Измор

джемин никогда не любил джисона. это так тяготно, что блевать охота. хочется стереть его милый образ из памяти, чтобы навсегда позабыть, наверное, о лучшем времени в его такой никакой жизни(или существовании¿). их отношения были неправильные, с никому непонятными странностями, принятыми в обществе чем-то из ряда вон выходящим. джемину нравилось чувствовать ту заботу, любовь, поддержку, нежность и ещё до тошнотворности сладкие и тягучие, словно мед, чувства, которые младший дарил юноше. джемину нравилось быть любимым. в их отношениях не было поцелуев, объятий, а речь о сексе и не заходила. но джемин солгал, если бы сказал, что ему не нравились те ночные разговоры, в которых джисон говорил много непристойных вещей, где говорил о том, что хочет поиметь нану во всех существующих и несуществующих позах, хочет прижаться к его разведенным ногам, хочет везде: на столе, на стиралке, может и на полу, хочет увидеть своего такого любимого и самого лучшего хёна в розовых кружевных чулочках, которые элегантно подчёркивали бы стройную ножку, давая ещё больший палет фантазии. джисон рассказывал, что на джемине хорошо смотрелись бы кошачьи ушки и галстук, за который бы на притягивали, чтобы подарить персиковым губам дурманящий поцелуй. но наутро эти разговоры не имели смысла, их будто и не было. от этого и легче. в конце концов джемин покончил с этим, как бы больно не было терять то, что доставляло ему удовольствие. джисон, на удивление, не устроил историку и не начал обижаться, но оба парня рыдали, чувства(или их отсутствие¿) переполняли, принося неизбежное и колкое, до отвращения к себе и всему, состояние. может быть на следующий день все правда наладилось или так только казалось. в любом случае, никому из них не хотелось нарушать эту видимость порядка в голове. после расставания все наладилось, что удивительно, ведь обычно люди переставали общаться, но только не джемин и джисон. старший по-прежнему баловал пака откровенными фото, а джисон все так же реагировал на это крайне воодушевленно, осыпая всеми существующими комплиментами. джемин и сам не понимает, что происходит, зачем он это делает, для чего. ответы слышать не хочется, потому что знает – он эгоист, собственник, ему необходимо внимание и чувствовать любовь. может покончить с этим(или с собой?) в жизни джемина было много красивых мальчиков, что неудивительно, ведь сам молодой человек был не менее красив, но характер, конечно, оставлял желать лучшего, он и сам это знает. джено – ещё одна пассия джемина. ли джено был до безумия горячим и привлекательным, его испорченные пепельные волосы подходили ему на все двести процентов. произведение искусства. джемин и джено познакомились совершенно случайно: лайкнули друг друга на каком-то ущербном сайте знакомств. джено проявлял неподдельный интерес к персоне на, а тот в ответ интересовался джено. они общались в интернете около месяца или чуть больше, джемин точно не помнит, потому что, честно говоря, джемину было плевать. снова. интерес снова внезапно пропал, но дже привык к джено, поэтому отвечал на его многочисленные сообщения, которые были наполнены флиртом. иногда настолько, что хотелось пристрелить джено или выпилиться самому. ли писал для джемина откровенные, наполненные пошлостями и грязью, месседжи, в которых опять парня оттрахали во всех позах. их общение строилось на мечтах и обсуждении секса друг с другом. джемин был не против. он любит секс, он любит грязь, он любит похоть. «я противный» – думает про себя джемин, когда в очередной раз отправляет интимную фотографию джисону, а затем сразу же джено. хотя, знаете, джемину все равно, ему нравится быть в центре внимания, всеобщей любви и вожделения. Время летит быстро и это пугает. вот уже они с джено вроде как встречаются, а вроде и нет, потому что, знаете, они виделись несколько раз и только для того, чтобы провести вместе долгую и горячую, как казалось джемину, ночь. но на самом деле горячей назвать сложно. джено, как оказалось, интересовало лишь собственное удовольствие, а хорошо ли джемину и вообще жил ли он – знания не имеет. джено грубо трахал нану, приковывая мускулистым крупным телом к старой и дряхлой кровати мотеля. ли крепкой хваткой вцепился в лебединую шею джемина, с огромной силой сжал её, все так же яростно и безжалостно продолжая входить в уставшее и, кажется, абсолютно белое тело парня (не считая синяки от огромных медвежьих лап джено). джемин для себя решил, что пошёл джено нахуй. такое ужасное чувство. джемин не чувствовал интерес к жизни, он утратил интерес к живописи, которую раньше любил больше всех и всего, он потерял смысл. в его жизни ничего чрезмерно плохого произошло, но все так, откровенно говоря, надоело. уставший, джемин вернулся в квартиру и осел на пол. и рыдал, и рыдал, и рыдал. – как вы все меня заебали. канцелярское лезвие болезненно вошла в нежную кожу, а джемин сморщил лицо, делая надрез глубже. да! вот оно успокоение. последний удар и тьма. джемин был готов и определённо не жалеет. тяготы и мрачная, никому ненужная, жизнь определённо удручает. неприятная пустота присутствовала всегда. насколько часто он её ощущал, что хотелось залезть к себе в грудную клетку и вырвать поганое сердце. теперь это в прошлом, ведь так?