Ненавижу. Хочу. Люблю.

Ранним утром Северус не сразу разлепил глаза. Сначала уже машинально, рефлекторно провел ладонью по чужой мускулистой руке. От локтя к плечу. Сжал каменный бицепс и придвинулся грудью теснее к спине, зарываясь носом в волосы на загривке, вдыхая любимый запах, пропитавший всю постель, квартиру и даже Северуса целиком. Только потом осознание наконец озарило. Так, стоп. — Ты вернулся! Снейп вскочил в постели, рывком развернул к себе спящего Блэка. — Да бля… — Ты вернулся! — Вернулся, вернулся. Дай поспать, сколько там? — Сириус, потирая глаза, придвинул запястье ближе к лицу. — Тцц, сука, такая рань. Давай, ложись, еще два часа можно спать. Северус был снова зажат в подмышку. Ни вырваться, ни пошевелиться, ни вздохнуть нормально. Зато как хорошо, как правильно, как привычно. Горяченная батарея Блэк сопит рядышком, крепко держит, прижимает к сердцу. От собственного сразу отлегло. Вернулся, значит не так уж всё плохо, значит ссора не на той стадии, на которой он себе навыдумывал, значит можно еще поспать, а потом и поговорить нормально. Оказалось, что нельзя. И даже Блэк тут не при чем. Ведь всего через час вновь уснувшего Северуса разбудил телефонный звонок. — Да, профессор, здравствуйте. — Монотонно прохрипел он в трубку. — Северус, надеюсь, что твой сонный голос — это розыгрыш. Водитель уже внизу, выходи. — Простите? — Регистрация на рейс начнется через 40 минут. — Но рейс через неделю. — Нет, сегодня. Буквально сейчас. — Постойте, подождите…я… — Водитель ждет, Северус. Поспеши. Голос Дамлдора очень редко был недовольным, но когда был — пробирало колючим морозом до костей. И этот раз не стал исключением. Правда потом стало еще хуже. Блэк все слышал, он-то тоже проснулся от звонка. — Не спеши делать выводы, я могу всё объяснить. — Сразу затараторил Северус. — У тебя нет времени на объяснения. Тебя ждут. Водитель, Дамблдор… Нью-Йорк. — Сириус, послушай… — Да хорош. Я вчера хотел послушать. А сейчас говорить не о чем. Зря я вернулся… — Нет, Сириус, всё не так. — Раньше ты бы сказал «Блэк». Это уже о многом говорит. — Это на пару дней. Всего лишь уладить пару вопросов. Я вернусь к свадьбе и мы поговорим. Нет, даже раньше, но по телефону. Хорошо? Сириус, пусть недовольно и явно превозмогая грохочущую внутри обиду, скупо кивнул. И это для Снейпа уже было лучиком надежды. Северус начал носиться по комнате, собирая вещи, швыряя их в спортивную сумку как попало. Через десять минут он уже был одет, обут, собран и ждал на пороге. Сириус все еще не выходил из комнаты. «Если он меня сейчас не поцелует, то…» Мысль была болезненной настолько, что даже додумывать ее до конца не хотелось. Один удар сердца, третий, десятый… — Блэк! Тишина. Отвратительная, нервная и густая. Ручка двери уже нагрелась под взмокшими пальцами, телефон снова запиликал звонком от профессора, Снейп обернулся к двери с тяжелым вздохом, стал рыться в кармане, пытаясь выцепить надоедливую штуковину, но не успел. Блэк сам сбросил звонок, развернул на себя и обнял крепко-крепко, даже косточки в прохруслели. — Я не хочу тебя отпускать. — Я скоро вернусь. — Я не про поездку. — Я… Северус хотел ответить «Я знаю», но снова не успел. Губы были заняты другим. Долгим, жгучим и глубоким поцелуем, который прервался новым телефонным звонком. Тогда Блэк нехотя отстранился и сам выпихнул его за дверь. По дороге в аэропорт Северус отправил, наверное, сотню сообщений и пару десятков голосовых. Объяснял, оправдывался и извинялся. Старался правда ничего конкретного не говорить, все еще надеясь сделать это при личной встрече, но зато яро уверял, что никогда и не думал расставаться, наоборот. — Блэк, прости, черт, как же приятно снова называть тебя привычно по фамилии… так вот, Блэк, правда прости меня. Я хотел как лучше, честно, просто столько всего и сразу и… нужно было тебе рассказать хотя бы про работу, но я просто боялся, что ты взбесишься. И про поездку… прости, не сказал про поездку, блять, ну… это правда на пару дней и вообще… я люблю тебя, Блэк. Это последнее голосовое, мне уже пора, на меня орут и злобно смотрят. Дамблдор сидел в соседнем кресле бизнес-класса и снисходительно улыбался, отблескивая лукавым взором поверх очков половинок. Северус никогда не сможет привыкнуть к его эпатажным нарядам, он всегда будет удивлять. На этот раз Альбус был в изумрудном кимоно, расшитым золотыми нитями и весь блестел как новогодняя игрушка. — Не переживай, всё образуется. — Ага. — Не передумал? — Нет. Вы сами знаете почему я лечу туда. Не стоит пытаться меня переубедить. — Ох, что ты, дорогой. Я лечу туда за тем же, хочу своими глазами увидеть это зрелище. Северус только закатил глаза. Старый коварный интриган. Хоть и заботливый, хоть и добродушный и искренний с одной стороны, а с другой — всегда ищет свою выгоду, свои скрытые смыслы, преследует свои цели. Но плевать. Северус не дурак. Быть марионеткой Дамблдора не так плохо, когда Северус предоставлен своей работе и его личной жизни ничего не угрожает. А вот если начинает угрожать — тогда очень даже против. И если Альбус хочет и дальше играть новой любимой игрушкой по имени Северус Снейп, то пусть идет на его условия. Северус был уверен, что получится. Точно получится. Если группа ученых не станет слушать доводы Снейпа, то точно прогнется под Дамблдора. А это в его интересах тоже, ведь если нет — то Северус уйдет. Просто помашет ручкой и заявлением об увольнении. Где Северус потом найдет себе другого Сириуса Блэка? Да нигде. А Дамблдор уже убедился, что таких как Снейп тоже один на сотню тысяч, а может и на миллион. Тоже не захочет выпускать из цепких узловатых пальцев эту редкую птицу. Птицу-Феникс. Вот и летели почти восемь часов без разговоров. Северус ел, пытался спать, залипал в фильм и скачанную в читалку книгу. Но все время возвращался мыслями к Блэку и пиздецу, который сам же умудрился натворить. Верно говорят: благими намерениями вымощена дорога в ад. Ну в вот эту хуйню, которая получилась, точно вымощена. И переиграть назад ведь уже нельзя. Хорошо, что пока все не испорчено окончательно и есть шанс всё исправить. В выходные свадьба Лили и Поттера. А ведь завтра у Поттера мальчишник. Черт, ведь точно. Снейп тоже собирался идти, потому что Блэка самого отпускать не хотел, и еще потому что за время их отношений уже терпимо относился к Сириусовым друзьям и подругам. Люпин вообще отличный чел, они еще в школе сносно к друг другу относились. С Долгопупсами тоже поладил. С Поттером было сложнее, а к разговорам с Петтигрю Снейп вообще относился как к пытке над собственным разумом. Он был недалекий, не остроумный, он вообще был никакой. Просто прибился в свое время, а все остальные привыкли да так и терпят. Даже внимания не обращают на его откровенную тупость, только подшучивают иногда по-доброму. А теперь Блэк пойдет на мальчишник сам. Естественно, это же он его и организовывает на правах шафера и лучшего друга Джеймса. Блин, наверняка будет весело. С Блэком всегда весело. А еще он будет пьяный, наверняка. Пьяного Блэка Северус еще со школы не видел. Только слышал истории его друзей с прошлых досеверусовских времен, когда звезда по имени Сириус сияла на тусах и вечеринках, творя лютейшую дичь и подбивая народ следовать за ним безоговорочно и самозабвенно. Чего там только не было. Иногда даже до криминала доходило, но всегда всё заканчивалось благополучно, потому что Блэк везучий хер. Аура у него такая. Прикольная штука эти часовые пояса. Вылетая утром, через 8 часов они прилетели в Нью-Йорк в обед того же дня. Правда назначенная на вечер встреча была перенесена на утро под предлогом «отдохнуть с дороги». Северусу это не нравилось. Ему хотелось поскорее разобраться со всем и свалить обратно, но нет же… Ещё не хватало на свадьбу не успеть. Дамблдор устроил ему экскурсию-прогулку и сводил в отличный ресторан, где Северус срывал злость на несчастном лобстере. Огромном и вкуснейшем несчастном лобстере. Сидя с карикатурно-насупленным лицом в фартучке-накидке и перчатках он кромсал его панцирь и клешни, выуживая мясо специальной вилкой. Мясо было нежнейшее и таяло во рту. Глаза от восторга закатывались сами собой. Блэк трубку не брал, точнее его телефон постоянно был или занят, или выключен. Это бесило еще сильнее, но усталость взяла свое и Снейп благополучно уснул в своем номере, развалившись на кровати прямо в одежде и обуви, с телефоном в руке. Утром была та самая, важная встреча. Снейп не волновался ни капли и буквально источал решимость и уверенность, поэтому настрой был задан сразу же. Все по одному его виду уже понимали — «Не надо вам, значит и мне нахуй не надо. Хотите работать со мной — идите на мои условия». Однако мурыжить его они все же принялись. Пригласили в лабораторию, показали где лежат подготовленные для него вещи. Дамблдор только одобрительно кивнул, и Северус, раздраженно цыкнув, поплелся переодеваться. Вся команда выстроилась за стеклянной стеной и наблюдала за ним как за собачкой на выставке. «Давай, Северус, будь хорошим мальчиком, покажи на что способен» — Горько усмехнулся Снейп про себя. — «Ну смотрите, суки». Спустя час изучения наработок и формул, простых начальных опытов, Северус вывел свою и решил заданную задачку. Другим способом, нетипичным и сначала даже казавшимся нелогичным. Ошарашенные дядьки и тётьки в очках вломились туда всей толпой и начали наперебой рассматривать результаты вблизи. Северус только зевнул и поплелся на выход, по пути стягивая с себя перчатки. «Могли бы и посложнее придумать, похожее задание было на международной олимпиаде по химии в прошлом году». Дамблдор беседовал с главным из них. Незаметно подмигнул Северусу и кивнул в сторону выхода. На улице Снейп взял кофе в картонном стаканчике и снова попробовал набрать Блэка. Абонент не абонент, как и утром. Северус тяжело вздохнул. Ждать Альбуса он не стал, пошел пешком по той же дороге к отелю, которой они пришли сюда. На душе было дерьмово. В это время дома уже вечер и скоро Блэк будет творить всякую фигню на мальчишнике Поттера. А он будет сидеть в номере и пялиться в потолок. Дамблдор написал, что команда ученых еще не приняла окончательного решения, но они все очень впечатлены. Еще бы. Топая к отелю, Северус смотрел на свои ноги, не замечая ничего вокруг. Ему совсем не хотелось любоваться видами одного из самых красивых городов мира. Поэтому произошедшее дальше стало для него шокирующей неожиданностью. Его подхватили, крепко сжали талию и раскружили вокруг. И только запах, сразу ударивший в нос, позволил немного успокоиться, а спустя секунду — до усрачки обрадоваться. — Что? Как? Ты? Блэк, блять, пусти меня уже. — И я тоже рад тебя видеть, Северус. — Поставь меня на место, дубина. — Ерошился Снейп в его хватке, улыбаясь во всю пасть. — Привет, Регулус. Объяснишь, что происходит? — Позже. Ключи. — Рег выглядел уставшим, даже замученным. Он требовательно протянул раскрытую ладонь. Северус знал его достаточно хорошо, чтобы ничего не спрашивать или уточнять сейчас. Просто послушно протянул ему карточку от номера, назвал этаж. Регулус кивнул и молча направился ко входу в отель. Блэк снова притянул его в свои объятия, поцеловал скулу и висок, и только потом начал рассказывать и объяснять, что происходит. — А ты думал я позволю тебе разгуливать здесь одному? Неее. Только за тобой закрылась дверь, я сразу позвонил брату. Ты же знаешь, что он умеет пилотировать и у него связи в каком-то частном аэропорту? Кто-то одолжил ему самолет, мы прыгнули туда и вот мы здесь! Разумеется, он устал и ему нужно отдохнуть, поспит в твоем номере. Не переживай, тебе будет чем заняться в это время… — Телеф… — Разрядился, а я напрочь забыл про зарядку. Но это пустяки, Геллерт успел сказать мне в каком отеле вы с Альбусом остановились, прежде чем телефон окончательно вырубился. — А Поттер? Мальчишник ведь… — О, ну конечно. Я же Сириус Блэк, разве я мог испортить мальчишник лучшего друга? — Так ты… — Остальные скоро подъедут, мы сели в разные такси. Мальчишник в Нью-Йорке, частный самолет с личным пилотом, разве не круто? Только завтра вылет в 5 утра, иначе Эванс меня убьёт. Прилетим буквально на саму свадьбу. С корабля на бал, как говорится. Как у тебя прошло? — Сириус… Снейп, сдерживая подкатившие к глазам жгучие слёзы, уткнулся лицом в мускулистое плечо. Его распирало изнутри от сложных и сильных чувств так сильно, что чаша адекватности была переполнена. Он мог только бормотать в уже мокрую футболку Блэка что-то невпопад, пока тот поглаживал его по спине, успокаивающе шептал, что всё будет хорошо, что он любит его, что пойдёт за ним, куда бы то ни было. — …Прости… это… сюрприз… хотел… мотоцикл и… а потом квартира, и я… я… я тебя люблю, Блэк. На последних словах Сириус не выдержал. Широкие, мозолистые ладони завладели лицом Северуса, губы накрыли его мокрые от слёз губы, увлекли в размеренный, чувственный поцелуй. Так их и застали подъехавшие на жёлтом такси друзья. Люпин, Долгопупс, Петтигрю и виновник сегодняшнего торжества — Поттер. На улюлюкания и насмешливый свист Северус, не отрываясь от Блэка, показал им средний палец, чем вызвал ещё большую радостную истерику. Поговорить нормально не получилось — Нью-Йорк увлёк, завладел разморенными перелётом и алкоголем умами парней, даровал ощущение безнаказанного, безудержного, пьяного веселья и кутежа. Даже Северус поддался, не стал противиться манящим ярким огням и громкой музыке, словно песням сирен. В конце концов — почему бы и нет? Он молод и почти беззаботен, рядом с ним Сириус, пусть сейчас и высунувшийся наполовину из люка хаммера-лимузина розового цвета. Только такой был свободен. И никого это не смутило. Поэтому… Да к чёрту всё. Северус был счастлив. Он протиснулся в люк, вместо Поттера, которому слегка поплохело на свежем воздухе, и встал рядом со своим парнем. Блэк так же, как когда-то на вечеринке Лили, широко и пьяно улыбался, прижимался голым взмокшим торсом к нему. В одной руке облитая пивом футболка, которой Блэк размахивал над головой, в другой то самое пролившееся пиво. Сириус заливисто смеялся, качал головой в такт музыки, и смотрел на него влюбленным, чуточку мутным взглядом. Надо же, как похожа ситуация: запах хмеля и солода, смешанный с тонким ароматом Блэкова тела. Само это тело — рельефное, влажное, блестящее, сильное. Лица близко-близко. Где-то под крышей тачки орут всё те же голоса. Почти один в один, как тогда. Только теперь Северус никуда не сбежит. Больше того — сам поцелует Сириуса, обхватит руками и прилипнет к нему кофтой, похуй. Ненадолго, ведь Поттер потребовал, чтобы они прекратили лизаться каждую хренову секунду его мальчишника, но всё же… Всё же это круто, что они всё-таки друг друга в этом мире нашли. И смогли удержать. В клуб с голым пузом не пускали даже чемпионов ММА, поэтому Снейп одолжил Блэку свою толстовку, а сам остался в белой майке. Когда хмурые амбалы-секьюрити пропустили их внутрь, Северус поёжился сильнее, чем от прохлады улицы. — Стрипушная? — Она самая. — Констатировал Долгопупс, оглядывая зал с подиумами и шестами, вокруг которых извивались стройные женские тела. — Можем поехать… — Начал предложение Блэк, но Поттер рявкнул, перебив: — Нет! Останемся. И не пялься так, Снейп. Есть правило — руками не трогать, только смотреть. Последний день холостяцкой жизни! — И поддерживаемый толпой друзей, Джеймс увёл всех к свободным диванчикам. Усевшись полукругом у пока ещё пустующего подиума с пилоном, парни сделали заказ закусок и шотов текилы. На подиуме перед ними материализовалась миниатюрная танцовщица в усыпанном стразами пеньюаре. Вопреки всеобщему хорошему настроению Северус насупился, сверля сердитым взглядом лицо жениха. Сириус, заметив это, прошептал на ухо: — Забей, он же ничего такого не делает. — Но он пялится на чужие сиськи. А Лили там… — У Лили на девичнике тоже был стриптизёр, Марлин проболталась. — Тц… — Скрестил руки на груди Снейп. — Всё равно бесит. — Да ладно тебе… — Ткнул носом в его щёку Сириус, приобнимая за плечи. — Допустим, у тебя будет мальчишник, последний день холостяцкой жизни… — Блэк, ни одно тело в мире не сможет сравниться с твоим. Нахуя мне стриптизёр? — Закатил глаза Северус и потянулся к новой стопке текилы вместе со всеми. Кроме Сириуса. Тот же выглядел так, будто на него снизошло величайшее озарение в его жизни. — Ну-ка пошли! Снейп чуть не подавился долькой лайма, подхваченный под локоть Блэком. А Сириусу было плевать, он тянул его в сторону приватных комнат. Прошептал что-то, склонившись к администратору, и коварно оскалился, обернувшись через плечо, когда несколько зелёных бумажек исчезли в кармане довольного служащего, и перед ними распахнулась одна из дверей. — Что ты задумал? Очередной сюрприз, Блэк? — Саркастично хмыкнул Северус. — Сюрприз-стриптиз! Но на самом деле спасаю лучшего друга от твоего осуждающего взора. — Брось, пошли обратно, какая разница, где смотреть на голые жопы? — Есть разница, придурок. Я не собираюсь светить своей голой жопой перед толпой левых мужиков. Она только для тебя. И пока Северус осознавал услышанное, Блэк толкнул его в единственное стоящее здесь кресло. Провалившись в мягкую кожу, Снейп было попытался встать, но замер, когда Сириус вскочил на небольшой пьедестал и стал медленно двигаться вокруг шеста, обхватив его рукой. Сначала он лишь прохаживался в такт глубокой музыке, поглотившей прочие звуки шумного зала. В безразмерной черной толстовке, светлых джинсах и старых кедах, он смотрелся здесь одновременно инородно, и странным образом гармонично. Далеко не нелепо, как могло показаться на первый взгляд. Один только взгляд исподлобья был сексуален настолько, что дыхание Северуса учащалось. Оперевшись спиной на шест, Сириус подцепил один кед носком другого и высвободил ступню в белом носочке. Затем другую. Только не очень осторожно, да так, что несчастный кед улетел прямо в грудь Северуса. — Упс. — Хахаха. Вау. Ты ещё одет, а у меня уже есть трофей. — Сорян. — Продолжай, я заплатил за приват и хочу насладиться каждой блядской секундой. — Ты заплатил? — Насмешливо выгнул бровь Блэк. На что Северус только нетерпеливо покрутил указательным пальцем. Давай, мол, вращайся. Сириус закусил нижнюю губу в широкой довольной улыбке. Он обожал, когда Снейп вёл себя дерзко и властно, хотя сейчас они поменялись ролями. Сейчас именно Блэк раздевался перед ним, стягивая через голову чёрную мягкую ткань, не забывая выгибаться в пояснице, двигая бёдрами в такт мелодии. — Ууух… Горячо. — Почти прорычал Северус, когда пальцы Блэка поддели пуговку джинс. Он впился когтями в скрипучую кожу кресла, поглощая жадным взглядом рисунки тату на гладкой коже, перекатывающиеся от каждого движения мышцы, капельку пота, стекающую по шее, крупные мурашки на руках, когда Сириус огладил набухший член через джинсы. — Завёлся от собственного танца, Блэк? — Хрипло хмыкнул Северус, следя за движением его ладони. — Вспомнил твой первый танец для меня. — Это который? — Который был не для меня, но привёл нас к тому, что у нас есть. У тебя ещё осталась та юбочка? — А что? Хочешь взять поносить? — Всё-таки ты та ещё сучка, Снейп. — Усмехнулся Блэк. — Я плачу не за комплименты, а за обнаженку. Давай, покажи свои булочки, крошка. — Точно сучка. — Улыбнулся Сириус, поворачиваясь к нему спиной. Пальцы поднырнули под пояс джинс, стянули их ниже вместе с бельём. Упругие, крепкие ягодицы, покрытые тонким пушком маленьких прозрачных волосков, были видны только наполовину. Джинсы надавливали, врезаясь в сочную плоть. Свет розового неона ламп подчеркивал их точеную форму, ямки на боках. Северус сглотнул, неимоверно хотелось вонзить в них зубы, сжать в пальцах, но пока ещё можно терпеть — он будет терпеть. Оставив самую красивую в мире пятую точку обнаженной, джинсы стекли ниже, оголяя самые красивые в мире ноги. Мощные бёдра, подколенные ямки, накачанные икры. Всё хотелось трогать, но пока — только смотреть. И губу искусывать до крови. — Оставь носочки. — Но… — Оставь. Блять. Носочки. Уёбок, простудишься. — Ооо, как мило. — Прыснул Блэк, прокручиваясь вокруг шеста. — Ты мой самый заботливый клиент. Хочешь меня? — О, чёрт, пиздец как хочу. Смотри, как хочу. Северус расстегнул ширинку собственных брюк, спустил резинку трусов. Член шлёпнул по животу, сразу пачкая вязкой секреторкой. — Не понял, кто тут стриптиз устраивает — ты или я? — Хватит стриптиза, есть смазка? — Нет, так нельзя. — Покачал головой Блэк, пряча под опущенными веками горящую в глазах похоть. — Блэк, прекращай. Мне уже не до игр, я сейчас буду бесстыдно дрочить на тебя, прекращай кружиться, ёбнешься ещё. Лучше засади мне. Прямо в этом кресле засади. — У нас так не принято. Здесь стриптизёры обслуживают клиентов, а не наоборот. — Томно протянул Сириус, продолжая выгибаться у шеста. — Что ты… А, точно, ты пьян. — Ну и что? Ты же хочешь меня. Хотя бы один разок, Северус. — Блэк остановился спиной к нему, рухнув на колени, сразу прогибаясь в пояснице, раскрываясь перед ним. — Хочу тебя внутри. Не палец, как обычно. Хочу чувствовать твой красивый член в себе, понимаешь? Мм… Нельзя было противиться этому зрелищу, этим дурманящим, пьянящим покруче текилы словам, искусительному, умоляющему, хриплому голосу. Нельзя. Нельзя не нырнуть лицом между раздвинутых ягодиц, не провести языком по плотно-сжатой звёздочке, не надавить настойчиво, но осторожно, как Сириус сам лизал ему. От римминга Сириус стонал так чувственно и жалобно, так изгибался в пояснице, так вздрагивал всем телом, что Северус тёк. Густая нитка смазки сочилась из кончика головки, стекала на пол. Член пульсировал и подрагивал, требовал прикосновений. Но Северус продолжал ласкать Блэка языком, продолжал впиваться в сочные, уже мокрые от слюны булки когтями. — Блять.блять.бляь. Ааа.Дааа… Оо, Северус, пожалуйста… Терпеть больше не было сил, хотя Снейп с удовольствием слушал бы этот скулёж вечность. Так, как сейчас, Блэк ещё не стонал, и это новое, головокружительное, из ряда вон выходящее открытие вызывало какой-то истеричный восторг в душе Северуса. Ну ничего, он ещё не раз нагнёт Блэка раком и до скрипа вылижет. Сейчас его ждёт другой первый раз. Ох как ждёт. Прогнувшись в спине, раздвинув ноги шире, надрачивая крепкий член одной рукой и держась за шест другой, Сириус обернулся через плечо. Плотоядный, полуприкрытый взгляд серебряных глаз не просил — требовал ебли. Дикой, жаркой, необузданной. Северус плавился под этим взглядом и снова тёк. В этот раз не на пол, а на пульсирующую, то раскрывающуюся, то капризно схлопывающуюся розовую дырочку. Снейп размазал собственную смазку головкой, чуть надавливая, прицельно сплюнул. Сириус шумно выдохнул, двинув бёдрами навстречу. — Давай. — Последний шанс поменяться, Блэк. — Если ты меня не трахнешь — я тебя тоже не… Ааах… Ммм. Сссукааа… Северус всунул только головку, нутро Блэка сжалось плотным кольцом, ягодицы в хватке рук напряглись до предела. Пульсация, сконцентрированная в месте, где их тела соединялись в единое целое, прошла по всем конечностям, бликовала яркими вспышками под веками. Сириус мычал в закушенное предплечье. Северус, в этот раз медленно и плавно, двинулся глубже. — Ох… Даа… Жарко, тесно и туго. Какой-то невыносимый кайф. Взгляд блуждал по взбугрившимся мышцам спины, дорожке выгнутого позвоночника, ямкам крестца, чумовой заднице, насаженной на его член, и снова вверх, к взмокшей макушке. Снейп подался назад, снова качнулся вперёд. Рык Сириуса провибрировал по всему телу, застрял в пересохшем горле невнятным, оборвавшимся «гркхххааа». Перерос в протяжный, тягучий стон наслаждения, когда Северус повторил амплитудное движение внутри. Вжался лобком в копчик Блэка. — Умоляю, продолжай… — Каким-то не своим, чужим голосом прохрипел Сириус. Новое движение внутри, новый стон в унисон, новая волна наслаждения на двоих. Сцепленные на металле пилона ладони безбожно потели и соскальзывали вниз, Сириус упёрся ими в пол, прогибаясь сильнее. — Ммхх… Как… как же это… — Тебе нравится? - Прошептал Снейп. — Ох, блять. Я протрезвел. — Так это «да»? Или «нет»? — Я люблю тебя, Северус. — И это всё ещё нихуя не ответ на мой вопрос. — Я скоро кончу без дрочки — это ответ? — Это ответ. — Снейп звонко шлёпнул по покрасневшей заднице обеими ладонями и вцепился ими в напряженные плечи. — Ну держись… Трахать Блэка было ебически круто. Чувствовать его, чувствовать себя внутри него, ускоряться до запредельного темпа, выскальзывая почти полностью и ныряя в тугую кишку глубоко, до предела, грозясь сломать член и оглохнуть от громких «дааа дааа» и «ещё» — нереально. Сжимать мощную шею в удушающей хватке до сипов и синяков, совать пальцы в порочно распахнутый, жаркий рот — восхитительно. Грубо надрачивать крупный, толстый член в кулаке в такт толчкам, впиваясь зубами в покрытое мурашками плечо, — ахуительно. Кончать одновременно с кричащим до хрипа, изливающимся в ладонь Сириусом, прямо в стиснувшую тисками, жаркую дырку — просто неописуемый пиздец. Ноги разъезжались, подкашивались, всё тело ослабело и превратилось в вату, под глазами ебошила кислотная светодискотека, и даже музыка пропала, оставив только тишину, общее на двоих рваное дыхание и гул крови в ушах. — Ахуенно. — Сглотнув, прошептал Сириус. — Не жалеешь? — Хмыкнул Северус, зарываясь носом во влажные каштановые волосы. — Только о том, что раньше этого не сделал. Северус всем своим существом чувствовал искреннюю улыбку на красивых пухлых губах, хоть и не видел её сейчас. И знал, что Блэк чувствовал его взаимную улыбку. — Теперь можно трахаться хоть каждый день. — Мы и так трахаемся почти каждый день, Блэк. — Минет и дрочка — это не секс. — Секс! — Нет, секс — это когда хуй в жопу. Как сейчас твой во мне. — Нет, в рот — тоже считается. — Мы, блять, будем спорить сейчас? Вот прямо сейчас? — А сколько у нас времени? Я всегда готов с тобой спорить. Блэк нехотя высвободился из объятий, подался вперёд, выпуская из себя ослабший член и капли подтекающей по бёдрам жидкости. Стал шарить по скомканым джинсам в поисках телефона, пока Северус любовался его задницей. Припухшее, натруженное очко, белёсое семя тонкой струйкой по яйцам и ноге. Блэк был прав, когда любовался такой же картиной и смущённым донельзя Северусом. Это и правда красиво. — Чёрт. У нас мало времени. — Встревоженно произнёс Блэк, тем временем найдя телефон. — Сколько? — Ну… Едем в аэропорт прямо отсюда. Рег написал, что уже ждёт там. И сейчас уже пять утра. — Блять! Свадьба! Лили! — Не паникуй! Успеем! Блин, да куда ты дел мои кеды? Вернувшись в общий зал, Северус и Сириус насмешливо переглянулись. Потому что застали всю компанию мирно спящей на плечах и коленях друг друга. Снейп с особым удовольствием (и толикой садизма) будил Поттера, а Блэк быстро привёл в чувство всех остальных. Ступая по плацу аэропорта, Северус бросил прощальный взгляд небоскрёбам на фоне нежно-розового рассветного неба. Панорамные стёкла красиво бликовали от первых лучиков солнца яркой мозаикой, словно одобряюще подмигивали ему. Он прижимался к Сириусову боку, ёжась от прохладного ветра, так и не приняв обратно свою толстовку, ведь мокрая футболка Блэка ещё ночью улетела куда-то под колёса машин на пятой авеню. В заднем кармане в очередной раз пиликнул телефон и Снейп нехотя потянулся к нему пальцами, пропуская на трап остальных. Блять, очередное сообщение Дамблдора. «Северус, хорошенько подумай, прежде чем сделать этот шаг». Этой ночью он получил не меньше восьми подобных. Призывающих одуматься, всё взвесить, сделать выбор в пользу блестящего будущего. «Если ты сегодня вернёшься в Лондон — то упустишь возможность всей своей жизни». — прилетело вдогонку. «Ну что ж, профессор…» — Ухмыльнулся Снейп своим мыслям. — «Хорошо подумать, прежде чем сделать этот шаг, да?» — Идёшь? Северус вскинул голову вверх. Сириус, сонно улыбаясь, протягивал ему руку, спустившись на пару ступеней с вершины трапа небольшого черного самолёта. Снейп вложил свою ладонь в его и запрыгнул на ступени. Он уже давно обо всём хорошенько подумал. И знал, что никогда о принятом решении не пожалеет. Когда все уснули, откинувшись в креслах, Северус аккуратно поправил подушку Блэка, невесомо, стараясь не разбудить, убрал волосы с его лица. Собственную дрёму, уже почти превратившуюся в глубокий сон, прервал Поттер. — Мрр… не надо, Лили, я больше не хочу пирожных, съешь сама… нет, ты очень стройная, самая красивая-яя-я… Джеймс перевернулся на другой бок, насколько это было возможно, подпёр щёку рукой, отчего неснятые очки перекосило на носу, и больше не бормотал во сне. Только улыбался. Северус тоже улыбался. Он думал о том, какая Лили будет красивая в подвенечном платье, как ярко будут сиять её глаза от счастья уже сегодня, когда она наконец скажет «да» этому придурку Поттеру. Кто Северус такой, чтобы осуждать её выбор? Не самый плохой выбор. Размышляя об этом, он не заметил, как провалился в сон. — Северус. Северу-у-у-у-ус. Проснись, пора собираться. Снейп крепче обнял подушку, промямлив под острый нос что-то похожее на «отвали вонючка», но Блэк, потратив на умиления лишь пару секунд, снова принялся за его пробуждение. И, по меркам Снейпа, выбрал наиболее радикальный, даже жестокий способ. — ААааацтань! Блять-блять-блять… ненавижу тебя, мудила! Хватит! Хватит, Блэк! Прекрати щекотать меня! — Нам пора! Церемония уже через полчаса! — Да всё-всё, я проснулся… — Отползая от него на другой край кровати, проворчал Северус. — Как через полчаса?! Полчаса?! Северус подлетел с места и заметался по номеру в диком ужасе. Крича и прыгая в попытке быстро натянуть брюки приготовленного к торжеству костюма. — Я не успею в душ! Бошка будет грязная! И это останется на всех фотках! Чёрт! — Ну ладно, не полчаса. Я просто перестраховался, успеешь ты помыться. — Забавляясь его неудачным попыткам справиться с штанинами, произнёс Сириус. — Перестраховаться, значит? Снейп отлупил его собственными брюками, но Блэку было от того ещё веселее. — Перестань, порвёшь их ещё…ха-ха-ха… и тебе уже пора в ванную, времени не так много. — Полчаса, блять. Ну ты и сволочь. Он обижено насупился и громко хлопнул дверью за собой. Высушив волосы феном и уложив их во что-то приличное и даже напоминающее укладку, Снейп вышел из ванной комнаты, но Сириуса в номере не обнаружил. Только заботливо разложенные для него на кровати бельё, носки, рубашку и костюм. Пара блестящих кожаных туфлей стояла рядом с прикроватной тумбочкой, на которой коротко завибрировал телефон. Сообщение от Блэка гласило: «Ушёл, чтобы не поддаваться соблазну при виде голого тебя. Иначе мы точно опоздаем. Соберусь у себя в номере». Точно. Лили, переживая, что они всё же поссорятся накануне свадьбы, всё-таки приняла меры и позаботилась о том, чтобы развести их подальше. Зря. Северус бы ни за что на свете не посмел бы испортить самый важный день в жизни лучшей подруги. Он спешно принялся одеваться. — Тупая бабочка, да что ж ты… топорщишься-то так… Вот сука кривая. — Помочь? — Лили? Что ты… ты… Обоже… Эванс скромно улыбнулась, поправляя невидимые складки на платье. — Ты прекрасна. — Прошептал Северус, разглядывая её. Прекрасна — недостаточно ёмкое слово, чтобы описать эту девушку. Невесту. Сказочно-красивую, волшебную, невозможную. Платье цвета слоновой кости обтягивало точеную фигуру до колен и чуть расширялось к полу в небольшом шлейфе. Никаких кружев, никаких блёсток, страз и бусин. Оно было настолько простое, насколько и идеальное. Ничего лишнего. Самое красивое украшение — сама Лили. Её улыбка, блестящие зелёные глаза, румянец на веснушчатых щеках и копна огненных волос, собранных в аккуратную, тоже простую укладку с длинной фатой. Выпущенные у лица волнистые пряди качнулись, когда она сказала: — Ох, спасибо, Северус. Сейчас и тебя поправим. Он чуть приподнял подбородок, чтобы ей было удобнее поправить уже сотню раз проклятую им бабочку. В миниатюрных, но ловких пальчиках Лили она послушно встала так, как нужно. Друзья улыбнулись друг другу. — Последний шанс сбежать. — Брось свои шутки хотя бы сегодня, Северус. — Ну… Разве что в качестве свадебного подарка для тебя. — Насмешливо закатил глаза Снейп. — Лучшим подарком для меня стало то, что ты здесь. Я знаю, что ты мог и не вернуться из Нью-Йорка. Спасибо. Большие глаза напротив заблестели от подступивших слёз. У Северуса и самого уже стоял ком в горле. Но он не мог допустить, чтобы безупречный нюдовый макияж подруги был испорчен из-за него. — То есть подарочную карту в сексшоп я могу оставить себе? Круууть. — Дурак. — Легонько стукнула его в грудь Лили, усмехнувшись. — Нам уже пора идти. — Пойдём, поженим вас. — Северус предложил свой локоть, и Лили взяла его под руку. — Обещаю, когда тебя объявят миссис Поттер, буду орать «фуууу» не очень громко, почти никто не услышит. Может только первые пару рядов гостей… — Прекращай. В саду сладко пахло лилиями. Ароматы из вечернего сада такие густые, плотные, что можно провести ладонью и собрать их в охапку. Лёгкая, почти невесомая музыка фортепиано смешалась с разговорами гостей, звонким детским смехом, шорохом нарядной одежды, шипением пузырьков в бокалах с шампанским. Большой и яркий красный диск солнца медленно плыл к холмам горизонта, на прощанье бросая розоватые мягкие блики на лица и плечи улыбающихся гостей. Вот все уже замерли на своих местах. В сокровенном молчании, в предвкушении чарующего, особенного момента. Северус видел через деревянную решетчатую изгородь, украшенную цветущим плющом, как Джеймс Поттер поправил узел галстука, сглотнул, облизывая губы, пригладил торчащий чуб волос. Безуспешно. Хотя сегодня его причёска казалась в разы лучше, чем была обычно. Музыка едва уловимо изменилась. Вступили скрипки, новые аккорды, и Марлин с маленьким букетом белых лилий сделала шаг на дорожку к алтарю. За Марлин — главной подружкой невесты — шла Петуния. Следом — Доркас, озаряя обернувшихся к ним гостей яркой широкой улыбкой. И уже потом шел Северус. Сириус стоял по левое плечо Джеймса. Безупречный черный костюм-двойка сидел идеально. Безукоризненно. Тёмные каштановые волосы уложены будто наспех. Но так ему шла эта лёгкая небрежность, что у Снейпа покалывали кончики пальцев от желания запустить их в эти густые, чуть волнистые волосы. Их взгляды встретились. Блэк смотрел завороженно, восхищенно, влюблённо. Улыбка на чувственных губах на миг застыла лишь в уголках, но после стала шире, обнажила ряд белоснежных зубов и ямочки на щеках, которые так сильно любил Северус. И потому он не смог сдержаться. Отрепетированная заранее маска серьёзной сосредоточенности уступила место ответной смущенной улыбке. Северус чувствовал, как предательски розовеют скулы и слабеют колени, а потому поспешил опустить взгляд под ноги, чтобы не оступиться от сбившегося учащенного дыхания. Заняв своё место у алтаря, он снова взглянул на Блэка. Тот подмигнул ему. Одними губами произнёс — «Ты прекрасен». И Северус, закатив глаза, произнёс так же безмолвно — «Ты тоже». Но вот послышались первые восторженные «Ах!», и все без исключения глядели теперь лишь на появившуюся в начале дорожки пару: мистера Эванса и Лили. Северус успел увидеть невесту во всей красе раньше всех, и потому сейчас мог с интересом наблюдать за реакцией гостей. Все без исключения, даже её сестра Петуния, не скрывали во взглядах восхищения красотой Лили, искренней радости за молодую пару, которая вот-вот станет настоящей семьёй, украдкой смахивали с ресниц подступившие слезинки. Северус сам с трудом сдерживал свои, особенно, когда взглянул на жениха. В глазах Джеймса — Лили, слёзы и любовь. Он пожал руку будущему тестю, крепко обнял его в ответ. Мистер Эванс похлопал по его спине ладонью, произнёс на ухо: «береги мою девочку», и Джеймс ответил ему шепотом — «обещаю». Северус глубоко вдохнул, чтобы не расплакаться, как стоящая рядом Доркас. Что же это за пытка такая? Почему это настолько трогательно? Но, когда зазвучали первые слова клятв — всё стало ещё хуже. И даже рожи, которые они с Сириусом друг другу корчили, чтобы отвлечься от переполнявших эмоций, уже не могли его спасти. — Сегодня я женюсь на самой прекрасной девушке на свете. На самой доброй и лучезарной, нежной и ласковой. На девушке, в которую я влюблён с первого класса. И которую буду любить до последнего вдоха и даже дольше. Буду любить и в этой, и в следующей жизни. Буду смешить тебя и беречь, Лили. Всегда. Даже когда твои рыжие волосы станут серебряными от седины, а кожа станет тонкой и сморщенной, я всё равно буду целовать твои веснушки, радоваться взгляду зелёных глаз и твоему громкому заливистому смеху. Только не забывай вставлять зубной протез, ладно? Никто не смог сдержать смеха, даже Северус, старательно смаргивая чёртовы слёзы в глазах, ухмыльнулся. Когда Лили взяла микрофон, она не сразу смогла произнести даже одно слово. Пришлось взять маленькую паузу, чтобы как веером помахать ладонью, сдерживая влагу в глазах. Зал разразился в поддерживающих аплодисментах. — Джеймс… Её голос дрожал. Микрофон в ладони тоже. Лили сделала глубокий вдох и медленный выдох, прежде чем попробовать снова. — Джеймс… Я всегда умела говорить красиво, правильно и уверенно. Умела держаться перед камерой и даже в самом первом своём интервью у меня так не дрожал микрофон как сейчас… Знаешь, я не меньше сотни раз повторила выученную клятву. Мне казалось, что я вложила в те слова все свои чувства к тебе, но… Я смотрю на тебя сейчас и понимаю, что нет. Никаких слов во всём мире не хватит, чтобы выразить как сильно я люблю тебя, Джеймс… «Блять, я всё-таки плачу» — Подумал Северус запоздало. Маленькая капля уже прочертила по щеке мокрую солёную дорожку. Он быстро взглянул на Сириуса. Благо тот сделал вид, что не заметил, как тот вытирает щёку. Сам старался не дать волю переполнявшим изнутри чувствам, закусил щёки изнутри. — Согласен ли ты, Джеймс Флемонт Поттер, взять в законные супруги Лилианну Эванс? — Согласен. — Согласна ли ты, Лилианна Эванс, взять в законные супруги Джеймса Флемонта Поттера? — Согласна. — Объявляю вас мужем и женой. Можете скрепить брачные узы поцелуем. «Наконец-то этот слащавый ужас закончился» — подумал Северус, вытирая глаза, пока все аплодировали и выкрикивали поздравления, — «Никогда в жизни больше не приду ни на одну свадьбу». После первого танца молодоженов, ужина, где Сириус как всегда блистал с речью шафера, поздравлений и подарков, все отправились на танцпол. Северус отошел подальше от огней белоснежного шатра и втянул в ноздри дурманящий запах уже ночного сада. Он не слышал шаги позади, но отчетливо чувствовал присутствие Блэка. Сириус встал рядом. Северус вынул руку из кармана, переплёл прохладные пальцы с горячими пальцами Блэка, обернулся к нему. — Мы ведь так и не поговорили, Сириус. — А нужно? — Я не знаю. Разве ты не хотел, чтобы я всё объяснил? — Раньше — да. Но сейчас мне достаточно того, что ты рядом. — Но моё поведение в последнее время и… — Забудь. Сюрпризы? Мне они не нужны. Ты и есть один громадный, потрясающий сюрприз. Но вот я всё равно буду постоянно радовать тебя чем-нибудь интересным, придумывать что-то… Мне это самому нужно, понимаешь? Мне не достаточно выражать любовь к тебе только словами, взглядами, касаниями. Мне хочется дарить тебе ещё и поступки. Отдавать тебе всего себя целиком. И просто знать, что ты — мой, а я — твой, Северус. — Но я тоже хочу сделать для тебя что-такое, чтобы… — Эй, ты и так всё это делаешь… — Нет! Не достаточно. — Недостаточно «что»? — Усмехнулся Сириус, заключая его в объятия. — Недостаточно… грандиозно что ли. — Смущенно пробормотал Северус, отводя взгляд. Они немного помолчали, слушая шорох ночного сада и приглушенные звуки музыки и голос ведущего, приглашающий на танцпол всех незамужних девушек. — Знаешь, это неожиданно приятно. Узнать о том, что ты не отдалился от меня, не разлюбил, а просто старался спланировать для меня что-то «грандиозное». И это уже грандиозно для меня. Давай я и дальше буду вытворять для тебя что-то сумасшедшее и из ряда вон, а ты просто продолжишь быть самым ахуенным парнем на свете? Как тебе план? — Хм… Северус взглянул в его лицо, в горящие даже в полумраке серые глаза. Потянулся за поцелуем, но Сириус, дразня, отстранился. — Пойдём, а то пропустим драку за букет. Я поставил сотню на Марлин. Она даже оттачивала приёмы, как лучше первой выхватить желанные цветочки. Он потянул Северуса за руку к шатру. Стоя вместе с гостями полукругом и предвкушая долгожданное для незамужних девчонок действо, Северус обдумывал слова своего парня. «Сумасшедшие поступки? Сюрпризы? Что-то неожиданное и, блять, грандиозное, чтобы впечатлить, доказать свою любовь?» — Невеста готова? — Энергично спросил ведущий. — Дамы, осторожнее, не толкайтесь, все готовы? На счет раз… два… — Три!!! Всё слишком быстро. Слишком неожиданно даже для Северуса, что уж говорить про остальных ахуевающих гостей. Но лицо Блэка в тот момент, когда он подошёл к нему с только что пойманным букетом и встал на одно колено, того стоило. — Я люблю тебя, сволочь. Женишься на мне?