Исповедь.

Дверь исповедальни открылась, скрипнув несмазанными петлями, священник, сидящий по ту сторону резной решетки и перебирая четки, выточенные из сандалового дерева, привычно приложил сложенные пальцы ко лбу и перекрестился, отвлекаясь на тяжелую поступь вошедшего. Отодвигая в сторону мысль о последующем наказании нерадивого послушника, пропустившего в силу ленности одну из своих прямых обязанностей, он произнес заученный до автоматизма текст молитвы, отвечая на обращение, слышанное им не раз от пришедших к нему, — Господь да будет в сердце твоём, чтобы искренно исповедовать свои грехи от последней исповеди… — Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. ~~~~ ... я слышу его шаги, тяжелой поступью неотвратимого, я чувствую загривком жаркое дыхание зверя, я вижу взгляд моего зверя через резную решетку тесной исповедальни, пропахшей ладаном и пчелиным воском. Грешен, я господи. Перед тобою грешен. Любовью своею грешен, искушаемый и искушенный. И не в силах своих вымолить у тебя прощения, ибо не достоин его, ибо не хочу его. Отвечаю, въевшимися в неосознанность словами и поднимаю голову, встречаясь с ним взглядами. Мое прошлое отброшенно, грехами отпущенными тобой. Мой демон, с перехлестным цепью горлом, смотрит на меня голодно, вожделеюще, нет у меня ни стыда, ни взвешенных сожалений, самого себя у меня — нет. Мое испытание, мой грех и мое искупление скользящим шорохом алого шелка, сминаемого под моими пальцами под сбивчивый шепот молитвы. Моей молитвы. O Jesu clementissime; Generis humani generis Redemptor, lapsos nos respice propitius ad thronum tuum alta humilitate. [ О Иисус милосердный; Искупитель человеческого рода, милостиво воззри на нас, к престолу Твоему с глубоким смирением припадающих.] ... взглядом, карамельно медовым... бедовым... Там, в полутьме деревянного ящика исповедальни, с жесткой скамьей, отполированной за долгие годы не одной задницей кающихся, он... Насмешливый, едкий, терпкий. Затаенным зверем, алчущим зверем, вышедшим на охотничью тропу. Да, в прошлый раз мы по нулям, мы проиграли в ничью... в холостую... Tui sumus, et tui esse volumus.[ Мы - Твои, и хотим быть Твоими.] ... твой я... твой... твой... как не дави, как не заглушай в себе пробивающий вой, твой... Не могу оторваться взглядом от жестких губ твоих, не могу... я холодный металл креста приложил к воспаленному лбу, и лбом... рвусь напролом, через узкую дверь. Спотыкаясь, цепляясь непослушными пальцами за узкую полоску душащей меня колоратки, сдираю ее... кожей сдираю, наросшими шрамами, сглаживающие мои шероховатости сдираю... Sed arctius cum Te unire cupientes, quisque nostrum hodie Sacrum Cor tuum sponte se devovet. [ Желая, однако, еще теснее соединиться с Тобою, каждый из нас сегодня посвящает себя добровольно Святейшему Сердцу Твоему.] ... и в руки твои, с надорванным криком, отчаянно выламываясь из тесного кольца объятий, я тянусь за спасением, к возвышающим над нами грешными, безразличным к страстям распятием. И всуе, я имя твое, Господи, кричу всуе... и все ниже, твои клейменные поцелуи... выгорают на бледной коже моих плечей, затухая оплывшими огарками свечей... Multi te non cognoverunt: multi te negaverunt, mandata tua contemnentes. [ Тебя многие никогда не знали, от Тебя многие отреклись, презрев заповеди Твои.] ... Господи, где ты был за день моего грехопадения, когда я грел сбивчивым шепотом равнодушный металл нательного креста? Когда ползал у аналоя, сбивая в кровь свои колени и не было мне большей радости, чем луч солнца, раздробленный цветным стеклом витража, осветивший бесстрастность распятого Христа, и мое изшорканное сердце? Где ты был?.. Utriusque miserere, bone Jesu, et omnes ad Cor tuum sacrum attrahe.[ Сжалься над теми и другими, о благой Иисус, и привлеки всех к Святому Сердцу Твоему.] ... Господи где ты был, в день моего грехопадения, когда в обитель твою, в храм твой вошел уверенной поступью мой неотвратимый зверь? Отбивая поклоны я обернулся, встречаясь беззащитным взглядом с адом своим, и потерянным раем, растерянной улыбкой отвечая на его улыбку — скрытую, торжествующую. Где ты был?.. Rex esto, Domine, non fidelium tantum qui te non deseruerunt, sed etiam filii prodigus, qui abs te recesserunt. [ Будь Царем, Господи, не только верных, никогда не оставлявших Тебя, но и блудных сынов, ушедших от Тебя.] ... Господи, где ты был в миг моего грехопадения, когда скользящим шорохом алого шелка под чужими пальцами, я пал перед увенчанным терновым венцом крестом твоим? Алым шелком венчанный с тобой, Господь мой, алым шелком перетянувшим глаза мои на алтаре твоем, алым шелком я пал перед невидящим взором твоим... Reduc eos ad domicilium veritatis et ad unitatem in fide, ut mox unus grex et unus pastor sit. Item, omnes. [ Приведи их обратно в пристанище истины и к единству в вере, да будет скоро едино стадо и един Пастырь.] ... и изломанный стонами, что звучат вместо молитв... наполовину?... Нет, не умею... не привык... Мои губы шепчут сбивчиво, на латыни мертвой, стих, а мой зверь распиная меня, доказывает, что я жив... Мой Господь, обреченный, не спасает... неуместных... А под витражными сводами мы, древнейшим актом венчаемся, Соломоновой песней всех песней. Передавленным запястьем, переломанным голосом, дыханием звериным в затылок, в загривок и в взмокшие волосы. По прогибу спины, по рисунку, епитимьи наложенной, кожи вспоротой, полосы... Item, omnes. Qui te adhuc non noverunt, eos ad familiam credentium adduc. [ Также и всех. Тебя еще не знающих, приведи в семью верующих.] ... дробью, дробно, разорванные четки... твой поцелуй — он полынно - горький, топкий... топью... И сбиты колени... Ползут по мне тени... Пробито, избито, ты ловишь губами мой выдранный хрип... Надевая стальное кольцо захвата на горло мое... Господи, ты меня так и не слышал, не принял, возводя глаза свои в безвольное небо, выискав бога себе в своем безучастии. Я Телом Христовым и Кровью в этом таинстве грехопадения и причастия. Praesta, Domine, Ecclesiae tuae plenam felicitatem ac libertatem, da omnibus populis prosperitatem pacificam, ut ab omnibus universi plagis unanimiter sonent: Gloria Divino Cordi, per quod datur salus, gloria et honor in saecula saeculorum. et semper! Amen. [ Даруй, Господи, Церкви Твоей полный расцвет и свободу, даруй всем народам мирное благоустройство, чтобы со всех концов вселенной звучало единогласно: Слава Божественному Сердцу, через Которое нам дано спасение, слава и честь Ему во веки веков! Аминь.] ... я все еще цепляюсь за тебя, отстраненный Господь мой, тяну к тебе руку, соскабливая изломанными ногтями почерневший от времени лак, с основания креста. Оставляя процарапанный след свой на символическом камне Голгофы, на которую ты взошел, неся свой крест... Мой крест, сейчас выламывает мою руку, отдирая от тебя, отбирая... забирая... Я за ним, с ним... Прости меня, Господи... Аминь. 18.09.2021