Хогвартская монополия

Ремус считал себя целеустремленным и, в какой-то степени уверенным в себе, но сейчас он терял всякую веру в себя и свои возможности. — Они, скорее, поубивают друг друга, нежели Лили согласиться хотя бы перекинуться с Джеймсом парочкой фраз, в составе которых нет слов: «Поттер» и «Отвали», — Ремус разводит руками, оглядываясь. Лето прошло слишком быстро, даже не верится, что сейчас он сидит в Хогвартс-экспрессе для того, что вернуться в Хогвартс на свой последний год обучения. — И всё же, Сохатый верит в чудеса, — Сириус улыбается, надеяясь, что Ремус и Питер, сидящие в купе, оценили его каламбур, — так что мы, как настоящие друзья, должны сделать всё возможное, чтобы рыжая бестия окончательно не разбила хрупкое сердечко нашего Ромео, — Блэк вздыхает, кидая взгляд в окно, где Джеймс на прощание обнимается с родителями. Так получилось, что в этом году его одного провожают родственники и потому, быстро попрощавшись с мистером и миссис Поттер, ребята ретировались в купе, дабы «занять место», но на самом деле, дать Джеймсу спокойно попрощаться с родителями наедине. — Честно, у меня такое чувство, что мы пробовали уже всё, — признается Питер, пожимая плечами и Люпин согласно кивает, — я уже не знаю, что ещё пробовать. — Согласен, может... — Ремус запинается на пару секунд, но поймав взгляды друзей продолжает, — может, Лили не та, кто ему нужна на самом деле? — Ты попробуй скажи ему об этом, — тут же в тон ему отзывается Сириус, громко фыркнув, — я-то, может, более чем согласен с тобой, но, упаси Мерлин, Джеймсу о таком говорить точно не стоит. — Тут ты тоже прав... — Люпин кивает, поджав губы, — Хвост, ты что думаешь? — Мы перепробовали кучу вариантов, Лили даже не хочет слушать ничего, что так или иначе связано с Джеймсом. Хотя сегодня она почти ответила ему. — Сегодня не в счёт, — Ремус махнул рукой, — Лили сегодня какая-то не такая, да и Джеймс не настаивал ни на чем, просто поздоровался. — А всё из-за этого Нюнчика, — бросает Сириус, — если бы не он, Лили бы не относилась к Сохатому так предвзято. Ух, я бы ему... — Блэк раздраженно вздыхает, поднимаясь с места. — Сириус, — Ремус перехватывает его за запястье, усаживая обратно, — сядь. Таким образом ты проблему не решишь, ты прекрасно это понимаешь, я думаю... — Идёт, — коротко бросает Питер, кидая быстрый взгляд на дверь, тем самым прерывая нравоучительную тираду Ремуса. — Соскучились? — Джеймс улыбается, открывая двери купе, — О чем болтаете? — Да так, — Сириус махнул рукой, показывая, что обсуждают они всякую ерунду и двигается ближе к окну, — думаем, как провести последний учебный год так, чтобы он запомнился на всю жизнь. — Для начала я планируют получить хотя бы одно «да» в свой адрес от Эванс, — оптимистично начинает Джеймс, не замечая коротких переглядок друзей, — а вообще, теперь у нас есть всё, что только может понадобиться для наших фокусов. Мантия, карта, мозги и настрой! Мы должны провести этот год так, чтобы Хогвартс ещё долго вспоминал наше присутствие! — О, на счёт этого можете не переживать, — Ремус хмыкнул, закатывая глаза, — уверен, что наше присутствие в Хогвартсе запомнят ещё, ох, как надолго. — Минни перекреститься, когда мы выпустимся, — весело усмехнулся Сириус, театрально отсалютировав, — избавим её от мук нашего присутствия! — Уверен, что найдутся новые смельчаки на наше место, — заметил Питер, — так что профессору не будет скучно без нас. — Только первое время, — добавил Джеймс, — она же нас любит, хоть и не признается. — Все равно не будет никого круче нас, — самодовольно заявил Сириус под смешки остальных, — а что? Вы знаете кого-то, кто создавал почти живую карту с именами всех присутствующих в замке или, может, тех, кто стал анимагами и каждое полнолуние гуляет с оборотнем? — Учитывая, что никто не знает, что мы анимаги, может, есть и такие, — разумно рассудил Питер, намекая на то, что они понятия не имеют о том, чем занимаются остальные ученики в свободное время, Блэк скучающе махнул рукой. — Нет, таких нет! — Прекратите перепираться, мне кажется, у меня проблемка посерьезнее, — тут же возмутился Джеймс, в ужасе прикладывая руку к сердцу, — мне кажется, у меня начался кризис среднего возраста, — Поттер выдохнул, переводя взгляд, наполненный отчаянием на друзей, но, поймав в ответ скептический взгляд Ремуса, в миг возмутился, — что? Понимаешь, Луни, раньше, когда я ехал в Хогвартс-экспрессе у меня уже был практически список того, что мы должны сделать в Хогвартсе за этот год, а в этот раз… я не могу придумать ничего! А ведь это наш последний год! — Не переживай, Сохатый, — Сириус пододвигается ближе, аккуратно кладя руку ему на плечо, — всё образуется, главное, больше спи, ешь и… — Да иди ты, — Джеймс отпихнул от себя расхохотавшегося друга, закатывая глаза, — лучше подскажите, что мне с Лили делать? — Понять, простить и отпустить, — пропел Сириус, разводя руками, Джеймс нахмурился. — То есть как? — Вот так вот, Сохатый, — в тон ему отозвался Сириус и, бросив быстрый взгляд на Ремуса, продолжил, — понимаешь, — Джеймс хмурится, примечая излюшнюю, не свойственную Сириусу, серьезность, — ты так много времени пытался добиться её внимания, а она не отвечает, может, ну её? Как говорят маглы, не твоего поля ягодка? — Сириус неловко пытается свести всё в шутку, однако Джеймс предсказуемо не смеется, а лишь больше хмурится. — Ты предлагаешь мне, — медленно начинает он, — перестать проявлять знаки внимания к Лили? — Сириус кивает и едва сдерживает радость, когда Джеймс задумывается, предусмотрительно сдержав удивление, потому что, надо же, сам Джеймс Поттер рассматривает вариант перестать докучать Лили Эванс своим вниманием. Джеймс, спустя некоторое время довольно кивает. — Думаю, ты прав, — он не успевает заметить вытянувшихся в удивлении лиц друзей и довольно продолжает, — пора сменить тактику. Ремус говорил мне об этом ещё в том году, вот я и решил действовать. Я и так не написал ей за август ни одного письма, хотя на самом деле ужасно переживал в порядке ли она, ведь она из семьи маглов, а армия пожирателей в последнее время атакует именно такие семьи. В общем, ты прав, пора действовать по другому, может, тогда она, наконец, обратит на меня хоть каплю внимания, — Джеймс заканчивает свою тираду и кладет палочку на стол — дурак, зачем вечно оставлять везде свою палочку, — я в туалет. Всё таки, четвертый стакан маминого компота был лишним. Как только за Джеймсом закрывается дверь купе, Сириус устало вздыхает, прикладывая руку к лицо. — Иногда мне кажется, что он дурачок, — кисло заключает он, потирая переносицу. — Он просто влюблен, — Ремус поджимает губы, переводя взгляд в окно, — мы не можем винить его за это.  

***

Лили проснулась ни свет ни за заря, чувствуя, что уже устала от этого дня. Первое сентября последние семь лет был для неё каким-то бесконечным днём сурка: сначала она вставала утром с ощущением легкого предвкушения, в пятый, а иногда и в десятый раз проверяя сумки и собранные вещи, потом завтракала в компании галдящих родителей и сестры, что плевалась пассивной агрессией в этот день в три раза сильнее обычного, потом, всей семьей её привозили на платформу, обнимались миллион раз, плакались, обещая списываться каждый день по нескольку раз, а потом Лили укатывала в Хогвартс, где её с распростёртыми объятиями встречали любимые друзья и, никто иной, как Джеймс Поттер, строчащей ей письма каждую неделю всё лето. В этот раз всё было по-другому. Никакого ощущения предвкушения не было и в помине, проверять сумки не хотелось и Лили была уже уставшая и абсолютно никакая, потому что всю ночь не могла нормально спать от дурных снов. Ей снилось всё подряд, начиная с каких-то более-менее правдоподобных ужастиков, основанных на общей ситуации в мире, что-то вроде тех, где на неё и её семью нападает армия Пожирателей смерти и заканчивая теми, где она, почему-то сидит в компании Поттер и его дружков. Кстати о нём. Джеймс, видимо, взял традицию с курса третьего написывать ей всё лето письма, абсолютно бредового содержания. Нет, в них не было ничего запрещённого или незаконного, нет. Чаще всего он просто спрашивал: как у нее дела, в порядке ли она и хорошо ли проводит лето, иногда мог написать, рассказывая какую-то смешную, по его мнению, историю о нём и его друзьях; в конце он обязательно добавлял, что скучает и очень ждет начала учебного года, только чтобы пересечься с ней, а ещё писал, что если вдруг ей понадобиться помощь, поддержка или просто станет скучно — она всегда может написать ему. Лили никогда не отвечала. Возможно, с объективной точки зрения, Лили бы даже признала это милым, не будь это, конечно, дело рук Поттера. И что было удивительно, в начале этого лета, конечно, Поттер не изменял своими традициям, написывая ей минимум раз в неделю, постоянно спрашивая в порядке ли она, что было логично, учитывая участившиеся случаи нападения на семьи маглорожденных, однако потом, где-то через месяц каникул, письма перестали приходить. Изначально Лили удивилась и даже обрадовалась, неужели Джеймс, наконец, нашёл новый объект обожания и, спустя столько времени, послушал окружающих и переключил своё внимание на кого-то другого? Однако уже спустя пару недель затишья Лили занервничала и не потому что это могло быть затишье перед бурей (ну и это тоже, конечно), а просто потому что на улице начинался кошмар и, как бы Джеймс временами и не раздражал её, она ни в коем случае не желала ему смерти. Не от рук армии Темного Лорда, это уж точно. Конечно, Лили всегда могла написать ему, узнать, в порядке ли он, да гордость, по понятным причинам, не позволяла этого, поэтому Лили просто решила, что дождется первого сентября и сама лично увидит, в порядке Поттер или нет. А ещё Лили чертовски боялась уезжать, оставляя свою семью одну. Конечно, в глубине души она понимала, что даже будь она дома, при нападении пожирателей, Эванс вряд ли сможет в одиночку защитить их, скорее они просто умрут все вместе. По крайней мере она попытается и ей не придется нести груз ответственности и вины на своих плечах. Но не поехать в Хогвартс сейчас — все равно, что оправить себя на верную смерть, поэтому Лили кисло взмахнула палочкой, — благо, семнадцать ей уже стукнуло, — заправляя кровать. С первого этажа раздался голос мамы. — Лили, милая, ты встала? — Лили замерла, прогоняя навязчивые тревожные мысли. — Да, иду! — крикнула она, окидывая взглядом свои вещи и, с помощью палочки, складывая всё в одну «кучу», направилась к родителям в столовую. — Это твой последний год, даже не верится, что ты так быстро повзрослела, — мама с улыбкой чмокнула дочь в макушку, стоило ей перешагнуть порог кухни. Лили кисло улыбнулась, усаживаясь за стол и, не сводя тяжёлого взгляда с тарелки. Несомненно, она соскучилась по Хогвартсу, его атмосфере, друзьям и даже занятиям, но такие семейные посиделки за завтраком всегда занимали отдельный уголок в её душе, пусть явно не все были искренне рады её присутствию. Петунья скривилась, даже не пытаясь скрыть это и тут же перехватила разговор. — Я, кстати, на работе познакомилась с одним молодым человеком, — начинает она, приступая к своей яичнице. — Правда? — мистер Эванс, оторвавшись от своего бекона, приподнимает бровь, с некоторым недоверием глядя на дочь, — Как же его зовут? Чем он занимается? — Его зовут Вернон Дурсль, он работает вместе со мной, только должность у него выше. В целом, коллеги прорицают ему повышение в ближайшем будущем — начальство считает его перспективным работником, — с некой гордостью в голосе проговаривает Петунья и Лили старается не представлять этого Вернона, потому что знает вкус своей сестры на мужчин. — Это прекрасно, милая! — миссис Эванс с улыбкой кивает старшей дочери, — Надеюсь, мы сможем познакомиться с ним в ближайшем будущем? — Очень может быть. — А что на счёт тебя, Лили? — миссис Эванс делает глоток чая, с лёгкой улыбкой на губах, переключаясь на младшую дочь, — Тебе есть с кем нас познакомить? — в голове Лили моментально проносится мысль о том, что Джеймс Поттер был бы явно в восторге познакомиться с её семьей, в качестве её бойфренда и, пожалуй, он бы наверняка произвел впечатление на её родителей — мистер и миссис Эванс всегда обожали энергичных и непредсказуемых людей. Эта мысль вылетает из-за её головы также быстро, как и появляется там — Лили едва не давится тостом, какой, к черту, Джеймс Поттер? И какой парень, мам? Второй вопрос Лили предпочитает озвучить, миссис Эванс лишь загадочно пожимает плечами. — Не знаю, может ты готова познакомить нас с каким-нибудь харизматичным волшебником, ухаживающим за тобой во всех традициях местных аристократических семей уже несколько лет? Лили во второй раз за утро давится своим возмущением. Она уже почти спрашивает у мамы, не читала ли та письма, что Поттер присылал ей месяцем ранее, но в последний момент останавливает себя, понимая, что тогда сдаст себя с потрохами. Объяснять кто такой Джеймс и почему он её раздражает у Лили нет никакого желания. Вообще, с самого начала всей этой дурацкой истории Эванс не понимала: почему Джеймс заинтересовался именно ей? За несколько лет в Хогвартсе она явно уловила, что чистокровные студенты, чаще всего относятся к ней с презрением из-за её происхождения. Хотя, Джеймс и Сириус, несмотря на свой статус, никогда не задевали эту тему, более того, они скорее презирали тех, кто превозносил чистоту крови, как главный аргумент для построения взаимоотношений с волшебниками. В целом, Поттера, кажется, никогда не смущал статус Лили, как маглорожденной волшебницы в мире, находящемся на пороге войны за чистоту крови. И всё же, чем она его заинтересовала? Неужели он действительно... влюблен? Этот вариант Лили даже не рассматривала. Она была уверена в том, что Джеймс Поттер может быть влюбленным только в самого себя. Сначала Эванс была убеждена, что это просто спор — это было логичным и вполне объяснимым аргументом, но не мог же он ради спора тратить своё время уже на протяжении трех лет? Это даже для Поттера было слишком. Более логичного объяснения, кроме как то, что Джеймсу просто скучно она найти не могла — слишком странно всё это. Лили качнула головой, поняв, что мама всё ещё ожидает от неё ответа на заданный раннее вопрос. — Мам, не смешно. Конечно нет, — краем глаза она заметила недовольное лицо Петуньи — она явно была раздражена тем, что, казалось бы, такой безобидный диалог перетек в очередное обсуждение «магической ерунды», — Ладно, — Лили поднялась из-за стола с тарелкой в руках, — спасибо за завтрак, очень вкусно, — она улыбнулась, поставив тарелку в раковину, — пойду собираться, а то опаздывать не хочется. — Я отвезу тебя, — тут же отозвался отец и, прежде чем Лили успела возразить, он добавил, — я отпросился на первую половину дня, так что не переживай. — Спасибо, — Лили ещё раз улыбнулась, кивая и поднялась к себе.

***

Платформа девять и три четверти встретила Лили привычной суетой, толпой и беготней шокированных учеников и не менее шокированных родителей. Все куда-то опаздывали, спешили урвать последние минутки совместного времяпрепровождения и не забыть всё самое необходимое на платформе. Распрощавшись со своей семьей ещё на вокзале, Лили с тяжелой душой протискивалась сквозь толпу в поисках своих друзей, в попытке отвлечься от ненужных тревожных мыслей. — Привет, Лили! — Эванс вздрогнула, поворачивая голову, к ней направлялся никто иной, как Джеймс Поттер со своей компанией друзей. Окинув Джеймса быстрым взглядом, Лили сделала вывод, что он в полном порядке, что было отлично (всё же хорошо, что её одногруппника не прикончили на каникулах) и создав на своих губах нечто, похожее на улыбку, кивнула в знак приветствия. — Привет, — Ремус улыбнулся, становясь сбоку от Джеймса, Лили кивнула ему также кисло, без особого энтузиазма. — Здорова, Цветочек, — Лили отозвалась и на его приветствие, даже проигнорировав ненавистное ей прозвище. Питер лишь кивнул и Лили была ему искренне благодарна за проявленную немногословность. — Ты... в порядке? — аккуратно поинтересовался Джеймс, видя, что Лили слегка... другая, та лишь снова кивнула, тихо добавив. — Всё отлично, просто не выспалась, — в какой-то степени это была правда, так что Лили даже не грызла совесть за кривые отмазки, в которые Мародеры явно не поверили, но докапываться не стали. Всё же, это было явно чем-то личным, во что они разумно не совали нос. — Может, тебе помочь? — оптимистично предложил Джеймс, кивая в сторону чемодана. — Спасибо, не нужно, — она качнула головой. В конце концов, левитировать чемодан она и сама сможет, — я пойду искать купе, удачи вам, — и снова натянуто улыбнувшись, Лили скрылась в толпе. — И... что это было? — разумно заметил Сириус, Питер пожал плечами. — Может у нее что-то случилось? — вслух заметил Джеймс и хотя он старался произнести это как более непринужденно, в голосе проскальзывало волнение и напряжение. — Не бери в голову, может она правда устала и не выспалась, — отозвался Сириус, стараясь говорить равнодушно. — Думаю, это вполне может быть. Сейчас, все таки, не самое спокойное время, — Ремус поджал губы. — Надеюсь вы правы, — тихо пробормотал Джеймс, направляясь обратно к родителям.

***

— И поэтому, не смотря на то, что нас всех ожидают непростые и тяжелые времена, я поздравляю вас с началом учебного года! — профессор Дамблдор махнул рукой, приветствуя учеников. — По радио не говорят ни слова о происходящем, — шепотом заметила Алиса, наклонившись к Лили, та лишь кивнула. — Министерство пытается скрыть данный момент, — шепотом буркнул Джеймс, сидящий неподалеку, девушки повернулись к нему, — простите, я не подслушивал, это вышло случайно. — О чем ты? — Лили нахмурилась, пропустив извинения мимо ушей, — Что значит скрывает? Разве такое скроешь? — Им не выгодно разводить панику, — кисло заметил Сириус, пожимая плечами, — поэтому они списывают всё на бредовые совпадения, стечения обстоятельств и несчастные случаи. — Создают иллюзию того, что Министерство всё держит под контролем, — добавил Ремус, кивая. — Но ведь это бред, — Лили отрицательно качнула головой, — не разводить панику — это правильно, но скрывать правду... — От этого проблема ведь не рассосется сама по себе, — подхватила Алиса и Мародеры кивнули. — Именно. Таким образом ситуация только ухудшается и Волдеморт собирает армию в тишине и спокойствии, — заключил Джеймс. — Откуда... откуда вы взяли эту информацию? — Лили попыталась вернуть своему голосу стойкость и твердость, однако он всё равно предательски дрогнул. — Мой отец работает в аврорате, — мягко заметил Джеймс, видя явно подавленное состояние однокурсницы, — он считает, что скрывать это от нас — полный бред, — Лили понимающе кивнула и вернула своё внимание своей тарелке. Есть, понятное дело, снова расхотелось, поэтому она лишь погрузилась в свои мысли, бездумно гоняя курицу по тарелке. Она даже пропустила то, что только что вела вполне адекватный диалог с Джеймсом Поттером, тот не выглядел таким нахальным и самодовольным, как это бывал обычно, наоборот, казалось, что он понимает её переживания и хочет помочь. Однако сейчас её мысли занимало другое. Неужели кто-то в своем уме по доброй воли готов пойти истреблять таких как она и её семья? Неужели Северус готов пойти на это? — Лилс, тебе нужно отвлечься! — пир давно закончился и сейчас Лили бессильно упав в кресло, прожигала взглядом камин в гостиной. Да, она действительно скучала по Хогвартсу, поэтому тепло, исходившее от огня и галдящие ученики не раздражали, а наоборот убаюкивали, словно успокаивая. — Всё в порядке, — Эванс прикрыла рот рукой, подавляя зевок, — я просто устала. — И у меня есть отличная идея, как тебя развлечь! — радостно заявила подруга и, махнув рукой, скрылась наверху. Лили, привыкшая к таким фокусам, лишь прикрыла глаза, почти засыпая, когда Алиса снова материализовалась перед ней, но уже с коробкой в руках. — Вот! Смотри! — подруга радостно встряхнула ей у Лили перед лицо, от чего та нехотя разлепила глаза, — Круто, да? — Лили проморгалась, с удивлением отмечая, что та держит в руках самую обычную магловскую монополию. — Где ты это нашла? — медленно интересуется Эванс, кидая быстрый взгляд на подругу, та нетерпеливо пожимает плечами. — Случайно забрела в Лондоне в какой-то магловский магазинчик, парень-консультант так разрекламировал эту игру, что я просто не смогла пройти мимо. Ты умеешь в это играть? — Было дело, — она слегка улыбается, когда в голове вихрем проносятся воспоминания о тех вечерах, когда она была ещё маленькой девочкой, которая понятия не имела о существовании магии, а все вечера после школы проводила вместе с родителями и сестрой за интересными разговорами и настольными играми. Сердце предательски щемит. — Супер! — Алиса, в силу своей возбужденности, не заметила минутного самобичевания подруги и радостно продолжила, — Давай сыграем? Мы с Фрэнком в этом ни Мерлина не мыслим, ты хоть научишь нас, — Лили подняла голову, собираясь сказать, что этой ночью она намеревается спать, но поймав воодушевленный и теплый взгляд подруги, которая будто бы жила в отдельном мирке, абсолютно не обращая внимания на ситуацию в мире, просто не смогла ей отказать. И даже понимание того, что Алиса просто переживает эти события по своему, не способствовало тому, чтобы отказать ей. Картинно вздыхая, Лили кивает, а Алиса, прекрасно понимая, что это означает, быстро впихивает коробку в руки подруге, прося её пока «разобраться во всём этом», а сама улетает в строну мужских спален, позвать Фрэнка. Лили снова кивает, сползая с кресла и падая на ковер перед камином, бездумно открывает коробку, мысленно запрещая себе думать о плохом. В чем-то Алиса права, ей правда нужно отвлечься. Разложив поле на полу, Лили потянулась к инструкции, когда сбоку её окликнули. Она вздрогнула, поднимая голову — около неё снова крутилась компания Мародеров, которые почему-то слишком тихо зашли в гостиную. В целом, рядом тусовался только Сириус, что странно, обычно его место занимал Джеймс. Ремус расположился с какой-то магловской литературой в руках в кресле неподалеку, очевидно намереваясь почитать, а Питер что-то затирал Джеймсу, только сейчас вошедшему в гостиную. — Вау, Эванс, ты притащила магловские игры в Хогвартс? — Сириус с плохо скрываемым восхищением окинул поле для игры взглядом. — Это Алисы, — отмахнулась Лили, разворачивая правила. — О, я, кажется, слышал про эту игру, — Джеймс подошел ближе, смотря вперед из-за плеча Блэка, — что-то связанное с бизнесом, да? — Вроде того. — Круто, — Поттер улыбнувшись, кивнул, намереваясь уйти в сторону спален, когда перед ним буквально из под земли выросла Алиса. — Джеймс! — она ослепительно улыбнулась, хватая Поттера за локоть, — Хочешь поиграть? Я ведь вижу, что хочешь. Вы тоже, ребят, — Сириус пожал плечами. — Я, в целом, не против, все равно заняться нечем,— Лили подняла голову, наблюдая, как Сириус переводит взгляд на Джеймса, а тот с свою очередь почему-то смотрит на неё с вопросом в глазах. Неожиданное осознание, что Джеймса интересует её мнение на этот счёт делает приятно — она понимает, что если откажет, то Джеймс уйдет, утащив с собой Блэка. Лили лишь слегка улыбается, пожимая плечами — она уверена в том, что ей нужно отвлечься, а что лучше, чем компания сумасшедших ребят, готовых зарядить своей энергией весь Хогвартс? И пускай иногда их выходки до умопомрачения раздражали её, сейчас они, в частности Джеймс, выглядели также, как и она — уставше, подавлено, но с неизменной легкой улыбкой на губах. — Думаю, я тоже смогу отодвинуть свои дела, — улыбка на лице Поттера сразу становится как-то шире и увереннее и он, в своей привычной манере ерошит рукой волосы, кивая Алисе. — Ремус, давай сползай, пошли играть, — Сириус подходит к креслу и слегка дергает Люпина за ногу, тот в ответ никак не реагирует, — Лунатик, — тянет Сириус, сильнее дергая друга за лодыжку. Тот вздыхает, отрывает взгляд от книги и, приподняв бровь смотрит на Блэка, ожидая продолжения, — играть пошли, говорю, — фыркает Блэк, махнув своей палочкой в воздухе, как бы намекая, что может ей и в бок ткнуть. — А если я не хочу? — А если тебя вообще никто не спрашивает? — бурчит Сириус и тянет его на этот раз за запястье, — Пошли, не выпендривайся. Там уже и Джеймс, и Питер, и Алиса, и Фрэнк, и даже Эванс! — Я тоже был тут и все прекрасно слышал, — закатив глаза фыркает Люпин, однако книгу закрывает и встает, игнорируя слишком довольного Сириуса у своего плеча. Пока ребята устраиваются поудобнее, Лили изучает правила, иногда хмурясь от непонимания некоторых моментов. — Тебе, может, помочь? — интересуется Джеймс, что, конечно же, не упустил возможность присесть рядом. — Я вроде разобралась, — Лили взяла в руки стопку бумажных денег, протягивая её Поттеру, — можешь пока раздать каждому по тысячи баксов вот в таком соотношении, — Джеймс кивнул, внимательно вчитываясь в инструкцию, в попытке разобраться в игровой валюте, — хорошо, давайте начинать, сейчас объясню правила. Следующие минут двадцать, а то и больше, прошли за объяснением правил. По понятным причинам, волшебники, незнакомые с магловскими играми, заваливали Эванс глупыми, на её взгляд, вопросами. — А почему самая дорогая именно Бейкер стрит? — В честь Шерлока Холмса, думаю. — Кого-кого? — Персонаж маггловских детективов, что жил на этой улице, — вместо Лили на вопрос Алисы отозвался Ремус, — может, мы уже начнем? Мы так до утра будем правила мусолить. — Луни прав, пора начинать, — кивнул Джеймс, проигнорировав уничтожающий взгляд Люпина и беря в руки кубики, — сейчас мы кидаем кубики и, у кого выпадет больше, тот первый, да? — Сохатый, пять раз уже повторили, что да, — Сириус закатил глаза, — кидай уже, а. — Бе-бе-бе, — театрально показав ему язык, за место неприличного жеста, Джеймс протянул кубики Эванс, — дамы вперед. — Лили лишь закатила глаза, подхватывая игральные кости. На двух кубиках в сумме получается семь очков, что Джеймс, комментирует, как «сойдет». Остальные тоже кидают, по итогам победителем становится Фрэнк, набрав целых девять очков. — Вам достается право первого хода, — торжественно говорит Блэк, протягивая кубики улыбающемуся одногруппнику, — используйте его с умом, мистер Лонгботтом. — Уж постараюсь, — Фрэнк берет кубики, кидая на поле. В этот раз ему везет меньше, однако на кубиках выпадает одинаковое количество точек, по два на каждом. — О, это значит дубль, да? — интересуется Джеймс и получив кивок от Лили, довольно хлопает в ладоши, — Ура, я что-то понимаю! — Главное не перестарайся, Фрэнк, — весело добавляет Сириус, намекая на возможность не самого приятного исхода нескольких дублей подряд. Фрэнк, в отличии от других, не стесняясь показывает ему неприличный жест и под смех Блэка, получает нехилый толчок палочкой под ребра от Алисы. — Надо же, — усмехается Джеймс, когда после двух дублей Фрэнку выпадает пять в общей сумме, — ты, кстати, улицу-то покупаешь? — Конечно, спрашиваешь ещё. А что делать надо? — А Лили для кого тут сорок минут распиналась, я не понял? — возмутился Джеймс, закатывая глаза, Эванс фыркнула, намекая на то, что Джеймс тоже далеко не всегда эталон внимательности. Бессмысленную перепалку прервал Ремус, поясняя, что необходимо сделать и, как самый ответственный в этой компании, засунул деньги в банк. Далее по кругу кубики перешли к Питеру и тот, быстро разобравшись в правилах этой сумасшедшей игры, выкинул пять, тут же покупая вокзал. — Хвост, хорош! — довольно комментирует Сириус и Питер лишь довольно улыбается, деловито кивая в ответ. — И так, право следующего хода достается... — Сириус театрально взмахнул рукой, с зажатыми в ней кубиками, которые Питер не успел передать следующему игроку. — Мы по кругу ходим, — хмыкнул Ремус, протягивая руку, — давай сюда кубики, — Сириус пожал плечами, протягивая кубики Люпину. Тому, не без удивления, но крупно везёт — первым ходом выпал дубль двенадцать и Джеймс тут же радостно окрестил его местным талисманом. По итогам хода Ремус обзавелся двумя улицами и вполне удовлетворённый своим ходом, передал кубики Сириусу. — Ну, держитесь, — Блэк выглядит увереннее всех, поэтому когда первым ходом у него выпадает десять и он вприпрыжку отправляется в тюрьму, игроки не оставляют это без внимания, — да я даже ничего не сделал! — тут же возмущается Сириус, ставя свою фигурку собаки в самый центр клеточки «тюрьма». — Так бывает, друг мой, так бывает, — Джеймс выглядит довольнее всех, тут же сообщая, что нужно меньше выделываться, Сириус не остаётся в долгу, замечая, что Джеймс вообще ещё не ходил. — Может ты вообще сейчас вылетишь куда-нибудь, — буркнул Блэк, закатывая глаза, Джеймс расхохотался. — Тут так нельзя. — Для тебя мы сделаем исключение! В итоге Джеймс, потрясся кубики в кулаке не менее нескольких минут, выдает лишь три и, от неимения другого варианта, покупает одну из самых дешевых улиц в игре, которую Питер тут же окрестил бесполезной. Джеймс в своё оправдание заметил, что лучше уж купить улицу, от которой есть хоть какой-то прок, чем сидеть в тюрьме. Тут аргументы Питера оказались бессильны. — Миледи, ваш ход, — улыбнулся Джеймс, протянув Лили кубики на раскрытой ладони. Ей тоже везёт и выпадает восемь — не дубль, к сожалению, поэтому Лили оканчивает ход, купив лишь одну улицу и передает кубики Алисе. Той везёт меньше и у неё выпадает тоже три. Счастливый Джеймс в пятый раз напоминает, что это его улица и забирает с подруги пару баксов. Питер, принимая поражение, берет свои слова назад, а Сириус лишь добавляет, что теперь он, наконец-то понял в чём суть игры, так что готов «надрать всем задницы». Игра заканчивается тем, что Джеймс удивительным образом выиграл и теперь располагал одним желанием на весь этот скромный коллектив. Данную идею предложил Сириус где-то в середине игры, потому что в какой-то момент ощущал явное преимущество своих денег и улиц над другими игроками, однако его самоуверенность сыграла злую шутку и в итоге Сириус продул и бубня, отдал почти всё своё имущество в качестве долгов Люпину, который умудрился хорошо устроится на одной из улиц, на которую Сириус по счастливой случайности заглянул. Ремус, как и Лили с Фрэнком были буквально в двух шагах от победы, чего нельзя было сказать о Питере и Алисе, которые вылетели вслед за Сириусом. Однако, не смотря на это, каждый из них (даже недовольный Сириус) сделали вывод, что игра достойна потраченного времени и им обязательно следует собраться ещё как-нибудь, дабы повторить. В целом, после окончания игры, все, включая Лили, были уверены, что Джеймс воспользуется своим выигранным желанием в сторону Эванс, ведь таким образом та не сможет отделаться и ей придется пойти с Джеймсом хотя бы на одно свидание, однако Поттер не торопился использовать свой шанс и, предложив свою помощь в уборке, стал спокойно раскладывать улицы по цветам, параллельно сказав Сириусу не ждать его. — Вы идите, я подойду чуть позже, все равно очередь в душ сейчас будет до утра. — О, я первый, — Сириус сорвался с места, кинувшись было в сторону дверей мужских спален, однако был застигнут врасплох Ремусом, который каким-то чудом уже переместился ко входу в их комнату. — Не так быстро, дорогой, — весело сообщил Люпин и дверь ванной хлопнула быстрее, чем Сириус успел открыть рот. — Да твою мать! Алиса, снова исчезнувшая где-то с Фрэнком, даже не позаботилась о сохранности своей игры, доверив всё это Лили, поэтому та, лишь тяжко вздыхая, опустилась на колени рядом с Джеймсом, начиная молча собирать деньги. В гостиной они остались одни. — Лили, — аккуратно начал Джеймс, замечая, что девушка, не смотря на улыбку и смех всё ещё напряжена. Эванс мычит в ответ что-то нечленораздельное, показывая, что слушает, — я могу задать тебе вопрос? — Лили бросает на него короткий взгляд, едва сдерживаясь, чтобы тяжко не вздохнуть. Вот сейчас он предложит ей Хогсмид, встречаться, целоваться, да все, что угодно — это же Поттер. — Попробуй. — У тебя всё в порядке? — Лили так и замирает с этой стопкой фальшивых игральных денег в руках, потому что вопрос выбивает её из колеи. — Что? — она кладет собранные деньги в коробку и поворачивается к Поттеру, тот внимательно следит за любыми изменениями на её лице, — К чему ты это? — Просто ты выглядишь как-то... не так, как обычно. — Что значит «не так»? — прекрасно понимая, что прикапывается к словам, Лили внимательно вглядывается в его глаза. Ей необходимо узнать, что же это за «не так», хотя в глубине души она, конечно, понимает, что имеет ввиду Джеймс, однако продолжает ожидать ответа. Джеймс лишь пожимает плечами. — Возможно это прозвучит немного не тактично, уж прости, но ты выглядишь очень напряжённой, какой-то потерянной, отрешённой. — Джеймс, что до этого не разрывал этот странный зрительный контакт, отводит взгляд, — У тебя нет того... блеска в глазах, с которым ты обычно приезжала в Хогвартс. Вот я и спрашиваю, у тебя что-то случилось? Я... — он снова переводит взгляд на неё и Лили почему-то кажется, что он выглядит уже по-другому, не так глупо, не так нагло, как-то даже приятно, встревоженно, — могу чем-нибудь помочь тебе? — Если бы ты мог чем-то помочь мне, я бы уже давно обратилась к тебе, — наконец, выдыхает Лили, снова утыкаясь взглядом в пол, — но боюсь мы бессильны перед тем, что творится на улицах нашего города... — Говоря об этом, — он делает небольшую паузу, тактично пытаясь подобрать правильные слова, — конечно, многие убеждены, что наше будущее в наших руках, но мы не можем изменить то, что происходит. По крайней мере сейчас. Пока что мы просто подростки, которые родились и живут в не самое подходящее время. — Это так и есть, но... — она выдыхает, собираясь с мыслями. Рассказывать кому-то о своих переживаниях она была не намерена, однако почему-то сейчас Джеймс выглядит, как человек, готовый выслушать и понять её, поэтому слова вырываются как-то сами, — мне противна не сколько сама мысль о войне, а это, несомненно тоже, сколько факт того, что мои близкие находятся в зоне потенциальной опасности из-за меня. — Лили, — Джеймс выдыхает, пододвигаясь ближе и мягко кладет руку ей на плечо, от чего Эванс, уставившаяся в пол, поднимает на него взгляд, — ты что, ты никак не виновата в этом. В том, что происходит сейчас на улицах города, виноват лишь Волдеморт и его последователи. Возможно ещё и Министерство, не предпринимающее никаких попыток остановить его. Но никак не ты. — Ты прав, но не будь я волшебницей — было бы куда безопаснее. — Безопаснее для кого? Думаешь, жить в неведении безопасно? — Джеймс убирает руку от её плеча и заметив, что Лили внимательно смотрит на него, ожидая продолжения, заканчивает, — Сейчас маглы, конечно, просто замечают некоторые странности, но я уверен, что в ближайшее время Волдеморт доберется и до них. Как говорят маглы: «Горькая правда лучше сладкой лжи». Они же так говорят? — он картинно задумывается, почесывая подбородок, а Лили усмехается. — Можно и так сказать. — Ну вот, так что всё будет хорошо, не переживай, — Джеймс с улыбкой подмигивает ей и серьезнее добавляет, — Ты изучала какие-нибудь защитные чары, чтобы обезопасить близких? — Конечно, — Лили кивает, — всё, что нашла здесь, в библиотеке, перед отъездом и в учебниках. Но они не насколько сильны, чтобы держаться без волшебника поблизости, — она кратко пересказывает Джеймсу, чем обезопасила дома, прежде, чем покинуть его. Поттер задумчиво кивает. — Ты молодец. Это явно лучше, чем ничего, но боюсь, если пожиратели нацелятся на какой-то определенный дом — эти чары их лишь задержат, но никак не остановят. Этого хватит, чтобы выиграть время и трансгрессировать, но для маглов... сама понимаешь, бесполезно, — он поджимает губы и Лили лишь кивает — она знала это и без него. — Знаешь, у меня есть предложение, — после пары минут тишины говорит Джеймс, когда Эванс, в попытке избавиться от дурных мыслей, продолжает собирать монополию, — давай я поговорю с отцом, может он что подскажет. Или даже Сириус, он, конечно, больше не идентифицирует себя, как наследник Блэков, но у него в голове столько информации, которую он принес от своей семейки, что я уверен — он точно найдет что-нибудь помощнее, — Лили замирает, с полем от этой несчастной монополии в руках, а в глазах мелькает какая-то надежда. — А ты... так можешь? — аккуратно спрашивает она и не успевает Джеймс кивнуть, как она резко выдыхает, отворачиваясь — наверняка, чтобы сдержать эмоции, — Даже если и так, я не смогу вернуться домой раньше Рождества, — тихо говорит она слегка дрожащим голосом, не отводя взгляд от тлеющего огня в камине. Джеймс молчит лишь пару секунд, ему очень хочется подойти, обнять, успокоить, спрятать от всего мира и защитить, однако он понимает, что пока он не может сделать ничего из этого, дабы не нарушить ту хрупкую атмосферу, что они чудом выстроили между собой в этот вечер, поэтому он лишь чуть пододвигается вперёд, присаживаясь рядом. Огонь и в правду завораживал. — Лили, мы все совершеннолетние волшебники, умеющие трансгрессировать. Что нам мешает сбежать в Хогсмид и отправиться оттуда куда угодно? — он поворачивает голову, внимательно вглядываясь в её идеальный профиль, глядя, как в её прекрасных глазах отражаются языки пламени догорающего огня. — И вы... готовы рисковать ради меня и моей семьи? — аккуратно интересуется она, поворачивая голову и встречаясь с Джеймсом взглядом. Он смотрит так тепло, с такой нежностью и заботой, что Лили просто не может поверить, что перед ней тот самый Поттер, который её, вроде как, слегка раздражал, — Ты... готов рискнуть так многим ради меня? — неожиданно продолжает она, потому что ей кажется, что он так переживает за неё, что вопрос вырывается сам по себе. Ради тебя я готов на всё. Но вслух он говорит лишь: — Ты же знаешь — риск у нас в крови, — он улыбается, отворачиваясь и снова смотрит на огонь, — к тому же, ты всем нам очень дорога, ты ведь наша подруга и мы тебя очень любим. Даже Сириус. — Вот уж не знала, что Блэк питает ко мне такие теплые чувства, — Лили добродушно усмехается и Джеймс с радостью замечает, что та грусть и тяжесть в её взгляде отходит на второй план. — Это он только кажется букой, на деле он очень хороший, — с улыбкой подхватывает он и Лили негромко смеется. — Ты как будто щенка или котенка кому-то пытаешься пристроить, — пародируя голос Поттера, она проговаривает, — он хороший, правда, только кусается слегка, — теперь очередь Джеймса смеяться в голос. — Да это правда, Лили! Конечно, иногда он считает тебя занудой, но это не проблема — периодически под такой удар попадает даже Ремус! — Хорошо, теперь я полностью спокойна, — Лили качает головой, — если даже Ремус попадает под критику Блэка, то кто вообще идеальный, по критериям Сириуса? — Боюсь, что только его отражение, — весело хмыкает Джеймс и они снова дружно смеются, пока огонь всё ещё продолжает тихо трещать, добавляя атмосферы и волшебства этому моменту. — Кстати, — неожиданно добавляет Поттер, — ты просто обязана помочь придумать, что бы такого мне загадать! Я должен загадать что-то такое, чтобы они втроем с ума сошли, пока будут выполнять. — А почему ты просишь об этом меня? Я-то не спец в пранках, — она смотрит на него, ожидая какого-то ответа. — Зато я уверен, что у тебя есть столько идей, — Джеймс весело подмигивает сидящей рядом Лили и продолжает, — а то у меня, кроме как заставить их устроить концерт на гриффиндорском столе за завтраком идей вообще нет. — Фу, Джеймс! — Лили ударяет его кулачком в плечо и они снова смеются в унисон, на миг забывая о проблемах, потому что даже не смотря на то, что весь магический мир, кажется, летит к чертям, в глубине души они оба верят, что их ждёт светлое и счастливое будущее, возможно даже друг с другом, потому что никогда нельзя упускать человека, который может заставить улыбаться даже, казалось бы, в самые тёмные и мрачные промежутки жизни.