Наша эпоха

- Белый шум. Громче, чётче, уже режет по ушам.... А, нет, это открытый кран. Ладно, и что происходит в голове у этого чувака?- Я не совсем понимаю, как нужно представляться. Короче, я - Вару, а настоящее имя я никому не скажу, хотя я говорю сам с собой. Рост и вес ничего такие, и мне двадцать два года. Вот он я: стою перед раковиной в санузле на съемной квартире за деньги родителей... Чищу зубы, умываю физиономию. Ничего личного. А, ну и представляю, как обычно, что веду блог или что-то такое, и меня кто-то слушает. Ой, а кто так не делает, простите?! Было б прикольно, если бы реально всё это как текст в посте кто-то читал или слушал бы мои мысли. Хотя, стоп, нет, это было бы капец как жутко. Ладно, ближе к делу! Сегодня у меня важный день, и я хочу рассказать чисто левую историю из своей жизни, пока занимаюсь всякими приготовлениями. Так, нет, это звучало стрёмно... А, вот: Я хочу рассказать немного из своей биографии параллельно с тем, чтобы готовиться к выходу. Надеюсь, история вам, мои несуществующие подписчики, понравится не меньше, чем мне. Тогда было первое апреля две тысячи пятнадцатого года. Мне, получается, стучало пятнадцать-шестнадцать лет. В школе проходили ВПР для младших классов, а у девятого - то бишь моего - во всю гремела по нервам подготовка к жуткому ОГЭ... Не понимаю, от чего я тогда сам лично начал переживать, на самом деле. Наверное, за компанию со всеми, а то как-то некрасиво получалось, что одному мне по барабану. Ну и вот; я проснулся, потянулся, всё шло как всегда и повседневно. Но я рос тогда очень стремительно, и точно помню, что меня из-за плохой растяжки сразу схватила судорога в ногу. Что-то там начал визжать, стал хвататься за ногу - было больно и немного страшно, такое случилось вообще-то тогда в первый раз. Услышав меня, ко мне прибежала бабушка из кухни, хотя было в районе шести утра. Старики с приходом тепла очень рано встают, по всей видимости... Она начала что-то говорить про то, что надо ногу мне проткнуть иголкой, и я, честно, тогда так испугался этого, что резко спустил обе ноги на пол с кровати и встал. -Ба, ба, ничего не болит, всё прошло!- сказал я, и она, видно, поверила. Она перекрестила меня и ушла. У неё что-то готовилось, и могло убежать или подгореть, так что отделался от её помощи я скоро. И заныл. Господи, как же тогда было больно, кто бы знал! Говорю так, будто ни у кого не было судорог. На самом деле, сейчас я и не вспомню, как оно вообще было. Наверное, просто неприятно и резко, но и я не был особо вынослив. Могу позволить себе порыдать. Мне многого стоило встать тогда с кровати - нога ныла до следующего дня! Короче, можно сказать, что день начался у меня не лучшим образом. Из-за пробника в одиннадцатом школу отменили, и вообще-то нужно было радоваться, но я не сразу даже опомнился - чему. По рассеянности стал собираться на уроки, не причесанный, не умытый и какой-то хромой. Для меня это было нормой посещения учебы, за исключением того, конечно, что я обычно гонял впереди всех. В тот момент бы не получилось. Я надел не глаженную рубашку, сверху душную футболку. О, на ней был принт со сценой из Титаника - просто мечта! Да-да, я был модником. Узкие джинсы с драными коленками, помню как сейчас... Ушёл уже в коридор обуваться, ну, вернее уковылял, так тут бабушка вышла из кухни: в руках тарелка с сырниками, а руки в рыжей какой-то помази от банки с вареньем... И она мне говорит: -ты у нас совсем дурачок? Когда надо в школу - директор звонит, что он у нас гуляет. Дали отгул - поперся! Иди, дурной, спать ложись. Или на дачу поедешь с родителями, они проснутся скоро. - Бабушка у меня была с характером.. но ехать на дачу я не хотел, вы ж понимаете! А если бы они увидели, что я не сплю, когда проснулись, то забрали бы без вопросов. И я, как угорелый - под одеяло... Лежал часа три. Прямо в одежде. Вспотел, взмок, задохся! Вылезаю - тишина... Под одеялом ничего не слышно, на самом деле. Родители тогда уже позавтракали и уехали. Бабушка была дома, у неё тогда развился артроз, и она не утруждала себя огородами. Только приезжала и наблюдала раз в неделю как там всё растёт, а вообще постоянно занималась мной. Я уже во второй раз встал с кровати. Нога поднывала, но уже точно не так сильно, как в первый. Одеяло скомкал, оставил на мятой кровати, а сам ушёл из комнаты в коридор. Свет был выключен, а так как коридор - помещение без окон, то там потому было темновато. И я, сделав первые уверенные шаги в неизвестность, наступил на хвост нашей кошке. Визг, оры, психи - сначала кошки, потом уже бабушки. Кошку, кстати, звали Ляха. Она жирная была, когда мы брали её домой, а кличку дали выбирать мне! Потом Ляха разродилась и похудела. Теперь она была скорее Ляжка, но я любил её пожурить прежним именем - "Бляха-Ляха". После этого уже бабушка журила меня - какой же я такой-перетакой, дурачок и пустозвон. Что вообще такое "пустозвон"? Не понимаю до сих пор, ну капец. Потом она, как обычно, успокоилась и потягала меня за щеку, будто это её обязательное дело, и шепнула на ушко, что в кухне на столе есть тарелка, которая накрыта другой тарелкой, а в ней лежат оставшиеся сырники, и что я могу смело их упаковать куда-нибудь и пойти куда мне угодно, но, конечно, "в зоне её видимости"! Меня это жутко бесило. Ну как мне в пятнадцать лет гулять в зоне видимости человека, который, простите, не видит даже время на настенных часах?! Я даже не попытался с ней разговаривать об этом - устал бы спорить, и просто решил пойти и сесть за папин компьютер да и позвать кого-то в гости. Бабушке не сказал - заставила б убираться, будто Вадику или Сене есть дело до нашего беспорядка. У них такой же! Но нет, каждая мама и каждая бабушка застыдит тебя перед ними, будто у всех дома в паркете видно отражение, и у одного тебя в нём видно только остатки блёсток и пластилина с начальной школы. Они не доставались - это всё, чем я могу себя оправдать. В той же одежде, до сих пор не умытый, я заскочил в комнату к родителям. Она была даже для меня малознакомой - папа запрещал заходить без дела, занимался там чем-то постоянно. Такая опрятная она была, но неприятно тёмная и холодная, насколько я её помню... Я прошёл к компьютерному столу и сел в придвинутое к нему кресло, которое в случае приезда гостей, кстати, раскладывалось и умещало в себя кого-то на ночь. Комп включил, все дела, зашёл в хром. И тут - ага! На весь экран вкладка с информацией о том, что куда-то в Липецкую область абсолютно точно и законно куплен билет. Билет РЖД, и точно не для папы - у них тут с мамой дачный сезон! А кому, мне что-ли? Так я экзамены сдавать должен. Посмотрел всё, поизучал - в итоге позвонил папе с его рабочего телефона, который он на кой-то забирал домой с работы. Вызов с его рабочего на его сотовый приняла вообще мама. Я ей всё рассказал, что увидел, стараясь избегать вопросов о том, а что это я делаю в их комнате и почему вообще не сплю. Ах, любопытные женщины! А вот папа бы просто по приезде дал затрещину и без вопросов. Разговор по телефону в итоге кончился тем, что мама попросила уйти меня погулять и подумать о том, что она мне успела рассказать. Кстати, о том, что же мне успели рассказать: я должен был этой же неделей, пятого числа, впервые за жизнь самостоятельно(!) поехать поездом к тёте Лике и дяде Максиму. Тёть Лика это сестра моей мамы. Мне там нашли школу, и, прикиньте, меня в незнакомое место к непонятным учителям отправляют в самый ответственный момент! Я так и не понял тогда, зачем это было надо, но потом мои родители развелись, так что сейчас всё понятно. Потом они снова расписались, не грустите. У них это вроде хобби. В общем, меня поставили перед фактом: я еду к тетке, в глушь, в Липецк! Ладно, не такая уж и глушь, но я не хотел. Чтобы скрасить подпорченное настроение, всё равно со страницы папы написал друзьям - согласились прийти оба. Потом сидел, ждал... Успел бутерброд схомячить. О, у меня феноменальная память, вы в этом ещё убедитесь! Потом в дверь позвонили раз десять - ну, точно мои придурки. Хотя бабушка задремала и не услышала бы их, даже если бы те трезвонили до вечера. А я слышал, и я пошёл открывать...