Ты думаешь ему это приятно? — Продолжал давить на совесть Люпин. — И покажи, что ты хочешь нормальных отношений, он же видел от тебя только плохое… — Добавила Марлин. — Точно! Я покажу ему, чего хочу! — Загорелись серые глаза Блэка. — И ни у кого не останется сомнений в моих намерениях! Поттер, Люпин и Маккиннон опасливо переглянулись, а Петтигрю продолжил хрустеть чипсами. — Сначала расскажи, что ты хочешь? Мы поможем, чтобы не переборщить… Но Сириус перебил Поттера: — Вечеринка у Эванс! Я поцелую его при всех! И тогда он узнает о моих чувствах и у него не будет выбора, кроме как встречаться со мной! Его одержимая восторженная улыбка не на шутку испугала друзей. — Плохая идея — Сказал Римус. — Хреновая идея! — Топнула ногой Маккиннон. — Очень-очень хуёвая идея! — Проорал Поттер. Но бесполезно, Блэк уже втемяшил себе в голову, что так все и будет. Правда сначала план стал сыпаться. Эванс увела его будущего парня наверх с явными намеками на секс. Сириус чуть не взорвался изнутри и не мог этого допустить. Поэтому распихал друзей, сдерживающих его, и ворвался к ним в комнату. Отлично. Следующий пункт — привлечение внимания. Быть в центре толпы и заводить её? Как два пальца для Сириуса Блэка. Стриптиз на столе, полить себя пивом и танцевать. А вот и Нюнчик, настало время ему стать его парнем. И пусть только попробует потом отказаться от Сириуса. «Что? Нет. Нет. Нет. Не уходи, придурок! Ты куда? Я же хочу поцеловать тебя!» Но Снейп удирал через толпу. «Хрен с тобой, не при всех. Но все равно поцелую тебя! Я слишком хочу этого и получу!» Северус был близко. Его злой взгляд полный ненависти и ярости, его растрёпанные по лицу черные волосы. И губы. Какие красивые у Нюнчика губы. Красные, четко-очерченные, наверняка вкусные. Нюнчик шипит и отстраняется, но у него нет шансов. Он не сможет сбежать. — Блять. Сука. Как же больно-то мм… Нюнчик смог сбежать. В голове играла песенка из того мэма Directed by ROBERT. B. WEIDE. Перед глазами плыла фигура убегающего по улице со всех ног Снейпа, а яйца сводило от жуткой боли. А потом еще добивали друзья. «Не надо было этого делать!» «Мы говорили тебе!» «Нужно было сначала извиниться за все дерьмо и постараться загладить вину!» Надо было их послушать. Надо было. Но ведь еще не поздно все исправить? Оказалось, что поздно. Снейп больше не приходил в школу. А у Сириуса началась депрессия. Мама Снейпа выглядела почти как он сам. Она была высокая, худенькая, черноволосая и черноглазая. Нос был меньше, но с точно такой же горбинкой. И она сразу поняла, кто стоит перед ней. И пока что Эйлин Принц — она вернула свою фамилию после развода с мужем-алкашом — оставалась единственной женщиной, которую не смог обаять и впечатлить Сириус Блэк. Даже после того как он, стоя на коленях, умолял ее впустить его поговорить с Северусом, объяснял, что он хочет извиниться, хотя бы передать записку, она была непреклонна. Он слишком сильно обидел ее единственного сына. Наверное, именно тогда Сириус Блэк действительно всеобъемлюще осознал масштаб своего долбоебизма. Но его раскаяние теперь никому не было нужно. Сириус забил на учебу, экзамены и тренировки, он потерял сон и аппетит, не хотел делать ровным счетом ничего, и Вальбурга Блэк забила тревогу. — Ты уезжаешь. Мама так решила. Она очень обеспокоена твоим поведением. — Сказал Регулус, сидя у него на кровати. — Никуда я не поеду. У меня здесь тренировки, я хотел учиться здесь… — Это не обсуждается. — Вошла в комнату леди Блэк. — Ты получишь самое лучшее образование, которое только может быть. Можешь продолжить заниматься единоборствами за границей, если хочешь. Но мне нужен сильный и умный старший сын, который однажды встанет у руля семейного бизнеса, а не какая-то жалкая жижа… — Она осеклась от взгляда Регулуса и села на кровать рядом с ними. — Что с тобой случилось? Ты можешь все мне рассказать, сынок. — Ничего. Просто понял какой я мудак. Я ужасный человек, я испортил жизнь…кое-кому. — Этот человек тебе дорог? — Да. Только я совсем недавно понял это и теперь… все. Теперь — все. У меня нет даже шанса все исправить. — Шанс есть всегда, пока мы живы, сынок. Сириус правильно понял смысл ее слов, смахнул набежавшие на глаза слезы кулаком. Ему вкололи успокоительное и он проспал 20 часов подряд. А когда проснулся увидел Регулуса за своим столом. — Что ты делаешь? — Удаляю все. — Все? Нет! А как же… — Сириус, он ненавидит тебя и заслужено. Теперь ты это понимаешь и понимаешь, что сам в полной жопе. Я не виню тебя ни в чем, ты и сам делаешь это виртуозно и со всей ответственностью. Но вам обоим необходимо время. Это лучшее лекарство. Пусть все пожары стихнут, пусть каждый из вас наладит свою жизнь. — Какого хуя ты такой умный? — Пробормотал Сириус под нос. — В маму пошел. Не переживай, если вам суждено однажды встретиться, то это произойдет и через пять лет. Или дольше. В зависимости от того, как долго ты задержишься в Европе. Мама кстати нашла тебе отличного психолога. А еще твой тренер оставил контакты своего человека там, чтобы ты не бросал единоборства. Уже через неделю после экзаменов Сириус Блэк стоял у входа в старенький обшарпанный спортзал, где ему назначили встречу. По телефону просто гаркнули время и место, а потом бросили трубку. Сириус лишь прыснул, но все же пришел вовремя. Единственный глаз этого одноногого мужика просканировал его с ног до головы и кажется даже проник в черепную коробку. — Нет. Уходи. — Мне сказали, что вы лучший тренер, которого я смогу найти. А я — лучший ваш ученик. Приятно познакомиться, мистер Грюм. — Я сказал проваливай, Блэк. У меня не так много сил и времени осталось, чтобы тратить их на усмирение капризов и необоснованного гонора самовлюбленных юнцов. — О, так вы в курсе какой я классный? Миленько. Но может посмотрите на меня в деле? Хромающая походка остановилась. — Вон на том дереве я вбил ржавый гвоздь. Прямо на верхушке. Достанешь его голыми руками — можешь остаться. — Так вроде в «Мулан» стрела была. — Усмехнулся Блэк, но Грюм не оценил шутку. Взобраться — взобрался. Вытащить теперь как? Несколько дней подряд Блэк приходил туда и уходил ни с чем под насмешливым взглядом единственного мутного глаза. Но сдаваться не собирался. Это ж явно какой-то урок, значит нужно найти способ. Грюм уже было решил, что этот смазливый мажор свалит, но однажды утром выходного дня взглянул в окно и поперхнулся своим кофе. Блэк просто разломал к хренам верхушку дерева. Лупил костяшками, уже искровавленными в мясо, но не сдавался. И постаревшее дерево не выдержало, отдало гвоздь упёртому парню. Блэк швырнул его к ногам Грюма с настолько самодовольной ухмылкой, которая только может быть. — Аптечка в том шкафу на верхней полке. На этой неделе отрабатываем только удары ногами. И поверь мне, Блэк, ты будешь молить о том, чтобы твои ноги отвалились. — А вы молились только об одной ноге? Грюм смерил его строгим взглядом. — И шуточки свои прибереги. Я выбью из тебя всю спесь, если выдержишь испытательный срок. — Испытательный срок? А это что нахрен тогда было? — Аптечка на верхней полке! За первые три месяца Блэк чуть не помер раз триста, но был слишком горд, чтобы показать это. Сжимал зубы и выполнял весь неимоверно сложный арсенал заготовленных для него испытаний. Видать по молодости Грюм прошел и Крым, и Рим и теперь решил отыграться на его красивой жопе. Так в общем-то и было, но Грюм никогда о себе ничего не рассказывал. Сириусу нравились бои, нравились тренировки, нравилось выбрасывать из головы весь лишний мусор и думать на несколько ходов вперед. Просчитывать как в шахматной партии. Грюм взращивал его жестоко, порой чересчур, но Блэк никогда не сдавался, даже когда просто падал без сил, все равно доползал к цели. Первый же чемпионат, куда Грюм его записал, он выиграл. Просто уничтожил там всех. И именно там за ним закрепилось его прозвище — Сириус «Черный пёс» Блэк. Из-за фамилии и из-за принципа никогда не сдаваться и вгрызаться в победу зубами. Учеба, тренировки, снова учеба и снова тренировки. В свободное время только книги, фильмы, редкие вечеринки и небольшие путешествия. Он менялся, взрослел. Грюм был прав, когда говорил, что выбьет из него всю спесь. Даже лучший психолог, которого нашла мама не был так эффективен. Сириус все равно часто думал о Снейпе. Корил себя виной, стыд сжирал изнутри. Иногда он находил его страницу в соц.сетях и улыбался, видя фотографии из путешествий, с концертов или вечеринок. Значит живет, значит радуется, значит забыл или пытается забыть. Значит Сириус не смог уничтожить его до конца. Значит Снейп — сильный, даже сильнее, чем он сам. Он часто думал о том какой он, какой человек. Что наполняет его жизнь, о чем он мечтает, к чему стремится, для чего просыпается по утрам и с мыслями о ком засыпает. Но узнать об этом вряд ли было уже суждено. Нужно было просто отпустить эти мысли, но у Сириуса это не получалось. Время шло, выигрывались новые бои, подписан контракт с крупным агентством, пошли первые деньги, заработанные своим трудом и потом. Чаще конечно кровью, но оттого не менее приятные. Чаще мелькало имя в новостях, а еще случилась одна поездка в Африку, где у Грюма остался старый друг. Почти поехавший старикан, живущий в джунглях, как отшельник. — Знаешь, что я никого не брал в ученики уже пару десятков лет, Блэк? — Да. И быть исключением — честь для меня. — Хочу сделать тебе подарок. Если ты решишься на это. — Решусь? На что? — Футарк сделает тебе татуировки. Но только такие, какие выберет сам. — Они будут страшные? Голая баба там, или якорь… — Руны. Сириус решился довериться своему наставнику, хотя с холодным потом терпел уколы ржавой иглы, вбивающей краску. После его лихорадило несколько дней. Но потом, как будто новые силы напитали его тело. А Грюм относился к нему с еще большим уважением и привязанностью, почти как отец к сыну. От того неизбежный разговор между ними должен был произойти рано или поздно. — Сириус, кто тот пацан, чья фотка у тебя в телефоне? — Мой брат? Вы же знакомы с Регулусом. — Нет. Высокий, худой и патлатый брюнет. — Это…он…ну… — Ты же знаешь, что в смешанных единоборствах тебе будут закрыты все пути, если вскроется, что ты по мужикам? — Я не по мужикам. Точнее не по тем, что встречаются в спорте. Я скорее по одному конкретному. Но и тут… облом. — Хм. — Он меня ненавидит. — Это неудивительно. Грюм ожидал очередную вспышку в стиле Блэка а-ля «вообще-то меня все обожают», но не вот этого вот грустного лица. Грустным Блэк вообще никогда не бывал. Но Сириус сам перевел тему. — Мама начала строительство большого спортивного центра. Помнишь я говорил о своих планах на будущее? Возможно начало уже положено. — Ты доучись сначала, Блэк. И денег подкопи. — Ты же поедешь со мной? Мы сможем продолжить идти к этой мечте вместе. Грюм задумчиво посмотрел на горизонт, помолчал недолго. Но ответил как всегда в своем стиле: — Перетаскаешь все эти огромные покрышки воооон туда до вечера, то поеду. Сириус усмехнулся и перетаскал. Хотя и знал, что Грюм вернется вместе с ним в любом случае. Это случилось примерно за год до возвращения домой. После были еще два крупных чемпионата без единого проигрыша и диплом с отличием. В родной город вернулся уже другой Блэк. Совсем не тот, что уезжал несколько лет назад. По приезде в загородном поместье Блэк крыша подпрыгивала от музыки и веселья. Друзья были рады, что он наконец-то вернулся. Ведь и с самыми близкими он встречался в лучшем случае пару раз в год, когда приезжал на Рождество или они приезжали к нему на каникулы. Марлин, Джеймс, Римус с Тонкс, Питер, Доркас, Фред с Алисой часто с ним виделись, звали куда-то в разные места. Клубы, кафе, просто гулять. Каждый раз он надеялся, что встретит Снейпа. Случайно, неожиданно. Скажет ему что-то типа «Привет, помнишь того придурка со школы, что донимал тебя? Я задушил его в себе и теперь совсем другой. Познакомимся?». Но даже случайно он его не встречал. Регулус несколько раз пытался аккуратно подвести разговор, сводящийся в конечном итоге к Снейпу, его к нему отношению тогда и сейчас, но Сириус хорошо знал своего младшего брата. Он просто ухмылялся и переводил тему. Однако по хитрой морде было ясно, что какие-то свои выводы он сделать все же умудрился. Прошло уже почти три месяца и на носу был новый важный бой. Попытка забрать пояс у бессменного чемпиона и уже легенды в единоборствах. Вокруг все кружили как стая коршунов. СМИ, засланные казачки соперников, даже враги мамы по бизнесу вставляли палки в колеса. Да и сама мама начала наседать, что пора завязывать. Хватит уже этой кровавой бани. Поигрался и хватит. Все начинало давить, и атмосфера становилась нервной. Хотелось иметь место, где можно спрятаться. Где можно быть собой и просто расслабиться после тяжелого дня. И голову разгрузить. Но спрятаться было нельзя. Нужно было наоборот подогревать интерес к предстоящему бою. Это больше шоу, чем спорт. И деньги там огромные. А для его целей Сириусу нужны были деньги. Поэтому на очередной съемке для какого-то молодежного канала Сириус был во всей красе. И был искренне рад встретить старую знакомую. — Эванс! Это ты, а я думаю, что за рыжая красотка? — Дерзкое подмигивание, обаятельная ухмылка. Сириус Блэк не меняется. — Ответила Лили. — Сириус Блэк очень даже меняется, если присмотреться получше. — У нашей камеры нет такого мощного зума, Сириус. Но спасибо, что согласился дать интервью. Нашу аудиторию больше интересует твоя личная жизнь, чемпион. Есть ли кто-то в твоем сердце сейчас? — Оно забронировано для одного дорогого мне человека. Поэтому пока сдаю в аренду спорту и предстоящим победам. Спустя 40 минут кокетства на камеру, шуток и заигрываний с аудиторией канала, присылающей для него вопросы в специальный чат, Блэк позвал Эванс пройтись. Думал, что она откажет, но она согласилась. И неплохо провел время. Ведь и к разговору о своем лучшем друге Лили перешла более чем охотно. И теперь картинка стала чуть яснее. Он и так знал, что Снейп химик, что особенно не тусуется и ведет спокойный и размеренный образ жизни. Но вот про любовь к цветам и совместном проживании с Люциусом Малфоем не знал. Первый факт его позабавил и умилил, а вот последний неприятно озадачил. Белобрысую суку Сириус с детства терпеть не мог. А однажды, вернувшись с пробежки и приняв душ, он застал брата в своей комнате. По его лицу было ясно — что-то или случится, или уже случилось. А после его слов интерес возрос в миллиарды раз. — Слуууушай, ты говорил, что Люпин искал жильё для съёма. — Нет, я говорил, что сам… — Да-да. Точно, Люпин. Я же не мог перепутать. У него нет аллергии на многочисленные комнатные растения? — Нет. У МЕНЯ нет аллергии на комнатные растения. — В этой квартире их очень много. А еще там есть один очень нежный, хрупкий и ранимый цветочек, который однажды почти был сломан, но уцелел и вырос в прекрасного… — В прекрасного Снейпа? Давай уже прямо говори. — О, так ты в курсе. Так что, ты бы согласился? — А он согласится? — Ему важно сохранить эту квартиру, он очень ее любит. Сириус, если ты с ним сделаешь что-то плохое, то я буду виноват в этом. Понимаешь? И я этого так не оставлю и никогда тебе не прощу. — Регулус, я не собираюсь причинять ему никакого вреда. Хочешь верь, хочешь нет. Если не доверяешь мне, то тогда не нужно. Я найду себе что-нибудь сам. Уже подобрал несколько вариантов в центре… Сириус ушел на кухню позавтракать, Регулус пришел следом и с самым серьезным видом сел напротив него. — Я все устрою. Это твой шанс. Но только попробуй, вот только попробуй. — Палец предупреждающе ткнулся Сириусу в нос. — Отрежу ногу бензопилой. А если покусишься на что-то большее, то не только ногу, понял? — Понял. А есть смысл покушаться? — Поднял бровь Сириус и отправил в рот ложку хлопьев с молоком. Губы Регулуса растянулись в хитрой и довольной улыбочке. — Определенно есть. Сириус прыснул хлопьями и закашлялся. — Что? Правда? — Не радуйся настолько сильно, подавишься и сдохнешь. — Стой, подожди. Значит Малфой… — Нет-нет-нет. Малфой точно мимо. Северусу нравятся, как бы так сказать, чтобы ты не умер от счастья… — Блять, говори уже скорее! — У него было видео твоей тренировки, то самое. Но он и понятия не имеет, что это ты. И только попробуй спалить меня, что я тебе рассказал. Он сам не знает, что я знаю. И слезай со своего розового облачка и возвращайся в реальность. Молоко уже холодное. Ключи он тебе принесет. И Сириус… — Регулусу пришлось шлепнуть брата по лицу, чтобы вновь привлечь его внимание. — Не просри все в этот раз. Блэк и сам понимал это и гораздо лучше, чем кто-либо другой. И когда разъяренный Снейп удирал из зала, швырнув в него ключи, то был уверен на сто миллионов процентов, что теперь он его ни за что не упустит. Северус был классным. Самым красивым для Сириуса. Даже привлекательнее, чем раньше. Высокий, худосочный, с длиннющими ногами, которые мысленно Блэк уже закинул на свои плечи и выцеловал всю их невозможную длину. И не только ноги выцеловал. Всего Северуса целиком. Его лицо, которое казалось всё состоит из острых линий и углов, что можно палец уколоть, дотронувшись. Скулы, подбородок, нос, даже губы. Такие же манящие своей краснотой и четкостью очертаний. И глаза. Черные как ночь, как бездна, в которую хочется нырнуть с головой и утонуть там. Сейчас в них только ненависть и ярость, но ведь они могут смотреть и иначе. И шанс увидеть это Блэк не упустит ни за что. Но вот когда заглянул в его комнату на следующее утро, чтобы попросить разрешения воспользоваться его душем, удержаться не смог. Твою ж мать, голый и мокрый Снейп. Белоснежная кожа вся покрыта каплями холодной воды. И попка такая сочная, такая маленькая и упругая, что… — Классная жопка, Нюнчик. «Блять! Да какого ж хуя ты творишь, Сириус? Срочно всё исправь тупая мудила! И перестань пялиться на его тело, он что-то тебе орет, прислушайся хотя бы!» — …Я же не пялюсь на тебя голого! — А ты хочешь? «Скажи «да» и я трахну тебя здесь и сейчас, плевать на сантехника в соседней комнате» Но Северус не на шутку опешил. А потом окатил его ледяной водой. Но даже это почти удалось обыграть в свою сторону. Почти. Если бы не взгляд этот в конце и то, как он от него пятился, отстранялся. Ну ничего, будет шанс исправить все вечером. Но вечером помимо самых близких друзей пришла еще тьма народу. Больше половины которой Сириус даже не знал. Несколько раз спасая цветы от неминуемой гибели, Блэк только и делал что переставлял горшки подальше, ближе к углам, чтобы случайно не зацепили. Но их было так много, что невозможно было уберечь все. Квартира превращалась в лютую сральню. Пустые банки и бутылки, коробки от пиццы, пьяный народ и громкая музыка. За этим невозможно было уследить, но именно в момент этого пика Снейп вернулся домой. Злобный и раздраженный как обычно. Потянул его за ворот в угол, где немного тише. Сириус знал, чего он хочет, но удержаться не смог. Притянул к себе за талию, прижал теснее. Естественно длиннющие тонкие пальцы беспощадно впились в его плечи, чтобы прекратил. Так уж и быть. И ничего, что перед соседями пришлось извиняться и расплываться в виноватых улыбках. Оно того стоило, пусть и на миг. Но потом их слова за закрытой дверью кольнули очень неприятно. «Никого ваш Северус себе не найдет, он еще сам не знает, что уже нашел. И вы еще ахренеете насколько он будет счастлив со мной!» Народ спроважен. Наконец-то они остались одни. И он такой милый, когда набивает щеки, жадно жуя пиццу. И еще милый, когда отказывается делиться. Но Блэку и любоваться им было в кайф, хоть и сам он не ел сегодня толком. И хорошо, что Снейп немного успокоился, расслабился. Нет, снова напрягся. И орал. Блять, да что ж с этими цветочками вечно не так? Что за? «Ну зачем? Зачем ты сказал, что это взаимно? Ты его никогда не ненавидел, идиота кусок!» Черт, теперь все заново. Только будет еще сложнее. Потому что есть же еще и гордость, которую задел игнор Снейпа. «Хочешь поиграть в молчанку, Северус? Так и быть. Только ты проиграешь. И все равно влюбишься в меня и будешь моим, ясно?» Наблюдать за его реакцией на свое голое тело Сириус просто обожал. Он бы и полностью разделся, чтобы окончательно свести с ума Северуса и заставить его течь от желания и перейти через эту черту. «Интересно, если я прямо посреди гостиной или на кухне достану свой болт и начну дрочить на тебя, ты отсосешь? Ну конечно отсосешь. Я же вижу этот пожирающий взгляд, эти закушенные губы. И слышу, как ты наяриваешь каждый раз в душе. И не пизди, что не на меня. Не поверю.» Но Снейп был не так прост. Он спасался бегством и искал способы спрятаться и даже прикрыться друзьями. Например, Эванс, которая заявилась к нему в гости вечером после работы и обещала прийти в пятницу на фильм. Значит будет тебе фильм, Северус. — Джеймс, привет. Как насчет кино сегодня у меня? Только на этот раз исключительно своей компашкой. Да, и он будет. А еще будет Эванс. Кстати, Джеймс, тебе же нравилась Лили в школе, да? Выручай, друг. Отлично. Спасибо. Жду. Ну вот и супер, вот и здорово. И даже новые вонючие духи Марлин пришлись кстати, потому что рядом было находиться просто невозможно. Да и из гостиной хотелось сбежать, но только если вместе с Северусом. А он все отсаживался от него и отсаживался, пока просто не стал падать с края, глупый. И упертый. Но такой приятный, если его приобнять. Но нельзя. Пока что, по крайней мере. «Ну вооот, заметил Поттера и Эванс. Следи лучше за своими чипсами. Хоп. Ах ты жадина какая. Ну ладно.» «Снова напрягся, уже готов вскочить и надеть эту миску на голову Джеймсу, лишь бы он перестал лезть к твоей подружке? Северус, забей, пусть наслаждаются друг другом. И мы с тобой давай тоже. Что вкуснее - этот ядреный острый вкус специй или твои пальцы? Думаю, второе. Я не люблю чипсы, но из твоих рук питался бы ими круглосуточно. И пальцы у тебя такие все-таки длинные. Наверное, у тебя арахнодактилия, я гуглил про это еще в школе, когда пялился на твои руки. Ох, Северус, ты возбудился? Ну надо же. Теперь ты не против, чтобы я ел твои чипсы. Если немного надавить на миску на твоем паху, то ты…» — Мм… «Оодаа, ты стонешь именно так, как я и представлял. Только тише. Со мной будет громко. Но не сейчас. И не бойся, не буду я больше трогать тебя. А то гастрит разыграется, да и сам обкончаюсь тут от твоих стонов». После этого в их квартире наступило затишье. Взаимное молчание сменило подтекст. Оба уже запросто терпели общество друг друга, но молчали из принципа и упертости. И Сириус все больше и больше убеждался в том, какой же Северус афигенный. Какой он интересный и разный, какой он может быть заботливый, хотя и никогда не захочет в этом никому признаться. И какая у него улыбка, когда он увлечен чем-то своим, понятным лишь ему за своим ноутбуком и в тетрадках с формулами. И очень хотелось забить на все и сделать первый шаг, заговорить первым, осторожно и аккуратно подвести к разговору. Просто поболтать хотелось даже больше чем коснуться. Хотя нет, не больше. Коснуться хотелось нестерпимо, отчаянно. Северус был как запретный плод, манил своей сладостью и мнимой доступностью, но на самом деле был неприкосновенным. Оттого еще больше желанным. К радикальным действиям сподвигли обстоятельства, будь они тысячу раз прокляты. Раньше к подобному загону Грюма Сириус мог относиться как к смешному и неоправданному, но очень навязанному староверческому убеждению. — За две недели до боя — никакого секса. И даже дрочить нельзя, Блэк. В тестостероне вся сила! Если спустишь — проиграешь. И если раньше это не было никакой проблемой, то теперь, когда перед носом постоянно мельтешила худосочная жопка Северуса, было физически больно терпеть. И убедить Грюма было нельзя. Ни распечатки научных статей, где ученые уже триста раз доказали, что воздержание не имеет смысла, что тестостерон будет в норме, и прочие доводы и даже мольбы Грюма убедить не могли. А он в свою очередь полоскал ему мозг, и это стало уже самовнушением. «Спустишь — проиграешь. Не спустишь — победишь». Две недели до боя. Сириус подрочил в последний раз. Ну раз пять. Пять последних раз. И настроил себя, что после поединка — перейдет к активным действиям. Но и пока было хорошо. Живя с Северусом, постоянно пересекаясь с ним, думая о нем, он не страдал от психологического давления со всех сторон. А ведь Снейп и не догадывался как он на самом деле его спасает. Только вот общения не хватало и очень. В ту субботу Грюм отпустил его пораньше и Блэк шел домой с четким настроем заговорить первым. Просто заговорить и будь что будет. Но ТАКОГО он не ожидал вообще. Эти космически, пиздецки красивые стройные километровые ножки в плену капроновых чулок и на высоченных шпильках. И гибкая тонкая талия выгибается дугой в позвоночнике. И эти выпирающие ребра и позвонки, которые хочется кусать и вылизать. Нет лучше попку, что едва видна под краем юбочки. «Давай, Северус, нагнись, покажи мне свою попку, ну же!» И Снейп как будто слышит. Послушно наклоняется вниз, раскрывая узенькую, наверняка тугую розовую звездочку. Хочется нырнуть туда лицом, прямо между булок и вылизывать, ублажать языком, насаживать на себя, а потом терзать розовые яички и красивый ровный член языком и губами. И Сириус уже на грани, сдерживается из последних сил, чтобы не наброситься на него сейчас, когда он вскинул голову и тряхнул волосами. Так сексуально, что можно умереть. И в этот момент Северус заметил его. Шокированного и пригвождённого к месту с раскрытым пересохшим ртом. Он испугался. Он ушел. А Сириусу даже подрочить нельзя. И что делать? Блять. Блять. Блять. Куда девать то все это? Член уже прилип к трусам от смазки, уже болит и готов взорваться. «АААААААААА» Бедняга «Герман», пришлось ему все стерпеть. Сириус не удивился бы, что в этот раз от несчастной груши вообще ничего не останется. Но это помогло лишь отчасти. Окончательно вернул его в чувство ледяной душ. Пришлось постоять под ним минут 20, но это помогло. И голову остудить помогло и немного уложить в ней какие теперь открываются перспективы. Ведь можно… Можно попросить Северуса стать его парнем! На время. На тот раут, который устраивает мама в следующие выходные. И тогда Северусу придется с ним общаться, пойти навстречу, открыться самому и присмотреться к Сириусу получше. Это же идеально. «И выбора-то у него нет. Вот как чудно все сложилось. Жаль только, что за все это время он так и не увидел во мне ничего хорошего. Только какие-то штампы. Надеюсь и правда попытается меня понять и узнать. Хотя бы попробует попытаться. О, стук в дверь. И кто это может быть?». — То есть целовать не будешь? «Поцелуй меня. Поцелуй и я забью на запрет Грюма, Северус. Но нет. Только опять закатываешь свои огромные черные глазищи. Ладно, иди спи, хватит с тебя на сегодня мучений». Долгожданное общение с Северусом — это лучшее, что может быть. Видеть, как он тянется к нему сам, как больше не шарахается от случайных касаний — просто мечта. И смеется с шуток Сириуса, и охотно рассказывает что-то и вообще не замыкается в себе — восторг. Но круче всего было то утро. Последнее что помнил Сириус — это лицо Мела Гибсона на экране плазмы. А ночь он не помнил вообще, настолько умотался накануне. Но, блять, утро! Северус спал с ним, в его объятьях. Его черноволосая макушка была прямо перед носом, а спина прижималась к груди. Ох ты ж блин. Он спал тут всю ночь? Ну конечно, они заснули здесь вместе. Не пришел бы он сам под утро, ведь так? И ведь спалось так афигенно, так тепло и уютно. Черт, как же хорошо. «Поспи подольше, Северус, проспи свою работу, полежи со мной вот так еще. Не буду тебя будить, опоздай сегодня и пусть белобрысая истеричка бесится. Но нет, ты уже начинаешь ерзать и просыпаться…» — Ммм... — Понравилось спать со мной? Забавно было наблюдать, как Снейп бегал по хате как ужаленный пчелой. Но еще забавнее было, когда он потрогал свои джинсы, подумал о чем-то пару секунд, залился краской и поспешил переодеваться. А когда за ним хлопнула дверь, Блэк подождал 15 минут, чтобы исключить вероятность, что он вернется за забытым ноутом. И влез в его комнату. Открыть замок — задача пустяковая. Регулус однажды научил его делать отмычки. Если подумать, то Регулус просто создан, чтобы быть секретным агентом. У него столько подозрительно опасных навыков… «А чем вообще занимается Регулус? Хм. Ну не суть. Где корзина с грязным бельем? Воооот она. А вот и трусишки. Зеленые со змейками, ммм… И уделанные спермой! Северус, бесстыдная ты развратная шлюшка, ты кончил прямо лежа рядом со мной! Ты кончил, прижимаясь ко мне! Блять. Плевать на запрет. Я трахну тебя сегодня же! И даже ноут твой тебе занесу на работу, пусть все думают, что ты уже со мной спишь». После победного танца с размахиванием грязными трусами Снейпа как знаменем, Сириус засобирался на тренировку. Но вот на самой тренировке случилось кое-что очень-очень неприятное. Грюм читал его как раскрытую книгу. — Да сегодня. Я хочу сделать это сегодня. — Нет. Полторы недели до боя, Блэк. Раньше надо было. — Раньше я не мог! А сейчас могу и хочу. И он меня тоже, я знаю это. — Сириус, ты знаешь правила. Потерпи еще. После поединка хоть обтрахайтесь. — Но ты же не можешь мне запретить! Нельзя запретить человеку заниматься сексом. — Человеку — нельзя. Чемпиону, нацеленному на победу, на пояс, на выигрыш, который он должен потратить на важное и благое дело — можно. И Грюм был прав. Он тренировал его на своих условиях и никогда не делал поблажек. Но именно поэтому Сириус добился того, чего добился. И в этот раз нельзя было делать никаких исключений. Слишком многое на кону. Поэтому в этот день Сириус был злой и срывал ее на своем теле, уматывая себя и партнеров по спаррингу. Ему даже сделали замечание в излишней жестокости другие ребята, тренирующиеся с ним. Кому только рассказать какова причина. Оборжаться можно. А вечером как назло Северус был такой… нежный. Такой ласковый. И так хотел помочь ему. И в другое время Сириус бы позволил этим длинным, тонким, паучьим пальчиками мять его и трогать. И не только шею, а где пожелает. Но в этот раз терпеть бы он не смог. Просто сидеть рядом с Северусом было тяжело, а тут… Если он не прекратит, то Сириус перейдет эту черту и разложит его прямо на этом столе, среди вареной куриной грудки и миски с греческим салатом. И тогда прощай победа и прощай надежда на нормальные отношения с Северусом. Блэк сорвался с места и простоял под ледяным душем почти час. На следующий день напряжение спало, да и завтрак был очень и очень вкусным. Если Северус станет его, нет никаких «если» — только «когда»! Так вот, когда Северус станет его парнем — Сириус будет самым счастливым и сытым человеком на земле. Потому что Снейп и правда афигенно готовил. А дальше было собственно придуманное испытание. Если Снейпу понравится кататься с ним на байке — это судьба. Вот прям точно. И ему понравилось. Потому что так широко и искренне Северус еще не улыбался. По крайней мере открыто. Хоть и стеснялся своей реакции, но даже это было запредельно мило. И круто. И весело потом в примерочной. Северус был такой…такой… Он просто нечто! «И какой он красивый сейчас, мать же ш вашу, просто потрясающий. Не могу больше. Подойду и скажу ему, что он мне нравится, что он сводит меня с ума. Нет, просто поцелую его… вот сейчас… да бляяяять, тупая продавщица! Уволить тебя мало за такой облом!» И через час, когда Блэка и его соперника щелкали тысячи камер, а сам соперник провоцировал его на эмоции, он стоял и довольно ухмылялся только тому, что Снейп сейчас с ним. Что он поехал с ним сюда и стоял среди этой жестокой толпы, ждущей сенсацию. Маленький остров спокойствия в океане хаоса. А потом был с ним дома. Ел вместе с ним, играл в игры и разговаривал. Как же хорошо. А скоро, совсем скоро станет еще лучше, нужно только потерпеть и дождаться окончания боя. А перед этим еще предстоит целый день, когда он будет притворяться его парнем. Только к этому дню нужно получше подготовиться, поэтому в пятницу пришла Марлин. — Ты серьезно? Воздержание? Блять, я сейчас умру от смеха ахахааа. — Смейся, жестокая тварь. Но это работает! — Ну, если твой тренер так сказал, то конечно… бля, это очень смешно. - она вытирала глаза пальцами, чтобы тушь не потекла. — Да пошла ты! — Блэк обижено кинул в нее подушкой. — Многие великие спортсмены и бойцы придерживаются этого метода, чтобы ты знала! — Звучит очень грустно, на самом деле. Тебе тяжело? — Пиздец как тяжело. Особенно из-за него. Он наклоняет голову, и я хочу впиться в его тонкую белоснежную шею. Он садится на диван, и я хочу навалиться сверху. Я страдаю каждую минуту. Хорошо, что с ним интересно и весело, иначе я бы вообще не мог отвлечься от своих похотливых мыслей. — Мне очень жаль. Ну, если у тебя опять будет стояк — то разрешаю представлять голую меня. Тогда он быстро повиснет. — Марлин снова громко заржала. — Идиотка — Закатил глаза Сириус. — О дверь хлопнула, он пришел. Действуем по плану! Это был прикольный вечер. Сириусу казалось, что эта спа-посиделка даже сблизила их еще больше. И заставила Снейпа посмотреть на его подругу под другим углом. Омрачили эмоции только эти подозрительные типы, что прописались у них во дворе. И Блэк чувствовал нутром, что это как-то связано с ебучим белобрысым завистливым ублюдком. Но сейчас было не до него. Назавтра предстоял тяжелый и важный денек. Афигенный денек. Северус был с ним, такой красивый, немного потерянный с непривычки, но держался отлично. Мама правда чудила, но это было ожидаемо. И даже план познакомить Снейпа и профессора Дамблдора удался на славу. Все прошло даже лучше, чем он задумал. Альбус очень любил взращивать молодых и перспективных ученых. Это была его страсть и, можно сказать, хобби. И Сириус видел отличные возможности для реализации талантов Северуса под его чутким руководством. Они поладили — так что начало уже положено. Но потом радость слегка омрачил разговор с матерью. Лишь немного, потому что Сириусу и правда было плевать. Он вывалил на нее свое искреннее мнение и был таков. Только Северуса нигде не было. Поэтому Блэк вернулся к кабинету и случайно подслушал под дверью его допрос. Дурацкая, неадекватная, но такая счастливая улыбка не могла никуда деться с его лица. То, что он услышал от Северуса о себе заставило его вознестись к небесам, а потом еще выше, ко всем звездам необъятного космоса. Поэтому он поздно услышал стремительные шаги и рванул на выход со всех ног, притворяясь, что ничегошеньки не слышал и не знает. Это был просто отличный день. День-мечта. Северус был рядом, Северус был с ним. Гулял с ним, смеялся, кормил белых лебедей. Чуть не соблазнил его в бургерной, правда, но… Было супер. До того дерьмового момента вечером возле дома. Блэк даже не помнил, как раскидал пятерых, переломав руки, ноги, кому-то наверняка отбив почку и выбив челюсть. Потому что страх за Снейпа затмевал все. Слава богу обошлось. Он цел и невредим. И пусть тот шестой уёбок сбежал, главное — Северус в порядке. Не в порядке был Сириус. Осознание, что плакал его бой за чемпионство, его планы и надежды на выигрыш, обрушилось на него в гостиной, когда все уже разошлись. Северус был рядом, винил во всем себя, глупый, и хотел помочь. И ведь помог. Сириус ни на секунду не сомневался, что та волшебная штука, придуманная им, обязательно поможет. Обязательно. На радостях, после лавины самых разных эмоций, непонятно для самого себя как, но Сириус усадил его на себя. Прижимал к себе теснее, касался гладкой прохладной кожи. Взгляд черных глаз полный желания и необъяснимого безумия снес к чертям все тормоза. Сейчас нельзя было останавливаться. Невозможно. Мало. Еще. Пожалуйста. Вкусный, нежный, такой податливый, такой запредельно ахуенный Северус. В его руках, в его рту, и хочется еще. Зайти дальше, пойти до конца. Вознестись к небесам вместе с ним здесь и сейчас, прямо на этом диване. «И черт, этот стон. Я больше не могу сдерживаться, хочу его. Как же я хочу его, как же я его люблю…» «Но нельзя. не сейчас. Блять. Не сейчас…» Стоя под мощным напором ледяной воды, всеми силами представляя всякую мерзость типа зловонной кучи коровы на дороге, или кишащих в гнилом мясе червей, Сириус бился головой об стену. Потому что мысли сводились только к тому какой он конченый мудак, урод и тупица. И через шум воды задушенный вой, полный боли и отчаяния, резанул по сердцу острым ножом. «Нет. Нет. Нет.» Дверной замок вырван с корнем. «Я буду рядом и никуда не уйду. Я буду с тобой. Вынесу всю эту боль вместе с тобой, Северус» «Пожалуйста, прости меня, Северус, прости» «Завтра, когда ты успокоишься и наберешься сил, я во всем признаюсь и все тебе расскажу, обещаю» «А сейчас засыпай, любимый, прекрасный мой. Мой. Мой Северус…»