Объятия в долине

- Правда или действие? - нехотя обратился Влад к брату. В ожидании ответа, он пару раз зашёл в Инстаграм на пару секунд, думая, что на стене появится что-то новое. - Мы уже играем? - переспросил Демид, покосившись на парня и откинув телефон в другой угол кровати. Тот перевёл взгляд на двоюродного брата, будто спрашивая его о наличии умных мыслей, и ответил: - Да. Правда или действие? Владу пришлось ждать ещё несколько минут, пока родственник раздумывал над ответом. Неведомо почему, но ему нравился этот дебил. Начиная с его пронзительных зелёных глаз, и заканчивая длинными, и, возможно, стройными ногами. За всю неделю, проведённую на даче его дяди, Влад успел узнать брата получше. Ему, также шестнадцать лет, он достаточно тупой и неплохо играет в волейбол. - Действие, - вдруг с нифига выпалил Демид, вопросительно смотря на брата. - Чтож... - тот осмотрел бытовку в надежде придумать действие для соперника. Нужно было что-то такое, что тотчас бы сломало его твёрдый характер. Что-то неординарное, но не переходящее рамки. Что-то романтичное. В поисках идеи, Влад поправил свои волосы, проведя по ним рукой, и тут же его осенило. - Обними меня. Но только крепко и не "по-дружески". Парня по ту сторону бытовки это ошарашило ничуть не меньше, чем самого Влада. Он приподнялся с кровати и непонимающе посмотрел на брата. - Ты уверен, что я должен это сделать? - явно взволнованно произнёс Демид. - Таковы правила игры, - пояснил его двоюродный родственник и тоже поднялся с пола. - Так что, обнимемся? Он уже сто раз пожалел о своём желании, но тут зеленоглазый дебил в один прыжок оказался рядом, и тут же, настолько крепко, насколько мог, обнял парня. Казалось, время замедлилось. Влад не видел и не слышал ничего, кроме этих обьятий. Наверное, они были единственными искренними в его жизни. С каждой секундой брат прижимал его к себе все крепче. Улучив момент, Влад потрогал волосы своего "соперника". Мягкими, немного спутанными, но такие нежными показались они ему. В следующий миг Демид отпустил парня, окончив приятный романтический момент. После этого его двоюродный брат наконец пришёл в чувство. Ему открылась свобода дыхания, после частичного сжатия груди, он чувствовал бешеный стук сердца, но его взгляд все ещё был устремлён в глаза того, с кем он разделял объятия. Телом Влад сидел поодаль брата, на холодном полу бытовки, но душой он всё ещё обнимал его, всё ещё был рядом, в тактильном контакте с ним.