Coincidence is Another Man's Fate

Вэй Усянь чувствовал себя как при смерти. Каждое движение вызывало боль в теле. Он старался не морщиться, прижимая ближе кружку с кофе. Он глубоко вдыхал насыщенный аромат, чтобы избавиться от запаха альф, который действовал на нервы сильнее, чем обычно. Он взглянул на часы в конференц-зале, оставалось всего пятнадцать минут. Пятнадцать минут до того, как он сможет спрятаться в кабинете до конца рабочего дня. Не помогало и то, что в затылке звучал тоненький голосок. Он напоминал, что Вэй Ин мог бы взять выходной. Он мог бы встретить Яньли дома. Он мог бы провести с ней несколько часов, прежде чем начать терять рассудок. А тут ещё и пончики! Он угрюмо уставился на пустую коробку, стоявшую посреди стола. Вэй Ин думал, что заказал более чем достаточно. Но на несколько минут отвлёкся, а вернувшись, обнаружил, что все пончики исчезли. Он посмотрел на других директоров, на этих обжор. Единственный, кого он не хотел лично убить, был Лань Ванцзи, который совершенно спокойно отказался от пончика, который ему предложили. Вэй Усянь не мог не задаться вопросом, не вспомнил ли он об инциденте с Сун Цзычэнем. — Вэй Усянь, — голос Не Минцзюэ пробился сквозь мысли о том, как убить похитителей пончиков, — почему проект по созданию сети отложен до следующей недели? — Меня не будет до конца недели, — ответил Вэй Усянь, — могу поручить Сяо Синченю или Сун Цзычэню заняться бумажной работой, но будет быстрее, если я займусь этим, когда вернусь. — Давай так и сделаем, — кивнул Не Минцзюэ, делая пометку, — я хотел бы получить результаты, гарантирующие, что о них можно будет объявить на пресс-конференции на следующей неделе. — Будет сделано, — кивнул Вэй Усянь, делая собственную пометку. Чтобы приступить к делу, потребуется небольшое подведение итогов, но они уже собирались приступить к выполнению своих обязанностей. — Уверен, твой отпуск может подождать, — хмыкнул Цзинь Цзысюнь, — разве твой перевод сюда не был отложен из-за отпуска? Ведь это было всего несколько месяцев назад! — Два месяца назад, — ответил Вэй Усянь, стараясь не скрипеть зубами. Его тело словно пыталось наверстать упущенное время за позднее созревание. Он был бы рад иметь трёхмесячный цикл как у Яньли. Он даже слышал, что у некоторых омег течки были каждые четыре месяца. По крайней мере, у него не ежемесячный цикл. — Почему бы тебе просто не взять работу на дом? — спросил Не Минцзюэ, пытаясь как-то заступиться. — Я не смогу работать, — ответил Вэй Усянь, чувствуя, что лицо краснеет. В глазах Не Минцзюэ мелькнуло понимание, и он тут же отвёл взгляд. Разумеется, только в кабинете, полном альф, могут быть такие тупицы. — Ты мог бы отвлечься от отдыха у бассейна, или куда ты там собрался, — Мо Цзыюань фыркнул. — Это не отдых, — ответил Вэй Усянь, — теперь мы могли бы вернуться к обсуждению проектов, которые вы хотели бы подготовить к пресс-конференции? — Заметьте, вы не берете для этого отпуск, — фыркнул Цзинь Цзысюнь. — Потому что это не отпуск! — Вэй Усянь огрызнулся, подскакивая на ноги. Его запах непроизвольно вырвался наружу. Привычный запах имбиря и мелассы стал невероятно сладким. Сделав большой глоток кофе, Вэй Ин сел на своё место, пытаясь сдержать запах. Он окинул кабинет настороженным взглядом, скрипнув зубами, когда увидел, что ещё несколько человек поняли причину. Это было как раз то, что ему было необходимо. Теперь половина офиса знает его цикл. — А теперь, не могли бы вы сосредоточиться на текущих делах, — потребовал он. Цзинь Цзысюнь собирался сказать что-то ещё, но в последнюю минуту подавился словами. Вэй Усянь оглянулся и увидел убийственный взгляд Лань Ванцзи. Он кивнул ему в знак благодарности. В результате встреча прошла без особых замечаний со стороны Цзинь Цзысюня. Вэй Ин был не против узнать, что в семье Цзинь есть придурки. Жаль только, что с рождением племянника это стало означать, что и в его семье тоже. Яньли могла бы предупредить, не так ли? От размышлений о будущем характере племянника его спасло то, что совещание закончилось. Он практически бегом направился в комнату отдыха, собирая принесённые им снеки, пока эти обжоры не добрались до них первыми. По дороге в кабинет он не обращал внимания на взгляды, половина из которых были понимающими, а другие — удивлёнными. Вэй Ин с головой погрузился в работу, не замечая, что из-за раздражения на Цзинь Цзысюня расправился с закусками гораздо быстрее, чем планировал. Он посмотрел на множество обёрток на столе. Удивительно, как он не набирал по пятнадцать килограммов каждый раз, когда наступала течка. Вэй Ин полагал, что минимальный приём пищи в течение всей остальной недели компенсировал этот недостаток. Он вздохнул, начав собирать обёртки, и желудок заурчал. Вот почему он должен был держать себя в руках, теперь ему придётся бежать за чем-нибудь съестным или просто заказать тонну еды на вынос. В любом случае, до обеда оставался ещё час и придётся смириться с урчанием желудка. Он переключил своё внимание на работу, стараясь игнорировать желание съесть всё, что было в офисном холодильнике. — Войдите! — выкрикнул он, когда кто-то постучал в дверь, не в силах сдержать раздражение в голосе. Он поднял глаза, когда дверь открылась и не смог не улыбнуться, увидев Ванцзи с большим бумажным пакетом в руках, — новый способ доставки документов? — поддразнил он. Лань Ванцзи просто подошёл к столу и положил перед ним пакет. Вэй Ин заглянул в него, и разинул рот от вида еды, а желудок тут же издал рык, подталкивая схватить пакет. — Ты ангел, как ты узнал? — усмехнулся Вэй Усянь, разрывая пакет. У него хватило ума не набивать полный рот, довольствуясь несколькими порциями чипсов за раз. Он поднял голову как раз вовремя, когда Лань Ванцзи указал взгляд на свой кабинет, напоминая Вэй Усяню, что тот находится напротив. — А, — усмехнулся Вэй Ин, — будешь? — добавил он, протягивая открытый пакет. Лань Ванцзи неразборчиво промычал и отрицательно покачал головой. — По крайней мере, ты знаешь, что я ел последние несколько дней, — подмигнул Вэй Усянь. — Я беспокоился, что ты не ел, — ответил Лань Ванцзи, и уши слегка порозовели. — Я твой должник, — ответил Вэй Усянь, откладывая чипсы в сторону. Его руки снова погрузились в бумажный пакет, перебирая всё, что в нём было. Лань Ванцзи предусмотрел всё, от солёного до сладкого. Вэй Ин издал стон благодарности, увидев вяленое мясо на дне пакета. Что-то в его первобытном мозгу любило мясо в любом виде во время предтечки. Он постарался не поддаться инстинкту и не наброситься на Ванцзи, когда увидел, что мясо острое. — Нет, — ответил Лань Ванцзи, — однако, возможно, стоит открыть окно. Даже Цзинь Цзысюнь может догадаться, если ты этого не сделаешь. — Я должен был просто взять сегодня выходной, даже с учётом работы, которую я должен сделать, — Вэй Усянь вздохнул, открывая окно, и глубоко вдохнул волну прохладного воздуха, — думаю, даже новые правила не могут отменить трудоголизм, — усмехнулся он, подмигнув Лань Ванцзи. — Как ты собираешься добраться до дома? — Все не настолько плохо, — закатил глаза Вэй Усянь, — я могу сам доехать до дома, где меня ждёт Яньли. Она проводила со мной каждую течку, — он опустил взгляд в окно, — с тех пор мне ни разу не приходилось проводить течку в одиночестве, — он облегчённо вздохнул, высунувшись в окно, — ты знаешь, что тогда у меня были галлюцинации? — он горько рассмеялся, стараясь не обращать внимания на всплеск эмоций, который вызывали гормоны. — Это не так, — Ванцзи сделал паузу, как будто было трудно произнести эти слова. Вэй Усянь оглянулся и увидел, как на лице Лань Чжаня промелькнули эмоции. От него исходил мягкий аромат сандалового дерева. — Все были там, когда тебя спасли. — Мгм, — вздохнул Вэй Усянь, прислонившись к оконной раме, — знаешь, я галлюцинировал твой запах, — признался он, не ожидая, что это будет похоже на то, как будто свалился груз, — я… — начал он, нахмурив брови, и глядя в окно, наблюдая за мелкими фигурами людей, бегающих туда-сюда, — это заставило меня пить воду. Мне сказали, что я был бы мёртв, если бы не выпил тогда воду, — взгляд Вэй Ина упал на руки, большой палец начертил круги на ладони, — я знаю, что на самом деле это был не ты, что это было только в моей голове, но я всегда хотел сказать тебе спасибо. Он повернулся, чувствуя, как сердце готово было выскочить из груди при виде лица Ванцзи. Глаза были красными, челюсть сильно напряжена и руки сжались в кулаки. Вэй Усянь в мгновение ока оказался возле него и потянулся к одной из сжатых рук. — Мне жаль, — вздохнул он, — я расстроил тебя, — Вэй Ин почувствовал, как собственный запах имбиря и мелассы изменился в попытке утешить, но он изо всех сил старался сдержать его, зная, что Ванцзи очень чувствителен, — это всё в прошлом, всё в порядке. — То, что случилось, не было в порядке, — прорычал Лань Ванцзи, — ты чуть не умер. — Но я живой, — Вэй Усянь одарил его одной из своих самых больших улыбок. Казалось, это только ещё больше исказило обычно спокойное лицо. — Эй, — вздохнул Вэй Ин, и не успел опомниться, как его затянули в объятия, а сам он начал медленно поглаживать спину Лань Чжаня, — всё в порядке. Он замер, осознавая, как много его феромонов вырвалось наружу и что именно он делает. Как раз когда он собирался отстраниться, он почувствовал, как чужие руки сильнее обхватили талию. Дрожь пробежала по позвоночнику, когда он почувствовал дыхание на шее, и чужая голова прижалась к ней. Его руки рефлекторно сжались вокруг Лань Ванцзи. А собственная голова сдвинулась, отражая Лань Чжаня, и примостилась на его шее. Вэй Ин вдохнул аромат сандалового дерева и почувствовал, как что-то внутри растаяло. Их обоих словно молнией пронзило, когда они внезапно осознали, что делают. Они быстро разняли руки, Вэй Усянь вернулся за стол, который встал между ними словно щит. В груди бурлила масса эмоций, некоторые из которых, но Вэй Ин не был уверен, были связаны с течкой. — Я должен вернуться к работе, — его взгляд упал на стол, лицо густо покраснело, — спасибо за еду. — Мгм, — ответил Лань Ванцзи. Вэй Усянь бросил на него взгляд и увидел пару ярко-красных ушей, когда тот направился к двери. Вэй Ин почувствовал, как открыл рот, чтобы что-то сказать, но быстро схватил что-то со стола и зажевал, прежде чем успел сказать то, о чем потом пожалеет.

Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω

— А-Ин! Этот голос был чистым солнечным светом в дождливый день. Услышав его звучание в собственной квартире, Вэй Ину, кажется, удалось сбросить половину накопленного напряжения. Вторую половину добил запах супа из корня лотоса и рёбрышек, приготовленного сестрой, витавший в воздухе. Вэй Ин практически влетел на кухню, чтобы обнять Цзян Яньли. — Как доехала? — спросил он, вдыхая успокаивающий аромат лотоса. Он мог поклясться, что, закрывая глаза представлял, что снова находится на берегу лотосового озера. — Без происшествий, — улыбнулась в ответ Яньли, — напряженный день? — Мгм, — Вэй Усянь кивнул, поднимая лицо от шеи. Обнимая её, он сбрасывал напряжение, которое накопилось за день. Он всегда забывал, как сильно любил человеческий контакт в промежутках между её приездами. Не то чтобы у него было много вариантов для объятий, пока её нет рядом. — Почему бы тебе не присесть, а я пока закончу твой суп? — спросила она. Вэй Усянь вздохнул, медленно отпустил сестру и уселся на барный стул, позволив себе улечься на прохладный гранит стойки. — Они съели все мои пончики, — надулся Вэй Усянь, по-детски хныкая, и увидел, как улыбка Яньли стала шире, — а Цзинь Цзысюнь был засранцем и сказал, что у меня отпуск, поэтому я съел все закуски раньше времени. — Ты, наверное, умираешь с голоду, — хмыкнула Цзян Яньли в ответ, — я вижу, ты рано начал зажигать благовония. Вэй Усянь почувствовал, как все его тело снова запылало. Вихрь эмоций в груди опять набирал обороты. — Не голодный, — пробормотал он, обнимая себя, — Лань Чжань принес мне еду. — Хм? — Яньли хмыкнула в ответ, а Вэй Усянь вздохнул. — Лань Чжань принёс мне еду, — повторил он громче, и почти неслышно добавил, — это не благовония. — А-Ин, ты никогда не был застенчивым, — Яньли хмыкнула и поставила тарелку перед братом, а тот наклонился вперёд, вдыхая божественный аромат. — Просто… — начал он, ковыряясь ложкой в супе, — сложно, — нахмурил он брови, поднося ложку ко рту. — У меня есть полная кастрюля супа, талант слушателя и пара часов до того, как тебе нужно будет принять лекарства, — с милой улыбкой сказала Яньли, облокачиваясь на стойку. Вэй Усянь улыбнулся сестре и сделал ещё один глоток супа. Он чувствовал себя так, словно снова стал первокурсником, который вползал в квартиру сестры на длинных выходных, когда стресс от учёбы и осознания себя омегой становился слишком сильным. Он не мог заставить себя поверить, что воспринимает происходящее так же. Вэй Ин поставил ногу на сиденье стула, упираясь в него подбородком. — Я нашёл Лань Чжаня, — выдохнул он и посмотрел на сестру, увидев, как на её лице появилось выражение чистого удивления. — Лань Чжаня, — повторила она в ответ. Вэй Усянь кивнул, делая очередной глоток супа. — Лань Ванцзи, — продолжил Вэй Усянь, — это его вежливое имя, которое я не смог запомнить, — издавая слабый смешок. — Где ты с ним встретился? — спросила Яньли, выражение лица которой было где-то между волнением и ужасом. — На работе, — ответил Вэй Усянь, — оказалось, что он новый вице-президент Cultivated Technologies. О чем я узнал только после того, как буквально столкнулся с ним. — Ох, А-Ин, — вздохнула Цзян Яньли и потянулась, чтобы взъерошить его волосы. — Я чуть не уволился прямо тогда, — засмеялся он, — но я напомнил себе, почему я согласился на эту работу, и что я не собираюсь позволить какому-то прошлому унижению разрушить мои планы. — У вас с ним всё в порядке? — спросила Яньли, — нужно ли мне с ним поговорить? — А-Ли, — заныл Вэй Усянь, — ты не можешь ворваться ко мне на работу, чтобы поговорить с одним из моих боссов. — Смотри у меня, — строго сказала она, — никто не смеет придираться к моему А-Ину. — Он не придирается ко мне, — поспешно ответил Вэй Усянь и почувствовал, как лицо раскраснелось, — он был милым, — он заметил блеск в глазах Яньли, — более чем просто милым, он принёс мне еду, потому что я разозлился на Цзинь Цзысюня и съел все принесённые закуски, а потом я всё испортил. — А-Ин, я уверена, что это не так, — она улыбнулась, наливая ему ещё немного супа. — Да, — почти взвыл Вэй Усянь, — я позволил моим глупым гормонам взять верх. Надо было просто взять сегодня выходной. — Начни с самого начала, — попросила Яньли, и Вэй Усянь вздохнул, доедая вторую миску супа. — Он заметил, что моя уловка с пончиками не удалась, — начал он, — он знает, что я не очень хорошо помню, что нужно поесть, поэтому он зашёл ко мне с закусками. Он сделал замечание, что мне, наверное, стоит открыть окно. Я сказал, что мне следовало бы взять выходной, просто новая политика, над которой мы работали, ещё не совсем работает, а я трудоголик. Он спросил, есть ли у меня способ добраться до дома, я упомянул, что ты придёшь и проведёшь со мной течку. Вот тут-то всё и начало рушиться, — вздохнул он, — я всегда чувствовал, что должен поблагодарить его, ведь именно его запах был моей галлюцинацией. Так я и сделал. — А-Ин, — почти задохнулась Цзян Яньли. — Это его расстроило, — продолжил Вэй Усянь, опустив взгляд в тарелку, в которой он возил ложкой, — я не думаю, что когда-либо видел от него столько эмоций. Я просто отреагировал. — Отреагировал? — Я обнял его, — простонал Вэй Усянь, спрятав лицо в руках, — я практически атаковал его своим запахом. Он чувствителен к запахам, и я направил на него практически все свои феромоны, пытаясь успокоить. — Какова была его реакция? — Он обнял меня в ответ, — тихо ответил Вэй Усянь, неосознанно касаясь места на шее, куда Лань Чжань прислонил свою голову, — но это было только из-за моей течки. — Ты хочешь, чтобы это было из-за течки? — спросила Яньли, подталкивая к нему ещё одну полную тарелку супа. Вэй Усянь почувствовал, что снова краснеет. Он отхлебнул суп, раздумывая над словами сестры. Долгое время Лань Ванцзи был лишь мечтой. Мечтой, созданной на основе старых воспоминаний, которую он изменил так, как ему хотелось. Встреча с ним снова - разрушила эту мечту, заменяя её реальным человеком. Человеком, который все ещё был невероятно милым и добрым. Вэй Усянь солгал бы, если бы реальность не начала вытеснять то, что он придумал в своих влажных мечтах. Но их отношения были только в его мечтах. Все, что делал Лань Ванцзи, он делал для друга, не более того. — Я ему не интересен в таком плане, — наконец произнёс Вэй Усянь, — мне остаётся только молиться, чтобы он рассказал что-нибудь отвратительное за обедом, и я перестану о нем мечтать. — А-Ин, — вздохнула Цзян Яньли, — ты уверен? — Конечно, я уверен, — нахмурил брови Вэй Усянь, — я уверен во всем. — Он присутствовал в твоих жарких снах в течение десяти лет, — надавила Цзян Яньли. — Так что давно пора это менять, — Вэй Усянь изобразил на лице фальшивую улыбку и увидел сомнение на лице сестры, — три тарелки супа, этого достаточно? — спросил он, ставя пустую посуду в мойку. — Если ты съел столько закусок, сколько сказал, — мягко улыбнулась Цзян Яньли, — если ты хочешь, можешь пойти начать строить гнездо, я принесу лекарства чуть позже. — Ты лучшая, А-Ли, — улыбнулся Вэй Ин, крепко обнимая сестру. Он ещё раз глубоко вдохнул аромат лотоса, и постарался не думать о том, что тело хочет принадлежать кому-то другому. Вэй Ин прошёл в свою спальню, позволяя инстинктам взять верх, пока раскладывал простыни и одежду на кровати. Он постарался не обращать внимания на то, что многие элементы одежды, к которым он проявлял интерес, были на нём, когда он работал с Лань Ванцзи. Если рубашка, которая была на нем сегодня, стала его подушкой, значит, за ночь ничего не изменится. Он почувствовал, как кожа начинает зудеть, а в животе разливается неприятное тепло. Через несколько мгновений показалась Цзян Яньли, протягивая ему маленькую белую таблетку, на которую он рассчитывал, чтобы справиться с течкой. Он проглотил её, выпив половину стакана воды за один раз и отдал его обратно Цзян Яньли. — Спасибо, — улыбнулся он. — Я вернусь за второй дозой, — кивнула она, вставая на носочки, чтобы взъерошить его волосы. Вэй Усянь кивнул, оба они привыкли к рутине, которая установилась за эти годы. Он перепробовал все средства, чтобы справиться с течкой. Основные подавляющие препараты делали его сознание слишком туманным в повседневной жизни. Противозачаточные средства делали его слишком эмоциональным. Вместе они действовали друг на друга как стероиды, усиливая каждый из эффектов. Поэтому он попробовал провести течку с альфой, но в тот момент, когда их запахи раскрылись в полную силу, его вырвало. Тогда он попробовал с бетой, решив, что их естественные слабые запахи сработают. Его все равно стошнило от их запаха. В итоге он стал пользоваться во время течек игрушками, и в результате всё это заканчивалось невероятной болью и разочарованием. На протяжении всего этого мучения сестра была рядом, физически и мысленно держа его за руку. Он помнил вспышку гнева в её глазах, когда врачи пытались списать всё на то, что он слишком привередлив, или когда они говорили, что все его проблемы только в голове. Она была той, кто начал делать записи, став второй парой глаз на его проблемы, которые врачи не могли игнорировать. Её записи заставили врачей выписать успокоительные препараты, на которые он полагался, чтобы справиться с течкой. Таблетки вырубали на несколько дней полных бесконечных влажных снов, и он просыпался с ноющим телом, но без боли и разочарования. Так также это означало, что он должен был пройти через радости медицинского бюрократизма. Вэй Ин мог забрать таблетки только в нескольких аптеках, законно лицензированных правительством, за день до начала течки. Его подвергали инспекционным проверкам, чтобы убедиться, что он не запасается таблетками и не продаёт их вместо того, чтобы принимать. Это цена, которую он заплатил за течку, которая не заставляла свернуться калачиком и желать сдохнуть. Вэй Усянь был уверен, что именно благодаря сестре он не потерял рассудок ещё в университете. Даже сейчас, когда у неё была своя семья, сын, она всё ещё находила время, чтобы приезжать и ухаживать за ним в это время. Не самая привлекательная задача, но седативные препараты лишали его способности воспринимать окружающую обстановку. Кто-то мог вломиться в квартиру или он мог упасть и сломать ноги по дороге в ванную, а он бы этого даже не заметил. С этой мыслью Вэй Ин снял последнюю вещь, бросил боксеры в корзину для белья и потянулся, возвращаясь в своё гнёздышко. Он завернулся в своё самое мягкое одеяло, прижавшись к нему, чтобы успокоительное подействовало.

Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω

Свет проникал сквозь полог деревьев, отбрасывая солнечные блики на землю вокруг него. Вэй Ин почувствовал, как смех вырывается из горла, когда он продирался сквозь деревья. Адреналин бурлил в организме, подгоняя двигаться вперёд в этой занимательной игре в кошки-мышки. Он бросил взгляд через плечо и замедлился, так как не увидел его. Он нахмурил брови и сделал глубокий вдох, ища запах и задохнулся, когда пара рук обхватила его за талию. — Лань Чжань! — завизжал Вэй Ин, — нечестно! — Поймал тебя, — глубокий голос раздался так близко к уху, что омега почувствовал горячее дыхание. — Мы должны были захватить флаг! — Вэй Ин засмеялся, пытаясь вывернуться из его захвата. Он почувствовал, как лицо уткнулось ему в шею. — Поймал кое-что получше, — ответил Лань Чжань. От ощущения его губ на коже, произносящих эти слова, по позвоночнику Вэй Ина пробежали мурашки. — И что ты собираешься делать теперь, когда поймал меня? — спросил он с дразнящей интонацией, — ты уже украл мой первый поцелуй, — надулся Вэй Ин, — что ещё ты хочешь украсть? Он усмехнулся и толкнулся бёдрами назад, замурлыкав, когда оказался прижатым к твёрдой поверхности. Вэй Ин задохнулся, почувствовав, как острые клыки впились в кожу. Жар пронзил тело, стоило зубам погрузиться глубже. Он почувствовал, как голова откинулась назад, а тело выгнулось дугой. Его глаза закрылись, с губ сорвался протяжный стон, когда по телу пробежало первое покалывание от впрыска яда альфы. — Все моё, — прошелестело слово мурашками по телу Вэй Ина, — всегда мой. — Твой. Альфа впился в него губами, обжигающе касаясь разгорячённой кожи. Когда язык прошёлся по ароматической железе, Вэй Ин услышал рычание позади себя. Он почувствовал, как его подхватили и на что-то уложили. Вэй Ин открыл глаза от звука падающих на пол предметов. Вместо полога деревьев перед ним был потолок из гипсокартона. Под ним стоял стол, содержимое которого было разбросано по всему кабинету. Он не узнавал собственный кабинет, вместо этого всё внимание было приковано к склонившейся над ним фигуре. Не подросток Лань Чжань, а мускулистый взрослый Лань Ванцзи. Кровь от укуса окрасила его губы, оставляя красные отметины на теле Вэй Усяня, когда тот исследовал его. Горящий взгляд золотистых глаз поднялся к его лицу. — Всегда мой. С губ Вэй Усяня сорвался вскрик, когда его перевернули и уложили спиной на стол. Его грудь вздымалась, тело напрягалось, пытаясь приспособиться к новым ощущениям. Ощущение, которое превращалось в жидкое удовольствие в венах. Ритмичные движения вырывали из него стоны, за которым последовал вой, когда всё исчезло. Вэй Усянь попытался двигаться следом за ним, но тут же почувствовал, что его перехватили за руки. Надёжный захват крепко скрутил их и зафиксировал над головой. — Кому ты принадлежишь? — прорычал голос Лань Ванцзи. — Тебе, — простонал Вэй Ин и почувствовал, как хватка на запястьях усилилась, — я принадлежу тебе, — повторил он громче, — только тебе, — закричал он, — только Лань Чжань. Имя сорвалось с его губ криком, когда Лань Ванцзи снова резко вошёл. — Мой, — рычал он с каждым толчком и опустив руки, схватил его за бёдра. — Твой, — задыхался Вэй Усянь, притягивая к себе Ванцзи. Руки обхватили плечи, пальцы впились в них крепкой хваткой. Он провёл языком по шее, упиваясь ароматом сандалового дерева. — Только твой, — оскалился Вэй Ин, впиваясь зубами в ароматическую железу Ванцзи. — Мой Вэй Ин. Он почувствовал, как по ногам пробежала волна удовольствия. Ему захотелось притянуть Лань Чжаня ещё ближе. С последним толчком Ванцзи прикусил его в плечо, а Вэй Ин расцарапал ему спину, чувствуя, как узел расширяется и сцепляет их вместе. Когда он начал терять сознание, он почувствовал руку на своём животе и мурлыкающий голос прошептал ему на ухо: — Наш. В тот момент, когда Вэй Ин полностью потерял сознание, все началось сначала. Погоня, захват, всё то, что он уже чувствовал, снова и снова. Но с каждым разом было что-то новое. Обещание чего-то большего.

Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω-Α-Ω

Вэй Усянь проснулся с закушенной рубашкой и ноющим телом, покрытый спермой и смазкой разной степени свежести. Борясь с желанием тела оставаться свёрнутым в калачик, он медленно поднялся на ноги. Омега оскалился, сдирая прилипшие одежду и одеяла и сморщил нос, так как был готов поклясться, что видел, как что-то с него стекает. Спотыкаясь, Вэй Ин прошёл в ванную комнату и наполнил ванну горячей водой. Он издал протяжный стон, когда горячая вода окутала всё тело. Вэй Ин смыл с себя всё и сменил мутную воду, а затем насыпал в ванну соль и пену, которые оставила для него Яньли. Он как раз откинул голову на спинку, когда услышал её голос. — А-Ин? — Я здесь, — ответил он и повернул голову на дверь, увидев появившуюся сестру, — снова человек. — Ты никогда не переставал быть человеком, — вздохнула Цзян Яньли, собираясь погладить его по макушке, но остановившись в последний момент, — я подожду, пока ты помоешь волосы, — объяснила она, и он сморщил нос. — Как я умудрился их загваздать? — спросил он, откидывая голову назад, чтобы промыть голову водой и шампунем. — Ты был очень, — Цзян Яньли сделала паузу, обдумывая слова, — активен в эту течку, — сказала она, протягивая руку, чтобы взъерошить волосы Вэй Усяня, когда он закончил их мыть. — Похоже на то, — ответил он, медленно разминая мышцы. Он был уверен, что больше никогда не сможет смотреть на свой рабочий стол так же, как раньше, или на стол для совещаний, или на лестничную площадку. По крайней мере, его «лесные» фантазии были не столь реалистичны. — Новая встреча с ним действительно подкосила тебя, — заметила Яньли, присев на стоящий рядом унитаз. Вэй Усянь почувствовал, что краснеет, и воспользовался случаем, чтобы спрятаться в пене. — Я не привык, — начал он, но замолчал со смущённым стоном, — то есть я флиртую, но обычно я не чувствую ничего другого. Флиртовать было легко, просто и открыто. Это был способ завязать разговор. Это позволяло ему контролировать ситуацию, держать людей на расстоянии. — «Ничего другого» чего? — Влечения, — вздохнул Вэй Ин, нервно перебирая пузырьки пены перед собой. По правде говоря, он испытывал влечение раньше, но то, что он чувствовал к Лань Ванцзи, поражало как удар фуры. Он мог сдерживать свои фантазии, но это не мешало ему просыпаться твёрдым и возбуждённым. Вспомнив о течке, он вздохнул и откинул голову на край ванны. Он уже начал сомневаться, что то, что он чувствовал к Лань Ванцзи, было простой фантазией. — Ты так говоришь, как будто это конец света, — улыбнулась Цзян Яньли. — Потому что так и есть! — ответил он и в ответ получил вопросительно поднятую бровь, — это отвлекает. Одно свидание превращается в два, два — в десять. В следующий момент он попросит тебя остаться дома и воспитывать детей, пока он будет гоняться за своей мечтой, а твоя будет рассыпаться в прах. — Ох, А-Ин, — вздохнула Яньли, — ты способен привнести в отношения нечто большее, чем способность рожать и воспитывать детей. Любой, кто будет ограничивать тебя, не стоит твоего времени. — Ну, как только ты найдёшь кого-то, кто готов позволить своему омеге создать и управлять собственной компанией, пока сам останется дома с детьми, дай мне знать, — фыркнул он, — а до тех пор мне придётся продолжать убеждать тебя бросить павлина и привести Цзинь Лина жить со мной. — Будь осторожен, однажды ты можешь проглотить эти слова, — предупредила она, — особенно теперь, когда твой Лань Чжань перестал быть фантазией. — Кстати, о еде, — Вэй Усянь сменил тему. — У меня есть суп, который ждёт тебя, как только ты закончишь, — Цзян Яньли улыбнулась. Она протянула руку, чтобы взъерошить его волосы в последний раз, прежде чем уйти.