Нехорошие новости

Крупные капли дождя били по козырьку дворовой беседки. Рядом с ней, в припаркованной машине, сидел молодой человек. Он нервно вертел в руках телефон и пристально смотрел на ароматический кубик на панели машины, копаясь в запутанном клубке своих мыслей. По темному двору иногда проходили зонтики на ножках. Среди них встречались и обычные, но насквозь промокшие люди. Поздно вечером народ редко по улицам ходит. Только благодаря пожелтевшим фонарям можно было понимать что происходит вокруг, но юноша смотрел на пахучку, стараясь уйти в себя и отыскать кончик, за который можно разом потянуть и справить все проблемы. Из подъезда напротив машины вышел невысокий юноша в белой куртке без капюшона. Он остановился под козырьком, выглянув на небо, затем безмолвно ругнулся, накинул воротник бомбера на голову и побежал к машине, бодро перепрыгивая лужи и дыры на асфальте.       — Привет, Тём. Ну и дождина, конечно. — Артем не поднимал на него взгляда. — Че звал, как дела? — Он продолжал вертеть телефон. — Артем? — Неуверенно позвал юноша еще раз.       — Вить. — Артем откинул телефон под лобовое стекло, завел машину и на глубоком выдохе произнес — Алена беременна. — Машина быстро и аккуратно выехала со двора на большую улицу, минуя ямы на асфальте и другие припаркованные машины. Виктор молчал, но явно хотел что-то сказать. После очередного поворота он все-таки повернулся к Артему.       — В смысле? Вы… Ты говорил, что она хочет ребенка, вы всё-таки решились?       — Она хочет. — Отрезал Артем и замолчал. Машина только ускорялась. На широком шоссе парень начал играть в «шашки», быстро передвигаясь с полосы на полосу, обгоняя другие машины. Витя внимательно следил за дорогой, но в голове творился полный хаос. Он отвернулся от Артема и взялся за ручку под потолком. Обогнав основной поток, Артем занял левое положение на дороге и тяжело вздохнул. — Я не знаю что делать.       — Да как же ты… Айййхх Блять! — Витя откинулся в сидении и с силой потер глаза. Затем звонко ударил по панели кулаком и снова спрятал лицо в ладонях. Артем никак не отреагировал. Он перестал гнать и держал стрелку спидометра на отметке 85 км/ч. В машине стало тихо. Ничего, кроме легкого гудения двигателя, капель дождя и гула от проезжающих по встречке машин. Яркий свет от фонарей проникал в машину, опрокидывая красочные блики от ароматического кубика на колени Артема.       — И что, Алена будет рожать? Будешь семью строить? С ней?       — Да, мы будем растить ребенка. Мы. Я и Алена.       — Ты… ты же говорил, что не хочешь. Блять, ты мне несколько месяцев мозги ебал по поводу ребенка и Алены. Что ты никакого ребенка не хочешь и что вообще собираешься с этой дурой порвать. А сейчас что случилось?!       — Я сделал ей предложение после… Вить, послушай. — Артем потянулся, чтобы положить руку на колено Вити, который от сказанного только нервно задергался в сидении.       — Не трогай меня… — Виктор схватил его за запястье и отшвырнул руку.       — Вить, я подумал, я хочу построить семью. Хочу наладить отношения с мамой, родителями, хочу нормальную работу и… нормального себя.       — Нормального себя? А сейчас ты блять кто? Бобер? Сука. Из-за своих загонов ты столько жизней по пизде пустишь… Свою, Аленину и жизнь этого сосунка неродившегося. У тебя там в голове ничего не йокает? Может есть там какой-нибудь глист мозговый, который говорит тебе, что ты хуйню творишь? — Витя на эмоциях яро жестикулировал, тыча пальцем в голову водителя и брыкаясь в кресле от ярости и обиды. Завизжали колеса, Артем на скорости свернул с трассы к торговому центру, который был уже закрыт. Припарковались они в тишине. После того, как мотор затих, Артем ударил Витю по щеке.       — Не называй моего ребенка сосунком. И мою будущую жену не смей. — Витя зажал щеку рукой, и глазами, наполненными слезами смотрел на Артема.       — Ты всё такой же помешанный… Помешанный, ебанутый пидорас.       — Блять заткнись. — Артем ударил по рулю. Фары потухли. Вокруг не было ни одной машины и ни единой души, только заброшенный старый мерседес в противоположном углу под последними горящими фонарями. Артем вышел, хлопнув дверью. Витя обиженно сидел на своем сидении, потупив взгляд в ноги и дрожа от истерики. Дождь продолжался, но уже не так сильно. Мелкие капли пускали круги на лужах парковки. Артем открыл дверь со стороны Виктора, отстегнул его ремень и грубо вытащил его за куртку наружу.       — То, что ты не можешь принять себя, не значит, что нужно рушить жизни. Артем, ты гей, пидорас. Блять, да что же ты… — Дверь за Витей хлопнула, Артем толкнул его спиной к машине и заткнул ему рот рукой.       — Заткнись, заткнись, заткнись! — Второй рукой Артем расстегивал ширинку. По щеке Вити текли слезы. Он почувствовал, как Артем взял его за волосы и потянул вниз, на колени.       — Ты всегда любил парней, пидорас ебу… — Витя не успел договорить. Легким движением член Артема вошел ему в рот. Витя послушно его принял и, хотя по его щекам текли слезы, он не опускал взгляд, смотрел точно на Артема, у которого тоже глаза были на мокром месте. Витя сжимал ладони в кулаках за своей спиной, но не вырывался. Он прижал затылок к двери и старался ласкать член губами и языком, принимая его как можно глубже. Артем двигался грубо. Иногда он слишком глубоко входил в горло Вити, ударяя его по небу, отчего тот сжимался, стонал и кряхтел. Через пару минут Артем поднял Витю с асфальта и открыл дверь.       — Ты хочешь построить семью, стать нормальным. Но всё еще трахаешь меня? Ты для этого мне позвонил? — Артем толкнул Витю в открытую переднюю дверь так, что тот уперся руками на сиденье. Юноша грубо стянул с него грязные, мокрые джоггеры, надел свой презерватив и капнул Вите несколько капель смазки из пробного пакетика из кармана.       — Ты же чистый? — Сквозь губы спросил Артем, натягивая презерватив.       — Для тебя я всегда чистый, хоть ты и дерьма моего не стоишь. — Витя отвернулся и тихо протяжно простонал, когда Артем медленно вошел в него. Одной рукой Артем держал Витю за талию, второй держался за открытую дверь машины. С каждым толчком он ускорялся. На его животе играли мышцы, рука крепко сжимала мокрую дверь машины, иногда соскальзывая. Волосы Артема слегка промокли от мелкого дождя, а Витя оставался сухим. Наполовину.       — Ты когда Алену трахаешь, тоже меня представляешь? Ахахах, блять. Ты с восьмого класса не мог от меня отъебаться, а тут думаешь, что тебе поможет беременная телка? Поможет тебе стать нормальным… Блять… Артем, помедленнее.       — Когда я медленный, ты не перестаешь пиздеть.       — А я не заткнусь… Блять. — Витя начал громко стонать в такт движений Артема, не стесняя себя. Стоны удовольствия и боли слились в одно. Витя тянул руку к куртке Артема, повернулся к нему, чтобы посмотреть ему в глаза, но Артем сжимал глаза, чтобы не видеть происходящее. — Не заткнусь, пока не пойму тебя. А сейчас ты творишь ебаную хуйню.       — Блять. — Артем вдруг замер, оставив член внутри Вити и сжал его талию, доставляя партнеру дополнительную боль и гематомы. Витя замолчал. Он чувствовал подрагивание члена внутри себя и не мог проронить ни звука. Когда Артем вытащил член, Витя уткнул лицо в сгиб локтя и заплакал, упав коленями на мокрый асфальт. В это время Артем снял использованный презерватив, застегнул ширинку и, немного отойдя от своей машины закурил сигарету.       — Не тебе диктовать как мне жить. — Артем подошел к парню, взял его за куртку и потянул кверху. Витя шмыгнул носом и посмотрел снизу на Артема. — Ты слышишь?! Сука. — Юноша сбил его с ног ударом по щиколотке, и, пока Витя пытался лежа натянуть джоггеры, Артем отошел, выпустив клуб дыма. — Ты сам живешь свою поганую пидорскую жизнь. Прыгаешь по грязным членам, ходишь по пидорским клубам, в поиске еще больших членов, набухиваешься и накуриваешься там до беспамятства. Хочешь, чтобы я жил также? Я не хочу. Мне не всралась такая жизнь!       — Никуда ты от себя не денешься. — Пробормотал Витя, завязывая шнурки на штанах. — Может быть не сейчас, завтра, через год, через пять. Ты бросишь Алену, наконец таки примешь себя и…       — Я не такой! — Закричал Артем и замахнулся кулаком на полулежачего Витю. Тот зажмурился, но не закрылся руками. — Блять. — У юноши задрожали руки. Он отошел от Вити и втянул сигаретный дым в последний раз, очень глубоко.       — У меня кроме тебя никого нет. Ты любил меня эти 4 года. До Алены. А потом. просто трахал каждую неделю на одной и той же парковке. Я не знаю куда мне деться. Я не могу тебя отпустить. — Витя взглянул на любовника. Тот оперся на капот, прикрыв лицо рукой. После минутной паузы Артем ответил дрожащим голосом:       — Я не могу так жить. Я не смогу отказать Алене, отвести ее на аборт. Я ей уже столько наобещал. Я сделал ей предложение. Я не могу бросить ее одну, она не чужой человек.       — А я? Артем промолчал. Он откинул бычок в кусты, не слезая с капота. Его руки дрожали, а несфокусированный взгляд смотрел куда-то вниз на асфальт. Витя подошел к нему спереди, встав между его ног. Артем уткнул свой лоб в грудь юноши. Тот запустил свои пальцы в короткие влажные волосы и уткнул в них нос, наслаждаясь запахом.       — Витя… Что мне делать?       — Я не знаю. — Виктор погладил Артема по голове. Тот поднял на него свои мокрые глаза и увидел красную от удара щеку.       — Я правда придурок, ебаный пидорас. Прости меня… — Он аккуратно взял Витю за щеки и нежно поцеловал. — Блять…       — Ничего страшного, Тём, ты…       — Нет! Я не должен так. У меня итак жизнь катится по пизде. Родители, работа, отец… Нет. — Артем оттолкнул Витю от себя и уже открыл дверь машины, пока его не остановил напуганный мокрый юноша. Он держал Артема за руку с какой-то надеждой в глазах. Витя обнял Артема так крепко, сколько позволяли ему оставшиеся силы. После этого Артем еще сильнее разрыдался. Он с особой нежностью обнял партнера, хотя тот был на полголовы ниже. Они стояли так, время от времени поглаживая друг друга по спине и зарываясь руками в волосы. Пока юноши застыли в мокрых объятиях, мелкие капли продолжали постукивать по крыше машины и пускать круги по лужам. Фонари, которые освещали парковку у торгового центра погасли и оставили юношей наедине друг с другом и бурей мыслей в их мокрых головах.