Концерт.

Толпа кричит и бегает волнами. Все стоят с поднятыми руками, а пальцы сложенны в знаке Рока. Мы только выходим на сцену, как Томас сразу начинает начальный риф. Первая Zitti e buone. Все гладко, Виктория бешенно кружится по сцене, Томас пытается успеть за ней, но конечно не получается. Итан неистово бьёт в барабаны, а мне кажется, что мои лёгкие не выдержат и я просто задохнусь от этого потока слов. Второй куплет просто добивает. Следующая I wanna be your dog. Самый надоедливый кавер, который мы когда либо исполняли, хоть и написал его музыкальный мастер. Толпа кричит, не попадая в слова, но все равно продолжает. Вик залезла между ног Томаса, пока он играет соло. Сама она изгибается так, словно у нас тренировка, а не концерт. Финальные стуки барабанов и я начинаю изображать каратиста. Фишка была не обговоренная, но к черту. Мне все равно влетит. Chosen. Ох, как повеяло настольгией. Только люди, которые хоть раз заходили в наши песни, слышали её, хотя пару лет назад она бомбанула на всю Европу. Черт, когда я писал эти слова, то дыхание было гораздо больше. Пора перестать курить. Ох, Боже. If I can dream. От этой песни так и веет комфортом, у меня бабочки в голове, когда я подстраиваю тон голоса под музыку… Элвис был самим божеством, даже смог усмерить своей песней неугомонную Викторию. Mammamia. В буквальном смысле. Весь зал встал на уши, когда послышались первые звуки баса с барабанами. Мне самому не приходилось петь, лишь танцевать и прыгать вокруг басистки, в попытке, которые всегда были успешны, привлечь её в танец, а затем просто стоя на коленях перед Томасом. For you love. Вот тут блондиночка отжигает. Её пальцы перемещаются по струнам со скоростью света, тела извивается в такт музыки. Томас проходится по гитаре шелезной насадкой, издавая новое бас-гитарное соло. Мои связки вытягиваются и сужается, грудь дрожит от такого количества воздуха, как зал, прыгающий вслед за моими ладонями. -Все нормально? — спрашиваю я у зала. — Да? Тогда если сейчас будет плохо, то это из-за нас! Встречайте Супермодель! — я указал на Викторию. — Ну и наша новая песня. Вступление, как у популярной песни. За это нас захейтили. Не пришлось даже оправдыватся и говорить, что это популярный бой и он просто похож, все уляглось само. Соло Томаса, мне нужно добавлять только звуки, мы с Вик бегаем друг за другом по залу, в конце падая. А Итана не остановить. Он начинает играть инструментал. Лежа на полу, уже на коленях, подключается Де Анжелис. Вступление на My generation. Ещё один кавер, мне очень нравится именно музыка в нем, эти низкие ноты, хотя слова абсолютно достойные. И кавер за кавером. Womanizer. Люблю наше вступление. Виктория пляшет на месте, Томас закинул ногу на комбик. Я прохожу кругами по большой сцене. Даю толпе, все молчат. Жаль. Прыгаю вокруг Вик, растягивая ноты. Иду к Итану, облокачиваюсь на ступеньку, протягивая руку. Тут я понял, что забыл слова. Ебана мать. И как назло, я не успел убрать микрофон ото рта. Оно раздалось на весь стадион. Не могу сдержать смеха сам, когда на лицах друзей расползаются улыбки. Мне пиздец после. Инструментал Томаса и Итана. Очень хорошо. Мой шопот, голос немного дрожит, но потом переходит в крик. Даю толпе. Опять все молчат. Да вы серьёзно?! Швеция, мать вашу! — Так, а что если…I wanna be your slave!.. Дальше толпа продолжила. Может не знали слова? Всех песен… ну ладно. Периодически делясь с залом, который орёт, как бешенный. Доходит до блондинки и волосы Вик летят в воздух. Я жестикулирую, толпа повторяет за мной. Вьюсь рядом с Томасом, Вик и даже Итаном, который мне потом в голову палочкой заредит. Сажусь на корточки. Как хорошо, но как будет хуево потом, что у меня в кармане сигареты с зажигалкой. Присаживаюсь, даю толпе петь самим и через строчку исполняю сам. Соло замечательно, Вик с Томом вьются, как змеи. Ох, конец, зрители кричат. Последняя песня. -Ребята. Как вы? — оглушительные крики. — Это будет последняя песня. Я знаю, грустно. Нам тоже. Но есть плюс. Мы берём вас на сцену! — опять крики. — Томас, поддай музыки! Энергичный риф открыл двери в мир фанатов. Я выбирал тех, у кого в руках не было телефонов, ненавижу, когда снимают. Люди сразу вылезали из-за ограждения, перепрыгивая, будто не стояли час в огромной толпе. Я подпеваю разные звуки Томасу, на сцене все больше народа. Мы поднялись обратно на нее. Мне катастрофически не хватало воздуха в такую жару, тем более в этом табуне, я задыхался, но КАЖДЫЙ подходил ко мне обниматься, пара человек влетела, но побежали дальше. Все прыгали и кричали, не слова песни, они слишком быстрые для них. Пара девушек рядом со мной танцевали и подпевали. Я, тем, кого увидел с телефонами, говорил их убрать, они слушались, у них не было выбора, ибо я выгоню со сцены. Так мы и закончили огромной «семейной» фотографией. Очень приятно, что люди плачут и тянут руки, чтобы обнять тебя. Каждый на этом стадионе хочет этого. Очень приятно, знаете ли)