Дождливое утро
20 июля 2022 г., 00:45
Должно быть, это шутка. Это невозможно. Ни в одном мире, ни в одной вселенной, Кардан Гринбрайер не мог стоять перед ней, перед Джуд Дуарте, искренне спрашивая о таком.
Снаружи льёт сильный дождь. Джуд стоит в укрытии дверного проёма, наблюдая за тем, как Кардан – член королевской семьи, промокает от капель холодного дождя. Она слушает, как он говорит то, что должно быть самой невозможной вещью в мире.
Он ненавидит её. Она ненавидит его. Они ненавидели друг друга с тех пор, как стали учиться вместе. Ей хотелось хотя бы на мгновение оказаться в том времени. Чтобы исчезнуть отсюда. Чтобы не видеть, как солнце поднимается над горизонтом. Не видеть Кардана, которого она ненавидит и который просит, нет, умоляет поцеловать его.
— Поцелуй меня, – говорит он. – Целуй меня, пока нам не станет тошно. Целуй меня, пока мы не опьянеем и не станем безумными. Целуй меня, пока мы оба не будем помнить ничего, кроме друг друга.
Этого не должно быть. Это работает совсем не так. Это не то, что происходит между ними на самом деле. На самом деле, это чистая, глубинная ненависть, словно тянущаяся между ними нить, которая вибрирует каждый раз, когда один из них дергает за свой конец, что и делает их соперничество более жестоким.
Но она не может не принимать во внимание то, что в последнее время происходит с ней.. Странное, инстинктивное влечение её сердца к Кардану. К его резким чертам лица, его тёмным волосам и его резкому характеру. Это что-то прекрасное, и одновременно ужасно опасное.
Джуд не влюбилась, нет. Она этого не сделает, как не делала с тех пор, когда Локк играл с ней, как со скрипкой. Тот момент превратил её чувства во что-то совершенно другое, что-то тёмное и закрытое ото всех. Она превратилась в кого-то с каменным сердцем.
И этот кто-то не должен чувствовать, как всё рушится из-за Кардана Гринбрайера, промокшего и отчаявшегося.
Она выходит на улицу, закрывая за собой дверь.
На неё сразу же обрушивается непреодолимый холод. Джуд стоит в майке и шортах, ещё не до конца проснувшись. Капли дождя постепенно придают ей такой же вид, как у Кардана.
Вблизи он выглядит ещё красивее. Она знала, что Кардан был красив. Этого невозможно не знать. Но, так или иначе, сейчас он ещё красивее.
На его носу виднеются небольшие веснушки, рассыпающиеся по векам. Есть ещё одна, единственная, находящаяся прямо над верхней губой, которую Джуд, с необъяснимым желанием хочет поцеловать.
Она подходит ближе к нему и берёт за руку.
— Мы не должны этого делать, – говорит она. – Мы ненавидим друг друга.
— Мы не должны этого делать, – утверждает он. – Мы ненавидим друг друга.
— И мы хотим поцеловать друг друга.
— …. И мы хотим поцеловать друг друга.
Так не бывает. Соперники не целуются. По крайней мере, не в реальной жизни. Но вот, они здесь, стоят в раннем утреннем свете, их дыхание смешивается, а губы почти соприкасаются. Кардан слегка наклоняет голову, а Джуд встаёт на цыпочки.
— Если ты хочешь остановиться, скажи мне об этом, – говорит Джуд.
— Не останавливайся, – говорит Кардан. – Никогда… – его голос дрогнул. – Никогда не останавливайся.
Их губы соприкасаются. Требуется одно мгновение…два, чтобы расслабиться. Это не взрыв, её жизнь не меняется, как она думала, будет, после поцелуя с ним, её соперником и тем, кого она ненавидела с тех пор, как узнала, что такое ненависть.
Это что-то мягкое, что-то нежное. Не так должно быть. Это должно было быть трудно. Но, несмотря на всю ситуацию, это кажется правильным. Это похоже на … умиротворённость. Она чувствует себя спокойной.
И никогда не хочет прекращать целовать его.
Но, в конце концов, им приходится отстраниться друг от друга. У неё перехватывает дыхание, когда нос Кардана слегка касается её собственного.
— Спасибо, – говорит он.
— Не благодари меня, – говорит Джуд, чуть отходя от него и скрещивая руки на груди.
Дверная ручка упирается ей в спину, и она вслепую тянется к ней, не сводя взгляда с Кардана.
В его глазах читается что-то, что она не может понять. Но что-то внутри ей подсказывает, что он медлит именно по этой причине. Что, может быть, он не хочет возвращаться домой. Не сегодня.
— Ты… – начинает она. – Ты… в порядке? Ты не хочешь… зайти внутрь?
Есть ещё одна, казалось бы, невозможная в этом мире вещь – Джуд Дуарте приглашает Кардана Гринбриара в свой дом.
— Спасибо, нет, я не хочу мешать.
Он собирается повернуться, но Джуд хватает его за руку, разворачивая обратно.
— Ты не помешаешь. Просто… просто не ходи домой, хорошо?
Возможно, она ненавидела Кардана всю свою жизнь, но это не отменяет её проницательности. Она знает и помнит о синяках на его теле, старых и… новых.
— Хорошо.
Позже, в полдень, Виви, спускаясь в гостиную, обнаруживает такую картину: по телевизору идут титры фильма, а Джуд спит на диване вместе с Карданом. Его голова покоится на её плече, а её рука лежит поверх его руки.
Джуд выглядит такой умиротворённой, какой Виви не видела её никогда. Это было не с кем-нибудь, это было именно с Карданом.
Может быть, это не так уж и плохо?
