не про капусту, но про королей

- Дармоед!!! «А ведь как запрыгал, как запрыгал-то!» - подумал я, сделав для приличия зверское лицо и замахнувшись вазой. «Правду, наверное, говорят, что истинная сущность человека проявляется в минуты опасности. У кого сущность, у кого – суЧность, а у кого и – скрытый потанцевал! Мда. Может, стоило его в Академию искусств отдать, а не на чиновника учиться? Так от него было бы больше пользы. Да и королевство не осталось бы без выдающегося деятеля искусств… хотя кого я, чёрт возьми, обманываю? Он бы и там нашёл, где чего своровать…» - Значит, так! – вазу я опустил, однако тут же грохнул ею о стол так, что расслабившийся было чиновник снова напрягся. Даже объёмистое пузо втянул, из-за чего начал казаться немного стройнее. – Оставшиеся деньги – вернуть! Недостачу – возместить! На всё про всё – неделя! Хотя нет, это слишком долго. Пять дней! Если подвижек не будет – на шестой день голова с плеч! - Так ведь палач в отпуске… по состоянию здоровья… - Сам, значит, за топор возьмусь! – рявкнул я. Чиновник (имени его я, в нынешнем состоянии (аффекта) припомнить так и не смог. Отвечает то ли за финансы, то ли за торговлю) вжал голову в плечи. – Или ты думаешь, я блефую?! Забыл, на чьей земле живёшь?! Паршивец! Паразит! Иждивенец! – рука сама потянулась обратно к вазе. Высокий чин, громко охнув, тут же согнулся в поклоне и попятился назад, рассыпаясь в клятвенных заверениях, что сам всё вернёт, и от себя ещё добавит, заведя при этом руки за спину, чтобы лишний раз не нервировать меня зрелищем золотых с драгоценными камнями запонок по тридцать тысяч золотых за штуку – именно из-за них и начался весь сегодняшний сыр-бор. Точнее, не из-за запонок, а из-за денег, которые были этим самым высоким чином на них потрачены, и которые с этой целью были без моего ведома позаимствованы из королевской казны. И только когда чиновник скрылся за массивной дверью в столовую, я позволил себе немного успокоиться. Вас наверняка интересует, кто же такой этот самый «я»? А я у нас никто иной, как король Бурухтании, Бурухтан Второй Второй. Хе-хе. Ладно, это была шутка. На самом деле меня зовут Лукас. Вряд ли мой покойный (хотя правильнее, наверное, было бы сказать – пропавший без вести: теоретически, если ты потерялся в болотах, то можешь оттуда и выйти… или нет) отец, король Эверхаарт, вообще предполагал, что самый младший из его восьми сыновей будет не то, что сидеть – просто стоять рядом с троном, поэтому и дал мне, по сравнению с братьями и сёстрами, достаточно простое и не очень вычурное имя. Так что это в каком-нибудь тридесятом королевстве правит себе Ильнезар Великолепный, а я у нас так, Его Королевское Величество Лукас Третий, гордо восседающий на троне тридевятого и из последних сил старающийся не дать развалить королевство, причём по большей части изнутри. Насчёт регалий не уверен – самому мне есть, о чём подумать на досуге, так что наименованиями у меня занимаются чиновники да советники. Половину из придуманных ими для меня титулов я всё никак не могу запомнить, а о существовании другой половины, как ни странно, не имею ни малейшего понятия. Кстати, о регалиях. Когда в столовую, едва не снеся дверь с петель, ворвался мой главный советник, некий герцог по имени Фитц, потрясая каким-то пергаментом, а у меня в этот момент заныл копчик, мне почему-то показалось, что вся проблема – именно в них. - Ваше Величество! – забыв про манеры, радостно проорал Фитц, размахивая перед собой свитком аки штандартом в лобовой атаке. – Я знаю, как можно добавить золота в казну!!! Я, разумеется, удивился. Но то, что он от меня потребовал – от лица всей знати королевства! Это ж какую наглость надо иметь… хотя, я периодически забываю, какие ушлые господа сидят у меня в совете, - повергло меня в такой шок, что я даже забыл разозлиться и стукнуть его вазой…

***

- Грехи мои тяжкие, ой-ей-ей… - уткнувшись носом, бубнил я в подушку. – Меня окружают дармоеды, лентяи, оболтусы… - Перестановку в правительстве делать не пробовал? – в ответ на мои страдания деловито поинтересовались от подоконника. - Пробовал, - буркнул я. – Не помогает. Я их и так двигал, и эдак. Советники – это ещё ничего. Все остальные, как один, отказываются от должности главного казначея, почитая её проклятой, потому как никто в должности не задерживается дольше месяца. В конечном итоге все попадают к палачу на эшафот. – Я фыркнул и поднял голову. – Нет, чтобы убавить аппетиты и перестать воровать… - «Не воровать из казны» и твои подчинённые в одном предложении – это оксюморон, - ухмыльнулась моя ночная гостья, ловко и почти бесшумно спрыгивая с подоконника на покрытый ковром пол королевской опочивальни. Кстати, раз уж она соизволила почтить меня внеочередным ночным визитом, разрешите представить – это Фассина. Точнее, Фассиной её зову только я. Дело в том, что это чудо в перьях на самом деле – дракон, причём, с точки зрения типичного любовно-рыцарского романа – самый несуразный в мире: во-первых, женщина, во-вторых, ворюга и клептоманка, страдающая особой любовью к шоколадному печенью, креветкам и всему с цветочным орнаментом, в-третьих – не вышла размерами. Это в мифах ящеры рода огнеплюйных поголовно размером с башни, в которых они хранят свои коллекции из похищенных принцесс, если не больше, на деле же, как поведала мне Фассина по большому-пребольшому секрету, дракону, чтобы достичь таких размеров, нужно по меньшей мере три тысячи лет – а Фассина, которой шестьсот с медяками, в истинном, чешуйчатом облике – не намного крупнее лошади. Её настоящее имя – Ашфассиэльнаорран-ещё-чего-то-там (букв десять минимум), как и положено среднестатистическому, очень длинному и неимоверно пафосному драконьему имени, не выговоришь на голодный желудок, даже будучи знатоком филологических премудростей. А я и в языках не особо, и обедаю без аппетита, когда в стрессе… ну, а познакомились мы давно, когда мне было пятнадцать. Я тогда только взошёл на трон (точнее, меня на него внесли – самый молодой король в тридевятом за последние двести лет, между прочим! А ещё самый подающий надежды монарх, не то, что в округе – на всём материке! И нет, я ни в коем случае не хвастаюсь) и получил власть в королевстве (точнее, в том, что от него осталось – после пяти дворцовых переворотов, двух революций и достопамятного экзамена на факультете целительства Академии волшебства, после которого у нас запрещена некромантия в принципе), а Фасс как-то взбрело разбудить меня посреди ночи прицельным ударом колена в мою (новоявленную, но уже многострадальную) царственную физиономию, с единственной целью – высказать лично непосредственно мне своё негодование по поводу полнейшего (на тот момент) отсутствия денег в королевской казне. Стоит всё-таки поблагодарить отсутствовавшую в ту ночь стражу (и даже, наверное, простить им то, что они в этот момент протрынькивали украденное из этой самой казны золото в таверне в другом конце столицы… вслух я этого, разумеется, никогда не скажу), ведь в конечном итоге я заполучил себе отличного собеседника, прекрасного друга и замечательнейшую пару ушей, по которым можно сколько угодно ездить, выплёскивая накопившееся негодование (слушателем Фасс оказалась удивительно терпеливым). Вот и сейчас, критически оглядев мою помятую жизнью в целом и бархатной подушкой в частности, физиономию и сделав для себя правильные (и, судя по всему, крайне неутешительные) выводы, Фассина с известной долей сочувствия поинтересовалась: - Ну, и какую хитрозадую схему отъёма у тебя денег с последующим непопаданием на виселицу твои дорогие во всех смыслах субъекты придумали на этот раз? - Друг мой Фассина, - начал я бодрым голосом, резко сев на кровати, - я вполне созрел для того, чтобы повеситься! – на этих словах одна бровь моей извечной собутыльницы по крепкому ромашковому чаю собеседницы чуть-чуть приподнялась. – Знаешь, я тут думал. Много. И долго. Очень долго. И, ты не поверишь! – додумался до одной очень простой, но в то же время гениальной мысли! Как я раньше до этого не додумался – непонятно, однако. Я тут понял – и осознал… - я сделал драматическую паузу. - … что быть королём – это не моё! Теперь уже обе брови оказались у Фасс на лбу. - Я, наверное, подожду, пока мои очередной переворот не задумают. Или, ещё лучше – устрою его сам! Преспокойно дам себя свергнуть и тихо-мирно отправлюсь на эшафот… хотя нет, смертная казнь – это, наверное, уже перебор. Нет, я лучше сбегу! Да, это будет замечательно! Отличная идея! Подпишу отречение от престола, вскрою замок в тюремной камере (меня ведь наверняка помурыжат в темнице, для пущего эффекта – все же знают, что не так страшна смерть, как её ожидание…) – и сбегу…! - Куда? - Куда…? Ну, куда-куда… да хоть в соседнее, трипятнадцатое королевство! Оно как раз на берегу океана расположено… ты когда-нибудь видела океан, а, Фассина? - Видела. И на кораблях плавала. И летала через него. И даже не один раз. - Во-о-от. Я тоже хочу увидеть океан! Никогда его не видел! А то ведь весь берег океанический как раз трипятнадцатое и занимает, а у нас с ним война! Сколько там лет мы воюем, не помнишь? - Сто шестнадцать лет, четыре месяца и пятнадцать дней, - Фасс наблюдала за моим монологом с интересом дежурного целителя в лечебнице для душевнобольных. - Вот видишь! И никто уже не помнит, из-за чего, собственно, воюем. Наверняка из-за того, что они такую красоту зажлобили и не показывают никому. Точно, как пить дать! Но я его таки увижу, этот океан! Сбегу в трипятнадцатое, спрятавшись под чужой личиной… может, даже во флот запишусь! Ума не приложу, что там надо будет делать, и чем вообще во флоте занимаются, но я всё же попробую. Про флот вообще такие интересные истории рассказывают! Говорят, там во время плавания можно встретить всё, что угодно – даже чемоданы! Ты когда-нибудь видела дрейфующие в океане чемоданы, Фасс? - Чемоданов не видела, - ровным тоном отозвалась Фассина. При этом глаза у неё стали больше походить на её настоящие, драконьи: зрачок вытянулся, как у рептилии, цвет сменился на ярко-золотистый – верный признак того, что ещё немного – и Фасс будет ржать в голос так, что вся её «человеческая» маскировка полетит к чертям. – Портрет видела. Твоего деда, кстати. Большой такой, в полный рост, в дубовой раме. Плавал и не тонул… - Это он может… в общем, всё, я решил! Иду во флот…! Хотя нет, там же требуется много физического труда, а я уже вроде как достаточно стар… - Тебе сорок три, - заметила Фасс. – Хотя, знаешь, ты, наверное, прав. С учётом того, что короли соседних государств в среднем с трудом доживают до тридцати, ты по сравнению с ними тянешь на старпёра. – Фассина нахально ухмыльнулась. – Но мы, кажется, отвлеклись. Ты вроде хотел рассказать мне, что за кипеш происходит у тебя в королевстве. - … может, мне тебя на кол посадить, а? – спросил я её после минутной паузы. - Не получится, - парировала Фасс с улыбкой. – Во-первых, твои палачи настолько обленились, что в своей криворукости посадят либо мимо, либо криво, во-вторых – задница чешуйчатая, всё время съезжать будет. - Не будет, - мрачно пообещал я. – Я для тебя специальный кол выделю – с занозами по периметру, чтобы наверняка. Фассина аж присвистнула: - Что, всё так плохо? - Не то слово, - пробормотал я, падая обратно на кровать. – Нет, я, конечно, всегда знал, что мои своего не упустят, но на этот раз они превзошли самих себя. У меня же в чиновниках один молодняк сейчас, я этих паршивцев из пелёнок вырастил, холил, кормил, лелеял, а они… - А они…? Я повернулся к Фассине и трагическим шёпотом произнёс: - … а они меня женить хотят! Фасс моргнула. Потом моргнула ещё раз. Затем моргнула третий раз, после чего долго смотрела на меня не моргая, пока наконец не спросила: - На ком? - На Элиссе, королеве тривосемнадцатого. – Скорбно вздохнул я. - Это которая в свой двадцать один уже двенадцатикратная вдова? Ой-ей, - Фассина присела рядом и дружески похлопала меня по плечу. - Именно. – Заложив руки за голову, я уставился в украшенный лепниной потолок покоев. – Сейчас у неё проходит турне по королевствам, в процессе которого она будет искать себе нового мужа. Претендентов, несмотря на откровенно пугающую известность этой вдовушки, предостаточно – ведь Элисса правит самым богатым королевством на всём континенте… - А ты не хочешь на ней жениться, любитель больших денег? – удивилась Фасс. – Внезапно. - А мне – нет. По двум причинам. Во-первых, я не готов стать несчастливым тринадцатым номером в коллекции трупов её папеньки – архимага Геррика, который, изображая из себя передового борца с нечистью, по факту является некромантом, и, по слухам, именно ему дочь обязана вдовством в предыдущие двенадцать раз. Во-вторых – я король, а не мастер деревообработки. - А разве король не должен быть мастером во всём? – хохотнула Фасс. Она-то знает, что больше меркантильных людей меня раздражают разве что люди без мозгов. - Не настолько же! – возмутился я. - … кстати. А ты здесь надолго? - Похищать я тебя не буду, - отрезала Фассина. Подобного рода разговоры между нами происходили довольно часто, на самом деле. Примерно каждый раз, как мои верноподданные что-нибудь отчебучат. То есть… часто. Очень часто. – Не надейся. И вместо лошади не пойду. Но, если что, буду неподалёку… - Да-да, грабишь пекарни, я в курсе. - Да ладно тебе, - нараспев произнесла Фасс, снова похлопав меня по плечу, - всё будет хорошо. Деда пережил – и это переживёшь. В конце концов, это ведь на стене твоей королевской таможни написано «Дети младше 90 лет допускаются только в сопровождении родителей, стражи, жреца или демона. Никаких исключений.»…?

***

В день, когда ожидался визит «женительной делегации», я проснулся в препаршивейшем настроении. Завтрак невкусный, солнце слишком яркое, а звон колоколов в храме откровенно пугающий… короче говоря, хорошо, весело и замечательно было всем – кроме меня. Веселилась даже Фассина, которую я заметил в праздничной толпе; увидев меня, Фасс мне подмигнула и отсалютовала – наверняка украденным – тортиком с вишней. Вот уж от кого не ожидал (в смысле, хорошего настроения на почве моего плохого – выпечку девушка-дракон ворует постоянно). План мероприятий был до безобразия банален. Я, облачённый в любимую парадную мантию – ту самую, пурпурную, с вышитой тончайшими золотыми нитями надписью «Увижу твою руку в своём кармане - отрублю», - встречаю дорогих (во всех смыслах – когда я увидел итоговую сумму расходов, у меня чуть было не случился инфаркт) гостей на въезде в столицу и на правах хозяина положения, страны и ближайшего замка, устраиваю им обзорную экскурсию, после чего со всяческим комфортом обустраиваю всю эту толпу в гостевых комнатах замка. В это же время её королевское величество будет натужно, и наверняка не без помощи многоуважаемого папеньки, соображать, понравилось ли ей в тридевятом королевстве, или же она сделает мне воистину королевский подарок и двинется к соседям. Выражение лица стоящего рядом со мной у ворот Фитца варьировалось между умоляющим и угрожающим. Пожалуй, это единственное, что сдерживало меня от того, чтобы… ну, плюнуть на всё и закрыть ворота. Скандалы с моим собственным правительством на тему, с какой это стати я должен жениться именно сейчас и именно на королеве тривосемнадцатого, происходили каждый день, и в этом плане демонстрировалась поразительная солидарность… против меня, естественно (иначе я бы не стоял, как баран перед своими воротами – судя по всему, ещё кое-кто присмотрел себе запонки по тридцать тысяч за штуку. Дармоеды). Приезд гостевой делегации только подтвердил мои опасения. И если с Элиссой всё ещё было более-менее понятно – одетая в совершенно безвкусное платье с большим количеством драгоценных камней, она едва на меня взглянула и принялась оглядываться в поисках чего-нибудь под стать себе, то внимание господина Геррика к моей скромной персоне меня откровенно напрягало. Сначала Геррик долго тряс мою руку, параллельно изучая меня с откровенно жутким интересом, а затем вдруг заметил: - Ваше Величество, Вам когда-нибудь говорили, что Вы очень изящно сложены? Очень хорошая у Вас кость. Тонкая… - некромант хищно оскалился, наивно полагая, что улыбается достаточно добродушно. - Королевская, - не без гордости ответил я, хотя перед внутренним взором у меня уже маячили грубо сколоченные в известную форму доски и простенькая табличка с номером «13». – И пожалуйста, давайте не будем обсуждать моё сложение. И мои кости тоже. - Ах, действительно! Где мои манеры…? – Геррик ухмыльнулся, но хотя бы руку мою выпустил. – Прошу меня простить. «Ага», - подумал я, выдавив из себя подобие вежливой улыбки и изо всех сил стараясь, чтобы мой тактический отход не выглядел позорным бегством, - «хрен тебе, старый хрен, а не мой труп тринадцатым номером в твою коллекцию бывших мужей дочери…» На некоторое время я получил долгожданную передышку, однако, будучи хозяином положения, был вынужден утруждать себя разговорами с гостями из-за границы. Которые и сами время от времени спешили навязать мне своё общество, то и дело прерывая мою речь об истории города и задавая различные вопросы. Надо признать, что хотя бы господин Геррик старался сдерживать свои некромантские порывы (в чём бы они не заключались) и задавать вопросы по теме, в отличие от дочери, вещавшей невпопад и что попало. Праздничный банкет неким чудесным образом немного разрядил обстановку. Я лавировал среди собравшихся, поддерживая видимость гостеприимства и взглядом обещая Фитцу сотоварищи такие репрессии, что по сравнению с ними померкла бы деятельность Инквизиции соседей; пару раз мне удалось даже шлёпнуть по загребущим рукам затесавшуюся среди гостей Фассину, хотя вряд ли её это расстроило: судя по необычайно довольному выражению лица, Фасс таки успела навороваться вдоволь. Подтверждением этому служила тарелка с горкой креветок (в ответ на мой довольно красноречивый взгляд она клятвенно пообещала оплатить заморские деликатесы… как только доберётся до дедовой заначки). - А что это у Вас за огни мелькают? – выпалила Элисса, когда я в очередной раз подошёл к ним с отцом. Был поздний вечер, а знать и не думала расходиться по покоям. - Какие огни? – несколько отвлечённо переспросил я. В этот момент выбор между шардоне и каберне меня занимал чуть больше, чем окружающая действительность. Как любил говаривать уже мой дед, умирать трезвым скучно. - Да вот эти вот, - заметил Геррик, с прищуром глядя в окно в указанную дочерью сторону, - которые, судя по всему, исходят с кладбища. - Ах, эти. – Я без особого интереса глянул туда же, исключительно ради того, чтобы удостовериться в правильности собственных выводов, и пожал плечами. – Это, судя по всему, работа вампиров. - Вампиров…?! – заметно приободрился «знаменитый борец со всяческой нечистью». - Оставьте умертвиев в покое, пожалуйста. – Осадил его я. – У них и так дел невпроворот. Вещи собирают, переезд у них… - Но ведь…! – не желал униматься господин некромант. Что он там себе надумал, просто их к себе переманить, или принудить к сотрудничеству, я, разумеется, не имел ни малейшего понятия, однако. Я, будучи монархом в меру либеральным и достаточно ответственным, решил, что ребят надо спасать. - Никаких «но ведь»! – абсолютно искренне возмутился я. – Вампиризм – не повод для репрессий! Что бы Вы знали, эти вампиры – одни из самых честных налогоплательщиков в моём королевстве! За всё то время, что они проживают на кладбище, они исправно платили за его, кладбища, аренду! И претензий к ним нет ни у кого! Ни единой жалобы! А сейчас у них истекает срок аренды и они съезжают – так пусть съезжают себе с миром! В этот свой тёмный лес, или куда они там собрались… - В лес…? В смысле, в Кирнский?! – удивился Геррик. – В том лесу вампиров отродясь не водилось! Им-то что там понадобилось?! – авторитетное мнение, однако. Думаю, некромант в этом вопросе разбирается получше меня. - Не имею чести знать. – хмыкнул я. – Хотя, если я всё-таки правильно расслышал краем уха, один из них присмотрел себе из тех мест то ли ведьму, то ли вовсе – горгону… - я пожал плечами. – Ежели так, то – совет да любовь, и, повторюсь, - тут я строго посмотрел на господина некроманта, - пусть уходят с миром. – Геррик примирительно поднял обе руки, всем своим видом демонстрируя полнейшее согласие с моим решением. - Это так романтично, - мечтательно протянула Элисса, до этого молча хлопавшая глазами и переводившая недоумевающий взгляд с меня на отца и обратно. Я же с каждой секундой всё больше жалел, что таки не разбираюсь в деревообработке. Вся королевская знать моего тридевятого глядела на меня с решительностью смертников, хотя страдать здесь, по идее, должен был я. - Так что же получается, - неожиданно заметил Геррик. Хитрый блеск в его глазах мне не понравился. – У Вас в королевстве некромантия запрещена, а вот нечисть находится под защитой закона? – думает, что подловил. Хе-хе. - Нет, конечно, - невозмутимо парировал я. – Нечисть не защищена законами тридевятого. Её просто нельзя трогать. Никакую. Кроме гномов. Гномов можно, за их головы, кстати, награды назначены… но они все сбежали в своё тривосьмое, ещё лет десять назад, и у нас больше не показываются. Казну обнесли, - пояснил я в ответ на недоумённые взгляды. – Подчистую. И тут мне в голову пришла идея, восхитительная в своём идиотизме. Кажется, заразился от своих обормотов. - А Вам, господин Геррик, как я погляжу, всё не терпится сделать что-нибудь полезное для союзного государства? – поинтересовался я у некроманта. Тот весь подобрался. - Вы же знаете, - елейным тоном произнёс Геррик, - я всегда к Вашим услугам. - Нисколько в этом не сомневаюсь, - Элисса уже давно упорхала восвояси, искать развлечений себе по вкусу среди собравшейся знати, так что вся сила язвительности моей ответной улыбки досталась её дражайшему папеньке. – В таком случае не могли бы Вы помочь мне с катакомбами? - Изгнать призраков? – заметно оживился господин некромант, и мне, признаться, совершенно не хочется знать, что он имел в виду под «изгнать». - А зачем? – искренне удивился я. – Против призраков в подвалах замка я не имею ровным счётом ничего. Они мне практически не мешают… в отличие от гигантских насекомых. – Я мило улыбнулся так и застывшему некроманту. – Полагаю, такому прославленному борцу с нечистью, как Вы, ничего не стоит разделаться с парочкой многолапых переростков? Вы ведь не боитесь тараканов, правда…?

***

Той же ночью господин Геррик появился в моих покоях (хотя кого я обманываю? Самым наглым образом в них ввалился), как и положено человеку, уверенному в скором осуществлении своих планов – внезапно и без стука. - Суккубов в подвалах не было, я надеюсь? – вместо приветствия поинтересовался я у незваного гостя, сохраняя (из последних сил, надо сказать – наблюдать за изменениями в лице господина некроманта – любыми – оказалось донельзя забавно) полнейшую невозмутимость. - А должны были быть? – осторожно спросил в ответ Геррик, так же осторожно присаживаясь в кресло рядом с моим. - Отвечать вопросом на вопрос – очень странная привычка, знаете ли, - мило улыбнулся я, лениво перелистывая очередную страницу читаемой мною книги. – Однако же у меня сегодня хорошее настроение, так что я, пожалуй, и отвечу. Расскажу Вам одну презабавнейшую историю из жизни моего королевства. Как потенциальному будущему тестю. – Наблюдать за лицом Геррика было всё приятнее (хоть и всё-таки немного боязно). – Суккубов в подвалах королевского дворца быть не должно. Как и гигантских тараканов. Но уж эту проблему Вы уже решили-с, верно? Не дожидаясь наверняка заранее заготовленного (и наверняка приправленного отборной руганью – про себя, разумеется, правила приличия для некромантов всё ещё никто не отменял) ответа, я продолжил: - Полагаю, выполняя столь важную миссию по очистке закоулков союзного государства от паразитов, - взгляд Геррика в этот момент был ну уж очень говорящим, - Вы встретились с моим многоуважаемым дедом, чей призрак среди прочих обитает в подвалах? Можете не отвечать, по глазам вижу – вы уже познакомились. Так вот. В некий определённый момент одна светлая душа подала весьма любопытную идею, мы с советниками, как водится, над этой идеей немного посовещались, и в конце концов было решено – деда, да и остальных призраков заодно, из подвалов надо изгонять, чтобы никто больше не пугал прислугу, не громил мебель и не сифонил королевское спиртное. Не спрашивайте, как и зачем, - добавил я, заметив несколько удивлённое выражение лица собеседника, - сам не знаю, и, признаться, знать не хочу. - Для этого дела было решено, как полагается, позвать экзорцистов. Своих у нас нет, не приживаются, - глаза Геррика хищно блеснули, - пришлось просить соседей, у них в этом плане дела обстоят намного лучше нашего, - негромкое неодобрительное «Это да» я также пропустил мимо ушей. – Но и берут они втридорога. Для того, чтобы оплатить их услуги, пришлось поднять налоги втрое, а тут ещё засуха, неурожай и празднование юбилея, которое закатил один из живущих в королевстве драконов… пять тысяч лет, не абы как, - предвидев готовый сорваться с языка собеседника вопрос, пояснил я. Геррик понятливо и, на удивление уважительно, кивнул. - В общем, дело чуть было не дошло до очередной революции, но Вам, я полагаю, слушать об этом будет неинтересно, так что эту часть я опущу из рассказа, - господин некромант, уже с минуту сидевший в кресле неподвижно, с занесённой рукой (то ли запонки на рукаве поправлял, то ли хотел стряхнуть пыль и паутину, оставшуюся после его похождений в катакомбах, мне на ковёр), всем своим видом напоминал мне одну из статуй в королевской усыпальнице, из тех, особо жутких. – Важно то, что на их услуги мы таки наскребли достаточно золотишка. Экзорцисты прибыли, мы их встретили, всё чин по чину. Они провели этот свой обряд, ритуал, или как там это называется, - неважно, - и призрак деда – с его-то послужным списком, - по словам слуг божьих отправился прямиком в Ад. И что бы вы думали? – наступила тишь-гладь да божья благодать… аж на целую неделю. Брови Геррика к этому моменту, наверное, надо было искать уже где-то на затылке. Надо полагать, таких историй за всю свою, наверняка полную самых разных событий, длинную некромантскую жизнь он не слышал ни разу. - А вот к началу следующей недели… дед изволил вернуться. Прямиком из Ада. Причём не один, а с компанией. Не знаю, как ему это удалось, но ему это удалось, и из адских пыточных он приволок с собой десяток суккубов! Что тут началось… - я углубился в воспоминания и ненадолго замолчал. А потом, скорее, от общей задумчивости, у меня вырвалось: - Может, и правду говорят, что у меня в роду тёмные маги были…? - А они были? – тут же встрепенулся господин некромант, которого ни за что нельзя было упрекнуть в отсутствии опыта и неумении собирать компромат. - А чёрт их знает, - я пожал плечами. – Может, были, а может, и не было. Это в официальных биографиях всё красиво расписано, а как оно по факту – одним древним богам известно. Вы, вон, народ послушайте. Кого они только мне в родню не записывают! И чернокнижников, и эльфов с гномами, и троллей с великанами, и даже драконов! Хотя, насчёт последних могу со всей ответственностью заявить – во мне драконьей крови нет. - Уверены? – почему-то расстроился господин Геррик. - Более чем, - усмехнулся я, припомнив, как Фассина, когда я спросил её об этом, придирчиво меня оглядела, затем так же придирчиво обнюхала, потом лизнула меня в щёку и наконец категорично заявила, что из драконьего у меня одни амбиции, и те – на минималках. Тогда я, помнится, немного обиделся, зато сейчас, с высоты прожитых лет я понимаю, что, в общем-то, она была права. – Однако я отвлёкся. Продолжим. - Когда народ узнал о том, что происходит, в катакомбы потянулись вереницы страждущих. Все четыре столичных борделя в полном составе, во главе с бордель-маман, стайками носились в подвалы чуть ли не каждый день – повышать, так сказать, квалификацию! Мужчины ходили уставшие, но довольные, женщины – на седьмом небе; первые – потому что в борделях узнавали много нового и интересного, вторые – потому что на них потом отрабатывался новый материал. Такого помноженного на содомию бедлама королевство до этого ещё не знало! - Но ведь, - осторожно начал Геррик, вспомнивший, наконец, про рукава и начавший поправлять запонки, - когда народ доволен, у него не возникает желание свергнуть монархию и он не устраивает революций. Это же хорошо, не так ли…? – товарищ явно не понимал причину моего более чем явного негодования. - Не так ли! – отчеканил я. – Суккубы-то, чёрт бы их побрал, всех и разом, работали не задаром! А за вполне себе реальное золото! Причём по таким расценкам, что за пятнадцать дней их пребывания в подвалах моего замка они мне чуть страну не разорили! Ещё и отчисления в казну не платили, за использование катакомб-то! Хорошо ещё, что светлые головы додумались, не только стребовать с экзорцистов возврат денег за некачественные услуги, так ещё и неустойку заплатить! За моральный ущерб, так сказать… - тут я чуть смягчился. – Редкий случай, когда общая меркантильность моих подданных принесла королевству хоть какую-то пользу. Бывает же такое… Я замолк, и мои покои погрузились в комфортную тишину. Я снова углубился в мою книгу, а господин Геррик, для вида занятый своей одеждой, судя по всему, обдумывал мой рассказ. - Однако же, - через некоторое время всё так же осторожно начал Геррик – в его голосе, несмотря на все его попытки, проскальзывало любопытство, - проблему с суккубами Вы всё-таки решили. Потому что в катакомбах нет ни намёка на присутствие каких-либо демонов. Или я что-то упустил? – а вот и уязвлённая гордость. - Да нет, - миролюбиво заметил я. – Просто вся эта вакханалия закончилась ровно в тот момент, когда из Айреннского леса – вы же знаете, там находятся наши знаменитые королевские усыпальницы, где покоятся все мои царственные предки со времён самого сотворения королевств – так вот, оттуда приковылял скелет бабули… дай ей древние боги здоровья. Скандал старику закатила грандиозный. В общем, дед с бабкой долго ругались, но всё-таки пришли к мировому соглашению: Эйрин (так зовут бабулю) будет спать спокойно и не нервировать никого, особенно меня, громыханием своих старых косточек, а дед Киернан может спокойно гулять по катакомбам, но при условии, что не будет водить туда кого попало. Я пожал плечами. - С тех самых пор дед вроде держится и никого к себе не водит. Даже к служанкам не пристаёт. Всё-таки бабулю лучше не злить. А тараканов, увы и ах, никто не приводит, они сами заводятся. – Я развёл руками. – Так и живём. - Очень… поучительная история… - заметил Геррик, однако его реплику прервал треск, с каким дверь в покои открылась плашмя. - Входя к королю, стучаться не учили? – недовольно поинтересовался я у, судя по вышитым на мантии узорам, одного из многочисленных помощников архимага. А вообще, бедняге повезло – у меня было настолько хорошее настроение, что за своё внезапное появление товарищ не получил стилет промеж глаз (чай, и мы немножечко обучены искусству ассасинов. Откуда я это искусство знаю? Молодость моя была очень бурной…) - Нижайше прошу прощения, ваше величество! – пыхтя от долгого бега, магикус согнулся в глубоком поклоне. – У меня сообщение! Срочное, ваше величество! Дракон, сир! Архвелзаер объявился! Снова! - Грехи мои тяжкие, нелёгкая участь царская… - я тяжело вздохнул и с трудом подавил желание хлопнуть себя ладонью по лицу (такая моя реакция почему-то несказанно удивила Геррика – господин некромант уставился на меня в великом изумлении.) – Дай-ка угадаю: опять требует чего-то или кого-то? Магикус кивнул. - Значит, так, - я поднялся с кресла и, бросив на подушки книгу, двинулся на балкон. Предчувствия меня не обманули: перегнувшись через перила и хорошенько прислушавшись, я уловил звук, который не перепутаю уже ни с чем – перемалывания казённых печенек драконьими челюстями. - Фасс? - Мм-хмм? - Объясни старику, что фиг ему, а не жертвы? - Мгррх-мммр?! - Как это причём?! Твой он дед, или кто?! - Мррхмм-рррмпххх!!! - А почему юбилей у него, а страдать должно МОЁ королевство и МОЯ казна?! Он практически в один присест сожрал десять тысяч овец! Десять. Тысяч!!! Нет уж, пусть сначала заплатит! За каждую овцу! По тройному тарифу! С процентами!!! А потом уже будем говорить о жертвах!!! - Мххррммм-гррм! - Кто это тут скупердяй…?! На лице застывшего в кресле Геррика читалось осознание того, что он попал в сумасшедший дом. И желания разубеждать его в этом у меня почему-то не находилось.