affinity

      Сонхун нерешительно помялся перед маленьким лазом, но все же наскреб смелости и прошмыгнул внутрь. Арена оглушала, рев толпы прежде слышный лишь приглушенно тут же впился в уши. Солнце Астерлиоса светило как никогда ярко и он, прищурившись бросил взгляд на главный балкон. Там, скрытая под пурпурной тканью сидела королевская семья. Хмурый, плечистый король чья массивная корона привлекала внимание даже с закоулка для слуг, где притаился сам Сонхун. Старший принц Ли Джунг приосанившись смотрел на всех сверху вниз. Он стоял совсем близко, почти свесившись с балкона и Сонхун смог разглядеть волевой подбородок и усмешку на губах. Тут он повернулся назад и Сонхун смог увидеть еще одну фигуру, которая так искусно скрылась в тени что он ее поначалу и не заметил. Бледная рука приняла чарку с водой с рук слуг, и Сонхун сощурившись все же рассмотрел его. Костлявый, бледный, с такими же правильными чертами лица как у короля, сжавшаяся в троне поменьше фигура. Сонхун пораскинув мозгами решил, что это второй принц Хисын. Больше некому, у короля было только двое сыновей.   Сонхун не мог перестать смотреть на младшего принца так что у него аж глаза заболели от напряжения. Хотелось рассмотреть все, в конце концов слуги замка часто судачили о нем в тенях закутков. Да и в народе пересуды ходили. Что младший принц погубил мать, великую и любимую королеву своим рождением. Что принц немощен и не может в руках и деревянного меча уложить. Что он вдобавок ко всему проводит много времени за книгами, ни с кем не ведется и молчалив. В общем то в народе он популярностью не пользовался, а Сонхуну его стало даже немного жаль. Рука что потянулась за бокалом ранее не только меч, но и ложку кажись неспособна была удержать. Быть слабаком всегда было отвратно, уж Сонхун то знал. Рождённый от союза кухарки и раба что рано погиб на арене, даже среди детей слуг он всегда оказывался целью насмешек и издевательств. Отец, привезенный из северных земель к тому же наградил его абсолютно белыми волосами и такой же кожей, что делало его похожим на поганку. А хуже всего было то, что скрыться с такой внешностью было почти что невозможно. Тычки, подножки, колкости доставали его везде как бы плотно он ни натягивал неприметную накидку. Он усмехнулся. Как же странно и затейливо устроен мир, в котором ни сыну раба, ни наследнику короля не скрыться от людских насмешек. Тут загомонила толпа и начала стучать ногами, когда в арену ввели огромного мужчину, сплошь увешенного цепями. Сонхун тут же позабыл про королевскую чету принимаясь рассматривать мужчину на арене.   Он, несомненно, был огромным. Там, где он стоял оценить конечно было сложнее чем с первых рядов, но в том, что исполин выше всех виденных им людей сомнений не было. А еще он был северянином, то есть похожим на самого Сонхуна. Кожа бледная, а волосы даже если и цвета пшена, были все же светлее Астерлийцов которые поголовно были черноволосыми. Проходил ли он через то же что и Сонхун? Вряд ли. Такого огромного воина вряд ли можно толкнуть с лестницы или запереть в кладовой.   Шустрый мужчина, по всей видимости организатор, подошел к рабу и отопрел массивный замок на шее и руках. На другую сторону арены уже вышел его противник. Джиунг. Любимец арены, что прославил Астерлиос перед тысячами на арене защищая честь своего народа. Сонхун часто слышал, как отпрыски конюха дрались за право быть следующим Джуингом. Сонхун хмыкнул. Джуинг на глаз был как десяток таких же мальчишек так что драться отпрыскам конюха все же было не за что. Он точно знал, что до таких размеров не дорастают, такими рождаются.   — Народ, благословленный Солнцем, Астерлиосы! Сегодня в честь равноденствия пройдет бой не на жизнь, а на смерть! Воин что стоит на защите чести столицы, Джуинг, покажет гнусному язычнику с севера мощь избранного Солнцем народа! Этот бесчестный, неотесанный варвар с севера наконец познает! Узреет! Веру что живет в каждом Астерлийце, народе избранным самим Солнцем!   Толпа заревела, все поднялись с мест выкрикивая оскорбления и Сонхун потуже затянул капюшон.   Северянин что стоял смирно вдруг резко повернулся, и большим прыжком достиг края арены. Кто—то истошно закричал. Стража попыталась было его остановить, но он взмахом руки отбросил всех словно они ничего и не стоили.   Народ тоже ударился в панику, слуги, стоявшие рядом с ним постарались слиться со стеной и Сонхун воспользовавшись моментом подошел ближе. Северянин раскидывал стражей как тряпичные куклы и уверенно пробивал себе путь… Сонхун ахнул! На балкон! К королю с сыновьями! Принц Ли Джунг уже вытащил меч и отрывисто кидал приказы стражам снизу, а король напротив сидел со спокойным лицом и смотрел на приближающегося раба с презрением. Но Сонхун даже отсюда видел, как белеют пальцы, сжавшие трон. Король был напряжен, но сохранял спокойствие ради спокойствия толпы. А младший принц… Сонхун удивился, не найдя его в привычном уголке. Принц нашелся в самом краю балкона. Сонхун опешил. Он был так же хрупок, бледен и немощен— но в его лице читался такой бешенный интерес что Сонхун бросил взгляд на раба что уверенно прокладывал себе путь наверх. Принц Хисын сжав пальцами перила смотрел на раба так словно никогда в жизни ничего такого не встречал. Словно даже рад был его видеть. Сонхун хотел крикнуть «Отойди!» «Что же ты делаешь?» но не нашел в себе сил и смелости. Принц такими темпами погибнет первым. Тут раба наконец то догнал Джуинг и два воина схлестнулись в схватке. Сонхун хотел было уже вздохнуть с облегчением, но северянин одним мощным движением руки оторвал глотку Джуингу. Джуингу, самому сильному бойцу арены. Арена застыла в мертвой тишине.   — Ну вот и настал твой час расплаты Хеунг! – прогрохотал северянин, указав на короля. Ты! Клятв отступник! Предатель и трус сегодня наконец отправишься к праотцам!   Король побледнел, но лицо сохранил. Тут принц Хисын неожиданно оторвался от балкона, вытащил меч у близстоящей стражи и встал перед отцом. Меч, очевидно, был слишком тяжел для его хрупкого тельца, но принц несмотря на дрожащие руки не отступился. Сонхун знал, что младший принц на два года его старше. Но разглядев его в полный рост, Сонхун решил, что принц с таким же успехом мог бы и быть на четыре года младше. Сонхун даже в свои восемь таким хиляком не был. Северянин на эскападу юного принца только горько покачал головой и так же вытащив меч, но уже с убитого рядом стража, продолжил свой путь. Он шел все ближе и ближе. Как необратимый рок. А младший принц не сдвинулся с места. Старший принц Джунг страшно суетился, направляя оставшуюся стражу, король побледнел как полотно, и только принц Хисын несгибаемо стоял, высоко подняв меч. Сонхун присмотрелся и покачал головой. Даже если принц и сможет направить меч, пронзить раба он им не сможет. Даже на то, чтобы держать его поднятым у него уходило больше сил чем было. Сонхун это видел.   Раб все приближался.   Стражи суетились как муравьи что скоро так же будут раздавлены необузданным варваром с севера.   Меч на руках принца дрожал все сильнее и сильнее. Сонхун смотрел и смотрел, не смея оторвать взгляд от стойкости и безрассудной храбрости проявленной всеми презираемым принцем.   Оставалось три шага.   Два шага.   Один.   Тут варвар резко обернулся и увернулся. Почти успел. Стрела задела плечо по касательной и по белой руке пошла струйка алой крови.   Успели. Лучники наконец прибыли. Варвар, поняв, что все кончено окончательно взбесился и одним рывком взошел на балкон. Лучники замялись, ведь теперь был риск попасть в короля. Паника достигла апогея, и варвар слитным движением схватил младшего принца за горло. Меч выпал у того из ослабевших рук. Он поднял принца и закричал.   — Только посмейте стрелять, и мальчишка умрет!   Принц зашевелил ногами в воздухе беспомощно пытаясь убрать руку варвара с шеи. Сонхун почему-то вспомнил о новорожденных котятах которых так однажды держал конюх. Они жалобно мяукали, дергали конечностями и извивались, но шансов никаких не было. Сонхун видел это тогда, видит и сейчас. Котят тогда спасти он смог, а принца не сможет.   Только вот принц молчал. Он пытался вырваться, но и тени унижения на его лице Сонхун обнаружить не смог. Вот оно что. Все же они разные, каким бы слабым принц не казался.   Король тут же встал и поднял руку приказывая лучникам не стрелять.   — Вздумал детоубийцей стать, северянин? — его зычный голос прошелся по полю. – Насколько я знаю, дети, в вашем народе неприкосновенны!   — И кто это говорит?! Ты?! Из—за тебя Листэр лишился всех юнцов что отправились воевать в чужой войне! Совсем дети, неокрепшие, желторотые птенцы пошли воевать в далекий Запад в заведомо проигрышней битве! И для чего? Для роскоши в которой купается твой проклятый народ!   Он сжал горло принца сильнее.   — Пожалел ли ты тогда детей? Сколько этому мальчишке? Тринадцать? Моему сыну тоже было тринадцать, когда он так и погиб в дальних Западных землях! Око за око, Хеунг! Мальчишка тебя, по-видимому, любит, но что же так и болезненнее для тебя будет его кон—   Тут варвар покачнулся и припал на одно колено. Младший принц свалился на землю как тряпичная кукла. Принц дрожал, и пытался, оперившись руками о землю встать на ноги. Раз за разом терпя поражение унизительно утыкаясь лицом в пыль.   Варвар вытащил из кровоточащего плеча нож и повернулся к нападающему. На арену по всех парах несся всадник. Он стремительно спешился и устремился к варвару. Сверкнула сталь, и неизвестный всадник скрестил мечи с варваром. Пошли шепотки по всей арене.   Генерал Кан.   Сонхун не мог поверить своим глазам. Генерал Кан был легендой всей страны. А может даже и мира. Он, отправившись на войну в пятнадцать, смог подняться с уровня обычного пехотинца к генералу что возглавлял все войско Астерлийцов в войне с Западными землями. Раз за разом он выигрывал даже в самых безнадежных битвах. Вот кто был настоящим солнцем Астерлиоса.   Северянин сражался с Генералом Каном наравне. Они двигались так быстро что Сонхун с трудом улавливал у кого же преимущество. Генерал Кан рядом с исполинской фигурой северянина совсем терялся. Он был достаточно высок, хорошо сложен, но все же до мощи северянина ему было далеко. Но даже так, он не отступал. И Сонхун задержал дыхание боясь пропустить хоть секунду со зрелища на арене.   Тут послушался особо сильный звон мечей. Меч что держал северянин взмыл в воздух и Генерал Кан, пользуясь моментом воткнул свой меч прямо в его горло. Северянин захрипел, бухнулся на колени хватаясь за меч на горле и бросил на короля последний полный ненависти взгляд.   Арена взорвалась криками. Все хлопали, прыгали и посылали оды непревзойденности Генерала. А сам же Генерал Кан не торжествовал. Он опустился рядом с варваром и молча прикрыл ему глаза. Стоящий рядом Принц Хисын всеобщего восторга тоже не разделил. Он лишь поднял голову и взглянул в балкон где сидел король. Король Хеунг кривил губы в жалкой попытке улыбнуться.   А вот Сонхун… Сам же Сонхун не мог оторвать взгляда от прямой спины Генерала Кана. От его сияющего меча и широкого разворота плеч. Вот кто по настоящему освещал Астерлиос.