Подсудимый Драко Малфой

- Подсудимый Драко Люциус Малфой, Вы обвиняетесь в убийстве 18 человек, среди которых 13 волшебников и 5 магглов. Парень в клетке посреди зала заседаний Визенгамота выглядел абсолютно хладнокровно. Как будто не его неделю держали в одиночной камере, пока судьи собирали материалы дела. Хотя, надо сказать, что его никто не пытал и не допрашивал, потому что подсудимый и не пытался отрицать свою причастность. Его не судили в тот же день, когда поймали только потому, что, как бы ни была очевидна виновность, должны были быть соблюдены определенные детали процесса. Малфой поднял ладони, которые были скованы магическими цепями, откинул со лба платиновые пряди и отстранённо обвёл взглядом зал суда. Сегодня он был полон репортёров и зрителей. Ещё бы, дело было громким. Пустовала только одна трибуна - та, на которой обычно располагались свидетели защиты. Защищать его было некому. Да и не за чем. - Вы признаёте свою вину? - Да, - легко и без капли раскаяния. - Казнить его! - выкрикнул кто-то из зала. - Тишина! - главный судья нахмурился, - несмотря на то, что мистер Малфой признаёт содеяное, мы обязаны представить имеющиеся у нас доказательства его вины. - Мистер Пэркинс, - адвокат Малфоя, который находился здесь опять же только из-за того, что каждому обвиняемому был положен адвокат, без надежды и даже попыток хоть как-то смягчить участь своего подзащитного, - мистер Малфой просит не затягивать рассмотрение дела. Для этого он предоставил нам свои воспоминания, которые будут исчерпывающим доказательством его виновности. Зал загудел. Судьи перекинулись парой фраз: - Принесите омут памяти! После того, как чаша была установлена, адвокат вылил в неё содержимое маленького пузырька. Вода забурлила, образовала водоворот, из которого фонтаном вырвалась дымка. Дымка окутала чашу омута и в ней стали угадываться образы. - </i>Смотри под ноги, грязнокровка! - Это тебе не мешало бы иногда опускать свой нос, чтобы посмотреть, куда идёшь, - девушка сидела на полу и потирала ушибленый лоб. В ней безошибочно можно было узнать Гермиону Грейнджер. - Не обращай на него внимания, Грейнджер, на самом деле он неплохой парень, - мулат в слизеринской форме принялся помогать ей собирать выпавшие из сумки свитки. Блейз Забини, это точно был он. - Забини, - прошипел Малфой. - Да, конечно, неплохой парень, - гриффиндорка поднялась с пола и посмотрела прямо в глаза Драко, а потом поспешила скрыться прочь. Малфой не сдвинулся с места. - Приятель, может, уже хватит? Смени тактику. Вряд ли ты сможешь замутить с ней, если продолжишь обзывать грязнокровкой. - А что ты предлагаешь? Подойти и сказать: «Гермиона, я тайно влюблён в тебя 3 года, ради тебя я готов изменить своей семье и своим взглядам, будь моей девушкой»? - он усмехнулся, но вышло это невесело, - ничего не получится. Ты видел её? Она никогда не захочет быть с таким…. С таким, как я. - Я, мой друг, видел и её, и то, как она смотрит на тебя. Попробуй!</i> Видение растворилось, уступая следующей картине. Над омутом памяти возник читальный зал библиотеки Хогвартса и Золотое трио за одним из столов. - Гарри, если ты не прекратишь думать о пустяках и не начнёшь вникать в то, что читаешь, ты не сдашь экзамены! - Эй, моя сестра - не пустяк, - буркнул сидящий рядом Рональд Уизли и шутливо пихнул друга локтем в бок. - До выпускных экзаменов осталось всего пару месяцев, а ваши знания тянут максимум на четвёртый курс, - не унималась Гермиона. Вдруг рядом с ними возникла фигура блондина в форме Слизерина. - Грейнджер, можно тебя на пару слов? - Малфой, - мальчики вскочили со стульев, Гарри выставил вперёд свою палочку, - что тебе надо, хорёк? Убирайся! - Вообще-то я спрашивал не вас, - абсолютно невозмутимо парировал Драко, - Грейнджер, отойдём. На удивление, Гермиона не проронила ни слова. Лишь жестом показала друзьям, что беспокоиться не стоит, встала из-за стола и скрылась за книжным стеллажом в компании слизеринца. - Что ты хочешь, Малфой? - Чтобы ты меня выслушала. - Придумал новое оскорбление? Не терпится испытать на мне? - Обещаю, если ты дослушаешь меня до конца и не будешь перебивать, я больше никогда в жизни не назову тебя грязнокровкой, - лицо парня было серьёзным и сосредоточенным, на нём не было ни тени иронии. Девушка тоже это заметила. Она скрестила руки перед собой, гордо посмотрела на него и сказала: - Вау, кажется, это что-то действительно важное, раз ты готов заплатить такую высокую цену. Что ж, я тебя слушаю. - Грейнджер, мы скоро закончим школу и, я не знаю, как сложатся наши жизни. Думаю, то, что я сейчас скажу, не изменится ни через 10, ни через 50 лет. Но, боюсь, что через столько лет это просто больше не будет иметь грёбаного смысла, поэтому я должен это сказать сейчас, пока мы молоды, пока есть хоть малейший шанс, - он явно смутился и протараторил себе под нос, - какой шанс, о чём вообще я, - и продолжил чуть более уверенным голосом, - на самом деле, мне не так важно, что ты ответишь, точнее, я знаю, что ты ответишь. Но ты обещала выслушать, а большего я не могу просить... Я люблю тебя, Гермиона, - он выдохнул эту фразу, глядя прямо на неё. Она тут же потеряла свою маску безразличия: её глаза расширились до невероятных размеров, щёки вспыхнули, пальцы нервно сжали рукава школьной мантии. - Да, я знаю, что это звучит, наверное странно, - Малфой продолжил, - от парня, который задирал и оскорблял тебя все эти годы. Я прошу прощения за каждое обидное слово, которое говорил тебе и за каждое готов быть наказан Круциатусом. Я конченный мудак. Но я не знал, как по-другому можно быть рядом с тобой. Если бы ты видела со стороны, как ты прекрасна, когда готова разорвать меня в клочья одним взглядом, - он хмыкнул и замер на минуту, оглядывая девушку. Гермиона продолжала смотреть на него, широко распахнутыми глазами, которые сейчас были полны подступивших слёз. Несмело Малфой коснулся ладонью её плеча: - Я не прошу у тебя ответа. О взаимности не могу даже и мечтать. Ты вольна сейчас ударить меня, накричать, посмеяться надо мной со своими дружками, но мне нужно было, чтобы ты узнала. Я слишком долго хранил это в себе. И так… я буду знать, что хотя бы пытался. Гермиона пробежала взглядом по его лицу. Драко был взволнован и печален одновременно, это признание явно далось ему нелегко. Девушка отвернулась от него и, сделав шаг прочь, замерла. Плечи Малфоя вмиг опустились, голова поникла. Но уже через несколько секунд Гермиона повернулась обратно и решительно подошла вплотную к парню. Она заглянула ему в глаза, а потом встала на цыпочки и оставила лёгкий поцелуй на его щеке: - Я тебя тоже, - и сбежала из библиотеки. Воспоминание рассеялось. Собравшиеся в зале шумели и бурно обсуждали увиденное. - Тишина! - снова взревел судья, неистово стуча молотком по столу, - Тишина! Иначе мы удалим из зала зрителей. В это время над омутом возникла новая картина. Это было какое-то кафе, Малфой и Грейнджер сидели за небольшим столиком. - Мерлин, такое вкусное желе я ел только в детстве! - парень поглощал десерт, картинно закатывая глаза, как только ложечка лакомства попадала ему в рот. - Ну, вот, а ты так протестовал против маггловского кафе, - девушка звонко смеялась, - и вообще, раз мы договорились, что в этот раз на свидание тебя приглашаю я, то мне и выбирать, куда мы пойдём. Ты же не спрашивал меня, хочу ли я провести выходные в Италии, когда перенёс нас туда. - Хочешь сказать, что тебе не понравилось? - Конечно, понравилось, - она положила свои хрупкие пальчики на его ладонь, - мне нравится каждый день, проведённый с тобой. - Только дни? А мне и наши ночи нравятся, - он двусмысленно подмигнул Гермионе. - Малфой, ты не исправим, - она убрала свою руку с его руки и закатила глаза. С минуту никто не прерывал молчания, оба наслаждались едой. Но, как только желе в креманке Драко закончилось, он удовлетворённо откинулся на обитую бархатом спинку стула и сказал: - Только подумай, самый молодой в истории заместитель министра магии и лучший аврор министерства магии едят в маггловском кафе. Никогда бы не подумал, что окажусь в такой ситуации. Дымка завибрировала, рассеивая воспоминание. Но на его месте тут же показалось новое. - С Днём рождения, любимая! - Малфой вручил Гермионе огромный букет пионов. - Драко! - она потянулась к нему и поцеловала, - Спасибо!- её глаза сияли счастьем. - А теперь подарок. Я долго думал, что подарить самой умной ведьме столетия на двадцатилетие. И придумал. Я хочу подарить тебе фамилию. - Что? Фамилию? Он опустился перед ней на колено и открыл коробочку с кольцом. - Ты любовь всей моей жизни, Гермиона! Ты самое прекрасное, что есть в моей жизни. Я обещаю, что сделаю тебя самой счастливой в мире, только, пожалуйста, прими в подарок мою фамилию. Ты готова стать Гермионой Малфой? Ты выйдешь за меня? - Да! Да! Да! Парень надевал кольцо с изумрудом на хрупкий пальчик, когда воспоминание начало растворяться. В зале стояла гробовая тишина. У особо впечатлительных барышень сцена с предложением даже вызвала слёзы, так они растрогались. Но вскоре все замерли, ожидая продолжения. И оно уже начинало проявляться. - Драко, - Гермиона лежала на постели и накрыла своими бледными высохшими пальцами руку парня, - обещай мне… - слова давались с трудом, голос был едва слышим, - даже не думай себя винить, слышишь? Всё, что со мной случилось… эта болезнь… никто не виноват. Ты сделал всё, что мог. И ещё, - она продолжила так тихо, что казалось, что капли дождя сейчас стучали в окно с невообразимой силой, - обещай, что будешь счастлив. - Как я могу быть счастлив без тебя… - Малфой стоял на коленях у кровати своей умирающей невесты, - всё, что я люблю на этой земле - это ты. - Обещай… - Не могу. И тут же новая картинка. Малфой стоит на холме в чёрном костюме. Сзади к нему подходит Забини: - Держись, друг. Драко ничего не ответил, только похлопал по ладони мулата, лежащей на плече. Как только Забини скрылся из виду, парень достал из кармана пиджака кольцо: перстень с изумрудом. Он крепко сжал его в ладони и закричал. Так громко, так неистово, будто в этом крике отражалась вся его боль. Слёзы начали катиться из глаз. А он кричал и кричал. Ветер уносил этот звук вместе с крупицами надежды на счастье, вместе со смыслом жизни. Когда голос совсем сорвался, Малфой упал на колени и зарыдал. Стоило рассеяться этому воспоминанию, как все обратили внимание на подсудимого. Стеклянной маски безразличия, с которой он наблюдал за происходящим раньше, больше не было. Он сжимал прутья решётки так крепко, что на его руках взбухла каждая вена. Невидящим взглядом он смотрел сквозь дымку омута, а по щекам беззвучно катились слёзы. Зал замер. Но воспоминания на этом не закончились. Вот та же комната, едва освещаемая камином, та же кровать, на которой лежала умирающая Грейнджер. Только теперь на полу у кровати бездыханное тело Малфоя. Хлопок аппарации и в комнате появляется Забини. - Драко! - он бросился к другу и стал водить над ним палочкой, произнося целебные заклинания. Между заклинаниями он иногда шипел: - Долбанный мудак! Сука! Придурок! Малфой сделал резкий вдох и закашлялся, корчась на полу. - Вставай, вставай, ублюдок! - руки друга подхватили его за плечи. Мулат посадил его, прижав спину Драко к своей груди и потянул плечи назад, чтобы Малфой задышал полной грудью. Несколько минут спустя они сидели на полу уже лицом друг к другу. Забини прожигал Малфоя взглядом, а тот смотрел в пол. - Почему? Почему, грёбаный ты идиот, ты пытался убить себя? - Ты знаешь, почему. - Малфой, сегодня тебе повезло, что твоя эльфийка прибежала ко мне. Я успел. Но я переезжаю в Италию. Оттуда… я могу не успеть…. в следующий раз… поэтому, давай договоримся, что следующего раза не будет. Я заключу с тобой непреложный обет, о том, что обещаю, что ты не покончишь с собой. Если ты хотя бы попытаешься - я умру. Малфой тяжело, но внимательно посмотрел в лицо Блейза. - Я знаю, чёртов индюк, что я твой единственный друг, и, хочется верить, что моя жизнь для тебя что-то значит. Если ты не заключишь этот обет добровольно, я заставлю тебя под Империусом, - он протянул Малфою руку. Драко еще мгновение смотрел то в глаза Забини, то на его распахнутую ладонь, а потом молча протянул руку в ответ. Их рукопожатие стали обвивать серебристые веревки магии. Обет был дан. - Понимаю, что тебе хреново, друг. Но прошёл уже год, ты должен учиться жить дальше. И Малфой пытался, потому что в следующем воспоминании он появился в каком-то клубе. Явно это было магическое место, потому что бокалы с выпивкой левитировали от барной стойки к желающим во все концы этого небольшого помещения. А вот и сам Малфой - открывает дверь и заходит в комнату. Кажется, это уборная. Картинка немного смазана, видимо, он был не слишком трезв в тот момент. - Тише, тише, глупая. Хватит сопротивляться, тебе понравится, - из кабинки доносилась возня и женские всхлипы. Драко подошёл ближе и увидел, что дверь не закрыта до конца. В кабинке какой-то приземистый мужчина прижимал к стене рыженькую молодую девушку. Одной рукой он зажал ей рот, а другой бесцеремонно шарил под юбкой. Девушка плакала и пыталась сопротивляться настолько, насколько могла под натиском неслабого мужского тела. Без промедления Малфой открыл дверь нараспашку. Это отвлекло внимание насильника и девушке удалось выскользнуть и сбежать. - Ты что творишь? - мужчина был явно не доволен. - Это ты, что творишь? - ледяным тоном ответил Малфой. - Да ладно тебе, она бы всё равно согласилась. Все эти сучки ломаются только для того, чтобы набить себе цену. А в конце концов оказываются простыми шлюшками, - он грязно сплюнул прямо на пол, - они все шлюхи. - Силенцио! - Драко с такой скоростью направил палочку на волшебника, что, кажется, сам не успел заметить в какой момент это произошло. И сразу же выкрикнул следующее заклинание, - Круцио! Его глаза налились кровью от злости. Несчастный извивался на полу от нестерпимой боли, пытался кричать, но изо рта не вылетело ни звука. Он выгибался и корчился, а Драко стоял неподвижно, направляя свою палочку ему прямо в грудь. Когда мужчина, кажется, потерял остатки сил и сознания, Малфой разорвал действие заклинания, презрительно посмотрел на ещё дышащее тело на полу и холодно проговорил: - Авада кедавра! - стало легче. Как только дымка воспоминания растворилась, зал снова загудел, а Малфой снова принял своё безразличное выражение. - Тишина! - кричал судья. - Казнить его! Бросить к дементорам! - слышалось из зала. - Мы должны досмотреть до конца. Следующие воспоминания были зарисовками о ещё 17 смертях. Они были пропитаны кровью и страданием. И каждый раз после того, как Авада в очередной раз срывалась с его палочки, Малфой чувствовал толику облегчения. Его боль находила выход в жестокости. Слёзы, которыми он жил последние два года после её смерти находили успокоение в застывших глазах убитых. После просмотра этих сюжетов, нескольким зрителям стало плохо и их пришлось вывести из зала. Не все смогли вынести той жестокости, что увидели. Но Малфой был абсолютно безразличен к тому, что происходило вокруг. Суд удалился на совещание. Наверное, это снова была дань порядку процесса, ведь исход и приговор был и так понятен каждому. Уже через 15 минут присяжные снова заняли свои места. - Драко Люциус Малфой, суд принял решение признать Вас виновным в смерти 18 человек. Вы приговариваетесь к поцелую дементора и последующей мгновенной казни. Ваше последнее слово. - Дементору нечем будет полакомиться, моя душа пуста. Уже два года. - Приговор привести в исполнение немедленно, - удар молотка. - Мы скоро встретимся, Гермиона.