Только ради любопытства

      Воды подчиняются Люмин. Подчинялись и будут подчиняться. Она может направить поток в разные места, поднять со дна камни и заставить водоросли танцевать. Прикажет рыбе двигаться, и она будет плавать туда, куда указан путь.       Все в ее подводном царстве подчиняется ей.       Она выгрызала себе это место. Дралась, пускала водные когти, рвала глотки любого, кто встанет у нее на пути к главенству. Училась управлять своей силой и укрепляла власть всеми возможными и невозможными способами. Пускала кровь, а затем растворяла ее в воде.       Это ее место и те, кто посягнут на него, встретятся с опасно вспыхнувшими золотыми глазами и смертельным боем. Смертельным, но не для Люмин. А для глупцов, бросивших ей вызов.       А еще Люмин было абсолютно плевать на наземное царство.       На то, как весело перезваниваются капельки росы на утреннем солнце, на то, как дождь скатывается по листьям, падает на землю и попадает к ней в реку. Люмин точно не прислушивалась к разговорам существ на поверхности, точно не выглядывала украдкой, чтобы посмотреть на то, что капли называли деревьями.       Возможно, совсем чуть-чуть.       Люмин не понимала, почему в определенный момент ее дом покрывается непробиваемым холодом, льдом, как называли его те, кто приходили за рыбой. Существа на поверхности пытались сдержать ее? Дураки, раз думали, что это ее остановит. С другой стороны, они пробивали «лед», чтобы дотянуться до её царства.       Имело ли это смысл?       Люмин не понимала.       Лед делал ее царство темным, холодным, неуютным. Она любила холод, но этот холод был неприятным.       Вдруг рядом появился столб света. Хотелось дотронуться до луча, схватить его, прижать к сердцу и никогда-никогда не отпускать. Яркий, милый, такой родной. Люмин соскучилась.       Зачем нужен лед? Почему мой дом и я должны страдать?       На водной глади показалось расплывчатое рыжее пятно. Существо. Люмин оттолкнулась от своего места и поплыла наверх.       Это не первая попытка поговорить, но и не последняя. Все существа, когда видели ее, убегали с криками и обычно не возвращались. Когда она была маленькая, то ей хотелось уплыть от страшных вещей. Но она не уплывала, а, наоборот, рвалась драться. Может, с ее лицом что-то не так?       Люмин высунула голову из-под воды и столкнулась с голубыми глазами. Мальчишеские черты, красные щеки, много слоев непонятных… Это водоросли? Что-то у него на голове. Выглядит тепло.       — А.       А.       Единственная реакция. Неожиданно. Что же, пока ее собеседник не убежал… Люмин склонила голову и спросила:       — Зачем нужен лед?       — Я не знаю, — существо сохраняло стоическое спокойствие, в отличие от своих собратьев. Ей это нравилось. — Но мои родители говорили, что на то воля Духов Зимы.       Люмин оживилась.       — Духи Зимы? — она оскалилась. — Познакомь меня с ними, существо, и я выбью из них желание покрывать реку льдом.       Существо вытаращило глаза. А затем рассмеялось. Смех, словно колокольчики, перезванивающиеся между собой в красивый звук, завораживал и заставлял подражать. Люмин подавила желание подхватить и нахмурилась.       — Что смешного?       — Меня зовут Аякс, — вместо ответа сказал… Аякс? — А тебя?       — Аякс… — она попробовала слово на вкус. Милое сочетание, приятно произносить. — Люмин.       — Отлично, Люмин, а что ты делаешь в воде холодной зимой? — он продолжал мило улыбаться, побуждая к разговору. Люмин хотелось бы гордо уплыть, бросить все и никогда не возвращаться к таким глупым вопросам, но…       — Живу. А что такое зима?       Аякс рассказал. Завораживающие слова отправляли ее в царство, называемое "Деревня Морепесок", к существам, людям, как сказал Аякс. Оказывается, в мире было четыре времени года. Осень, зима, весна и лето.       Осень — это когда листья желтеют, краснеют, опадают и застилают всю водную гладь тонким покрывалом (ещё одно новое слово). Когда выныриваешь и в нос ударяет запах гнили, напоминающий тот, который остается после побежденных ею противников.       Зима — это холодно. Приходится укутываться во многие слои одежды, но мороз все равно пробивается к костям. Зима — это когда ее царство покрывается таким ненавистным льдом, что люди снаружи пробивают его. Но не для нее, а для того чтобы поймать рыбу. «Зимой трудно найти пропитание, — объяснил Аякс. — Но если хочешь, то я могу ломать лед, чтобы у тебя тоже было солнце». Люмин не любила зиму, поэтому согласилась.       Весна — когда деревья окрашиваются в зелёный после долгого белого, когда появляются первые цветы и трава. «Много тяжелого труда,» — дал неясную характеристику Аякс. Весна — это время, когда ее воды восполняются. Снег тает, и ручейки воды текут к ней, восполняя ее силу. Люмин считала весну идеальными условиями для убийства.       Лето — зеленое. Когда тепло, а леса и поля заполнены едой и вкусностями, когда можно прожить просто на улице и есть то, что дала природа. Люмин была не согласна с тем, что лето зеленое. Лето красочное. Летом расцветают всевозможные цветы, разноцветные жучки, попавшие ей в воду, пестрили разнообразием. Люмин любила лето. Люмин любила цветы.       Но за летом всегда приходит осень, и цветы увядают.       — Как жаль, что они всегда исчезают, — Аякс вопросительно посмотрел на нее. — Цветы. Они всегда исчезают, когда уходит лето.       В глазах Аякса что-то промелькнуло. Мимолетная искра, расцветающая вместе с ухмылкой на лице. Он схватил ведро и убежал, крикнув, что они должны встретиться здесь в то же время завтра. Люмин склонила голову.       Что значит в то же время?       Оказалось, что "в то же время" значит момент, когда по ее царству пронесется громкое «Люмин!». Знакомый голос. Люмин быстро подплыла к вчерашней проруби и высунула голову. Аякс смотрел на нее в такой же шапке, как и вчера. С его носа стекала вода, видимо, позвав ее, он увлекся и окунулся лицом в ледяную воду. Щеки были еще более красными.       — Смотри, — он аккуратно отправил плыть около нее что-то. Люмин ощетинилась и приготовилась к бою. Аякс вздохнул. — Конечно, это не сравнится со свежими цветами, но во всяком случае в таком виде, цветы могут храниться долгое время.       Люмин опустила плечи и осторожно попробовала взять… Это. Это было похоже на прозрачный лед, но Люмин чувствовала, что для разбивания потребуется больше сил. Внутри был цветок.       Что?       Сейчас была зима, а внутри был цветок. Немного странный, но цветок с белыми аккуратными листьями.       Совсем как тот, который я видела.       Люмин подняла голову к Аяксу. В ответ на взгляд, он утер нос и светло улыбнулся. На секунду показалось, что от его улыбки исходило такое же тепло, как от солнца. Вдруг он заговорил:       — Это мой подарок тебе. Банка, та стеклянная прозрачная штука, поможет тебе не намочить цветок, — он указал пальцем. — Главное его не мочить, потому что в таком случае он испортится.       Люмин прижала банку к груди. Кусочек любимого лета здесь, с ней. Она улыбнулась в ответ, на что щеки Аякса вспыхнули еще более ярко-красным. Люмин задумалась.       — Что говорят люди в ответ на подарок? — В ее царстве не давали подарки. Хотя можно считать, что момент, когда во время проигрыша тебя не убивают, это тоже подарок, но это стыдно.       — Спасибо, — просто ответил Аякс.       — Спасибо, — повторила Люмин.       В непонятных ей чувствах, Аякс отвернулся и пробурчал:       — Отлично, не за что, а теперь мне нужно наловить ведро рыбы, — он указал на вещь справа себя. — Без нее меня не пустят обратно домой.       Люмин нахмурилась. Воды подчиняются ей. Подчинялись и будут подчиняться. Она подняла руки, и из воды в ведро выпрыгнули десятки рыб. Аякс от неожиданности отпрыгнул, завороженно смотря на выполненное за секунду задание. А затем с веселой улыбкой рассмеялся.       Люмин рассмеялась в ответ.