avec moi mais ce ñ'est pas toi.

насколько быстро забывается любовь? не мимолётная влюблённость, а именно любовь? должны ли пройти месяца, годы? потому как глену было определённо ясно, что не менее, чем никогда, ибо каждый раз, как он держал в руках этот холодный проклятый меч, ежеминутные восклицания, путающие мысли в голове, ни на миг не оставляли его в покое. даже сейчас, ворочаясь на кровати от бессонницы, он чувствует что, а вернее кто не даёт ему погрузиться в сон. мягкий голос начинает звучать в сознании ичиносе тихо, но настойчиво, не позволяя уйти. отражается в ушах мерзким эхом, пока он не ответит на зов. — глен... глен, ты не спишь? пряди пепельно-лилейных волос мелькают перед его глазами. тень красоты авроры на бледном лице и тело афродиты. махиру всё так же обладала манящим очарованием богини, даже после метаморфоза. выглядит настолько живой, что хочется протянуть к ней руку и ощутить её здесь, рядом с ним. но она слишком далека от понятия живой. демон разгрыз и жестоко изуродовал всю её внутреннюю оболочку. полакомился сполна внутренностями сознания прекрасной девы, единственной доброй души семьи хиираги. алые глаза теперь смотрят иронически, смеются ему в лицо, вопят: "ты не смог спасти её, ичиносе глен." оглядываясь на прошлое, хотелось спросить самого себя, чего он ожидал? богиня престижной династии и земляной червь, недостойный даже взгляда её. несмотря на это, махиру продолжала видеться с ним, одним лишь своим нахождением так близко подвергая испытанию самой невинной любви — детской. в воспоминаниях всплывает на поверхность бескрайнее поле, её одеяние цвета снега и прелестная улыбка, положившая начало их взаимному влечению. подлинный эрос во всём. не забудет ичиносе горьких слёз махиру, попыток возлюбленной вырваться из цепких рук взрослых, отнявших её у него. а он лишь стоял там, чувствуя прожигающие его глубокой ненавистью лики семьи хиираги, смотрел пустым взглядом на то, как плачущую девочку уводили. глен, даже будучи ребёнком, изначально знал, что их отношения обречены. и хотя тот удар по собственной чести, что он испытал после их насильственного разделения, позволил ему стать намного сильнее духом, щемящее сердце сожаление время от времени возвращалось к нему даже в эти дни. — глен, почему же ты не поцелуешь меня? я ведь люблю тебя... ах, глен! поцелуй меня как тогда, впервые! он не может принять мрачную действительность до сих пор, не может смириться с тем, что махиру хиираги больше нет. иногда ему кажется, что в этой махиру остались частицы прежней и они пытаются уйти из под влияния алчного демона, однако всё чаще он убеждался в том, что утраченного не вернуть. подобные существа не способны на глубокие чувства, в их головах лишь желание поскорее завладеть новым телом. — умолкни, демон. махиру вовсе не ты. губы девушки обиженно надуваются. но почему-то скверная фальшь, скользившая во всех её действиях, уже не так заметна... может, он привык к этому? или просто предпочёл не замечать? — ну как же, глен? я махиру, твоя возлюбленная, кому как не тебе это знать? невесомый силуэт приближается к нему, закрывает глаза ладонями и шепчет на ухо сладкие нежности прошлого. однако, они приторны, звуча из её уст, противны ему. так противны, что он порывается оттолкнуть её со всей силы, заткнуть уши, чтобы вовек не слышать этого голоса, такого милого ему раньше голоса... вот только, вместо этого глен позволяет ей терзать его сознание и дальше, ведь не теряет смутной надежды на её возвращение. и ни под каким видом не потеряет.