Наука связывает.

— Душил. Да, он душил.. — Ответил Норман опустив голову и смотрит на красивый, белый стол. — Ты ведь задыхался после того как очнулся? — Спросил Октавиус глянув на фиолетовый капюшон Нормана. — От панического страха. — Сказал тот и кладёт на руки свою голову, и заглядывает куда-то в пустоту. — А у тебя? Болела ли шея и область живота? — Спрашивает учёный направив свой взгляд на Отто. — Шея была слегка красная и припухшая, — Брюнет немного скидывает капюшон с головы шатена, позволяя тому разглядеть и без того мрачное лицо. *** — Всмысле, почему, за что, к чему это всё..? — Спросил мужчина натянув на себя улыбку сожаления. *** За окном пасмурно, солнце не выходит, в некоторых местах тучи чёрные, лёгкая мигрень давала о себе знать когда Норман сидел у себя в кабинете, читал бумаги, что прислали ему директора. Было желание сбежать от этого и просто уснуть на целый день, но конференция где он в любом случае должен присутствовать, жутко раздражала. Голубые глаза будто потемнели из-за отсутствия солнечной погоды, он не притронулся к кофе, которое принесла ему Оливия ещё с утра. Озборн крутил на своём пальце перстень из красного золота. Щас Озборн глядя на приличное количество бумаг, хотел их разорвать и выкинуть куда подальше от себя. Пока Норман размышлял и крутил не только перстень, но и себя на кресле вокруг своей оси, уже начало громыхать и Озборн закрыл панорамное окно, плотной шторой что не пропускал ни какой свет в его кабинет. — Мистер Озборн? — Тихо проговорила ассистентка выглядывая из-за двери. — Оливия? Проходи, не стой в дверях. — Сказал тот приопустив очки для зрения Норман. — Что-то случилось, ты мрачнее тучи, Айстер. — шатен снимает полностью очки и положил их недалеко от футляра. — Тут ваш сын. С какой-то девушкой, — Брюнетка смотрит на начальника с удивлённым выражением лица. — Эм-Джей пришла с ним? Я не удивлён, честно. — Озборн собирается продолжить работу, но с ноги открывается дверь и показывается от туда девушка. Не такая уж и низенькая, но все же ниже самого Нормана. Её макушку закрывала черная кепка с кольцами на козырьке, штаны припущенные до бёдер открывая вид на её ярко-красные.. трусы? Что подтянуты до боков, её майка закрывала все ниже пупка, а декольте было на показ всём. Даже в -10 градусный мороз она ходит в огромной, помятой куртке. — Ну здравствуй, дяденька. — Говорит девушка садясь на кресло перед Норманом и смотрит в его глаза. — Папаня мой где, ублюдок? — Девушка сняла с себя кепку. Каштановые, судя по всему крашенные волосы, что были не уложенные, а стрижка была под мальчика. — Ты. Акселл Озборн? — Спросил Норман вставая с своего кожаного кресла и глядит на неё с верху вниз. — Не удивительно, что характером пошла в своего гнусного отца. — За то выгляжу как своя распрекрасная мать. — Говорит та и накручивает на свой палец невидимую прядку волос. — Поздравляю, только иди своей дорогой, Акселл. Отец твой хрен знает где, — Спокойно говорит Норман обращая внимания на Оливию и Хэрри, что стояли в дверях. — Уж поверь, мне на него все равно. — Но вы же его боитесь, не так-ли, Норман? — Девушка заулыбалась. — Что с того? Нейтан ничего не боится, он неуравновешенный псих, ему психушка и колония строгого режима, не поможет. Разве твоё имя не говорит само за себя? — Всмысле? — Она смотрит на своего дядю уже непонимающим взглядом. — Акселл. Красивое имя, означающее - мой отец. Разве ты на него не похожа? Такая же хитрая, раздражающая, грубая и через чур агрессивная. Тебе всего... шестнадцать лет? Да, ты младше моего сына. А ведёшь себя как девушка не только лёгкого поведения, что видно по твоей шее, а вот твой фингал под глазом, от Нейтана? Сбежал от ответственности? Поверь мне, я не буду тебе помогать, его невозможно найти. — Он откидывается на спинку своего кресла и смотрит на свою племянницу. — Вы.. откуда меня знаете..? — Нервно спросила Акселл. — Твоё досье о уголовной ответственности, кража в магазинах, сумок у пожилых людей, кошельки, мне документы передали сразу же как только увидели твою фамилию, Акселл Кэролайн Озборн. — Сказал полностью с холодным выражением лица Норман. — Что? — Она вскрикнула и стукнула по столу. — Невозможно! — Я влиятельный человек, Акселл. Не думай, что ты дождешься от меня помощи, я не хочу видеть твоего отца. — Ответил звериным тоном Озборн и встаёт с своего места подходя к полкам с разными книгами и папками. — Оливия, уведи её, а ты, Хэрри, останься пожалуйста. — Мисс Озборн, я вас проведу до выхода, будьте добры.. — Не успела та договорить как Акселл резко подошла к Норману и попыталась влепить ему кулаком, но её руку сильно сжали когда они практически были возле физиономии Озборна. — Не смей такого делать, Акселл, проваливай пока я тебе все кости не сломал, — Сказал тот отпуская её руку и слегка толкает в сторону двери кабинета. *** — Что это было? Что было у тебя в кабинете?! — Спросил в полукрике сын глядя на отца. — Обычная наглость, что передалась от Нейтана к Акселл. Ты её знал? — Она сегодня ворвалась к нам в класс по середине урока, взяла меня за руку и прокричав учителю оскорбления, увела меня сюда! — Акселл была всегда бунтарской личностью, это досталось ей от отца. — Норман вздохнул. — Хэрри, я понимаю это сложно понять, но всё же, поверь мне тоже не очень видеть столь жестокого подростка у себя перед глазами. На мгновение повисла тишина, Озборн младший сел на стул и посмотрел на отца. — Откуда она взялась, пап? Норман вздохнул и облизнув губы стал рассказывать. *** Было всё ноябре. 1986 год. Нейтан оставил на автоответчике Нормана сообщение с фразой: «Ну всё, сучёныш, у меня есть моя копия, живи с этим.» Во время родов Акселл, Кэролайн скончалась. К сожалению Нейтана это не тронуло, ведь есть, существует его женская, мелкая копия, Акселл Кэролайн Озборн. ... 2000 год. Норман получил на свои руки получил папку с инициалами имени Акселл. Офицер полиции стоял и смотрел Озборну в душу, да бы спросить, что Норман скрывает от окружающей среды? Свою дочь? Нет же, Норман прочитал о том, что Акселл вытворяла с десяти лет. Была замечена за покупкой алкоголя у какого-то парня, за курением сигарет, разбивание окон камнями. Мелкая хулиганка? Что же сказать, это - воспитание Нейтана. Не-а, всё поехало по статьям, а Нормана заставило читая это подаваться. Нейтан убежал, а Акселл отправили на учёт в детскую колонию полиции. *** — То есть?... — Сын вопросительно посмотрел на отца. — То есть, Акселл является марионеткой отца, я не говорю о том, что она была замечена рядом с толпой наркодиллеров. Её надо вытаскивать, но Нейтан прийдёт, и она по щёлчку, — Норман щёлкнул пальцами. — Побежит к своему отцу и будет его восхвалять. Хэрри замолчал и опустил голову. — Ладно, это слишком напряжённо разговаривать о ней и о твоём дяде в такой момент, так, что мы просто заедем за Питером и домой. *** — Акселл и Нейтан два ходячих кошмара, — Говорит Норман отпивая кофе. — Акселл это его дочь? — Вопросительно посмотрел Отто на своего партнёра. — Именно, ворвалась в кабинет как ни свет ни заря, так ещё Хэрри приволокла в «Оскорп» по середине учебного дня. Я был поражён насколько она беспредельница. А также похожа лицом в свою мать, — Озборн недовольно вздыхает и кусает изнутри губы, Октавиус взял его за руку и поцеловал легко в висок. — Это ужасно конечно, но всё-таки, давай щас не об этом? — Спросил Отто заглядывая в глаза партнёра и усаживает на кровать. — Расслабься, всё могло быть и намного хуже. — Что может быть ещё хуже? Она мне хотела влепить по лицу, ты это понимаешь? — Ужас, — Отто снова целует того в висок. — успокойся, Норман. — Ладно-ладно. — Вздыхает Норман слегка улыбнувшись. — Ты ведь не против? — Спросил Озборн повернув голову Отто к себе и нагло целует в губы. *** — Пап, тут такое дело... — Какое, Хэрри? Неужели готов признаться, что вы с Питером не просто друзья? — Спросил Норман. — Расслабься, я шучу, что-то случилось? — А может это ты Нейтан, а не Норман и лишь притворяешся? На несколько мгновений повисла тишина пока Норман пытался осознать, что сказал его сын. — Не возможно, Хэрри, у нас голоса отличаются в тональности, цвет глаз, характер и в конце концов то, что у меня ровные зубы. — Сказал Озборн глядя на сына с удивлением. — Как к тебе такое в голову забрело? — Это Акселл, — Тихо соскользнуло с губ Хэрри. — Пап, просто признайся.. — Хэрри, ты чего? — Да признайся ты и всё! — Закричал сын. — Акселл тебе вещает лапшу на уши, прекрати. — Я тебе не верю, я теперь сомневаюсь, что ты вовсе мой отец! — Рявкнул на Нормана Хэрри и стукнул в стену кулаком. — Я тебе не верю, Норман! — Хэрри, успокойся, Бога ради! — Норман повысил тон. — Ты понимаешь, что это бред! Гребанный бред!!! — Не ври мне! — Он ступил на встречу к отцу сжимая кулаки. — Хэрри.. — Я сказал. НЕ ВРИ МНЕ, НОРМАН! — Закричал сын на отца, глаза горели ненавистью, яростью, он подошёл впритык к отцу глядя на него сверху вниз. — Не ври. — Я тебе не вру, щенок, ты сними лапшу с ушей которую тебе навещала Акселл. — Он тыкает пальцем в грудь сына. — Не смей даже на меня орать, Хэрри. — Ты мне никто теперь. Я тебе не верю, ты мне врёшь! — Он хлопнул по руке Нормана и оттолкнул от себя. — Ты лгун, Норман, а я ненавижу лгунов. И я ненавижу тебя, папа. — За что ты так со мной, Хэрри? — Тихо спросил Норман глядя на сына. — А ты другого отношения к себе не заслужил, Норман, — Сказал тот льстиво улыбаясь. — Ненавижу тебя, папочка. Не-на-ви-жу. — Он ушёл громко захлопнул двери в комнату Нормана оставив его с огромной дырой в сердце. ... У Нормана поступили слёзы, они безшумно покатились по щекам мужчины, в груди почувствовалась тяжесть, что тянет вниз, на дно. Ком поперёк горла, он садится на пол, за своим столом, да бы его не было видно, будто его вовсе не присутствует ни в этом доме, ни в этом мире, не в этой вселенной. Горячая дорожка слёз катиться по шее, впитываясь в воротник рубашки, дыхание сбилось, а лёгкие перегревались будто процессор, из-за слов сына в жилах застывала кровь, с губ срывались гнусные и тяжёлые вздохи. Мысли перекрутились. *** — Хэрри, он же твой отец! — Сказал Питер вскочив с кровати и смотрит в спину друга. — Какой он мне нахрен отец, Питер? — Рявкнул Хэрри обернувшись к Питеру. — Какой? Он мне врёт, врёт всю жизнь! — Ты наслушался Акселл? — Он подходит к Хэрри. — Ты понимаешь, что твой отец тебя оберегает с самого детства, ты видел, ты ЗНАЕШЬ насколько он боится, что с тобой сделает Нейтан. Твой отец на психологическом дне, ты это дно пробил, тут даже Отто не поможет, ты уничтожил своего отца, Хэрри. Уничтожил. — Слушай сюда, Паркер, он мне больше никто, мне срать, что он чувствует. — Даже если он умрет? Ты единственный человек за которого он беспокоится всю твою ебучую жизнь, а ты, отплатил ему вообще другой монетой где написано черному по белому «Акселл промыла мне мозги». Хэрри схватил друга за воротник и прижал к стене. — У тебя зубы острые, Паркер? — Гляди, что бы я тебя не укусил. Помни мои слова, он все равно тебя любит, даже не смотря на то как ты к нему относишься, ты его сын, а он тебе отец, родной, цени его пока Нейтан не дай Бог его не прикончил у тебя на глазах. *** — Норман, ты где? — Спросил Отто заходя в спальню партнёра и Норман сидя практически под столом затаил дыхание. — Норман? — Я под столом. — Тихо произнес Озборн слыша шаги в свою сторону. — Что ты тут делаешь? — Октавиус подошёл к нему и не разглядев лицо глянул на макушку начальника. — Ничего особенного, — Он прижался к коленям сильнее. Отто присел рядом беря за подбородок Нормана. — Ты плачешь.. что случилось? — Ничего. — Сказал холодно Норман недовольно глянув на пальцы Отто. — Не верю, расскажи, я же не кусаюсь, Норман. — Мы с Хэрри поссорились, — Тяжело проговорил Озборн. — Акселл ему навещала лапшу и теперь он меня называет лгуном... — В глазах снова блеснули слёзы. — Так, всё. Тихо, вдох выдох, Норман, всё будет хорошо, он поймет, что был не прав... — Не успел Отто договорить как Норман с цепи сорвался. — Ты понимаешь, что он назвал меня лгуном, сказал что ненавидит меня! Озборн отвернулся, он был зол и сильно расстроен. Расстроен, что Хэрри так легко поверил и повёлся на поводу у Акселл, что хотелось плакать и кричать. — Ну всё-всё, Норман, тише, — Сказал тот и притянул к себе целуя в макушку. — Мы разберёмся, Хэрри извинится, я понимаю, что это будет тяжело, но всё же, вы должны сходить вместе к психологу. *** — Это уже никогда не произойдёт. *** — Мистер Озборн? — Послышался голос юноши из-за двери домашнего кабинета Нормана. — Питер, ты разве ещё не ушёл? — Вопросительно глянул Озборн глядя на Паркера. — Что-то надо? — Эм... — Парень замялся и подошёл к Норману отдав какую-то тетрадь. — Прочитайте это... — Что это за тетрадь? — Норман потупил взгляд держа тетрадь в руках. — Просто прочитайте... Норман вздохнув открыл тетрадь и посмотрел... на дату с 1970 года. — Что это? — Это тетрадь.. моей крёстной. Читайте вслух. — Ладно? — Шатен быстро прочитал первую строку в мыслях и начал. — 11 ноября, 1970 год. Меня зовут Лаура Мариям Октавиус, это мой дневник, мне завтра исполнится 17 лет. Интересно что же мне подарит Норман и Отто? — Он усмехнувшись глянул на Питера. — Ты читал это? — Читайте дальше. — Ладно. Запись.. 17 октября, 1985 год. Гребанный Нейтан и чертовка Кэролайн, бедный Норман и Хэрри. Что же творится в этой черепной коробке? Ясное дело, что этот урод поплатится за Нормана и Хэрри. — Норман вскинул брови. — Запись написана спустя пятнадцать лет после самой первой. — Прокашлявшись он продолжил. — 9 декабря, 1985 год. Сегодня я обрела счастье, мне поручили стать крёстной для мелкого Питера Паркера, милашка этот ребёнок. Жаль, что Ричард и Мэри не смогли увидеть. — Он глянул на Питера и снова стал читать. — Далее... снова скачок и она не писала сюда вплоть... — До 17 декабря, 1994 года. За день до её смерти. Норман приморщившись начал читать вполне длинную запись от руки Лауры. — 17 декабря, 1994 год. Сегодня мне звонил Нейтан с угрозами о убийстве. Где-то час назад когда я вышла в магазин за продуктами, ведь завтра приедут два моих лучика солнца Хэрри и Питер, он меня прижал к стене своими мерзкими, холодными лапами, он держал у моего горла раскладной нож слегка надавив он сделал белый след на подбородке. Я утопала в страхе. Но никому так про это и не сказала. Я ведь знаю, что все равно сдохну не от старости, а от выкрутасов Нейтана, так вот устроена вселенная и наш "сюжет фильма".. — В кабинете повисла тишина. Норман стал листать страницы где были они на половину сорваны или полностью вырваны. Но последние страницы были исписанные в доль и поперёк. — Читайте, — Сказал Питер увидев реакцию Нормана. — 18 декабря, 1994 год. Бога ради, Нейтан сошёл со всех катушек после смерти его драгоценной Кэролайн и рождении ребенка. Акселл, мелкая паршивка как и Нейтан. Норман, ты когда-то этот "дневник" всё равно найдёшь. У меня сделка с Нейтаном. Он мне дал последний шанс записать что-то в дневнике, пойми меня, я делаю это ради тебя, ради Хэрри, Отто и Питера, Дэвида, что бы он вас не трогал хотя бы пять-семь лет. Я не хочу чтобы вы чувствовали боль, что причинит детям. Бедное моё дитя, так и не повидает жизнь, но я буду рада, что вы будете счастливы, Отто так часто о тебе стал говорить в последнее время, я уже думала, что у вас любовь морковь и до самого гроба. Нейтан давит на меня, я умру хоть и мучительно, но с чистой душой и совестью. Не плачь, никогда не плачь из-за него, он ублюдок самый последний. Акселл убежала в мою квартиру, по словам Нейтана семилетний ребёнок нанесёт телесные повреждения им обоим, пока я буду изливаться кровью, со сломанными костями и разрывающимся сердцем. Нет, даже не смей говорить о том, что лучше бы ты сдох, но не я, Норман, пойми наконец-то, я никогда не ставлю друзей под пули, в особенности тебя, ведь я тебя обожаю, хоть ты и слишком занудчивый, я все равно обожаю тебя, даже и буду лежать под землёй, я все равно буду тебя обожать. Я тебя любила ещё в начале первого курса когда ты ссорился с Кэролайн и Отто, постоянно. Но понимаю и оглядываясь назад что была полной дурехой. Ты был бы отличным крестным для Макс, но видимо не судьба. Моя жизнь заканчивается не огромной точкой. А двоеточием. Почему? Тут нету логики, Доктор Варсель сейчас не думает о том, что пишет под градом слёз и тяжёлым взглядом Нейтана.. Конец записи и тут кровь, — Сказал Норман разглядывая страницы. — Это была её последняя запись. Она умела дать отпор Нейтану и по вашим рассказам Лаура разбивала ему нос около двух раз. — Да, это было так. Она ему разбивала нос когда тот был пьяный на тусовке, хотя иногда она могла в ответ получить, но это было крайней редкостью потому что Лаура любила поспорить с Кэролайн, — Норман вздыхает. — Питер, уже поздно, может тебя отвезти домой? — Мистер Озборн, я попытаюсь Хэрри вызволить из его же колонии строгого режима и вытянуть на волю, мне необходимо с ним поговорить. — Тогда, пожелаю удачи. Питер ушёл, а по щекам Нормана сразу пошли мелкие слёзы. *** Бездомное пространство, чернота перед глазами, будто полотно. Радужные мушки, звон в ушах гулом отбивалось в пространстве, где-то далеко слышалась... колыбельная? Нога ступила по вязкой тьме вперёд, перед ним вырабатывается картинка. Девушка с рыжим цветом волос сидела на диване и гладила свой оголённый живот, напевая колыбельную. — Лаура?... — Тихо произнес Озборн и перед ним будто закрыли плотными шторами сцену в театре после окончания спектакля. — Прелестный Норман Озборн, рада видеть тебя, друг, — В женском голосе была и чувствовалась улыбка. Такая искренняя и живая, что Норман не сразу заставил себя повернуться в сторону голоса. — Лаура... — Ну же, подойди ко мне, обними, я соскучилась! — Она раскрыла объятия, чёрное длинное платье, в таком же её и хоронили. Мужчина медленно подошёл и аккуратно притянул к себе покойную подругу и заплакал. — Лаура, почему ты никому не сказала?... — Жизнь заканчивается двоеточием, Норман, берегись, — Проговорил голос и тело развалилось, точнее... оно распалось, полностью, как пепел. — Норман. Норман? — Послышалось где-то далеко, но в то же время так близко. — Норман! ... — Норман, просыпайся, — Трясут за плечо Озборна. — просыпайся. Норман промычал что-то невнятное. — Норман, — Вновь трясёт за плечо Озборна. — Норма-а-ан. — Да встаю я, Отто, не трогай меня, — Отмахнулся Норман и получил грубый шлепок по лицу. Стол под руками треснул, а волна боли вдарило по мозгам. От неожиданности в глазах поплыло и радужные мушки сразу не позволяли разглядеть полностью силуэт, что стоял перед ним. Озборн отполз к стене. — Октавиус, какого черта!? — Вскрикнул шатен пытаясь оклематься. — Что же, своего брата не узнал, Норми? Я даже в гости с собой свою распрекрасную дочь, — Был слышен грохот прям возле Нормана. — пригласил. — Стоп... — Норман поднял глаза на своего брата, а после на племянницу. — Нейтан? Что ты с ней сделал, ублюдок?! — Он вскочил к Акселл, что была в отключке и стал разглядывать... побои. — Ты всегда избивал кого-то, но собственную дочь!? — А нехер было мутить со своим единоутробным братом, она же не знает, что её мать, ещё и мать твоего сыночка. — Ответил Нейтан пожимая плечами. — Ты издеваешься?! — Норман резко встал и подошёл к Нейтану практически не в плотную. — Ты, Нейтан, моральный урод, скотина которую я врагу даже не пожелаю. — Правда? Даже этому огорчусь, обидно ведь, что не буду такого красивого братца иметь, в особенности его мозги, — Он схватил его за челюсть и пустил язык по шее брата. — Дорогой одеколон, солёный привкус кожи, красивые и уложенные волосы, голубые глаза. Весь в нашу паршивую мать. — А ты, — Он оттолкнул от себя Нейтана. — пошёл в нашего отца, такой же моральный урод и мразь который нашу мать зарезал! — Да-а-а, я весь как наш отец, его копия характера, — Нейтан облизнув губы, похотливо посмотрел на Нормана. — я болею похотью, я обожаю жестокость, прямолинейность характера, слабых физически, ведь их легко нагнуть над столом и трахнуть как последнюю шавку. ... — Норман, — Трясут вновь за плечо. — Норман? Озборн на иголках сразу встал с стула и зарядил в лицо тому кто его будил. — Проваливай, Нейтан! — Вскрикнул шатен открыв глаза перед которыми рассеялось чёрное полотно с радужными мушками и звоном в ушах. Увидев перед собой брюнета он ошарашенно глянул на него и после на кулак. — Норман, твою же мать! — Повысил тон Октавиус держась за щёку. — Боже, Отто, извини, я не хотел... — Он подошёл к нему быстрым шагом и смотрит на покрасневшую щёку партнёра. — Я просто... — Норман, что тебе приснилось, что ты накинулся на меня с кулаками? — Лаура пришла во сне! А потом Нейтан, принёс тело своей дочери и начал затрагивать тему про нашу мать. — Сказал Норман будто озобленный, но не на Отто, а на себя. — Извини пожалуйста. — Всмысле тело?... — Нет, она была не мертва, просто в отключке! — Озборн вздохнув посмотрел в глаза Октавиуса. — Я оговорился просто, не волнуйся. *** — Ты никчёмный, Норман, как и твоя мать. Она же мне никто. Как и ты, нюня. *** — Я переживаю за Хэрри, — Говорит обеспокоенно Озборн выкуривая 16-тую сигарету за день. — Я боюсь, да бы они с Питером хотя бы не поссорились... — Не волнуйся, Норман, всё будет хорошо, — Отто держит между пальцами сигару и притягивая к себе другой рукой за талию Нормана целует в лоб. — Уверен, на Питера он не будет держать обиды, у него нету настоящих друзей кроме Питера, который не ухлестывает за ним ради денег. — Всё равно, Отто. Всё равно страшно, — Сказал тот заглядывая в карие глаза Октавиуса и ухмылка натянулась сама по себе. — Я тебя люблю. — И я тебя люблю, Норман, больше всех на этом свете. *** — Я тебя ненавижу, ублюдок. *** Уже утро, пустующий офис нагнетал тревожность в середине, оставшиеся чашки сотрудниками пустовали, а в самом помещении пахло хлоркой, пройдя в свой кабинет и закрыв сразу же дверь, Норман бросил свою сумку на стул, снимая с себя пальто, Хэрри не ночует дома уже второй день, он так и не заговорил с отцом, всё также слушая бред Акселл. Мысли о сыне посещают его достаточно часто, Норман не самый лучший отец, да, ему суждено было мотаться большую часть времени на работе, а не проводить с сыном время, в особенности после смерти Лауры. Она ему заменила мать. Озборн столько не сказал своему сыну, это нагнетало сильнее чём гробовая тишина в офисе. Сев в кресло и закинув ногу на ногу, Норман нервно взглотнув ком в горле, взял сигарету из своей пачки и закурил. Сколько эти сигареты он курит? Ну лет так с шестнадцати или же семнадцати, память подводит. Пачка была практически пустая, осталось лишь две сигареты. И именно это двоеточие закрутилось в голове. Цифра «2», после прочтения дневника Лауры, теперь давило на мозг. Почему именно двоеточием закончилось жизнь Лауры? *** — Стой, Лаура! — Кричит Норман пытаясь угнаться за подругой. — Догони, Норман! — Рассмеялась девушка прыгая в сугроб с головой. Норман следом рассмеялся когда увидел физиономию Лауры полностью в белоснежном снегу. — Ты бы себя видела! — Всё также смеясь говорит Норман. — А вы всё дурью заниматься будете? — Улыбаясь говорит брюнет подойдя к Норману сзади. — Я взял вам кофе, согрейте душу хотя бы, — Он протянул стакан кофе с молоком Норману и после подошёл к сестре отряхивая перчаткой снег с лица рыжей. — вся в снегу, заболеть удумала перед экзаменами? — Не-а, — Улыбается обнажая свои зубки Лаура и берет свой стакан кофе в ладони отпивая сразу немного. Так они и пили кофе в полной тишине и на удивление Норман выпил кофе первый и отошёл выкинуть стаканчик. — Братишка, ты будешь тот шарф дарить? — Спросила Октавиус взглянув на своего брата и на приближающегося Нормана, что судя по дрожащим губам замёрз. — Норман, ты же сам понимал, что быстро выпьешь кофе то и тепло уйдет быстро, — С не обидчивой насмешкой произнёс Октавиус снимая с себя свой чёрный шарф и одевает на шею Озборна. — теплее? — Намного, Отто, — Кивнул Озборн взглянув на шарф его любимого цвета и неловко усмехнулся. — спасибо. *** — Замерз бы ты насмерть, Озборн. *** — Я его ненавижу, Питер! Не-на-ви-жу, — Произнёс Озборн младший ходя туда сюда перед Питером. — Хватит мне то эту лапшу на уши вешать, — С явной усталостью в голосе говорит Паркер. — ты его любишь, просто лжёшь сам себе, что ненавидишь, чувства никогда не обдурить, Хэрри. — Да, что ты вообще знаешь, Паркер!? — Много чего, — Резко встаёт Питер с дивана и глядит на Озборна. — Ты пожалеешь, если будешь верить этой ублюдской Акселл, ты забыл всё, что было между нами. — Это игра, Питер, тут каждый сам за себя, — Сказал Озборн вздыхая. — И да, спешу тебя прояснить, — Шатен подходит к нему и берет за галстук притягивая его лицо к себе. — не мути роман с единоутробной сестрой, уебок, а то потом будет поздно и не хорошо, — Улыбнувшись говорит Питер отпуская черный галстук ныне бывшего парня и уходит из дома громко захлопнув дверь. *** — Стой! *** — Состояние всё хуже, Отто, — Говорит Оливия закрывая дверь в кабинет Нормана. — Что он делает? — Спросил Октавиус не отводя взгляд от серой стенки. — Уснул на рабочем месте, ранее просил не тревожить. — Проследи за ним, как только он проснётся, позови меня, ты знаешь где меня найти, Оливия, — С такими словами он ушёл к лифту. *** — Сильное переутомление, стрессовое положение, — Проговорил врач взглянув на Октавиуса когда тот вышёл из их спальни. — ему важен сон, а также утоление стресса, ни в каком случае не пускайте его на рабочее место, за любую работу, Озборну нужен отдых и покой. — Хорошо, мы справимся с вашими указаниями, доктор Хаус, — Произнёс Октавиус. — он снова уснул? — Да, дал ему дозу успокоительного, он постоянно обеспокоенный. Из-за чего? — Это уже личное дело Нормана, не думаю, что бы тот хотел бы узнать, что об этом кто-то узнал, — Сказал Отто. — Думаю вам уже пора идти, доктор Хаус. *** — Подавись своими таблетками, Норман. *** — Твою мать, нет! — Вскрикнул шатен посередине ночи. — Сука, нет-нет-нет, только, блядь, не это! — Норман, ты чего? — Отто сонно глядит на партнёра и пристаёт на локтях. — Милый, что тебе вновь... — Хватит, Отто, блядь, хватит! — Срывается с уст Нормана. — Мне это стоит поперёк горла, я, блядь, не знаю, что мне делать! Он видит как Норман побледнел, похудел в лице, глаза голубые блестели поступившими слёзами, а губы, что тоже побледнели, задрожали. Ладонями он потирает глаза заставляя себя не сорвать на слёзы. Октавиус просто принимает сидячее положение и убрав руки с лица Нормана заглянул в бегающие глаза. — Норман, ты стал таким же холодным как лёд, что виднеется у тебя в глазах, как замершие озёра, — Тихо произнёс брюнет приобнимая его и целует в макушку. — я понимаю твои переживания, но не мучай себя до такой степени, ты стал более... — Я ЗНАЮ, ЧТО Я СТАЛ БОЛЕЕ РАЗДРАЖИТЕЛЬНЫМ УБЛЮДКОМ, ЗНАЮ, Я ВСЁ ПРЕКРАСНО, БЛЯДЬ, ЗНАЮ, — Перебил его Норман только осознав, что тот ляпнул. Он почувствовал как Отто замолчал, как его сердце сильнее забилось, он был в немом шоке от срыва Нормана. — Завтра мы едем к психологу, это - не обсуждается, Норман, — Лишь это он произнёс поднимая лицо к себе.— ты видел себя, милый? Просто скажи спасибо, что Рози о этом бледном лице не знает, она бы убила меня, что я не слежу за тобой, так что, Норман, просто успокойся, излей душу и со спокойной душой ложись спать. *** — Засну у себя в гробу, и то, блядь, умру в старости! *** — Ты уверена в том, что твой отец/мой дядя, не заглянет сюда? — Спросил Хэрри. — Не-а, я уверена в том, что он будет рад увидеть своего племянника, — Сказала та настырно улыбаясь и предлагает ему сигарету с ментолом. — будешь? — Не курю, — Сказал тот и вздохнув он глянул на выход из кухни квартиры Нейтана и Акселл. — Он должен скоро вернуться. *** — Твой папаня чокнутый на голову, Акселл! *** Было уже за полночь. Норман сидел за бумагами, разглядывая всё, что было в документах. Мысли крутились, но быстро уходили в дальний угол. Вздохнув он слаживает материал в папки, руки брало мелкой дрожью когда по телу прошёлся холод. ... Всмысле холод? Норман вроде закрывал всё окна, двери, сквозняка не должно быть. — Скучал, тварь? — Тихо спросил Норман поняв, что щас начнётся ужас. — Не рад, что ты вернулся, был уверен, что ты сдох где-то в подворотне. Грохот чего-то тяжёлого и треск стекла заставил его обернуться к балкону, там и вправду был Нейтан, а рядом с ним лежала Акселл. — Что. Ты. Сделал. С. Собственной. Дочерью?! — Вскрикнул шатен вскочив с кресла. — Не смей даже брать револьвер, он тебе не поможет, придурок, кстати, твоего сыночка я завёз к твоему страстному любовничку, что на данный момент попивает в своей квартире чай с Розали. — Смеясь говорит Нейтан. — Акселл - никчёмная. Вырубилась после второго удара, было бы интересно посмотреть на их драку с Хэрри и Питером когда им было девять лет и она надрала им задницы. — Ты гребанный псих, Нейтан! — Норман стоит на месте глядя на тело девушки и на самого брата. — Сколько раз я это слышал от тебя, Норми, — Нейтан заулыбался спрыгнув на поверхность и сложир руки в бока. — Даже Питер не подозревает, что ты вне зоны доступа, твой телефон был отрублен везде, до тебя дозвониться невозможно. — Урод, моральный урод. — Такой же как и наш отец, — Вскинул тот руки подходя к нему. — Наш отец. Зарезал нашу мать! — Сказал тот. — Твоя, Норман, не наша. Ведь я не нюня как наша матушка. — Нейтан вновь заулыбался обнажая свои кривые зубы. Отвратительная картина. — Ты пошёл весь в натуру нашего отца, тебе достались его зелёные глаза! Потеряйся в лесу и сдохни там же! — А ты пошёл весь в натуру своей матери, у тебя мягкий характер, голубые глаза. Норман, утони в своих слёзах. — Я ненавижу тебя, ублюдок. — Взаимно, Норман. — Почему ты всегда за мной таскаешься!? — Да бы убить тебя, логично же, разрушить жизнь, твою карьеру, убить и так уже угробленое моральное состояние. Что же ещё? Сломать руки, ноги... — Всё, хватит! Надоело, Нейтан! — Крикнул Озборн озлобленно глядя на брата. — Ты не смеёшь даже такое говорить!!! — Ох, Норман, ещё как смею. — Нейтан назойливо обнажает свои зубы в страшной улыбке. Один из страшных снов Нормана... Был именно она. Самая страшная и ужасная улыбка... его брата. Сердце дрогнуло, когда Норман услышал его голос. — Пап...? — Там стоял Хэрри. С пистолетом, что был опущен вниз. — Хэрри... — Озборн развернулся глядя на сына. Он кинул неосознанно пистолет на пол подбегая к нему и крепко обнимая. — Прости, я был идиотом, что так повёлся на этот бред, прости!!! — Прокричал сын сильнее обнимая отца. — Я не хотел... Чтобы ты так... Страдал, — Тихо говорит Озборн младший. — Хэрри, Хэрри, Хэрри... Какой же ты идиот, раз поверил такой лжи. — Сказал Нейтан поднимая за волосы свою «дочурку» и хихикая с размаху кидает её в них. — Хэрри! — Норман оттолкнул сына в сторону, а сам пригнулся накрыв голову руками услышал грохот. — Так легко его простил? — Наигранно спрашивает Нейт глядя на своего брата, что подбежал к своему сыну. — Хэрри, пожалуйста, беги отсюда пока не поздно! — Тихо просит Норман беря его лицо в свои холодные ладони. — Пап, я тебя не... — Беги, пожалуйста!!! — Крикнул Норман перебивая Хэрри. — Как же я ненавижу твои сопли, Норми, ты всегда их распускаешь. Почему ты о себе не беспокоишься? — Вопросительно посмотрел на спину Озборна его близнец. — Потому что у меня не ледяное сердце, как у тебя! — Рявкнул Норман уже глядя на Нейтана. — Ты всегда меня унижал, задевал за больное. Почему? — Ты слабый, Норман. — Зеленоглазый пожимает плечами и издаёт нервный смешок. — Я не слабый! — Хэрри своими заявлениями пробил твоё дно... — Много ты обо мне знаешь, Нейтан. Проваливай с глаз... ... Норман издал гнусный тяжёлый вздох. Боль прошлась по телу вибрацией. Глаза смотрели на Хэрри, а на лицо нарисовалась кривая виноватая улыбка. — Почему, за что, к чему было всё это...? — Улыбка выражала уже не только виновность, но и сожаления. — Прости, Хэрри, я тебя всё же... — Норман выплюнул с рта поступившую кровь, что смешалась с слюной. — Не сумел тебя... защитить...? Лезвия были ужасно холодными, неприятными... Как та липкая и вязкая темнота в кошмарах Нормана. Перед глазами. Точнее... За Хэрри стояла до боли красивая девушка. С рыжими волосами и отросшими черными корнями, карие глаза на него смотрели с ужасом, на его слишком глубокие раны, а губы подрагивали. — Пап... Нет, только... — Хэрри не мог пошевелиться, галлюцинация Лауры держала его за плечи поглаживая. — Sleep, my angel... Hush, Little Baby, Do not Say a Word... I'll sing a song for you... It's completely dark outside the window. The sun is sleeping... The wind blew out the lights... — Слышалось её ангельским голосом над ухом Хэрри, у него всё же покатились слёзы. — Не оставляй меня, Папа...!!! — Он хотел подбежать, обнять как можно сильнее, как делал это всегда, но Лаура его держала, напевая какую-то колыбельную. — Поздно, твой папаша, будет в отпуска, на пожизненное! — Рассмеялся Нейтан хватая Нормана за шею и лезвия уже не чувствовались в области живота... — Пора, Норман, научиться летать!!! — Сказал его брат снова продолжительно смеясь. Хэрри кричал, умолял этого не делать. — Прости, Хэрри... — Тихо скользнуло с уст Нормана на последок и он закрыл глаза. Они уже были на балконе, в глазах плыло даже это гребанное чёрное полотно с разноцветными мушками. — Баю-баюшки-баю, Норми, встретимся однажды на том свете. И... — Стой, нет!!! — Хэрри сорвался с места бежа на балкон. Норман летит вниз головой с балкона его же поместья. Он чувствовал себя ужасно. Лишь два лезвия его пронзили, двоеточие. Снова оно... С губ крик не срывался, было поздно кричать, он летел очень быстро но и в тоже время так медленно, что казалось, будто он пролетит ещё вечность. ... — Папа, папа! — Подбегает маленький Хэрри протягивая ему рисунок. — Это ты и я! Красиво? — Конечно, Хэрри, очень красиво! — Норман садит его к себе на колени. — Нарисуем вместе что-то? ... — Ути боже, какой ангельский ребёнок! — Говорит Лаура улыбаясь глядя на Хэрри которому исполнилось уже как три месяца. — Хэрричка! — Хэрричка? — Норман вопросительно на неё посмотрел сложив руки в бока. — Именно! — Она сияла от счастья. ... — Вы же Норман Озборн! Можно с вами провести щас интервью? — Любопытная журналистка, улыбалась глядя на Нормана. — Нет, он спешит со мной на совещание! — Говорит доктор Варсель перебивая громкую машину и затаскивает в такси самого Нормана приказав ехать как можно быстрее от сюда. — Ты слишком много говоришь, Лаура. — Иди нахуй, Норман. ... Норман нехотя оторвался от губ Отто улыбаясь. — И ты что-то хочешь сказать, не так-ли? — Будь бы ты смелее так на работе, нагнул бы над твоим же столом. — Сказал Отто снимая с себя солнцезащитные очки. — Ах, какой же ты... — Я знаю, что прекрасен. — Ты засранец, Норман, идеальный засранец... ... Уже слегка остывшее тело лежит на асфальте. Кровь лилась огромным озером, голова была повёрнута в лево, шея выгнута, спина сломанная, сердце остановилось ещё в полёте. Ноги были согнуты в коленях, руки были... Одна вверх, вторая вниз. Рубашка была полностью в крови, а голубые глаза стали ещё светлее из-за яркого белого фонаря. — Папа!!! — Где-то сверху доноситься душераздирающий крик сына Нормана. — Норман... — Говорит Отто захлопнув дверь машины Розали, и видит его. Мёртвого. — О боже... — Женщина закрывает рот своим шарфом. — Норман, скажи хоть что-то... — Он подходит к нему и садится на асфальт испачканный в крови, штаны сразу же пропитались кровью. — Норман... — Отто приподнимает ладонью голову Нормана, второй руко он берёт его руку опущенную вниз. — Ты... Не покидай меня, пожалуйста, Норман... — С уст вырвался тяжёлый кашель и он прижимает его голову к своёй груди. — Прости, что не был рядом, умоляю, прости...!— Брюнет заплакал, не в силах смотреть в эти голубые глаза. *** Похороны Нормана. Людей было достаточно много. Мэй принесла Хэрри связанный крючком шарф, красный, а Отто же чёрный. Питер успокаивал Хэрри у себя на груди практически всё время проведённое на кладбище. Отто же смотрел на то, что из-за угла выглядывала Акселл. «— Я ослушалась отца и пришла на похороны, ему уже похуй. Мне тоже похуй на него. Из-за меня умер мой дядя. Я не хотела этого.» Прямая цитата во время разговора между Акселл и Отто. ... — Пап... Извини меня, я был идиотом! — С тяжестью говорит Хэрри глядя над надгробие отца... R.I.P Norman Virgil Osborn. 11.10.1953 - 23.02.2002 «Любящий отец, начальник, любимый..» Так и было написано на его надгробии. Жизнь это закончилось бы двоеточием. Но жизнь Нормана закончилось огромной точкой. Потому что он не являлся ещё никому во сне. А вот Лаура... Нашла упокой. Рай и Ад существуют? Или нет? «— Наука ведь всегда связывала вас? — Спросила во сне однажды его Лаура.» «— Всегда...» «— Значит, я была права. — Рыжая смеётся походя к Норману и поправляет его воротник рубашки. — Наука связывает.»