встретимся, когда пойдет дождь

Глубокая ночь окутывала многоэтажки, а прохладный ветер отрезвлял, обдувая лицо. Шум из комнат квартиры доносился на балкон. От этой музыки уже голова трещит. Алкоголь в крови давал о себе знать, тело совершенно не хотело слушаться. Какова вероятность того, что парень может нечаянно перекинуться через ограждение и полететь плашмя вниз, размазав собственное лицо по асфальту? Хочется курить. В упаковке лишь одна сигарета. Какая досада. Но ничего не поделать, все магазины давным-давно закрыты. Джисон достал злосчастную сигарету, стал крутить ее меж указательным и средним пальцем, словно гипнотизировал опьяненным взглядом. Что я здесь делаю? Много мыслей, глупых и ужасно бестолковых, пыталось забраться в голову. Не хочется думать. Совсем. Хан даже не заметил, как зажал сигарету между губами и поджег своей любимой зажигалкой. Вкус уже не тот, приелся давно. Привычка да и только, никаких чувств не осталось. Может это и к лучшему. То, что он сейчас стоит на балконе чужой квартиры, полностью забитой незнакомыми людьми, курит и чувствует себя как никогда одиноко. Это тоже к лучшему? Несмотря на оглушительные песни позади, слух уловил уверенные шаги за спиной. Парень c серыми, как пепел, беспорядочными волосами, появился рядом. Он повторил за Ханом и сложил руки на балюстра́ду, предварительно поправив волосы. Теперь они еще больше напоминают хаос. — Ты обещал бросить. Джисон узнал этот голос. Юноша хмыкнул, опустив голову вниз. Абсурд. — Когда это было? Я много чего обещал. — он поднял взгляд на звезды, сделал очередную затяжку и осознал, сегодня ночью ничего не поможет ему укрыться от собственных мыслей. — Ты тоже обещал. Прозвучал хриплый смешок, пропитанный то ли теплом воспоминаний, то ли горечью от разрушенных ожиданий. — Столько лет прошло. — Я о том же.

***

— Эй, стой, подожди! — дождь разошелся не на шутку и, кажется, не собирался никого жалеть. Даже этого парнишку, что старался спрятать себя под собственным портфелем над головой. Он подбежал к Минхо и в ту же минуту оказался под его зонтом. — Прости, я Джисон, мы учимся в одном классе. — "я знаю, дурак" чуть было не вырвалось из уст Ли, но тот сдержался. — Не мог бы ты помочь мне? Я промок до нитки. — Куда тебе нужно? Я не спешу. — все равно домой идти не хотелось. — Мне до вон той остановки, дальше я сам. — парень ткнул в нужное направление пальцем, идти туда минут десять, не меньше. — Прости, мне стыдно, но я не знаю, как тебя зовут. — Минхо. Ли Минхо. — Спасибо тебе, Хо, ты мой спаситель на сегодня.

я навсегда запомню его имя

***

— Гулять? Со мной? Куда, зачем? — Ли не привык к вниманию, заинтересованности, дружбе. С появлением Джисона в его жизни все в новинку. — Ну Минхооо, пойдееем. — голос по ту сторону трубки, казалось, вот-вот готов расплакаться. Лишь бы уговорить. — Это наши последние каникулы перед выпускным классом и ты правда хочешь просидеть это время дома? Всего лишь месяц отдыха, не глупиии, это же кощунство. — тишина с обеих сторон создала напряжение. Минхо утонул в сомнениях. Стоит ли? — Я буду ждать тебя на лестничной клетке. — гудки. Звонок только что был завершен, не оставляя больше выбора. Родители на работе, вряд ли будут раньше восьми вечера, поэтому отчитываться ни перед кем не придется. Раз терять все таки нечего, Ли решился открыть дверь из уютной квартиры и спуститься на первый этаж. Хан и правда был здесь. Он стоял расслабленно, облокотившись на стену подъезда. — Что ты делаешь? — Минхо прищурился, рассматривая руки приятеля, определенно держащие что-то у рта. — Тебя жду, что еще. — Джисон ухмыльнулся, о чем он вообще? — Нет. Что ты делаешь? — взгляд парня уверенно устремился на дымящую меж палец друга сигарету. Хан посмотрел туда же, куда уставились глаза напротив, и наконец понял. — А, ты про сигарету что-ли? — Джисон, ты... зачем? — Минхо сделал пару шагов вперед, сокращая расстояние между ними. — Это же очень вредно, ты что, не знаешь? — Минхо, успокойся. — это забавляло. Хотя Хан понимал, его другу сейчас совсем не до шуток. — Это всего лишь сигарета... — Всего лишь? — парень резко вырвал дымящее вещество из руки Джисона и бросил на пол, затоптав носком кед. Злость начинала наполнять его с головы до ног. Всего лишь. — Это не игрушки, это ведь твое здоровье, твоя жизнь. Как ты можешь не понимать таких элементарных вещей? Словно это совершенно ничего не значит. Порой Ли был таким правильным занудой, что просто тошнило. Спорить было бесполезно, Хану совершенно не хотелось подливать масло в огонь. Минхо волновался за него, это понятно, они ведь друзья. Конечно, Джисон и сам все понимал, курить плохо и вредно, но только те чувства, ради которых он возвращался из раза в раз к никотину, всегда затмевали предубеждения. Вряд ли он в силах сопротивляться соблазну. — Прости, да, ты прав... — Почему ты вообще начал курить? Да тебе даже восемнадцати нет, где ты их достал? Хан схватил Минхо за плечи, останавливая его бесконечные вопросы, за которыми он уже не слышал никого и ничего вокруг. Их контрастные взгляды соприкоснулись. Ли был взволнован, словно огонь, а Джисон наоборот, успокаивающими волнами хотел ослабить чужой пожар. — Минхо, я в порядке, слышишь? Не нужно так волноваться. Я обещаю, что буду в порядке. Я обещаю. Летние закаты — одно из самых прекрасных чудес света. Под ними находят друг друга родственные души и расходятся корабли. Сегодня совсем не жарко, приятный ветер местами обмораживает кожу и заставляет тело покрыться мурашками на секунду. Хан давно собирался показать другу свое место. Под вопросы, "нам точно сюда можно?" и "это точно не опасно?", парни проделали путь на крышу многоэтажного здания. Джисон нашел это место 3 лета назад. Здесь никогда не запирают крышу и вид на город открывается красивый. Хороший обзор, отсюда все видно. — Рассветы здесь по-особенному красивы. — Рассветы? Откуда ты знаешь? Ты что, ночевал здесь? — Минхо вроде пошутил, но Хан вовсе не посмеялся, а лишь пожал плечами с теплой улыбкой на лице. Джисон подошел к краю, сел и свесил ноги. Кажется, у этого парня совершенно не работает инстинкт самосохранения. 20-ый этаж и трасса полная машин внизу. — Джисон, аккуратно, пожалуйста, слезь оттуда. — на лице Ли появилась тревога. Может он попросту зря переживал, но ничего не мог с собой поделать. Такова его участь, тревожиться по делу и без. Парень послушно залез обратно и сел на бетонный пол, кивая головой в бок, чтобы друг сел рядом. Чтобы они вместе смогли полюбоваться закатом. Существовало ли в тот момент в мире что-то лучше, чем обнимать Минхо, чувствовать его тепло, его дыхание, и наблюдать за тем, как солнце прячется за горизонт? Вряд ли. Ли прилег на колени Хана, он так и не понял, от чего конкретно, но безумно устал. Наверное, во всем виновато его тревожность. Ему нужно хорошо поспать и надежда на то, что его сон обретет спокойствие рядом с близким человеком, оставалась гореть в душе Минхо, согревая изнутри. И он действительно заснул. Джисон смотрел на спящего друга и удивлялся. Как он заснул так быстро? И почему он такой красивый? Это всегда было так? Тогда почему Хан не замечал? Почему так хочется дотронуться до него? Погладить волосы и поправить упавшие на глаза пряди. Почему, почему, почему? Парень помотал головой, в попытках вытряхнуть все мысли. Что за глупости, о чем ты только думаешь, Джисон? Это неправильно, вы ведь друзья. Разве друзья думают о таком? Чепуха. В сражениях со своими мыслями, Хан совершенно потерял счет времени. Хотелось, чтобы оно остановилось. Чтобы все это никогда не заканчивалось. Но солнце уже зашло, передавая эстафету луне. Настала ее очередь освещать улицы. Кажется, Минхо проснулся. Единственное, чего желал Джисон, это чтобы друг продолжал спать на его ногах. Пусть он не мог позволить себе коснуться Ли в это время или даже думать о подобном, Хан хотя бы чувствовал его тепло на себе. Но, к большому сожалению, он поднялся, сонно протирая глаза. Похож на кота, которого только что разбудили. — К... который час? — Ли хлопал заспанными глазами, осматриваясь вокруг, чтобы вернуться в реальность. — Думаю, часов девять. — Сколько?! — сон Минхо как рукой сняло. Он должен был вернуться домой до восьми, но никак не позже девяти, этого просто не может быть. Страшно представить, какой скандал ждал его дома. — Мне... я... мне нужно бежать домой. — Да, мне тоже, я проведу тебя.

даже "вечность" когда-то заканчивается.

***

— Я скучал! — Джисон налетел на друга с объятьями, словно они не виделись много лет, хотя домашний арест Минхо длился всего 3 дня. Родители грозились наказать на неделю, но парню все же удалось их задобрить хорошим поведением и помощью по дому. — Я тоже. — прошептал Ли, нежно обнимая в ответ. Наверное, он скучал не меньше Хана. Их прикосновения сейчас ощущались такими родными и такими желанными, после тех дней полного одиночества. У Минхо были мысли о том что вряд ли кто-то хоть раз обнимал его так же, как это делает Джисон. Но парень старался отгонять такие размышления от себя, словно это совершенно ничего не значит. Странно и не более. Объятия закончились. Ли хотел вновь притянуть друга к себе, почувствовать его руки на своей спине. Ему было мало. Но он воздержался. Как всегда. — Пойдем! — Хан аккуратно взял друга за руку и, кажется, даже не заметил, как сделал это под влиянием эмоций. А у Минхо сердце предательски забилось сильнее. Вот бы никогда не отпускать его руки. — Куда опять? — Джисон тянул друга в неизвестном тому направлении. Ли, на самом деле, было уже все равно куда, главное, что с Ханом. Этого вполне хватало для счастья. Парни шли долго. Джисон ни разу не отпускал руку друга. Потому что боялся, что тот потеряется или потому что просто не хотел. Наверное, парень и сам не знал почему. По пути друзья разговаривали то о прошлом, то о будущем. О том, какую ужасную еду подавали в школьной столовой после смены повара и о том, как страшно будет сдавать выпускные экзамены. Минхо знал все свое будущее наперед. Знал, как напишет экзамены, куда поступит, кем и где будет работать. Хан ничего не знал. Его будущее было сплошной загадкой. — Кажется, пришли. — парень отпустил руку и тут же почувствовал пустоту в своей ладони. Ли осмотрелся вокруг. Их окружал негустой лес, а впереди виднелась речка. Да, в такую жару речка это то, что нужно. Жаль, Минхо не прихватил плавки с собой. Вот если бы он только знал раньше, куда они собираются. — Догоняй! — парень не успел даже моргнуть, как Джисон с разбегу прыгнул в воду. Не заморачиваясь, в одежде. Ли смотрел на довольного друга и все не мог набраться смелости. Солнце палит хорошо, одежда точно успеет высохнуть по дороге домой. Но если родители узнают, он точно останется под замком до конца лета. Минхо был с головой погружен в мысли, совсем не воспринимая окружающий мир и крики Хана о том, что тот забыл про сигареты в шортах и теперь они полностью размокли. Парня вернули в реальность только чужие мокрые руки, схватившие его за ноги и потащившие за собой. Ли целиком оказался в воде. — Какого черта?! — осознание пришло только сейчас. — Ого, не ожидал, что ты такие словечки знаешь. — из уст Минхо и правда никогда не сыпались ругательства, так уж он воспитан. Джисон забавлялся, он был доволен собой. Что притащил их сюда, что затянул друга в воду. Что сейчас они стояли друг напротив друга, промокшие с головы до ног, и никто не мог помешать им. Никто не мог осудить, отругать. Потому что вокруг не было никого, кроме деревьев и солнца на небе. Неожиданно на Хана полетели брызги. Он старался спрятаться за руками, но помогало это слабо. — За что? — Джисон тепло засмеялся. — Нечего было меня тащить в воду! — Минхо не намеривался прекращать свою водную атаку мести. С яркой улыбкой, он продолжал брызгаться, словно маленький ребенок, пока руки Джисона не перехватили его запястья. — Все, хватит. — с лица Хана улыбка тоже не сходила, пока он пытался отдышаться и восстановить дыхание. Странно, наверное, со стороны выглядело. Они стояли и смотрели друг другу в глаза, а Джисон совершенно не собирался отпускать руки друга. В мыслях парня промелькнуло сильное желание. Неправильное желание, совершенно противоестественное. Но как же хочется. Хочется поцеловать Минхо, прямо здесь и сейчас. Но разве друзей целуют? Мир вокруг замер, ничего больше не имело значения. Ни время, ни солнце припекающее макушку, ни прилипшая к телу из-за влаги одежда. Хотелось остаться в этом моменте навечно. Расстояние между парнями незаметно сократилось. Хочется просто плюнуть на все. На будущее, на прошлое. Вот оно, настоящее. Сейчас. И сейчас в голове было лишь одно желание — почувствовать губы Ли на своих. Эгоистично, глупо и очень по-детски. Хан начал было приближаться к заветной цели. Вот-вот и их губы соприкоснулись бы, но парень лишь обнял Минхо. Ничего более. Джисону страшно. Страшно потерять Ли, страшно разрушить их дружбу. Страшно получить осуждение. Осуждение не от общества, а от Минхо. Еще немного покупавшись в реке, парни вылезли на сушу. Температура воздуха ничуть не спала, одежда высохнет в считанные секунды. Они гуляли по лесу наслаждаясь атмосферой, смотря на зеленые верхушки деревьев и птиц перепрыгивающих с ветки на ветку. Нужно было выдвигаться отсюда, чтобы успеть довести Ли до дома к восьми. Им обоим хотелось забыть про это чертово правило и провести всю ночь вместе, лежа в этом лесу на влажной почве. Пересчитывать звезды и отмахиваться от надоедливых комаров. Но нельзя. Хан не думал о своем будущем никогда, до сегодняшнего дня. Сейчас его все же интересовало, будет ли там столько запретов? Сможет ли Минхо оставаться с ним на подольше, если пройдет пару лет? И можно ли будет поцеловать его тогда?

у страха тоже есть лицо.

***

Ли посмотрел на друга, сидящего по правую руку, и скривился. — Ты опять куришь эту гадость. — он попытался рукой развеять дым падающий перед его лицом и показательно прокашлялся. — Хочешь попробовать? — парень с ухмылкой на лице протянул тлеющую сигарету Минхо. Он делал это скорее для того, чтобы полностью отбить у друга любой соблазн, нежели для того, чтобы заохотить. Ли долго не решался в раздумьях. Он знал, курить плохо, но это никогда не отбивало желания попробовать. Всегда его останавливают только тревожные мысли о том, что родители узнают. А если узнают о том, что курил? Накажут. Без вариантов, достанется сильнее чем обычно. Могут и вовсе запретить гулять с Джисоном. — Ну, не хочешь, как хочешь. — Хан пожал плечами и вновь потянул косяк к губам, как на пол пути его остановили. — Хочу. Если я попробую, тебе достанется меньше. А значит, меньше вреда. — Минхо выхватил сигарету и сделал затяжку, позволяя едкому дыму заполнить легкие, но тут же сильно закашлял. Ему не понравилось. Как и планировал в тайне Джисон. Парень встал и замахнулся с сигаретой в руке. Под крики друга "стой, стой, стой", он выкинул ее вдаль. Она полетела вперед, потом опускалась ниже, пока и вовсе не скрылась за ограждением крыши. Хан скорчил страдальческое лицо, ведь сигареты он экономил. Не дешевое все же удовольствие, а нуждался он в них, как организм в витаминах зимой. Покупал через знакомых и на свои карманные, которых было не так уж много. Порой на пачку даже не хватает. Хорошо, что раньше копил. Иногда таскает из кармана отцовского пиджака. Но рисковое это занятие. Вдруг поймают? Уши надерут скорее не за то, что курит, а за то, что ворует. — Ну зачем ты так? — Джисон! А если у тебя появится девушка? Если только от одной сигареты такой запах, я боюсь представить, что же тогда у тебя во рту! Ты думаешь, хоть кто-то захочет целоваться с тобой? — последняя фраза словно прошлась ножом по сердцу Джисона. Все его мысли тогда, на речке - глупость и ошибка. Минхо был прав, никто из девушек не захочет целоваться с ним, но это его не волновало, он и сам не особо горел желанием. Обижало другое. Минхо не захочет целоваться с ним. Конечно нет, он же парень, он его друг. И он не переносит запах табака. Пролет по всем пунктам. — Ты прав, мне стоит бросить. — взгляд Хана заметно погрустнел, но видимо не для Ли. Он даже не заметил. Потому что не сказал ничего такого. Это было поучительной шуткой, не более. Ведь Минхо не знал про неправильность Джисона. — Я постараюсь. — Обещай, что бросишь. — Ли наконец сел рядом с другом и, словно пытался загипнотизировать, упрямо смотрел в его глаза. — Я... я обещаю. — Хан протянул руку с поднятым мизинцем, в знак клятвы.

ты разбиваешь мое сердце.

***

— Да я еле убедил родителей в том, что просто проходил мимо курящих подростков. Если бы они не поверили... Джисон заливался смехом. — Но ведь поверили. — Да. Тебе повезло. — Минхо закинул чупа чупс обратно в рот. Леденец местами цеплял язык, оставляя маленькие и вовсе не заметные ранки, которые заживут к концу дня точно. Парень начал слегка раскачивать качель, на которой сидел. Все это так напоминало беззаботное детство. — Мне? Это еще почему? — Хан непонимающе хлопал глазами. — Потому что мне запретили бы гулять. Особенно с тобой. — парень посмотрел на небо. Облака плыли по небу, словно по тихому морю. Легко и безмятежно. Хотел бы Ли стать облаком и улететь. Подальше отсюда и своей тревожности, не дающей спать по ночам. Джисон хмыкнул. Тоже мне. Как будто их дружба только ему и нужна. А может так оно и есть? Хан просто не замечал или не хотел замечать. — Выглядишь так, словно улитку проглотил, Джисон. Что-то не так? — Минхо раскачался сильнее. — Ты со мной из жалости что-ли дружишь? — его голос прозвучал холодно, не так как обычно. Хан встал с качели, чтобы уйти. — Что? — Ли пытался остановиться, но железка не слушалась. Джисон уходил быстрым шагом. К черту. Минхо спрыгнул с качели несмотря на страх и упал неудачно. Немного разбил коленку, больно, но сейчас все это совсем неважно. Он догнал его. Успел. — Ты что такое говоришь? Ты откуда это вообще взял? — схватив друга за плечи, парень слегка тряс его, в надежде, что это поможет того образумить. — Твое колено. — хотелось плакать. Плакать от своей глупости, своего эгоизма. Хан хотел, чтобы его ударили. Чтобы Ли ударил его сейчас. Но тот лишь обнял. Сильно и так тепло. — Прости. — Джисон бережно обнял в ответ, уткнувшись лицом в плечо друга. Ему давно пора повзрослеть. — Пойдем, нужно обработать твою рану. — Обещай, что больше не будешь так сбегать. — Обещаю.

дурак.

***

— Давай поиграем в игру "одна правда или один щелбан"? — крыша уже успела стать их общим местом, друзья проводили здесь и правда много времени. Здесь безопасно, ведь всегда можно прийти и скрыться от внешнего мира. Самое то для глубоких разговоров. — Нет такой игры. — Минхо снова лег на колени друга. Странно, но это помогало ему ощутить себя более комфортно и спокойно. Обычно, с этим ему помогали только успокоительные таблетки, которые выписывает ему врач. — Есть. — Если ты хочешь что-то узнать, просто спроси. — Так неинтересно. Ли цокнул, прокручивая в мыслях на сколько детскими порой бывают поступки Джисона. — Хорошо, задавай. — что же такого собирался спросить Хан, чтобы, в теории, Минхо постарался избежать ответа? — Ты влюблен в кого-то? — парень сглотнул, потому что все еще не понимал, имеет ли право вообще такое спрашивать. И зачем только он позволил этому вопросу вырваться из уст так просто? Какой в этом смысл? Минхо все равно никогда не сможет полюбить его. Не как друга. — Возможно. — Ли отвел взгляд куда-то вдаль. Сейчас его должна была охватить тревожность, он ждал этого, но... ничего не произошло. На душе все еще было неожиданно спокойно. — Я не знаю. — он правда не понимал. Может то, что парень испытывал к другу, и есть влюбленность? Разве мальчик может любить мальчика? Такого ведь не может быть, Минхо точно знал. Значит, это не оно, но что тогда? От этого чувства уже тошнило. Его не должно быть так же, как и этих дурацких размышлений. — Так да или нет? — Джисон не совсем понимал для чего, но хотел услышать четкий ответ. Ответ от Минхо. Может, чтобы перестать путаться в догадках и строить воздушные замки. Хан хотел, чтобы ответ друга его разрушил. Чтобы можно было начать все с чистого листа. А может, он просто хотел, чтобы вся его надежда оправдалась. Так наивно надеяться на то, что никогда не случится. Но ради своего существования, приходится верить в невозможное. — Да... наверное... слушай, я не уверен, я... не знаю. — сложно понять, можно ли вообще считать влюбленность не в противоположный пол влюбленностью? Может это привязанность? Родство? Да это могло быть что угодно, черт возьми. — Джисон, а... ты когда-нибудь влюблялся... ну... не в девушек? — Влюблялся ли я в парней? — прозвучало это легко и непринужденно, но внутри тревога зашкаливала. А если Минхо заметил, что что-то с ним не так? Неужто так заметно? Хан не хотел выставлять свою панику напоказ, поэтому глубоко вздохнул, чтобы успокоится. Но выглядело так, словно он обыкновенно размышлял над вопросом. — Да. Кажется. — И ты не считаешь, что это... ну... — Странно? — Ли неуверенно кивнул, внимательно изучая реакцию на чужом лице, смотря снизу вверх. — Я не знаю. Мне кажется, такое чувство, как любовь, не может быть неправильным. Мы ведь не можем выбрать, кого нам любить, а кого нет. Да и какая вообще разница, кого любить? Не важно ведь какой пол у человека, главное то, что находится у него внутри. — прозвучало логично, но считал ли сам Джисон внутри себя так? — И сейчас ты... влюблен? — А сейчас... сейчас моя очередь задавать вопрос. Но он не задавал. Ни одного до конца сегодняшнего дня. Мучало лишь одно. Вопрос Минхо прозвучал, потому что у Джисона плохо получается скрывать свои тайные желания или потому что Ли и сам испытывал чувства к тому, кому не должен? Все стало только запутанней. — Минхо. — парень произнес это имя с полной серьезностью, чего обычно не делал. Всегда Хан вкладывал в свой голос нежность, но не сейчас. — То, что было на крыше, остается на крыше. — Конечно, я бы ни за что не... — Пообещай. — Обещаю. — и вновь клятва на мизинце.

значило ли это все хоть что-то?

***

Погода стала прохладней, листья сменили окрас на желтый и пришла пора возвращаться в ненавистную школу. Первый школьный день, как обычно, прошел сумбурно. Выпускной класс, такая ответственность. Трудно поверить, что время и правда прошло так быстро. Смотря на первоклассников, которые в этом году только начинают свой путь, хочется, как и все взрослые, пожелать им не спешить взрослеть. Но все мы в детстве хотим поскорее стать взрослыми, не понимая, на сколько ценно беззаботное время. На сколько ценно то, что есть сейчас. Школьный день пролетел быстро. Минхо и Джисон решили пойти на футбольное поле, расположенное на заднем дворе, чтобы побыть еще немного вместе. Наедине. Хан кинул рюкзак куда-то в угол, тот ударился об ограждающую сетку и упал на землю. Ли аккуратно положил свою сумку рядом. Они оба легли на траву. Небо совсем чистое. Ни единого облачка. — Теперь мы будем реже видеться. — Минхо было грустно от этой мысли. За такой короткий период времени Джисон стал для него действительно особенным другом. — Родители точно замучают репетиторами. Они хотят, чтобы я поступил без проблем. — А ты сам то хочешь? — этот вопрос жил в голове Джисона с тех пор, как они впервые затронули тему будущего. — Что? Что ты имеешь в виду? — Поступить в медицинский. Твое желание или твоих родителей? Ли повернул голову в сторону друга, не понимая. — Что за глупости? Меня ведь все 10 лет готовили к тому, чтобы... — Просто ответь, Хо. — тишина. — Очевидно ведь. Если бы это было твое желание, ты без колебаний бы сказал, что это твоя мечта, цель. Что угодно. За все время, ты еще ни разу не сказал, что хочешь туда поступить. — Я говорил. — Нет. "Я планирую туда поступить" и "мои родители хотят, чтобы я туда поступил" это не то же самое, что "я хочу". Ты словно запрограммированный робот, даже не задумываешься о своих истинных желаниях. Делаешь то, что тебе прописали в программе. — Хан посмотрел на друга и их взгляды пересеклись. В глазах Ли читалось отчаяние. Он и сам понимал, все его будущее далеко не его решение, но ничего не мог с этим сделать. У него не было выбора. Смириться, быть послушным сыном и поводом для гордости. Вот и все, что оставалось. Личность Минхо уничтожили давно. Поэтому даже протестовать было нечему. Он сам не знает, чего хочет и что чувствует. — Ну, ничего. — Джисон непроизвольно накрыл руку друга своей в знак утешения. — У тебя еще есть время. Много времени. Что бы ты ни решил, я поддержу тебя. — Спасибо. — голос понизился, а в груди вечную тревогу заменило теплое чувство. Чувство того, что он не один. Что в этом огромном мире, среди миллионов людей, у него есть человек, способный унять все его беспокойства и заставить почувствовать хоть что-то хорошее. Нет даже сомнений, он всегда будет рядом. И от этого как никогда спокойно.

***

— Джисон, ты здесь? Джисон? — Ли обошел всю крышу и все же нашел то, что искал. А точнее, кого. Хан сидел свесив ноги вниз. Он никогда не делал так при Минхо, чтобы не подпитывать его тревожность. Но наедине с собой парень не перестал подвергать себя опасности. — Джисон. Юноша обернулся на звук. Он не ожидал, что Ли будет здесь. Все это время, пока Минхо бродил по крыше и звал его, парень даже не замечал чужое присутствие. Джисон тут же поднял ноги и принялся вытирать лицо. Поставив ступни на бетонный пол, он поджал колени к себе и обхватил их руками. — Минхо? Что ты здесь делаешь? — парень посмотрел на друга с натянутой улыбкой. Получилось и правда очень неправдоподобно. Он надеялся, что Ли подыграет ему и сделает вид, что поверил. — Ты напугал меня. — Минхо выдохнул и сел рядом. — Пропал ото всюду. Как сквозь землю провалился. Что я должен был думать? Я бы точно сошел с ума, если бы не нашел тебя здесь. — Ты слишком сильно беспокоишься обо мне, не стоит. — Что случилось? — Это неважно. Сейчас ты должен быть дома, заниматься, готовиться к поступлению. А не сидеть тут, со мной. Я не прощу себя, если ты не поступишь из-за того, что я тебя отвлекаю. — Джисон тихо посмеялся, чтобы разрядить обстановку. Смеяться не хотелось. Совсем. Но еще больше не хотелось, чтобы Ли волновался за него. — Джисон, пожалуйста, я хочу помочь. Ты всегда помогал мне. Позволь мне хоть немного отплатить тебе, прошу. — он хорошо знал, что Хан всегда пытается вывести все в шутку. Но не сегодня. Не в этот раз. — Прости, но ты не сможешь мне помочь. Никто не сможет. — неожиданно чужие руки накрыли парня, заключая в теплые объятья. Это должно было помочь. Может, это совсем немного смогло унять ту душераздирающую боль и разрастающуюся пустоту внутри. — Пожалуйста, не уходи. — Джисон был то ли слишком горд, то ли слишком слаб, чтобы признать на сколько плохо ему было. — Я не уйду. Обещаю. На следующий день Хана опять не было в школе, а весь класс оповестили о том, что его мать умерла вчера. По этой причине, он не будет посещать занятия всю неделю. Минхо словно током прошибло. На сколько мало поддержки он отдал своему другу на крыше и как же сильно он в ней нуждался, но не мог сказать даже слово. Наверное, тогда ему было действительно очень трудно говорить. Но почему ты не сказал? Сегодня его не было нигде. Даже на крыше. Ни дома, ни на реке, ни на качелях, ни на футбольном поле. Ли обошел все, что только мог. Джисон буквально исчез. И Минхо боялся. Боялся, что он исчезнет навсегда.

***

Вся неделя тянулась безумно долго. Ли никогда не предавал значение тому, на сколько появление Хана повлияло на его жизнь. И на него самого. Каждый день Минхо наведывался в их места, в надежде увидеть там Джисона. Наконец-то обнять его и просто быть рядом. Но из раза в раз, Ли натыкался лишь на пустоту и тепло размытых воспоминаний из вроде бы недавнего, но такого далекого времени, когда все было хорошо. Минхо научился сбегать из дома, научился врать, научился поступать не так, как ему велят. Он очень скучал. Парень, на ряду с другими местами, навещал и квартиру в которой жил друг. Но каждый раз, когда дверь открывалась, за ней стоял уставший, пьяный мужчина. И Ли приходилось бежать по ступенькам вниз уже под крики "я не знаю, где этот мерзавец" и "хватит сюда приходить". Но он не останавливал свои попытки поисков. Даже не думал об этом. Потому что понимал, Хан не вернется. И Минхо знал, на сколько одиноко и страшно ему сейчас. Только Минхо мог помочь ему. Ли пугала мысль о том, что Джисон мог попросту уехать из города. Поехать куда глаза глядят. Но он надеялся, что друг не бросил его. Что не захотел избавиться и забыть со всем остальным, словно болезненное прошлое. Ну где же ты прячешься? Точно. Прятки. И как Минхо мог забыть? — Ли Минхо, ты куда? Что-то случилось? — учительница аккуратно выводящая что-то на классной доске запереживала, заметив ученика выходящего из класса без предупреждения. Да, идет урок, но это совсем неважно. Сейчас неважно. Ли не должен быть здесь. — Я что-то плохо себя чувствую, схожу в медпункт. — Минхо вяло улыбнулся, отказался от предложенной учительницей и одноклассниками помощи довести до кабинета, и вышел из класса. Конечно, просто так сбегать со школы запрещено, но и отпрашиваться у медсестры Ли не собирался. Школа имела два главных входа и на каждом стояли охранники, через них просто так не пройти. Это точно учебное учреждение, а не тюрьма? Минхо повезло, на первом этаже кто-то забыл закрыть окно в коридоре, поэтому парню легко удалось сбежать. Потом ему, конечно же, сильно достанется. Но это будет потом. А сейчас он бежит на заброшку с полным чувством уверенности. Джисон будет там. Он все это время был там. Ли просто забыл. Забыл, как Хан сам говорил, что любит играть в прятки здесь. Только тогда Минхо совершенно ничего не понял. Пол часа бега и Ли выдохся. Дыхание парня полностью сбилось, воздуха не хватает, ноги ужасно ноют. Он готов упасть прямо сейчас. Минхо удивился, он всегда умел так бегать? Юноша переступил бетонный порог заброшенного здания. Кажется, его даже не удосужились достроить перед тем, как бросить здесь разрушаться. Постройка была целиком серой и напоминала призрака, скрывающего за собой бескрайний пустырь. Ли обошел все два этажа и нашел только горы мусора, кучу обрушенных частей и небрежных граффити на стенах. Этого не может быть, он должен быть здесь. Может он был здесь? Пару дней назад. Ждал, будет ли его кто-то искать? Понял, что нет и уехал? Нет, нет, нет. Этого не могло случиться. Ли присел на корточки, закрыл глаза и схватился за голову в попытках спрятаться. От собственных мыслей, от бушующей внутри тревоги, от своей ничтожности. Он не мог ничего больше сделать. Это убивало. Медленно, но верно. От него ничего не зависело. Как обычно. — Я же говорил. — со вздохом чужие теплые руки обняли все больше сжимающегося Минхо. Готового исчезнуть, превратится в ничто. — Не стоит так волноваться за меня. — парень стал поглаживать друга по голове, играясь пальцами с мягкими волосами. — Минхооо. — тихий голос с хрипцой вселял крупинку спокойствия в душе Ли. — Я здесь. Слышишь? Я ведь обещал. Неужели ты подумал, что я не сдержу слово? — Минхо слабо кивнул. Сил не осталось. Все ушло на бег и сводящие с ума эмоции. — Ну зачем ты так? Тебе нельзя нервничать. Пожалуйста, посмотри на меня. — парень открыл глаза. Может ему просто все показалось? Может, он уже лишается рассудка? Нет, Хан здесь. Обнимает и утешает. Снова. — Видишь? Все хорошо. Все закончилось. — на глазах Ли слезы. — Ты не должен успокаивать меня. Это я. Я должен был найти тебя раньше, должен поддерживать тебя. — щеки стали совсем мокрыми. Какой же слабак. — У меня все хорошо в жизни, но я так ничтожен. Что даже сейчас, когда тебе плохо, ты спасаешь меня. Почему? Джисон, почему? Я так волновался за тебя и винил себя. Прости меня. Пожалуйста, прости. — руки тряслись от нервов. Хотелось кричать, а лицо словно совершенно не выражало эмоций. — Минхо. — Джисон смотрел в глаза напротив и сердце обливалось кровью. За что ты так ненавидишь себя? — У тебя истерика. Давай немного подышим, хорошо? Глубокий вдох и выдох. Хорошо, молодец. Поделай так еще пару раз, пока я не приду, ладно? — Хан выпрямился, но его друг перехватил того за запястье. — Нет, не уходи. — Давай поиграем в игру? Ты будешь дышать и медленно считать до тридцати, а я за это время должен успеть сходить тебе за водой и вернуться. Договорились? Я обещаю, что не исчезну. — после положительного ответа, Джисон тепло улыбнулся и ушел на крышу здания. Минхо считал и с каждой новой цифрой успокаивался. Сомнения все еще не давали покоя, но парень старался верить в слова друга. И это помогало. Не успел он дойти и до двадцати, как Хан уже вернулся с бутылкой в руке и протянул ему. — Лучше? — Да. Спасибо.

***

— Не сказал, потому что не хотел, чтобы ты волновался за меня. Но ты справился с этой задачей и без моей помощи. — Джисон фыркнул, поражаясь рассказам Минхо о том, как тот искал его. — Не стоило делать всего этого. Особенно, сбегать с занятий, с дома. Что бы со мной стало? Все равно пришлось бы вернутся или полиция вернула б. И сам знаешь. — Я был напуган. Потому что всем было плевать на тебя. — Ли прикусил нижнюю губу, словно собирался сказать то, что не должен. — И я очень скучал. По тебе. Не поворачивая голову, Хан взглядом зыркнул на друга сидящего по правую руку. — Я тоже скучал. И по маме, и по своей обычной жизни. И особенно, по тебе. Может, тебе кажется, что ты совершенно ничего не делаешь для меня. Но это не так. Даже твое присутствие, Минхо, твое существование исцеляет. Я не вру. Сейчас, сидя на крыше заброшки, они могли быть по-настоящему свободны. Пустырь навсегда сохранит их секреты в тишине. — Минхо. Можно... поцеловать тебя? — Что? Ты... зачем? — У меня было много времени, я думал и... — Джисон пожал плечами, а его взгляд потускнел. — Впрочем, неважно, забудь. Это глупость. — Можно. — Что? Эй, ты не обяз... — Я хочу, Джисон. Приближаясь, Хан осторожно коснулся шеи друга, что вызвало у обоих мурашки по телу. Ветер взлохмачивал волосы, их сердцебиения слились в одно на двоих, когда Джисон накрыл мягкие губы Минхо своими, завлекая в поцелуй. Ли растерянно, неуверенно, неумело, но все же ответил, опустив руку на чужое плечо напротив. Все это казалось таким ненормальным, но таким правильным, в эту же самую секунду. Страх, радость, сомнения, любовь, все чувства смешались в одно, что теперь и не отличишь, что из них что. Но самым трудным оказалось поверить в реальность происходящего. Разве все это может быть в самом деле? Хан зарылся рукой в волосы Минхо, не желая отпускать его. Он готов целовать этого парня вечность. Пока не сможет излечить все ранки на его губах и сердце. Он всегда будет рядом, как и обещал. Справа от Джисона упала капля. Затем рядом с Ли. Капля за каплей не спеша спускались с неба, прокладывая путь дождю. Минхо резко отстранился и осмотрелся вокруг. Хан аккуратно подхватил его за руку и поволок на этаж ниже, чтобы не дать их одежде промокнуть. — Мы познакомились под дождем. — Ли сел в угол, чистый от осыпанной штукатурки. — Помнишь? — Такое забудешь. — Хан сел рядом и заключил их руки в замок. Настроение юноши заметно улучшилось, ведь он наконец смог дать волю всем своим чувствам, без капли страха. — Джисон. Мне кажется, нам не стоит продолжать все это. — Минхо нервно кусал губы и на поверхности уже начали появляться следы крови, но руку все равно не прятал. Не хотел. — Почему? — в глазах парня возникло беспокойство. — Что не так? — Я боюсь. Это ведь не естественно... для общества. Если кто-то узнает, будет плохо. — Никто не узнает, если мы будем осторожны. Если это все, что тебя беспокоит, то просто доверься мне. — большой палец Джисона успокаивающе поглаживал тыльную сторону ладони Ли, пока за их спинами дождь только усилился. Они здесь на долго. Им многое нужно еще обсудить и у них достаточно времени. — Я позабочусь о нашем секрете, обещаю.

***

— Если мы ошиблись, Джисон? Если мы неправильно поняли свои чувства и все это сплошной обман? — лежать на коленях любимого парня в компании облаков и вечно пустующей крыши уже вошло в привычку. Хан убрал с чужих глаз прядки непослушной челки, чтобы поглубже заглянуть в них. Добраться до самого дна и прочитать его скрытые чувства. — Когда я целую тебя, ты чувствуешь себя обманутым? Или когда обнимаешь меня, ты думаешь, что совершаешь ошибку? Минхо прикусил нижнюю губу. Конечно, нет. Когда Джисон целует его, он чувствует как внутри взрываются звезды. Когда Ли заключает парня в объятия, он думает, что наконец-то обрел свой дом, где ему всегда рады. Где безопасно и как никогда спокойно. Но признать это не хватало смелости. — Прости. Наверное, я делаю тебе больно своими словами. — Все в порядке, Минхо. Я в порядке. И я хочу, чтобы ты тоже чувствовал себя хорошо. Твои слова меня не задевают. Я лишь беспокоюсь, что они нарушают твой покой. Что тебе больно от них. И он был прав. В действительности, больно от этих слов было лишь Минхо. Он причинял боль сам себе изо дня в день, совершенно не осознавая этого. — Прости, что я такой глупый. Наверное, я и правда не заслуживаю тебя. Мы бываем наедине всего раз в неделю, а я растрачиваю наше драгоценное время на эти ужасно дурацкие разговоры. — Минхо, пожалуйста, не говори так. Сейчас ты обесцениваешь свои переживания. Свои чувства, которыми я очень дорожу. Понимаешь, на самом деле, любовь далеко не в громких признаниях и долгих поцелуях. То, что ты доверяешь мне свои беспокойства, а я собираюсь беречь их, как самую большую драгоценность в своей жизни. Это любовь. То, что каждое воскресенье мы встречаемся здесь, чтобы провести закат и просто побыть рядом друг с другом. Это любовь. То, что порой мы совершаем глупости ради другого, это тоже любовь. Для тебя любовь может значить что-то другое. Для каждого из нас это что-то другое. — Хан, с ноткой грусти во взгляде, перевел свое внимание на бескрайнее небо над головой. — Я не рассказывал тебе. Когда моя мама лежала в больнице, я знал, что рано или поздно это закончится. Стал чаще навещать ее, когда дела начали становиться все хуже. Я готовился к ее смерти, но, как оказалось, к такому просто невозможно подготовиться. Последний наш разговор был о любви и мне все же хватило решимости признаться ей о своей влюбленности к парню. Поскольку мне нужен был совет или хотя бы пара утешающих слов. И я получил то, что хотел. Наш разговор длился несколько часов и после него мой мозг четко понял две вещи: в моих чувствах нет ничего постыдного и это последний раз, когда я вижу ее живой. Придя домой, слезы все лились из глаз и абсолютно не желали останавливаться. Я был уверен, что давно готов спокойно принять ее смерть. Но когда из больницы позвонили, моей уверенности словно и не было никогда. Мне не нужно было спрашивать у отца, что ему сказали. Это было очевидно. Мамы не стало, болезнь убила ее. Она уничтожила ее организм, но ни на каплю не смогла ослабить ее любовь. Любовь к жизни, к окружающему нас миру, к отцу и ко мне. Мама всегда отдавалась любви без остатка, сколько себя помню. Она ценила каждую секунду пребывания на нашей планете и учила меня тому же. Жаль только, раньше я был слишком мал, чтобы понять ее. Но по сей день, когда думаю о ней, о ее словах и поступках, я многому учусь. Мне так... не хватает ее. Я стараюсь не думать об этом, не причинять себе боль. Но у меня не получается просто выкинуть маму из своей памяти, словно ее и вовсе не существовало никогда. И ты... ты очень помогаешь мне, Хо. Если бы не ты, я бы давно сошел с ума. Мне очень больно, но я стараюсь быть в порядке. Я пытаюсь жить дальше, потому что знаю, что ты всегда рядом. Что мне нужно бороться, чтобы видеть тебя каждое воскресенье. Самые родные и теплые руки заключили парня в самые нежные во вселенной объятия, которые значили намного больше, чем любые слова в мире.

***

— Джисон, что ты творишь? Успокойся. — парень, не отдавая отчета своим действиям, продолжал впиваться пальцами в чужие плечи, сжимая все сильнее. — Мне больно, пожалуйста, хватит. Что случилось? — Зачем? — Джисон был на грани между ненавистью и отчаянием, ожидая ответа на достаточно понятный, как ему казалось, вопрос. — Я не понимаю. — что вообще можно понять, когда твой парень насильно запихивает тебя в кабинку школьного туалета, чтобы поговорить, пока в коридоре раздается звонок на урок. — Ты издеваешься? — Хан поднял брови, словно чего-то ждал от Минхо. Извинений? Признания? Объяснений? Но Ли лишь растерянно хлопал глазами. — Я правда не понимаю, Джисон. Прошу, давай спокойно поговорим. — парень ослабил хватку и наконец опустил руки, глубоко вздохнув. — Вся школа обсуждает слух о том, что я гей. И ты хочешь сказать, что совершенно не знаешь, кто к этому причастен? — Стой, стой, стой. Ты думаешь, я пустил этот слух? — нервный смешок вырвался из уст Ли. Может это просто неудачная шутка? Джисон, его любимый Джисон, ведь не мог подумать, что он предал его. Нет, этого просто не может быть. — Минхо, хватит. Серьезно, хватит. Просто признайся, больше некому было сделать это. Не нужно только цирк устраивать, ладно? Я все могу понять, я не буду злиться. Ты только объясни, зачем ты сделал это? — Цирк устраиваешь тут только ты. — теперь агрессия охватила и Минхо. — На столько мне не доверяешь? Да пожалуйста. Как у тебя вообще язык повернулся обвинять меня так нагло в том, чего я не делал? Сначала разберись кто тебе друг, а кто враг. И уже потом начинай бочку катить. — резкая боль разлилась по всему телу. Ли слегка толкнул в плечо парня преграждающего выход и покинул мужской туалет. Все мысли и чувства смешались в сплошную неразбериху. Обида, злость, тревога, печаль и любовь. Конечно любовь.

***

— Ты же бросил. Опять куришь. — Зачем ты пришел? — А ты не рад? Я могу уйти. — Нет. Останься. Пожалуйста. — Минхо молча подошел ближе и сел рядом. Этого более чем достаточно, чтобы почувствовать себя лучше. — Тяжелый денек выдался, да? — парень принялся аккуратно поглаживать чужие волосы, распутывая тот беспорядок, что наделал ветер на голове Хана. — Прости. Пожалуйста, прости меня. Не знаю, что на меня нашло. Мне очень стыдно. — Я не виню тебя, все в порядке. На самом деле, я пришел не за этим. — Ли опустил руку и осторожно положил голову на плечо Джисона, ощущая его тепло, пока ветер раздувал их волосы в разные стороны. Прикрыв глаза, тот уткнулся в горячую шею парня, приятно обжигающую кончик его носа. Он услышал, как Хан потушил сигарету о бетон и через пару секунд ядовитый запах испарился. — Мои родители каким-то образом узнали про слух о тебе. Я, конечно, догадываюсь, что наша крыса классуха могла доложить им об этом. Чтобы они уберегли своего драгоценного, правильного сына от пагубного влияния. — Джисон ничего не говорил. Только слушал и ждал контрольный выстрел в голову. — Отец переводит меня в другую школу. И мне запрещено общаться с тобой, Джисон. Ты правда думал, что я мог так просто раскрыть нашу тайну, предать нас и... потерять тебя? — Я не сдержал обещания. Извини. Я полный дурак. Но что ты собираешься делать дальше? — Минхо пожал плечами, думать совсем не хотелось. Может завтра это все просто окажется ночным кошмаром? — Хочу остаться с тобой здесь.

***

Школьные дни без Ли тянулись ужасно долго. Постоянные издевки со стороны других учеников преследовали его в коридоре, в каждом кабинете, в столовой. Куда бы Хан не пошел, они всегда следовали за его спиной. Подростки жестоки. Но парень давно привык к грубому обращению к себе, спустя длительного проживания наедине с отцом. Его даже не задело, когда тот выгнал парня из дома с криками "ты больше мне не сын". И дело не в том, что Джисон гей. Просто его папаша всегда лишь искал достойный повод, чтобы сделать это. С Минхо они действительно перестали встречаться, даже по воскресеньям. Все, что у них осталось, это переписки. Но их всегда недостаточно. Хочется вновь заглянуть в его глаза, услышать тихий голос, коснуться его руки и ощутить это тепло на себе. Но все это теперь было словно из прошлой жизни. Почему же все так паршиво?

даже сигареты уже не спасают.

***

Хо: давай встретимся. нужно поговорить.

Джисон: хорошо.

Вряд ли это значило что-то хорошее. С каждым днем Ли все больше отдалялся и Хан хотел, чтобы ему это показалось. Чтобы это были лишь глупые надуманные им самим мысли. Но, когда они вновь встретились на тайной недостройке, Джисон понял, что не ошибался. В окружении ночи от Минхо исходил холод, словно он превратился в кубик льда, способный заморозить все, что его коснется. — Минхоо, — на лице парня растянулась нежная улыбка. Он до конца надеялся, что сможет помочь Ли, как раньше. — я ску... — Я больше не люблю тебя. — парень опустил стеклянный взгляд в пол. Ему не хватит смелости посмотреть в разбивающиеся глаза напротив. В любимые глаза, наливающиеся горечью. — Ты... ты что такое говоришь? — Хан в состоянии легкого шока фыркнул и подошел ближе, чтобы обнять парня. Услышать слова о том, что это глупая шутка. Посмеяться вместе и провести это время наедине, как раньше. Но Минхо силой оттолкнул его, отрезвляя, четко давая понять. Как раньше уже не будет. Никогда. — Я хотел сказать это лично. Мне жаль, нам нужно прекратить все это и... — Ты хотя бы сам себе веришь? — тишина. — Так будет лучше. — Кому, Минхо? Кому от этого будет лучше? — Мне. — Ли совсем не хотел говорить всего этого, но не мог иначе. Чем дольше длился этот разговор, тем больше злость заполняла его легкие. Тем больше ему хотелось остаться. — Мне будет лучше без тебя, Джисон. — Хорошо. — пустота внутри. Пустота и боль, готовые поглотить Хана целиком. И они обязательно сделают это. Нужно только немного больше времени. — Если это правда так, я уйду. Ты увер... — Уйди. Прошу. — Береги себя. Слезы невольно покатились по щекам Минхо, когда Джисон скрылся из поля зрения. Хан сможет прожить без него, он точно будет в порядке, Ли был уверен. Но сможет ли сам Минхо прожить без Джисона? Он не знал, но не переставал повторять про себя "так будет лучше", чтобы убедить себя в этом. Чтобы смириться с тем, что он только что сделал. Оправдать всю боль, которую они оба испытывали от краха собственных сердец.

ты обещал, что не уйдешь.