Острие скальпеля

Утро начинается не с кофе, удивительно, но именно эта фраза сейчас идеально подходит к ситуации. Ведь именно этот злосчастный кофе пару секунд назад оказался на его лице. Рустам, понял, что с будильником Антон сегодня не встанет, ведь вчера тот до трёх засиделся над домашней работой и уже пропустил в районе пяти будильников. Саидахметов, воспользовавшись беспомощностью нового друга, решил вылить на Антона остатки остывшего кофе, дабы тот проснулся. Шастун с громким трехэтажным матом вспрыгивает с койки и вытирает с лица прохладную жидкость, однако делает это только хуже, ведь кофейная куща с лёгкостью растирается по сонному лицу хозяина. Фыркнув и зло посмотрев на Рустама, шатен берет полотенце и, еле перебирая ногами, плетется в душевую. Там же он раздевается и принимает прохладный душ, стирая с лица и ключиц кофейную гущу, тщательно промывает голову и выходит из душа. Взглянув на время, он, встрепенувшись, кидается к шкафу и вытаскивает оттуда чёрную водолазку и белые брюки с подаренным отцом коричневым ремнем. Аккуратно складывает медицинский халат, шапочку и белые кроксы. Смотрит на расписание и вздыхает, сегодня его мозг будет покорять науки физиологии, анатомии, гистологии и правоведения. Быстро кидает в сумку пару тетрадей на кольцах и небольшой пенал. В то время до пары остаётся чуть меньше часа, именно поэтому Антон с рюкзаком на плече и хвостом в виде Рустама, буквально влетает на кухню, где Дима выкладывает на тарелки аппетитный омлет. — Димо-о-о-н! — Шастун плюхается на стул и улыбается во все тридцать два. — Да, да, не надо оваций, я знаю, что я прекрасен, — хмыкает Позов и принимается за еду. — как, тебе, кстати, кофейный душ? Шастун прожевывает поджаренный хлебушек и хмыкает. — Лучшее средство, для лучшего пробуждения, — смеётся Шаст и приступает к омлету. — А я говорил, что ему понравится! — улыбается Рус. Дальнейшая трапеза проходит в тишине, прерываемой лишь редкими позвякиваниями посуды от столкновения со столовыми приборами.

* * *

Первой парой числилась физиология, чему парни были несказанно рады. Они вновь заняли самую последнюю парту, однако это их не сильно спасало, ведь макушка Шастуна была видна за километр. Словив улыбку преподавателя, он кивнул ему в знак приветствия и открыл тетрадь. Павел Алексеевич оказался очень хорошим учителем, любящим свой предмет. В меру строгим, но очень забавным и саркастичным. Увидев Антона во время переклички, он тут же широко улыбнулся, спрашивая о его росте. Шатен тоже, зевая, улыбался. Не один теперь носил звание шпалы. Заебись. Урок проходил легко и быстро, полезная информация лилась без конца, изредка приправляясь опасениями о будущей экзаменационной сессии. Никаких угроз «вы не сдадите», никаких оскорблений «какие же вы тупые». Только приятная атмосфера и продуктивное времяпрепровождение. — Ребят, вы серьезно?! Гомохиральность и гомики, это, черт возьми, разные вещи! — потирая переносицу смеётся преподаватель. — Гомохиральность мономеров аминокислот — первое и необходимое условие для их полимеризации в полипептидные цепи! —сокрушался Воля, размахивая мелом, чем вызывал приступы смеха, — Извращенцы! Голубых пропагандируют! Пара проходила по-настоящему весело, пожалуй физиология будет его любимым предметом! Добровольский в меру шутил и хорошо объяснял свой предмет, а это весьма удивляло. Даже Рус, тот ещё бездельник, внимательно слушал и полноценно записывал, кажется, каждое слово преподавателя. По окончанию пары, студенты с улыбками и смешками вывалились из кабинета. Скорее спеша на гистологию. Там их уже ждал не менее приятный преподаватель Станислав Владимирович. Обычный мужичок, ростом где-то под сто семьдесят, слегка пухлый и со смешным ёжиком на голове. Обычный русский мужлан и добавить то нечего. Пары ведёт строго, изредка разбавляя атмосферу забавными шутками. Пара прошла так же быстро и без происшествий, студенты впитывали информацию, словно губки. Дима внимательно записывал все в свою толстую тетрадку, изредка поправляя съехавшие с носа очки, Рустам филонил, залипая в очередную мобильную игрушку, а Антон вырисовывал разные каракули среди сплошного конспекта. Станислав не особо любил спрашивать кого-либо, а потому действовал по технике: «слушают — нужно, не слушают — их проблемы». А потому, на соседнем ряду, не стесняясь абсолютно никого и ничего, мирно дремал Влад. Сразу после сигнала, гласящего о окончании пары, студенты рванули на правоведение.

* * *

// Для данной части рекомендуется прослушивание — the weekends — lost in the fire// — Шасту-у-у-у-н! Опаздываем? — Арсений ловит студента за край халата и тянет на себя. Парень впечатывается в преподавателя и тут же смущённо отшатывается на два шага. — Простите-извините-я-просто-это-самое, — бормочет шатен, покрываясь красными пятнами. — Курил, — фыркает Арсений и закатывает глаза, Антон смущённо кивает. — что ж, тогда именно ты и будешь экспонатом сегодняшней практики! — улыбается преподаватель и затаскивает ученика на кафедру. Антон стреляет взглядом на аудиторию, вмиг отыскав своих друзей, что тихо-мирно покоились на заднем ряду. — Та-а-а-к, — тянет педагог. — большой круг кровообращения. Артерии. — Попов щурится и вглядывается в планшетку. — Шастун, рисуй! — Арсений кидает в него синий и красный маркеры, которые тут же ударяются о пол и разлетаются в стороны. Антон досадно вздыхает и собирает их с пола. — А я… — Антон кривит губы, когда подходит к доске, исподлобья смотря на Арсения. — Не знаешь? — хмыкает Попов. — Нет, — Антон опускает голову и рассматривает беленькие кроксы, да с таким интересом, словно прямо сейчас на них показывали футбол. — Ясно, — фыркает преподаватель. — сейчас изучим, в центр, руки по швам и не двигаться! — прикрикнул на ученика Арсений. Антон хмурится, но все же встаёт в прошенную позу, ровно посреди возвышенного участка аудитории. Арсений встаёт сзади и улыбается одним уголком губ. — Что ж, оболтусы, вот вам и живой пример собственно. — Вы же не зарежете его? — со смешком выкрикивает одна из девчонок, кажется Ира. — Ещё один посторонний звук, и я достану скальпель! — хмыкает брюнет. Антон вздрагивает, но продолжает стоять. Арсений кладет руку на сердце Антона, и пальцем ведёт чуть выше задевая чувствительную ореолу, сквозь ткань водолазки. Антон вздрагивает и густо краснеет, пока Арсений делает дугу и спускается ниже, придерживая Шастуна за талию, плавно сжимая. Шатен сглатывает, когда палец минует живот, перед тем как пройти паховую область, Арсений делает небольшую ёлочку, обозначая наружные подвздошные вены. Одним резким движением, он пропускает пах и уже двумя руками, садясь на корточки, ведёт по обеим ногам, чуть задерживается на коленях, по два раза делая на них круги, тем самым показывая подколенные артерии и вены, после чего спускается ниже и ведёт до самых стоп. Преподаватель резко поднимается, а у Антона в горле пустыня. Ему нужно попить и по… — Теперь рисуй! — хмыкает преподаватель. И по аудитории проходит волна смешков. Антон встряхивает головой и быстро что-то калякает на доске. Не дожидаясь положительного ответа Попова, он взбирается по рядам и садится рядом с парнями. — Бро, ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Дима. — вода есть? — Антон прикрывает пах медицинским халатом.