Connect

      Устало выдохнув, Какаши зажал клавишу пробела на компьютере, и диалоговое окно видеосвязи схлопнулось вниз. Встреча прошла абсолютно бесполезно, как и последующий разговор тет-а-тет, но кого бы это волновало, если начальство велело всем быть, а после сидеть и слушать нудные истории в «неформальной» обстановке. Благо, большинство сотрудников отказалось ехать для этого в Саппоро, и босс позволила токийскому офису работать удаленно. Не то чтобы токийский офис работал, конечно, но очень активно имитировал бурную деятельность. В Саппоро даже поверили.       Вытащив наушники, Какаши уже собирался было встать, как замер, прислушиваясь. Для одиннадцати вечера в квартире было слишком уж шумно.       На кухне обнаружилась та еще мизансцена — муж, оставив на столе непроверенные рефераты студентов, бегал вокруг этого же стола за собственным братом, причем достаточно активно. Рассудив, что влезать себе дороже, Какаши остановился, внимая.       — Я отправлю тебя к родителям, клянусь! — шипел Итачи. Это он в последнее время обещал чаще, чем вынести мусор, но угроза все равно почему-то каждый раз воспринималась всерьез — то ли дело было в его общем устрашающем виде, то ли в наполнении самой угрозы.       — Да я здесь при чем? — фыркнул Саске, убедившись, что от разъяренного старшего брата его отделяет надежная преграда — стол.       — Ты время видел? — ткнул пальцем в настенные часы Итачи, обходя стол по кругу.       Саске зеркально копировал его движения, отступая.       — Нии-сан, я-то в чем виноват? — с насквозь фальшивым возмущением захлопал глазами он. — Я же тебе говорю, я просто долго ждал автобус!       — Не верю не единому слову, это во-первых, — рявкнул Итачи, сменяя направление. Саске, что удивительно, реакция не изменяла, потому увернуться он успел. — И ты должен был быть дома три часа назад, это во-вторых!       Какаши мысленно воззвал к ками. Будет хоть один спокойный вечер в этом доме?.. Иногда ему казалось, что если что-то у них не случится, небо просто упадет на землю.       — Итачи, не будь мамочкой, всего одиннадцать! — взвился Саске, оставив бесполезную в корне версию с уважительной причиной задержки.       Муж, схватив со стола папку, с размаху запустил ею в едва успевшего пригнуться младшего брата. Папка врезалась в стену, несшитые листы реферата посыпались на пол.       Саске, заблаговременно нырнувший под стол, не был схвачен за ухо в последний момент лишь чудом.       — Ну успокойся! Я не то имел в виду!       — «Успокойся»? — Итачи, тряхнув челкой, снова двинулся вокруг стола. — Я спокоен! Где тебя носило столько времени?!       Тут поспорить со старшим из братьев было нельзя — нервозность Итачи и правда жгла Какаши грудную клетку уже пару часов точно, и сейчас он вполне имел право на злость. Саске же своим ехидством ситуацию только усугублял.       — Ребятки, что у вас тут происходит? — всё же решил вмешаться он. Оба брата обратили на него внимание, только когда он подал голос, но Итачи, воспользовавшись секундной заминкой, еще и успел пройти лишнюю четверть круга.       Саске, ругнувшись, нырнул Какаши за спину, всё же схлопотав от брата удар свернутым журналом по заднице, и уже оттуда торопливо пожаловался:       — Твой муж решил меня прикончить!       Итачи, скрестив руки на груди, смотрел на него обвиняюще.       Какаши приподнял раскрытые ладони, устало улыбаясь и прикрывая сжавшегося подростка.       — Эй, тише, ласка, ты же и правда его прибьёшь.       Итачи ткнул в них свернутым в трубочку журналом с угрожающим:       — Это я и планировал сделать.       Какаши пропустил смешок, придерживая, тем не менее, Саске за руку, чтобы не сбежал от разборок.       — Да ладно тебе, я же не маленький, всего одиннадцать, — снова заоправдывался Саске, выглядывая из-за его плеча.       — Всего? — шикнул на него Итачи, хмурясь. — Отото… Где. Ты. Был?       Саске замялся, и повисла пауза. Театр драмы взял антракт, Саске явно думал, что бы такое соврать, чтобы брат поверил, но мысли, видимо, не клеились.       Не то чтобы Какаши горел желанием спасать засранца…       — Уже и правда поздно, ласка, — Саске за его спиной потерял челюсть. — Давай вы разберетесь утром, хорошо?       Итачи скептично осмотрел композицию, скосил глаза на недопроверенные работы и со вздохом коротко велел брату:       — Иди к себе. И не надейся, что я не посажу тебя под замок до конца жизни. Марш.       Саске, выскользнув из-под руки Какаши, проскочил мимо брата в коридор, по пути не успев увернуться от подзатыльника, и скрылся за дверью комнаты. Какаши мысленно пожелал ему до утра придумать такую отговорку, чтобы у его брата не чесались руки придушить его через каждое слово. Зная изворотливость Саске — он придумает. Зная отходчивость Итачи — завтра скандала не будет вообще.       — Мелкий паршивец, — поджал губы муж, принимаясь собирать листы рассыпавшейся работы.       Какаши чувствовал раздражение родственной души буквально кожей.       — Успокойся, — вкрадчиво начал он, вытягивая из чужих пальцев бумаги. Реферат отправился на стол. Итачи только повел плечами, когда Какаши приобнял его за талию и плечи, прислоняясь грудью к ровной спине. — Он подросток, они все ведут себя отвратительно.       Итачи, чувствуя, как чужой нос чертит дорожки на его шее вдоль позвоночника, заметил:       — Я не позволял себе такого.       Какаши фыркнул ему в ключицу.       — Зато ты курил и встречался с мужчиной вдвое старше тебя в тайне от родителей, он хотя бы просто шляется черти где… — теперь настала очередь Итачи фыркать. Ну он же бросил, сколько можно припоминать. — И потом, ты знаешь, с кем он был. Есть только один человек, от которого он с таким счастливым лицом возвращается. Хотя этому человеку самому не помешало бы хорошенько дать по шее. Надо будет намекнуть Минато-сэнсэю.       Итачи, Какаши мог поклясться, закатил глаза.       Пихнув мужчину в бок, он отстранился и снова сел за стол, потянулся за отложенными очками. Какаши стащил их с его носа с поразительной легкостью.       — Мне нужно закончить.       — Ну уж нет. Идём спать.       — Какаши…       — Идём спать, неугомонный. Ты знаешь, что ласки очень ленивые животные? Ты неправильная ласка! Тебя надо исправлять.       — Тебя так забавляет мое имя?       — До безумия. Идём.

***

Сильно досталось?

Не особенно. Сказал, что мы поговорим завтра.

Уверен, что завтра он не пойдет на второй круг?

Это же мой брат.

Вот именно. Это твой брат. Я до сих пор помню, как он ругался, когда…

Забудь уже об этом, добе, это сто лет назад было. Он и сегодня ругался. Поругается и успокоится. Просто больше лучше не опаздывать. В ближайшее время. Иначе меня вообще из дома не выпустят. Тебе-то не влетело?

Еще как. Мама так орала, что стены тряслись. Батя до сих пор от нее шарахается.

А ты?

А чего я? Я на крыше прячусь.

Везёт. В квартире так не спрячешься.

У тебя есть Какаши.

Он меня бесит.

Да ладно тебе, он мировой мужик.

Он спит с моим братом.

Эй, он спит с твоим братом уже много лет, а ты все не угомонишься.

Придурок.

Ну ладно, не обижайся. Правда, он классный. Я знаю, что ты бесишься, но взгляни на это трезво. Он тебя дразнит, только потому что ты реагируешь, как ты всегда реагируешь.

Что удивительно, сегодня он за меня, вроде как, заступился. Хотя я его тоже бешу.

Ты его не бесишь.

Хн?

Ну, у него характер тот еще, и у тебя тоже, но ты его точно не бесишь. Если его кто-то бесит, он это не терпит, поверь, я его давно знаю. Думаю, он просто над тобой прикалывается. Ты со стороны очень забавно злишься.

Интересно, в переписке можно врезать?

Ну кто тебе еще скажет это, кроме меня? Итачи вон уже отчаялся.

Ладно. Может, ты и прав, и я его не бешу. Но он всё равно бесит меня.

Ну упрямый, а. Ты хоть спасибо ему скажи, что он тебя прикрыл.

Скажу.

Возможно.

Когда-нибудь.

Вот ты противный.

Брату скажу, что заблудился. А не признался, потому что было стыдно.

Ну, ничё так, правдоподобно. Думаешь, поверит?

Конечно, не поверит. Но сделает вид, что поверил. Это же Итачи.

Он тебя любит, а ты пользуешься.

Я его тоже люблю. И он этим тоже пользуется. Мы квиты.

Прикинь, мама щас внизу на батю орет за то, что у меня его гены, дома он не убирается, я свинья, деньги зарабатывает она одна, и вообще он, алкаш, сына не воспитывает.

Чего?

Сам в шоке. И как он ее терпит столько лет?

Любит. Когда любят, терпят.

Погоди, твой отец же не пьёт.

А, то есть, всё остальное в её претензии тебя не напрягло? Всё, я ночую на крыше. Мама батю из дома выгнала. Сидит во дворе. Угорает.

Может, это истерика?

Да нет, ему реально смешно.

Не понимаю я их.

Она швырнула в него сковородкой.

Он жив?

Живее всех живых. Он увернулся. Сковородку жалко.

Придурок, у меня брат в соседней комнате, я не могу смеяться. Ты можешь что-то адекватное писать, а?

Не могу. У меня семья неадекватная. Мама заперлась. Батя рассуждает, можно ли сковородкой вырыть подкоп в погреб, чтобы ночью попасть в дом.

Он же строитель, имеет право. К чему пришёл?

К тому, что от сковородки придется отгрызть края, чтобы легче было копать. Предлагает понадкусывать.

Добе. Вот сейчас мой брат услышит, что я ржу, придет и меня понадкусывает. Ты будешь виноват в моей смерти, ты понял?

Подавится. Ты ядовитый.

Иди ты.

Мама завывает «за кого я вышла замуж». Батя говорит, что всего десять минут назад выгнала, а уже забыла. Моя нескучная жизнь.

Я не удивлён, что у них родился такой неадекватный ты.

А вот меня удивляет, теме, как у Микото-сан недоразумение вроде тебя появилось. Вроде первый блин комом должен быть, а у вас Итачи нормальный, а ты с ебанцой.

Я тебе точно что-нибудь сломаю потом, добе.

Я люблю тебя.

В тебя сковородкой попало или с крыши упал?

Язва. Я всё равно люблю тебя. Ты лучшее, что со мной случалось, честно.

Ну допустим, я тебя тоже.

Чёрт, они там трахаются. Какой кошмар. Ненавижу этого белобрысого…

Завидуешь? ; -)

Иди ты, добе.

◯ ↹ |Введите сообщение… ⨉ ⩥