🌿Флоран Энтони Эванс. Ну... поехали!!!

Лорд Дэвид Геоффрой был успешным и привлекательным мужчиной. Он всегда был в центре внимания, и его обаяние не осталось незамеченным лучшей подругой Арианы. Она начала испытывать к нему сильное влечение, которое с каждым днем становилось все более непреодолимым. Мистера Геффрой же ещё давно перестала привлекать жена. С каждым прожитым в браке годом она только добавляла ему головную боль. Подруга его дочери была просто обычным маглорожденным ребёнком. Она ему не нравилась. Кто это видел, чтобы чистокровные водили дружбу с ней подобными. Но время шло, и однажды он мельком обратил своё внимание на девочку и не смог от неё оторвать взгляд. Она была столь чиста, невинна и по-детски обаятельна. Все то, что он не мог найти в своей неидеальной жене, он видел в ней. Её неопытность в жизни сбивала его с ног. С того дня он постоянно ненавязчиво начал за ней наблюдать и даже проводить с ней время. Пока не увидел в её глазах влюбленность, он не смог остановиться…. Их запретная связь продолжалась втайне довольно большое количество времени до рокового бала. После которого Ариана с посеревшей кожей и красными глазами начала смотреть на них волком. И всеми возможными способами избегать. Эмили это, конечно, немного расстроило, но она ожидала, что юная аристократка ее никогда не поймёт. Как и всех возможностей, что дает ей связь с ее отцом. Так прошло серое лето, меняясь на ещё более серую осень. Ариана не смогла рассказать матери о случившемся, видя её счастливой. Она полностью вычеркнула из своей жизни когда-то лучшую подругу, а сейчас разрушительницу её семьи. И не зря её друзья говорили ей множество раз, что от маглорожденных одни беды. Жаль, она была тогда сильно глупа, чтобы их послушать…. Ариана, как могла, пыталась приглушить боль предательства в своем сердце, хотя бы чтобы в груди не так болело. Когда ее глаза встречали с детства знакомый силуэт. Юная красавица незаметно даже для себя закрывалась от мира, в котором все равно на все оставались всего лишь два человека: леди Шарлотта Геффрой, у которой столь нежные руки, всегда спасавшие от ночных кошмаров, и Элиот Лё Рой, чья жизнерадостность, как солнце, освещала мир. Но и этому маленькому суждено было сузиться и почернеть. Когда её мать умерла в последний день осени в самый дождливый день. Не иначе природа заранее знала об утрате светловолосой девочки. Холодное темно-серое небо. Столь же безжизненная земля в слезах. Воздух с печалью, словно чёрная занавесь, скрывающая все зеркала в поместье, окружил тело. Никто бы не признался, что тогда она выглядела, словно умертвие, которое в любую секунду было готово прыгнуть на тебя, разрывая горло. Отрывая плоть руками, ногами, с дикими криками и вкладами. После которого в мире остаются только кроваво-красный и бездонно черные и серые оттенки. Она стояла перед глубокой чернотой, в которую опускали тело дорогого человека. Удар земли, притворные соболезнования, слезы, шепот. Это все притворство. Разве кто-нибудь может чувствовать ее боль…. Которая медленно пожирала внутренности…. Которая переполняет тебя, что ты её чувствуешь в горле, какая не останавливается и движется дальше, грозясь вместо тебя оставить только бездушного монстра. Она не может смотреть на себя без отвращения, ее грязное нечистое тело, от которого тошнит… хочется оторвать руки, вырвать себе глаза, разрезать эту чужую оболочку, ища хоть что-то живое…. Мир темнеет и умирает, забирая с собой всех лицемеров. И только тьма со звонким страшным хохотом не отпускает белокурую девочку… *** Землю покрыла белая пелена. Холод сковал кости. В окно глядели блеклые глаза. Сзади, кладя теплую шаль на девичьи плечи, приобнял ее Элиот. — Ариана, прошу, пойдем за мной, уже слишком холодно и вот-вот прозвенит колокол. Нам надо быть уже в комнатах, пойдем со мной… Девушка, выждав время, медленно, словно прилагала титанические усилия, кивнула. Отдаваясь в большие руки. *** Дни летели, снежные холмы то таяли под солнцем, то снова покрывали землю. Насупленные птицы, сидевшие на голых ветвях, заглядывали в окна. Сад, погруженный в холодную и мертвую тишину, казался лишенным жизни. Деревья, обнаженные от листвы, стояли безжизненно, словно скелеты. Их ветви, неказистые, искривленные жизнью, тянулись к небу в беззвучных мольбах о прощении. По задубевшим тропам шла тихо пара. Между ними не было ни разговора, ни крика, ни шипящего шепота. Сад, лишенный красок, словно потерялся во времени. Словно он поглощал жизнь белокурой призрачной девушки. Вдали на ветвях старого дерева сидела одинокая ворона; ее черное оперение контрастировало с белым снегом. А ее неожиданное громкое карканье разнеслось по саду, пугая всех зловещим звуком. Идущая пара почувствовала, как мурашки побежали по их спинам, а сердца забились быстрее. В темных омутах былой красавицы промелькнула искра жизни. Ее глаза наполнились болезненным неприятием и отчаянием. Она отрицает реальность происходящего, словно пытаясь убедить саму себя в том, что все это лишь кошмар. — Это не может быть правдой, — прозвучал сиплый шепот с надрывом. Голосу, который столько молчал, наконец-то дали волю. — Ты-ты не можешь просто уйти…. ты ведь не можешь оставить меня одну. Почему ты ушла? Почему оставила меня здесь, в этой тьме? Не-е-е-ет… Точно это не ты меня покинула… тебя заставили… кто? Кто же тебя убил….? — Темноволосый парень был в шоке: неужели его маленькая радость очнулась? — О Белые Дамы!!! Ариана, дорогая, милая, моя хорошая, к сожалению, она сама умерла… остановка сердца… — По скулам потекли слезы, капая на белую макушку. В сером и мрачном зимнем саду, где все было погружено в холод и безжизненность, стояли в обнимку брат и сестра. Они плакали, их слезы смешивались с холодным воздухом. Вокруг них расцветали пейзажи снежных деревьев и замерзших цветов, словно сад, лишенный жизни, медленно оттаивал. *** Девушка медленно проходила гостиную, ее глаза были наполнены грустью и тоской. Элиот, сидящий в гостиной, заметил ее присутствие и взглянул на нее с печалью в глазах. Они обменялись молчаливым взглядом, словно понимая друг друга без слов. Люди им не мешали, ведь знали, что за горе у них случилось… — Как ты себя чувствуешь? — спросил брат, голос его звучал тихо и заботливо. Девушка задумчиво вздохнула и ответила: — Я вспомнила о ней… Брат кивнул, словно понимая ее боль. Он знал, что она проходит через трудные времена и что ей нужно время, чтобы преодолеть свою горечь. Он встал и медленно подошел к ней, осторожно обняв ее. — Позволь мне проводить тебя до комнаты… Они медленно двинулись к комнате Арианы, каждый шаг был сопровожден тяжелым молчанием. Когда они достигли ее двери, она остановилась и обернулась к брату, слезы текли по ее щекам. — Спасибо, что всегда рядом, — прошептала она, ее голос дрожал. Брат кивнул и нежно погладил ее по волосам. Ариана грустно улыбнулась и вошла в комнату, а брат остался в коридоре, грустно глядя на закрытую дверь. *** Грустная блондинка сидела за столом в огромной столовой замка. Она медленно ковырялась в еде, не чувствуя голода. Внезапно ее старший брат сел рядом с ней. Он выглядел усталым, но тихо радостным. — Ариана, хорошие новости, — сказал он, пытаясь поднять ей настроение. Девушка подняла глаза и посмотрела на него с любопытством. — Что случилось? — спросила она, ее голос звучал слабо. — Скоро начнутся зимние каникулы. Мы можем отправиться куда-то отдохнуть. — Звучит прекрасно… Только я бы хотела навестить поместье… — Ты же знаешь, что тебе туда необязательно возвращаться. — Нет, Эл. Мне надо перебрать вещи матушки… *** Поднявшись по лестнице, они вошли в поместье. Внутри было темно и мрачно. И первыми изменениями со смерти матушки были портреты предков на стенах. Которые внимательно смотрели на молодую девушку и её брата. Под всеми этими взглядами было неудобно. — Здравствуйте? — робко поздоровалась Ариана. Портреты продолжали молчать. — Скорее всего, они только недавно проснулись, — прошептал на ухо Элиот. — Они ещё не имеют достаточно сил, чтобы ответить. Они прошли вглубь и вошли в гостиную, где мать Арианы проводила большую часть своего времени. Но вместо теплого и уютного интерьера их встретила мрачная атмосфера. Спиной к гостям стояла девушка в тёмно-красном платье. Услышав лишние звуки, она повернулась. Это была Эмили, она заинтересованно посмотрела на них и улыбнулась, когда поняла, кто перед ней стоит. Ариана не могла скрыть свое недоумение и горечь. — Что ты тут делаешь? — прорычала Ариана. — Как что? Живу. — Эмили нежно погладила свой округлившейся живот. Ариана с шоком смотрела на живот. Ища поддержку, она посмотрела на белого Элиота. — Т-ты беременна? Я, конечно, заметил, что ты ушла из школы, но я не думал, что… И О БЕЛЫЕ ДАМЫ! Неужели это ребенок?!. Эмили, чей он?.. — Элиот, милый. А почему ты так удивился? Неужели Ариана тебе ничего не рассказала? *** Как же много времени прошло с того дня… Лукьян вырос красивым мужчиной, даже уже семью завел. Метео такой же рыженький, как отец. Интересно, каково Эмилии чувствовать себя бабушкой… Мадам Малфой тяжело вздохнула и отвернулась от отцовского портрета, направляясь дальше. Надеюсь, я закончу работу быстрее, чем Эмили с невесткой вернутся во Францию. Не хочу с ней столкнуться… *** Старый магазин антиквариата, затерянный среди узких улочек города словно притягивал к себе тех, кто искал нечто большее, чем просто старые предметы. В его потемневших витринах грустно мерцали старинные часы, пыльные книги и загадочные артефакты, словно хранители давно ушедших времен. В один мрачный осенний вечер, когда туман окутывал улицы и скрывал все вокруг, в магазин вошел мужчина в черной мантии. Он медленно прошел по залу, останавливаясь перед каждым предметом, словно ища что-то особенное, что сможет удовлетворить его… Продавец, столь же старый, как его товар, наблюдал за ним из тени. Наконец, мужчина подошел к прилавку и спросил, есть ли что-то особенное, что привлекло бы его внимание. Продавец ломано улыбнулся и достал из-под прилавка шкатулку. Шкатулка была изготовлена из темного, почти черного дерева, которое казалось пропитанным мрачной энергией. Ее поверхность была украшена сложными резными узорами, изображающими зловещих существ. Когда мужчина в черном плаще держал ее в руках, он ощущал, как она излучает холод и тяжесть, словно она была живой. Крышка шкатулки была украшена камнем, который светился бледным синим светом, словно огонек в темноте. Таинственный покупатель захотел её открыть, но его остановил продавец. — Её лучше не открывать! — Почему? — прозвучал высокомерный голос. — Внутри этой шкатулке лежит какая-то вещь, она безопасна, когда в шкатулке. Но если открыть, то она высосет из вас жизнь. — От покупателя повеяло недовериям. Поджав старческие губы, он показал на жёлтую ткань, которая что-то под собой прятала. Мужчина подошел плавной походкой и приподнял ткать; там была мумия испуганного молодого парня. Покупатель с вопросом посмотрел на старика. — Мой помощник. — Ясно. У вас есть какая-нибудь предыстория этой вещи? — Нет, — тяжело вздохнул продавец. — Мне её продали лет пятнадцать назад, какая-то старая дама с пустым взглядом. После я забыл об этой покупке, а вот недавно вспомнил и это… — он недовольно посмотрел на мертвого помощника. У обладателя черной мантии горели глаза от желания овладеть этой занятной вещью. Не сказав ни слова, мужчина достал из-под плаща кошелек и кинул его на стойку. Шкатулка была его. Он ощутил, как она тяжело лежит в его руках, словно обладала собственной волей…