вечера, проведённые с ним и учебником алгебры

серёжа — мальчик не сидячий. любит в радужном ходить, одноразкой банановой затягивается, пока учитель не видит, в конверсах гоняет везде и всегда, потому что «это эстетично, это красиво», и кудряшками своими закрывает лицо, когда этот же учитель к доске вызывает. математика тому даётся с трудом: еле как пишет работу, и то на тройку, и ходит довольный, мол «смотри, я не идиот, всё таки что-то понимаю». зато с английским языком всё в порядке, это радует. на уроках может мужской половой орган нарисовать карандашом на парте, а потом рукой рот закрывать и смеяться всё равно беззвучно. а ваня полная его противоположность. весь в чёрном ходит, старается общение с одноклассниками избегать, да и их в целом. на уроках сидит, слушает внимательно, аккуратно выводит каждую буковку, потому что «так легче запомнить». русые и уже отросшие волосы каждую минуту поправляет, так как те свисают на изумрудные глаза, обзор закрывая. баскетболом занимается, вроде как с шестого класса, но любит до сих пор, играет только с единственным другом саней по переменам, ведя мяч так ловко и забрасывая данк, а после будет говорить: «ой, как кисть то болит, ещё и полоска красная осталась».

***

кто-то должен был остаться в классе, чтобы убраться после очередного тяжёлого школьного дня, и эту работу взял на себя ваня, все равно дел после школы у него не было, поэтому сейчас он находится в кабинете один, чему он безумно рад. а пешков по своей тупости забывает в классе свой пакет с физкультурной формой и возвращается обратно, дабы забрать его. но совсем серёжа не ожидал, что кто-то будет в кабинете, а уж тем более ваня бессмертных. он заглядывает в открытый класс и аккуратно, чтобы его не услышали, встаёт возле задних парт, облокачиваясь на стену и наблюдая за парнем, который слишком занят раскладыванием мела на полочках рядом с доской. серёжа только сейчас замечает насколько одноклассник красив и необычен. — почему я не замечал тебя раньше? — от слов кудрявого ваня вздрагивает и резко оборачивается. — что? — русый в недоумении. серёжа идёт от двери вглубь класса, где находится ваня, и садится на парту, продолжая смотреть на парня. — говорю, как я не замечал, что со мной учится такая красота? «он шутит?» — проносится в мыслях у бессмертных, а на его лице все ещё непонимание, почему пешков вообще пришёл сюда, а теперь ещё и говорит такое. — ты не хочешь сходить погулять со мной? — серёжа все ещё смотрит на ваню, наблюдая за сменой эмоций на его лице. — я не особо хожу гулять. русый игнорирует предыдущие слова и разворачивается в сторону доски, которую он так и не успел помыть из-за нежданного гостя. — значит, не пойдёшь? — выгибает бровь и складывает руки на груди. — жаль, но если надумаешь, то вот мой номер. пешков с прыжком слезает с парты и, найдя на столе какую-то бумажку, пишет свой мобильный. — упускаешь шанс выпить со мной бесплатный кофе. — подмигивает и запихивает аккуратно в карман толстовки вани листок. кудрявый выходит из кабинета, оставляя бессмертных с одной лишь мыслью: «что это, блять, было?»

***

звонок. урок алгебры. подростки, вышедшие на перемене в коридор, возвращаются в класс. последние два дня на этой неделе, потому приближается очередная контрольная по алгебре, к которой надо будет подготовиться, потому что видите ли «это обязательно, мой урок — самый важный». серёжа за последней партой сидит, в макушку русому глядит, который удобно устроился на стуле за первой партой. жаль не на серёже.

***

запах книг, как старых, так и новых. тихое перелистывание страничек, неторопливые и осторожные шаги, будто человек даже не наступает, но деревяшки всё равно неприятно скрипят. всё это расслабляет сильно и в сон клонит так же сильно. всё это — настоящее блаженство. ваня идёт мимо стеллажей забитыми книгами, перебирает с ноги на ногу и из ушей вынимает проводные наушники, убирая их в карман. (ну так, на всякий случай). нет, он точно не пришёл читать, а подготовиться к контрольной, хоть он и силён в математике, но не в его стиле это, лучше попотеть и подготовиться, чем совсем ничего не делать. усаживается где-то за столом большим, где рядом тоже люди сидят, но на него внимание не обращают, достаёт из рюкзака учебник и в темы, уже прошедшие и изученные, погружается. время летит быстро, а из головы так и не вылазит одноклассник, который номер свой на бумажке написал и в карман толстовки засунул. ваня думает, написать ли серёже. губы кусает, пальцы заламывает и ногой стучит по полу, отчего люди в библиотеке шикают на него, как на источник шума. надумал. всё-таки напишет. вы: привет. бесплатный кофе ещё в силе? быстро блокирует телефон, чтобы не передумать и не удалить. нога все ещё трясётся, а в голове крутится мысль о том, что пешков вообще пошутил и сейчас угарает со своими тупыми друзьями, которые за школой курят. ваня давно на серёжу засматривался и не понимал, почему тот находится в такой противной компании, ведь сам частенько в библиотеку ходит и книжки присматривает себе; ведь иногда с учителем русского языка разговаривает и явно не для того, чтобы подлизаться; ведь английский хорошо знает, имея твердую пятерку по этому предмету. странно это, как ваня считает. но всё-таки потом вылетает из своих раздумий и решает проверить, не ответили ли ему. прочитано. |был в сети недавно| ну все, значит точно прикалывается. ваня лицо руками закрывает, делая тяжёлый вдох и выдох. «ладно, спокойно, все-таки я пришёл сюда ради алгебры» и садится снова за учебники, выучивая все ту же информацию, которая от зубов уже отлетает. проходит около получаса, и ваня слышит громкие приближающиеся шаги в его сторону, а сидел он в самом углу за книжными полками, поэтому был уверен, что идут точно к нему. только кто? — знал, что ты тут, ванечка. — плюхается на место рядом с бессмертных и улыбается сладко так, что аж зубы скрипят. ваня в небольшом ступоре, но выдавливает из себя приветливую улыбку, как бы показывая, что тоже рад видеть того. — контрольная по алгебре завтра, если ты не забыл. — шёпотом говорит и открывает учебник, пытаясь указать на тему, но его перебивают. — я сообщение твоё получил. — и в телефон смотрит, показывая оппоненту, дабы удостовериться в правоте своих слов. — да, это я. — как-то даже неуверенно отвечает, хотя чего бы ему стесняться перед этим оболтусом. — я готов, пошли. — и смотрит так солнечно, что аж улыбнуться хочется. он сейчас не похож на того серёжу, что каждый день в школе дураком себя выставляет вызывающим поведением. — брось ты свою математику, ты её всю, по-моему, наизусть знаешь. — говорит и закрывает прямо перед ваниным носом тетрадь с формулами, а затем хватает за запястье и тянет на себя в сторону выхода. — пойдём. я обещал кофе. — волосы поправляет одной рукой и головой зовёт пойти за ним. серёжа такой забавный в этот момент: улыбка на лице и бегающие, радостные глаза. ване кажется, что он выглядит красивым. он тоже встаёт, собирая свои вещи, и идет следом за парнем. юноши выходят из библиотеки, ловя на себе злобные взгляды. ваня на одно плечо рюкзак закидывает и за серёжей поспевает, хоть тот и идёт не слишком то и быстро, но ходить где-то сзади — не лучшая идея. — а.. я даже не знаю о чём разговаривать, блять... — ругается себе под нос ваня и волосы непослушные с лица убирает. — можешь рассказать, почему ты такой дед инсайд. — ухмыляется и шаг замедляет, чтобы идти на ровне с русым. — я? — останавливается с непониманием во взгляде и осознаёт слова одноклассника. — я не дед инсайд. — да ладно, ванёк, найдём тебе друзей. — наваливается на парня, хватая за плечо. — с чего ты взял, что у меня нет друзей? — ваня начинает закипать. — я весь город знаю и знаю, что ты ни с кем не тусуешься. — треплет того по волосам и, отпрянув, продолжает идти рядом. — ты их не знаешь. — бурчит себе под нос, но серёжа все равно слышит. — ладно, не злись. — парни уже на улице, потому пешков быстро бежит к небольшой полянке с клеверами и срывает один. — держи. ваня на него немного странно смотрит, но кудрявый выглядит забавно, поэтому и смешинка не пролетает мимо русого. он благодарит серёжу и привязывает цветочек к своей веревочке на худи, довольно улыбаясь. — хоть улыбнулся. — серёжа невольно засматривается на ваню и понимает это лишь тогда, когда тот рукой перед его глазами машет. — ты жив? — а, да. пошли. — растерянно берет бессмертных за запястье и ведёт в сторону небольшой кофейни. русый все ещё в смятении. его за руку взяли? трудно поверить на самом деле. — какой ты любишь? — спрашивает пешков, немного сбавляя шаг и аккуратно отпуская чужую руку. мимо вани этот жест не прошёл, потому тот посмотрел на свою руку уже без чужой ладони и засунул в карман. — тыквенный латте. — тогда тоже возьму его. — тут уже даже серёжа немного теряется и не знает, что спросить. к счастью, кофейня близко, поэтому они заходят в неё, осматриваясь, а затем подходят к кассе, заказывая по стаканчику с чудесным ароматом, который на все здание разлетается. парни выбирают небольшой столик у окна и решают поговорить. из разговоров ваня понял, что серёжа довольно начитан и умён, хотя таким и не кажется на первый взгляд. с кудрявым приятно общаться, это и заметил русый, и даже подумал над тем, чтобы ещё раз пригласить серёжу погулять. — честно, вань, ответь, — добавляет серёжа, серьёзно смотря русому в глаза. — ну вот как ты так хорошо математику понимаешь? блять, ну ладно биологию, но математика то откуда? — парень руки перед собой в замок сцепляет, двигаясь чуть вперёд, и смотрит злобно, будто ваня перерезал всю его семью, так ещё и в добавок обокрал. — во-первых, биология тоже не простой предмет. — повторяет за пешковым, садясь в такую же позу. — ой, ванюш, я помню только с восьмого класса эти пестик и тычинка, так что не рассказывай мне. — на что усмехается ваня, потому что по серёже и не понять, что он только это и помнит. — во-вторых, ну серёг, ты списываешь с гдз? — интересуется русый, поправляя волосы на голове. — естественно, а чё, надо было головой думать? — кудрявый бровь одну приподнимает, лицо удивлённое делает, тихий смешок от русого ловя. — представляешь, я тоже списываю! — делает шокированное лицо и руку к груди укладывает. — боже мой, — в последнем слове гласную протягивает, — как тебе не стыдно? совести вообще нет! — и ладони к щекам прикладывает, рот чуть приоткрыв, как в композиции мунка «крик». ваня с этого смеяться (старается тихо, но ничего не получается) начинает, живот двумя руками обнимая и сложившись чуть ли не пополам. — блять, серёж, ты такой смешной. — ваня улыбается ярко. — блять, ванюш, ты такой красивый. — а серёжа в улыбке нежной расплывается, на которую ваня залипает, будто в трансе, но после головой отрицательно мотает и руками лицо закрывает. — ванюш, ты смущаешься? — ухмылка довольная на лице кудрявого появляется. — серёж.. — говорит куда-то в свои руки, отчего звучит это не очень, но пешков ведь не отстанет. — м? — облокачивается на руки, пристально смотря на растерянного ваню, закрытого собственными ладонями. — иди нахуй. — и смеётся, убирая руки с лица, отчего видно румянец на щеках. серёжа тепло смотрит на него и молчит некоторое время, смотря тому в глаза. а ваня и не против, вроде как, потому что в ответ смотрит в карие радужки, невольно улыбаясь. это прогулка оказалась очень приятной и довольно милой, как показалось обоим, ведь шли они домой с улыбкой на лице, которая вызвана друг другом.